Пионовый дракон в реке слез

— Решено! Отныне моей целью станет Небесный сад.       Молодой мужчина сидел за обеденным столом со своей сестрой. Сказанное им было слишком неожиданной новостью для молодой девушки, от чего та моментально изменилась в лице. Еë большие янтарные глаза смотрели на брата в недоумении, а руки слегка дрогнули, из-за чего палочки едва не выпали из еë рук. — Братец Яо, как же... как же так? — Да-да, братец Яо, не расстраивай сестру Пьен, а то и я расстроюсь.       Выйдя к ним на небольшую веранду, мужчина, с виду одного возраста с Гуньяо, присел на третье место за столом. С его белого лица не спадала приятная улыбка, а чëрные глаза совсем слегка были прикрыты, что придавало загадочности его образу. Впрочем, внешность Доу Шифу особо не претерпела изменений с того давнего времени, когда он резво рассекал воздух своим веером и подтрунивал над давним хорошим другом, Сян Гуньяо, да флиртовал с прекрасной Сян Пьен, дивясь тому, как и тот и другая красивы и сильны духом и телом. Сам же он, подобно богу литературы, не в силах был сражаться, как его друг. Доу Шифу только и мог, что вести записи о великих свершениях его современников, увековечивая их в свитках. — Да что тебе, юная-девица-Доу, смыслить в словах меня, героя и создателя прославленных техник?       Слыша ответную усмешку от вечно предельно серьёзного Сян Гуньяо в свой адрес, Доу Шифу ни сколько не оскорбился, только шире заулыбался, тихо смеясь и прикрывая пальцами губы, не позволяя себе выставлять зубы на показ. Наблюдая за ними, деве Пьен стало гораздо легче, от чего она улыбнулась и мягко посетовала на них: — Только не ругайтесь, прошу вас. Давайте лучше не будем откладывать трапезу, иначе курица вовсе остынет, не зря же я готовила!       Не в силах противиться красавице младшей госпоже дома Сян, молодые заклинатели продолжили поедать прекрасную стряпню, сготовленную её добрыми руками.       Спустя несколько часов, сидя в комнате Сян Гуньяо, Доу Шифу неотрывно наблюдал за тем, как хозяин дома плавно твердой рукой вырисовывает иероглифы на бумаге. Он не знал, с чего начать и как подступиться к разговору, но ему это и не потребовалось - Гуньяо начал его сам. — Ты так неотрывно наблюдаешь... тебя что-то тревожит? — А, да, есть такое. – поправив угольно-черные волосы, собранные в низкий хвост, Доу Шифу постарался не стирать улыбку со своего лица, пусть это и получалось с большим трудом. – ты что же... и в правду собрался отыскать этот, так называемый, Небесный сад?       Заметив, как дрогнула рука его друга, Доу Шифу плавно приблизился и сел напротив Сян Гуньяо, по другую сторону стола, и посмотрел в лицо, что его друг так старательно пытался скрыть. Доу Шифу осторожно тронул руку его друга, внезапно, но так плавно и нежно отнимая кисть, тут же доставая из рукава ханьфу свиток. Ошарашенный и пораженный такой наглостью, Сян Гуньяо округлил карие, красноватые, глаза, наблюдая за тем, как Шифу по лисьи щурит свои глаза, продолжая улыбаться. — К черту этот сад! Дорогой друг, я ведь почти закончил сказание о тебе.       Смотря за тем, как преобразилось за секунду лицо Доу Шифу, Сян Гуньяо едва приподнял уголки губ, хоть и прекрасно понимал, к чему такие перемены настроения. Он давно привык к тому, что этот слабый, но такой добрый и родной человек помогает справится с переживаниями, так нелепо, но в тоже время мастерски играя роль простачка с веером и кистью в руке. Он прекрасно помнил как Шифу, не взирая на запреты школы и семьи пришел на помощь им, роду отступников, чьих родителей убили на глазах совсем юных и неокрепших детей.       И сейчас, взяв протянутый другом свиток, который был исписан аккуратными каллиграфическими строками, Сян Гуньяо читал о том, как он, последний сын клана Сян Чи Фу, героически выстоял гонения, спас свою сестру из лап вражеского клана и отомстил за то, что ту опорочил какой-то выблюдок... но в самом конце было упомянуто то, чего ещё и в помине не было, что заставило читающего округлить глаза в изумлении. — Погоди ка, Шифу, а как... как ты мог написать то, чего не произошло? — Не зря же я учился у своих учителей в Объединении Жизни. Кое-что да я смог изучить у этих нудных стариканов.       И вновь Сян Гуньяо перевел глаза с этой нелепой улыбки на бумагу, невольно выругавшись, тут же улыбаясь. Школа Объединения Жизни славилась своими техниками, благодаря которым человек может заглянуть в будущее того или иного человека, предугадав судьбу и наставить на путь истинный, если то потребуется. И вот сейчас, держа в руках свиток, Сян Гуньяо читал о том, как он входит в пределы небесного сада под песни райских дев, ступая по цветущим лугам. — Вот дурак! Зачем же мне идти в такую даль, что бы увековечить свое доброе имя? Я и без этого прославлюсь. Да и сестрица... как ни как, а она в положении, я не могу её оставить. — Я уже обсудил это с ней. — Ты что!? — Ва-а-а! Не злись, братец Яо! Я не желаю зла ни тебе, ни сестрице Пьен. — в этот же момент Доу Шифу поймал летящий в него свиток. — Да посуди же ты сам, Гуньяо! И дай мне наконец закончить фразу, я правда стараюсь помочь вам, что бы ты обо мне не думал.       Выслушав то, что сказал ему Доу Шифу, Сян Гуньяо тяжко вздохнул и прикрыл лицо ладонью, стараясь успокоиться. — Братец Яо... — Хорошо. Допустим, я согласен пойти, но Пьен... как же мы еë оставим? — С моими сестричками из школы. Они добрые, давно ведь Пьен-мей знают, они ей ни за что не навредят, будь уверен! — Хорошо, уговорил. Так и быть. Но если мы не найдëм это пропащее место через пол года, не вздумай меня останавливать от того, что бы я возвратился домой...

***

      На следующий день, очнувшись ото сна к обеду, Сян Таохе сел, осмотрев весьма простую в своем убранстве комнату. Эта привычка у него была уже давно, и сейчас, убедившись, что в комнате никого нет, он сладко потянулся и зевнул, тут же услышав знакомый смешок, что его знатно напугало.       Подскочив с кровати, он быстрым шагом обошел всю и без того небольшую спальню и, не увидев никого постороннего, на всякий случай сжал клинок. Стоило ему услышать шорох за спиной, Сян Таохе тут же замахнулся ножнами, отправляя клинок в полет. Длинное тонкое лезвие извернулось в воздухе и пригвоздило к деревянной стене широкий голубой рукав, перед тем срезав прядь черных как смоль волос.       Посмотрев на наглеца, что посмел проникнуть к нему в комнату без ведома, молодой заклинатель резко и гневно вздохнул. Казалось, что вот-вот он выдохнет поток пламени, подобно дракону, но пока что тот только гневно и часто дышал, клокоча от злости. — Как ты посмел заходить без дозволения в чужие покои!? Ты что, извращенец?       Доу Шифу едва заметно улыбался, гордо смотря на парня сверху вниз, от чего злоба внутри Сян Таохе вскипала все сильнее. Но внезапно он утих, смотря на то, как незваный гость спокойно берет клинок за рукоять и достает из стены, освобождая свой рукав, тут же разглядывая иероглифы на лезвии: — Лаоху? Неплохое имя для столь тяжелой и острой сабли. Ты оставил дырку не только в моей одежде, но и в стене. Придется заплатить.       Именно этой фразы хватило для того, чтобы напугать мальчишку, что и без того был не особо богат. Его глаза начали отчаянно бегать по пространству вокруг, но внезапно он собрался с мыслями и поймал клинок пальцами за лезвие, не страшась порезать и без того изувеченные ладони, из-за чего Доу Шифу слегка прикрыл глаза, будто опечаленный чем-то. — Речушка, к какой школе ты принадлежишь? — С какой стати я должен Вам отвечать? – сморщив нос, пробубнил парень. — Ответишь, и я за тебя заплачу.       Резкий, но такой решительный ответ от мужчины заставил Сян Таохе замереть на секунду, а после выпалить, приставив одну руку на пояс, а второй держа позолоченную саблю, украшенную плавными линиями, подобными полосам на шкуре тигра, наставляя еë на собеседника: — Я, как и вся моя семья, не относимся ни к одной школе. Мы сами по себе. Мой клан, как и моя фамилия – Сян. — Ясно… «Забвения» путь тернист, но так пленителен для юного ума.       Не понимая, о чëм бубнит этот, по мнению Сян Таохе, извращенный старикашка, молодой заклинатель зачехлил Лаоху в ножны, тут же хмуря брови и приставляя руки к бокам. — Вы обещали заплатить. Я запомнил ваши слова!       Спрятав левую руку в рукав ханьфу, Доу Шифу прикрыл глаза в лисьей улыбке. Смотря за ним, Сян Таохе начал подходить ближе, в конце концов вставая почти в плотную и приподнимая голову, что бы видеть лицо собеседника. В такой, казалось бы, непристойной близости они простояли не долго. А точнее до того момента, пока Доу Шифу не потрепал младшего по голове, тихо усмехнувшись. — Что ты хочешь на завтрак? Или точнее на обед? Или ты так и будешь жевать траву да маковую росу глотать? — Ты... Ты! – но, не найдя того, что сказать, Сян Таохе выдохнул, потерев переносицу, тут же тихо сказав, надув щеки. – я хочу курицу... И рис с имбирëм.       Накормив этого наглого ребëнка, Доу Шифу заплатил за того шесть серебрянных ляней, после помог собрать вещи и подал ножны с саблей. После такой помощи Сян Таохе поблагодарил старшего в малом поклоне, поспешно уходя из постоялого двора, продолжая свой долгий путь... Вот только теперь не в одиночку.       Идя сквозь леса и поля, проходя мимо живописных мест и прохладных рек, Сян Таохе чувствовал, как кто-то незримый наблюдает за ним, следует, чуть ли не наступая на пятки. И вот, остановясь на ночлег в очередной раз, расположившись посреди леса в каком-то заброшенном домишке из бамбука, молодой заклинатель устроил себе постель, радуясь тому, что не спит в этот раз под открытым небом.       Полежав около часа на сложенной соломе, Сян Таохе услышал тихий шелест крыльев, тут же поворачивая голову в сторону полузаколоченного окна, на раму которого присела ворона. Красивая статная птица смотрела на парня непроглядными чëрными глазами, поворачивая голову то так, то сяк, пока парень смотрел на неë в ответ, тихо вопрошая: — Ну и чего тебе? Еды у меня нет, кормиться тебе тут нечем...       Но, не смотря на это, ворона пролетела в помещение, сев рядом с Сян Таохе, что слегка оторопел, но в конце концов с нежностью погладил птицу по крыльям, от чего та каркнула. — Да уж, только сожителей мне и не хватало... и чего ты так ко мне ластишся? Не уж то я тебе приглянулся, и ты окажешся оборотнем? Любви я дать тебе не смогу...       Будто поняв его, ворона отошла на пару шагов, смотря в сторону двери и тут же на Сян Таохе, будто пытаясь оправдаться и сказать о чëм-то. Сам же Сян Таохе прекрасно помнил, как дядя рассказывал ему о том, что вороны очень умны, а если птица пытается показать что-то, то лучше прислушаться, либо же вовсе бежать сломя голову. Вспомнив это, Сян Таохе напряг слух, становясь неподвижным, стараясь уловить буквально каждый шорох снаружи. И вот, схватясь за клинок, он различил среди прочих звуков шаги. Медленные, размереные, пинающие листья широкие шаги... Судя из стольких звуков, идущий не пытался даже скрыть присутствия. Вот только это не помогло Сян Таохе расслабиться, он только больше вознегодовал, услышав уже знакомый голос, на который ворон тут же среагировал и вылетел из домика. — Так вот ты где... А если бы он тебя заколол? Глаза мне ещë нужны.       Это был никто иной как Доу Шифу.