Эон Любви

Ты думаешь, что мы

С тобой не знакомы?!

Это проблема -

Но только не для меня.

И на земле бренной,

В этой вселенной

Я буду твоим

и знаю, что ты - моя.

      Хорошо, что в такое время в угрюмом районе вряд ли кто шастал по улице – конечно, во время того, как твои мысли занимал Сампо и его тело, ты не сильно обращала внимание на окна. Но сейчас, стоило тебе взглянуть на полуприкрытые шторами тёмные глазницы, отблёскивающие стёклами в свете газовой лампы, поясницы касалось настойчивое ощущение маленького конфуза.       Что сделано – то сделано, и тебе лишь оставалось собрать разбросанные по комнате элементы твоего наряда, который неплохо было бы уже освежить. Нехотя натянув на себя одежду, ты скользнула взглядом по Сампо. Парень, немного согнувшись на кровати, пытался одеться – но у него это плохо получалось.       «Раздеть – раздела, а одевайся, мол, сам?»       - Давай помогу, - благосклонно сказала ты, без тени смущения вернула дорогое бельё и брюки на положенное им место.       Сампо устало вздохнул. Довольное лицо выглядело расслабленным – вряд ли он стал доверять тебе хоть чуточку больше, но удара в спину больше не ждал. И это было заметно – время позднее, и после нещадной любви с тобой единственное, чего ему хотелось – это провалиться в сладкий сон. Но он мужественно держался, поглядывая на тебя сонными изумрудными огоньками из-под едва открытых век.       - Отдыхай, - сказала ты, оглядев комнату на предмет одеяла либо какой-нибудь простыни.       Но в палате ничего такого не было – если не считать несколько квадратных пелёнок, педантично сложенных Наташей в ровную стопку.       - Подай, пожалуйста, пиджак, - простонал парень, закрывая ладонью глаза от света, что уже понемногу начинал его раздражать.       Ты накрыла его фраком – всё же лучше, чем ничего. Липкая субстанция между ног напоминала о своём присутствии неприятным ощущением – вся запачканная его запахом…       Невыносимо хотелось помыться – и пусть бардак, который вы устроили на кушетке, вряд ли кто наутро заметит, тебе почему-то было совестно – в палате на мужчин ты ещё не набрасывалась.        «Да ладно, Наташа должна была догадываться, чем всё может обернуться, если оставить молоденьких парня и девушку на ночь одних в комнате…» - тараторил твой внутренний голос, оправдывая тебя, и Стелларон активно кивал ему в такт, расписываясь под каждым сказанным словом.       Глаза болели, а в голове шумела усталость. Сказывалась бессонная ночь, которых в последнее время было больше, чем нужно бы.       - Тут где-то вроде была ванная, - задумчиво протянула ты.       - Прямо по коридору и налево, - пробормотал Сампо, накрывшийся пиджаком с головой.       Щёлкнул выключатель – и палату наконец окутала темнота. На часах было что-то около четырёх часов утра – но небо всё так же оставалось чёрным, словно смоль, с раскиданными по нему небрежно точками маленьких жёлтых фонариков, что служили народу Подземья в качестве звёзд. Куртка неприятно бряцнула по двери застёжкой – ты поджала губы, сморщившись, и поплелась по коридору вперёд, искать вожделенное место.       Настоящий алтарь чистоты – тесная комнатка с насильно впихнутыми туда раковиной, душем и зеркалом с маленькой полкой были начищены и выдраены настолько сильно, что ты практически видела своё отражение в кафеле.       «Да, у Наташи хорошие помощницы», - думала твоя бедная голова, пока ты всматривалась на себя в зеркало.       Изображение плыло – невыносимо хотелось спать. Расслабленное тело не желало напрягаться, но тёплая вода ласково смывала с тебя следы недавнего преступления.       Ты стояла под душем некоторое время. Руками опёрлась о холодный кафель, тогда как тёплые капли струйками текли по спине, словно кто-то проводил по ней горячими пальцами, вырисовывая замысловатые узоры. Навалилась усталость – столько всего произошло за последнее время…       Боль в голове всё усиливалась, тисками сжимая твой череп. Прежде едва заметная, она началась ещё в палате, но сейчас возросла, раскалённой пятернёй вжимаясь в твою макушку, расплавленным оловом текла по глазам.              «Нет, так дело не пойдёт», - мысли разлетались, словно разноцветные птицы, но ты с усилием поймала несколько из них за хвост, вываливаясь из душа по направлению к зеркалу.       Запотевшее стекло, кое-где покрытое пятнами от возраста, отражало твои красные глаза. Под ними залегли глубокие тени – ты выглядела не лучше Сампо, правда, с одним отличием – тебя никто не бил.       Раскалённой кочергой что-то ковырялось в твоих мозгах. Ты накрыла лоб ладонью. Рука запуталась в шелестящей куртке, но всё же ты сумела выудить из кармана телефон.       Яркий свет экрана больно резанул по глазам.       Ты едва попала по какому-то номеру в избранных.       Противное ощущение зябкой липкостью стекало по коже – мокрые волосы спутались в клубок, словно пряжа. Ты присела на корточки, прижимая телефон к уху, и долгие гудки эхом отдавались в твоей голове, что, казалось, скоро треснет на части.       - Алло? – голос на другом конце провода был немного хриплым после сна – на «Экспрессе», скорее всего, тоже была ночь.       - Вельт… Мне плохо… - жалобно проскулила в трубку ты.       - Где ты? – встревоженный тон смахнул с него последние остатки сна, и ты услышала шорохи ткани и металлических застёжек.       Вельт подорвался с кровати, спешно натягивая на себя одежду.       Время шло, а ты всё не отвечала. Сознание будто проваливалось куда-то вглубь, в ушах шумел морем хоровод запутанных мыслей, а язык не слушался – но ты через силу выдавила из себя:       - В Камнеграде… В клинике…              Секунды растягивались, превращаясь в минуты. В глазах потемнело, и боль превратилась в тупую, пульсирующую, зовущую за собой куда-то, куда никогда не проникает солнечный свет, где холодно и одиноко.       Если бы ты писала рассказ о своей жизни, твои чувства в данный момент можно было бы описать лишь длинным, затянувшимся пробелом.       В клинике было тихо – пациенты спали. Ранним утром тут и мышь не пробегала, так что вряд ли тебя кто-то сейчас обнаружит…       Спина прилипла к холодному кафелю. Дискомфорт отвлекал от головной боли, что когтистыми руками лезла к тебе в сознание, рылась там, разбрасывая твои воспоминания, копошилась в сокровенных моментах, которые ты бережно хранила в глубине своей души…       Перед глазами вспышками появлялись образы – вот на тебя смотрит Кафка, и глубокий взгляд заволоченных туманом глаз вызывает в груди тянущее тепло.       Вот ты видишь, как тебе навстречу бежит Март – каждый раз встречая тебя, словно впервые, радостно приветствует и обнимает.       Вот вы с Дань Хэном сидите в его комнате, и он, забыв о своих переживаниях, с упоением рассказывает тебе о Лофу – его глаза тускло блестят, словно удовольствие от рассказа граничит с щемящим чувством вины, глубокими корнями проросшими в его сердце.       Самые счастливые, светлые воспоминания почему-то оказались такими простыми. Не было среди них ни оглушительных побед, ни вычурных празднеств, ни высокопоставленных чиновников, наперебой распевающих вам хвалебные оды за решение проблем, что вообще-то должны были лежать на их плечах…              Неизвестно, сколько времени прошло. Ты распадалась на части, и каждая из них боролась с наваждением, отчаянно защищаясь – берегла то, что принадлежало тебе по праву.              Сквозь толщу воды, тяжёлую и тёмную, ты услышала торопливые шаги по коридору. Где-то вдалеке шумели обеспокоенные голоса, открывались двери – ты не могла сосредоточиться – это было тяжело.       Кто-то дёрнул ручку двери, но крючок, звякнув, не позволил ей открыться.       - Стелла? – голос тонул в твоих воспоминаниях, и сопротивляться темноте было почти невозможно.              Чьи-то руки подняли тебя, ткань обернулась вокруг твоего тела.              Ты ощущала себя младенцем на руках у любящей матери.              Безопасно и тепло.              Твои веки опустились, и холод тоже куда-то исчез.              Наконец-то ты дома.              

***

             С широким размахом раскинулась над садом животворящая сила. Ветви клонились, лелея на кронах спелые большие плоды покрытых золотом дивных деревьев. Свет, касаясь их листьев, распадался на частицы, роскошным блеском осыпаясь тебе на плечи, на усыпанные лепестками тропинки, кружил вокруг лёгкой ткани шатра.       В нём статно возвышалась фигура Эона.       Она ждала тебя.       Во всём своём величии, словно в расцвете сил, её благодатный лик выражал невыносимое счастье.       Незыблемые постулаты рушились одним щелчком её пальцев. Её дыхание подчиняло себе своды вековых законов, самой силой созидания порождая неимоверное количество энергии, что рвалась из её тела наружу.       - Что со мной… - начала было ты, но боль постепенно отступала, страшась одного взгляда почившего Эона. – Происходит…?       Милостивая госпожа смотрела на тебя сверху вниз. Раскидистый наряд шелестел атласными лентами, звенели золотом наконечники – в её волосы вплетались райские звуки, льня к госпоже, словно к матери.       Она качнулась, выставив руку вперёд – и твоя грудь взорвалась ощущением, доселе тебе неизвестным. Солнечное сплетение рвало на части млостное ощущение радости, дрожащим предвкушением замершее возле Стелларона.       - Сосуд, преисполнившись, изливается сладким вином, - сотня голосов вырвалась из её груди. – Гроздь переспевшего винограда падает оземь, разлетаясь ошмётками раздавленных ягод.       - Что… - ты закрыла лицо руками. На тебе была одежда – твоя одежда, сухая и чистая. – Что это означает… Я не понимаю…       Качая головой, ты зажмурилась – Эон исчезла, но её дребезжащая энергия проникала в само твоё естество. Словно она хотела коснуться тебя, но тёплая ладонь замерла в нескольких дюймах, не решаясь тронуть несчастное создание.       - Энергия не может растворяться в небытие, - сквозь хор голосов прорезался один, высокий женский голос, властный и раскатистый. Он мог принадлежать настоящей царице, чья власть не знала границ, мудрость текла с кровью по венам, а гордость сияла, гремя славой и после её жизни. – Ты приказала, и верный слуга исполнил твоё желание.       Ты резко убрала руки от лица.       Боязливо взглянула на госпожу – но её благосердное лицо не поменялось. Едва прикрыв веки, она жалостливо смотрела на тебя, пронизывая взглядом чёрных глаз.       - Это я-то… - осознание собственного поступка заставило тебя расправить плечи. Боль отступала, повинуясь велению госпожи – и твоему велению. – Сампо… Я попросила Стелларон заставить его почувствовать то, чего он не чувствовал!       Эон кивнула.       - Сила дарует власть, но она же есть ответственность, - голоса перебивали друг друга. Серьёзные брали верх над весёлыми, заглушая остальные. – Так учись же, Стелла, ибо твой взгляд на мир может стать их глазами.       Земля под тобой треснула, и ты потеряла равновесие.       Эон не шелохнулась, а ты, барахтаясь, провалилась вниз – со свистом в ушах утонула в собственном испуганном крике.       Дивный сад быстро отдалялся от тебя, оставшись точкой вверху на потолке, что солнечным лучом провожал тебя.       В последний раз оставив поцелуй на кисти, бесследно исчез, оставив тебя одну.       Ты падала, набирая скорость, но совсем скоро ощутила под собой твёрдую землю.       Сердце заколотилось, и ты, распластавшись на земле, устремила взгляд вверх и тяжело дышала.       Вдох.       Выдох.       Стук твоего моторчика, отдаваясь в ушах, успокаивал.       Ощущение собственного «я» медленно возвращалось. Тяжесть в руках ясно давала понять, что ты существуешь и мыслишь, а значит – жива.       Разлепив веки, краем глаза ты заметила странное высокое зеркало. Вокруг на многие мили раскинулась пустота. Тёмное пространство не имело источников света, но ты прекрасно видела свои руки.       В вычурной литой серебряной раме навеки застыли листья и гроздья винограда, обвившие ровную поверхность. Ты села – зеркало одиноко стояло посреди пространства, приглашая тебя заглянуть в него.       Ноги не слушались.       Что ж, даже для тебя это всё было слишком.              Медленно поднявшись, ты подошла к зеркалу.       Блеск золота, такой родной и знакомый, показался чужим.       В отражении на тебя твоими же глазами смотрел молодой человек, такой же уставший и несчастный, как и ты.       Ты вскрикнула, отскочив от зеркала – парень, подняв руки, повторил твоё движение. Похожи, словно близнецы – только вот его подбородок был резко очерчен мужественными линиями, а широкая грудь тяжело вздымалась. Удивление мигом сменилось интересом – он был высоким, выше тебя почти на голову, и склонил голову набок, разглядывая тебя.       Точно так же, как это сделала ты.       Лохматые серые волосы, так похожие на твои, были намного короче – от чего забавно торчали в разные стороны. Даже ваша одежда была похожа – если не по крою, то по стилю точно.       Ты взглянула на свои руки – маленькие ладошки не изменились. На твоих ногах были любимые сапожки на каблуках, а парень был в модных кроссовках с белой подошвой.       Чем больше ты разглядывала его – тем больше он разглядывал тебя.       Всматривался в синяки под глазами, так похожие на его.       Разглядывал испуганное лицо и едва прикрытые короткой юбкой ноги, такие крохотные по сравнению с его.       Ты подошла на шаг вперёд, и он последовал твоему примеру.       Рука сама потянулась к зеркалу.       Ты поставила пальчик на его поверхность – но вместо его тёплых рук тебе ответило прохладой нелюдимое стекло.       Ниточкой протянулась по его поверхности трещина, расчертив спокойную гладь грубым сколом.       Зеркало лопнуло, осыпавшись наземь – ты едва успела шагнуть назад и закрыться руками, защищая лицо.       За пустой рамой, точно напротив открытой двери, по твоему образу и подобию закрыл лицо парень, уткнувшись в предплечье носом.              Ты переступила с ноги на ногу. Широко распахнутые глаза сверкнули золотом, бесцеремонно разглядывая тебя.       Ты прижала руки к груди и шагнула назад, сжавшись.       - Кто ты? – пискнула тихо, едва решившись начать разговор.       Бежать было некуда, ведь вокруг была только непроглядная темень, клубившаяся вокруг вас. Пространство не принимало чётких форм, лишь очертаниями скользя в зоне видимости.       Осколки зеркала, что усеяли собой всё вокруг, начали таять, будто лёд.       - Первопроходец, - сказал парень, расправив плечи. – Я путешествую на «Звёздном Экспрессе» вместе с друзьями.       Ты опешила, замявшись. В голове возник закономерный вопрос – «а я тогда кто???», но ты отмела эту глупую мысль, не желая показываться наивной.       - Как тебя зовут? – спросил парень.       Странно, но он уже не повторял твоих движений. Расслабленная фигура веяла спокойствием, тогда как ты была напряжена. От парня исходила мирная аура Сохранения, располагая к себе.       - Стелла, - ответила ты.       Внезапно тебе стало стыдно за свой страх. Ведь молодой человек, что дружелюбно улыбался, даже не пытался сократить дистанцию между вами – подметив, как сжалась в напряжении ты.       - Я тоже Первопроходец, - ты улыбнулась, пытаясь снизить градус напряжения. – И тоже на «Экспрессе».       - Это я уже понял, - парень шаркнул ногами, беззаботно подняв пыль в воздух. Она закружилась и быстро осела – тёмное пространство недовольно сощурилось, нависая над вами всё ниже. – Меня зовут Келус. Очень приятно!       - Это вообще кажется чем-то нереальным, - ты смахнула с одежды несуществующую пыль – можно подумать, маленькое облачко из-под его ног достало бы до тебя. – Это ведь просто сон?       - Наверное, - протянул Келус, засунув руки в карманы куртки. На лацкане болтался золотой билетик поезда – маленькая, но такая заметная деталь. – Я так понимаю, ты тоже сделала кое-что… Ну…       - Экстраординарное, - выпалила ты, рассмеявшись. – Ага.       Между вами лопнуло пузырём недопонимание – не к чему отрицать очевидное. Всё это действо больше было похоже на какой-то прикол – будто тебя сюда бросила не повелительница любви, а Аха, безумно хохоча.       - Дай угадаю, - фыркнул парень, раскинув руки – стащив курточку с плеч и оставшись в футболке с очень широким горлом – страшно напоминающим твою блузку. – У тебя тоже проблема со Стеллароном.       - Живёт своей жизнью, - печально выдохнула ты.       Честно признаться, ответ-то был не совсем правдивым – обычно ты была и не против его желаний. Но рассказывать об этом Келусу не хотелось.       - Давай присядем, - сказал парень, расстелив куртку прямо на полу.              Пространство было скучным и неинтересным. Рама разбитого зеркала, загадочно поблёскивая в неведомом тусклом свете, была единственным, что разбавляло гущу чёрной мрачноты, обитающей в этом Эонами забытом месте. Келус выглядел… До ужаса знакомым и понятным, словно твоё собственное отражение.       Ты подогнула ноги, сомкнув бёдра. Элегантно опустилась на заботливо предложенную куртку рядом с рассевшимся по-турецки Келусом, удобно устроилась возле него. Ваши плечи едва соприкасались.       - Я знаю, что Кафка должна была выбрать, кем создать меня – парнем или девушкой, - протянула ты. – В твоём случае, похоже, ей захотелось поэкспериментировать.       Келус сморщил нос. Нет, для него это в твоём случае Кафке пожелалось интересного – стоило ещё разобраться, какая из сторон зеркала была потусторонним зазеркальем, а какая – реальным миром.       Сложные вопросы…       - Мне этот Стелларон доставляет кучу проблем. – Келус ударил себя ладонью по груди.       Ты ощущала еле уловимую вибрацию от его тела. Обычные люди вряд ли обратили бы на неё внимание, но тебе это ощущение было очень знакомо – в твоей груди, резонируя, насторожился такой же осколок чьей-то былой славы.       - Да ладно, - ты махнула рукой, сбросив с себя наконец чопорную маску и расслабилась.       Ненадолго же тебя хватило. Элегантно сидеть было неудобно, пусть и красиво – так что ты расселась не элегантно, расслабив ноги и подогнув их под себя. Никаких пошлостей – парень видел ровно то, что ему было дозволено.       Да он на твои ноги, если честно, и не смотрел – всё внимание поглощали твои большие глаза, сверкающие в темноте двумя яркими янтариками.       - Бороться с собой и так бывает трудно, - усмехнулся он, проведя рукой по своей голени – палец цеплял чёрную ткань джинсов, рассекая её волнами.       Ты, возможно, при определённых обстоятельствах пожелала бы, чтобы Келус так же нежно провёл пальцами по твоей спине.       - Особенно, когда вокруг столько красивых мужчин, - мечтательно сощурилась ты.       Келус хихикнул. Ты смотрела прямо на него – что же, стоило расценивать твою фразу просто как комплимент?       Зная себя, ты точно понимала, что будь ты парнем – то ангелом вряд ли бы кто назвал. В женском обличии тебя всё время останавливали глупые предрассудки, пересуды и прочая ерунда. Женщине полагалось быть целомудренной хранительницей чужого очага – а ты, зажигая огни то тут, то там, с хохотом бегала по галактикам с факелом в руке.       Если сказать точнее – с факелом в груди.       Точёное лицо с горящими глазами, крепкий торс и широкие плечи ясно говорили тебе, что Келус был тем ещё казановой в своём мире.              - Слушай… - ты немного замялась, ведь вопрос казался тебе откровенно глупым – но спросить всё же стоило. – А в твоём мире все… Ну… Другого пола?       - Это как? – фыркнул он.       - Ну… - ты поковыряла пальцем ткань его куртки, на которой сидела. Келус не возражал – лишь внимательно смотрел, как ты собираешься с мыслями. – В твоём мире Март, Химеко и, например, Цинцюэ – это девушки?       - Ну да, - хихикнул парень. – Мне кажется, гендерное разнообразие наблюдается только у нас с тобой.       Ты рассмеялась. Нет, что только что он сморозил?       Повторяя про себя шутку в голове снова и снова, ты хохотала, едва прикрывая рот рукой. Келус, глядя на тебя, тоже захихикал – и его заливистый смех звучал так похоже на твой.       - На Блэйда-девушку я бы посмотрела, - сквозь смех сказала ты, придерживаясь за живот.       - Ой, не надо, пожалуйста, - серьёзный голос и испуганное лицо заставили тебя захохотать ещё громче, но Келус был парень не промах. – Это то же самое, что и Кафка-мужчина.       Тебя снова сдавило смехом, но в этот раз на задворках сознания прогулялся ещё и пресловутый Кафка, с сексуальной портупеей на белой рубашке и плёткой наперевес. На глазах выступили слёзы, а щёки занемели от неприятного ощущения, но вы двое всё не могли перестать смеяться.       Келус уткнулся лбом тебе в плечо. Несколько глубоких вдохов – вы отчаянно пытались успокоиться, всё продолжая смешить друг друга улыбающимися лицами.       - Так, всё, - парень схватился руками за щёки, прикрыв глаза и шумно втянув воздух. – Я серьёзный.       Нет, ты не могла не улыбаться – зрелище было настолько забавным, что невольно вызывало желание потрепать его по щёчкам, как маленького мальчишку.       - Уже много времени прошло, - протянул Келус, посмотрев на тебя дружелюбным взглядом. – Сон, наверное, вот-вот закончится.       - Да, только, для меня это не совсем сон, - сказала ты, отведя взгляд. – Мне стало плохо у Наташи в клинике, и я упала в обморок.       Темнота вокруг была неинтересной, и оставалось лишь разглядывать вычурное зеркало, что привело вас друг к другу. В его раме белёсыми нитями, словно паутиной, кто-то прял новую поверхность. Ниточка за ниточкой, полотно с каждым витком становилось всё более осязаемым.       - У… Наташи? – поперхнулся Келус. Его щёки мгновенно порозовели, но он всё держался за них ладонями.       - Ну да… - ты всё разглядывала зеркало, по которому рябью вились серебряные полосы. Поверхность была нестабильной. – А что не так?       - Я это… - Келус спрятал лицо в руках, словно они могли скрыть от твоего взгляда его всего. – Тоже был… С Наташей…       Последнюю фразу он выдавил из себя через силу, а имя доброй врачевательницы так и вообще коротко пискнул, смущаясь.       Ты хлопнула его по плечу ладошкой, и яростно заявила:       - Ты что подумал, извращенец???       Твоё вспыхнувшее сознание мгновенно потухло, словно догоревшая спичка – виноватое лицо, смотрящее на тебя сквозь расстояние между пальцами, молило о пощаде. Нет, на него – как и на тебя – сердиться невозможно.       - Сампо ранили, и мы приволокли его в больницу. – Ты упёрлась ногой в землю, вернее, в тёмную субстанцию, похожую на плотный песок, что служила тут полом. – И Наташа попросила меня присмотреть за ним.       - О-ох, - Келус взвыл и выгнулся наверх, а потом, собрав всю волю воедино, с силой отлепил руки от лица и заставил себя посмотреть на тебя открыто. – Давай будем честными. Мне от тебя всё равно нечего скрывать. Я переспал с Наташей этой ночью, потому что Стелларон заставил её быть такой податливой и соблазнительной, что я просто не смог удержаться.       Его красное лицо выражало крайней меры смущение. Ты тоже полыхала алым, но контролировала себя лучше.       - Он такое любит, - ты пролепетала эти слова так нерешительно, но Келус, чётко понимая, что камень делает с тобой, лишь кивнул, соглашаясь.              Ты соединила ладони, принявшись ковырять пальцы. Ведь разглядывать тут, кроме Келуса, было нечего – а тебя его вид повергал в ужасное смущение.       - Давай признаемся друг другу, а потом сделаем вид, что так и было, - выпалила ты, тарахтя одно слово за другим – чтобы парень не перебил тебя. – Я всё равно никому и никогда этого рассказать не смогу. А тебе…       - Тебе могу, - закончил твою фразу Келус.       Две половинки.       Два отражения.       Вы были ближе, чем близнецы – диаметрально противоположными версиями одной и той же личности. Та, что была спокойнее и твёрже, носила имя Келус.       А та, что была задорнее и эмоциональнее, называла себя Стелла.       - Кто у тебя был первым? – спросила ты.       Келус вздохнул. Это было чертовски смущающим.       Но тебе хотелось довериться.       Как самому себе.       - Тинъюнь, - одними губами выдохнул он. Взгляд погрустнел, и ты тоже прекратила улыбаться.       - Ого, - ты не хотела заострять внимание на том, кем впоследствии оказалась девушка. – Она красивая.       Келус молчал. Да, ситуация была неприятной - ведь для молодого человека это, скорее всего, было сильным ударом.       Пришло твоё время разбавить молчания и тоже признаться.       Так бы было честно по отношению к нему.       - У меня первым был Лоча, - ты замялась, перебирая в голове воспоминания. – Правда, после той ночи мы больше не встречались.       Это было так давно – но прекрасные, мягкие волосы и жасминовый запах надолго остались в твоей голове.       Он был прекрасен – и определённо стал лучшим выбором для первой ночи для тебя. Нежным и внимательным незнакомцем, прячущим свои секреты подальше от чужих глаз.       - Он мне показался очень подозрительным, - Келус настороженно взглянул на тебя, словно Лоча и правда мог причинить тебе что-то нехорошее.       В этом его мысли сходились с точкой зрения Вельта. Мужчину передёргивало, когда он видел загадочного торговца – правда, он никому ничего не объяснял и, слава Эону Энигматы, о твоих с ним отношениях не знал.       - Да, но после я соблазнила Вельта. – ты зажмурилась, ожидая, что Келус рассмеётся.       Почему-то вспомнились неприятные насмешки Сампо.       - Вельта? – переспросил парень – но ни в коем случае не осуждал тебя. – Что ж, это неудивительно. У меня второй была Химеко.       Келус говорил странно, выдавливая из себя слова – признаться в таком поведении было тяжело. Вы оба понимали, что это сон, что утром о вашем разговоре никто не узнает, но самым сложным для каждого человека было признаться в чём-то самому себе, неправда ли?       - Меня пугало это, - тихо сокрушался парень, и ты участливо накрыла его руку своей. Твоя ладонь была холоднее по сравнению с его, но заботливое движение помогло справиться с эмоциями – хоть и немного. – Они начинали вести себя странно, и я переживал, что заставляю их делать что-то против воли.              Ха-ха.       Ха-ха-ха.       В твоей голове раскатисто прокатился нервный смешок, отвесив тебе очередной пинок.       Ты ведь об этом даже не задумывалась, до вчерашнего-то дня!       - Я так не думала, - ты поспешила опровергнуть слова, что оставили глубоко в тебе смазанный стекающий отпечаток. – Мне казалось, Стелларон лишь помогал скрытым желаниям выйти наружу.       - А это не одно и то же? – Келус поднял брови вверх – не споря с тобой, а просто удивляясь. – Третьей у меня была Зеле. Она-то меня и убедила в том, что я неправ, и пока я мешкался и тушевался, сама схватила и вскружила голову так, что забыл, как зовут.       - Угу, а мне Сампо показал, что не все мужчины хорошие, - ты нахмурилась, надув губки – так забавно и жалостливо одновременно.       - Я надеюсь, он не причинил тебе вреда? – настороженно спросил парень, но ты покачала головой.       - Нет, просто сбежал, оставив меня при своих интересах в тёмном переулке.       - Вот козёл, - процедил сквозь зубы парень, полностью совпадая во мнении с твоим к Сампо отношением, но затем, немного проругавшись, продолжил свой рассказ. – Потом, на Лофу, я удачно потанцевал с Фу Сюань.       - Фу Сюань?! – теперь уже ты удивилась, вспоминая капризную даму, что отчаянно хотела стать генералом и обожала красивые разлетающиеся наряды.       Да и вообще, от её фигуры пафосом веяло за три километра – девушка тебе не очень импонировала в общении, а после того, как Цзин Юань ушёл на больничный, и вовсе стала исполнять его обязанности – со скорбным лицом и громкой радостью в душе.       Это, скорее всего, и было тебе неприятно. По твоему мнению, она генералу не годилась и в подмётки – но Келус видел ситуацию с другой стороны.       Возможно, ты и была по отношению к ней резкой и предвзятой.       - Фух… Она же такая…       - Ну да, такая, - усмехнулся парень. - А в постели очень ласковая и тихая.       - Ой, - ты зажмурилась, помотав головой, но в неё уже полезли картинки лежащей на кровати Фу Сюань с задранной юбкой. – Не говори мне такого. Я сразу начинаю себе это представлять.              - Ладно, не буду. Прости, - парень наклонил голову, не веря, что разговаривает с кем-то в таких красочных подробностях о своих похождениях.       - Потом у меня был Гепард, - ты задумалась, ведь ты с ним не спала – лишь сделала приятно, но подробности лучше было бы опустить. – А потом, на балу, Цзин Юань загнал в угол – и деваться было уже некуда.       - Я представляю, - сначала Келус вздохнул, смотря куда-то наверх, а потом собрался, немного напрягшись, и выдал:       - Хотя нет, не представляю. И представлять не хочу.       Весь ваш разговор был пропитан ароматной смесью откровений и смущения. Пусть, это был просто сон, пусть, Эон Любви желала показать тебе другую сторону медали – но Келус, сидящий к тебе так рядом, тоже переживал в своей жизни схожие эмоции.       Гость-иномирец? Ты из параллельной вселенной? Или просто человек из твоего сна, в реальности никогда не существовавший – не хотелось спрашивать подробности, не хотелось разочаровываться, услышав что-то, что указывало бы на то, что Келус – действительно ненастоящий.       Эмоции внутри тебя были настоящими – вот, что важно.       Если даже внутри сна.       - Ты будешь смеяться, - парень улыбнулся, но тебе-то смеяться над ним точно не хотелось, так что ты приготовилась сдерживаться, что бы он дальше не сказал. – Но дальше в мои сети неожиданно попалась Серебряный Волк.       - Небытиё, - ты щёлкнула пальцами. – Меня почему-то больше всего привлекают Разрушение и Небытиё, правда последнее в меньшей степени. Но когда меня коснулся Блэйд, я чуть с ума не сошла.       - Осторожнее с ним, - Келуса искренне интриговал твой выбор мужчин. – Он не сможет контролировать себя, если действие гипноза ослабеет. Меня вообще чуть не убил, когда я случайно попался ему под руку в Чешуйчатом ущелье.       Да уж, женихи у тебя один лучше другого – что уж скажешь. Аж как-то стыдно признаваться, но куда деваться – от себя не убежишь.       - К слову, об Ущелье, - задумчиво протянула ты, решив не углубляться, сколько раз у тебя с кем было и когда – хоть так ты выглядела немного приличнее, по крайней мере, в своих глазах. – Мы гуляли там с Дань Хэном. Ну… И не только гуляли.       - Чёрт, - Келус снова отвёл от тебя взгляд. – Пришло время признаться в своём позоре.       - Каком? – ты всё ещё держала свою ладонь на его руке, но сейчас парень, применив немного силы, перевернул её и пропустил свои пальцы в твои, сплетя ваши руки. Скорее всего, он сделал это неосознанно.       - Мы с Март остались на «Экспрессе» одни, - Келус немного нервничал, и его эмоции прекрасно передавались тебе. – И… Ну… Всё случилось, но я почему-то думаю, что ей не понравилось вообще…       - Почему ты сделал такой вывод? – ты наклонилась к парню немного ближе. Стелларон в его груди был таким же, как и твой – ты прекрасно его ощущала. Резонанс был практически физически заметным - звонким и певучим, словно хор из десятков тонких голосов.       - Она странно ведёт себя, - парень опустил голову. – Избегает меня, не пишет почти… Да и вообще, часто сбегает с поезда или закрывается в своей комнате.       - Может… Может всё не так, как ты думаешь, - сказала ты, искренне желая поддержать парня. – Стоит поговорить с ней искренне. Даже если убегает, это не значит, что она не хочет с тобой разговаривать.              Вы затихли. Сон всё продолжался, не собираясь заканчиваться. Неизвестно, сколько времени прошло – но мысли о реальности, о мокром кафеле, на котором ты потеряла сознание, о тёплых руках, что прижали тебя к себе, ускользали сквозь пальцы, будто песок.       Тебе казалось таким… Необычным то, как относился к вашей общей проблеме Келус. Не было в нём ни капли легкомыслия, так часто присущего парням – он правда переживал и поначалу страшно корил себя за своё поведение, и лишь со временем смог принять такую страшную сторону себя.       Каждый из вас барахтался, как мог. Были и ошибки, и хорошие моменты – идеальных людей не бывает.       А со Стеллароном внутри безупречным и не станешь.       - Я хочу обнять тебя, - тихая фраза поднялась в воздух, вслед за едва заметными частичками пыли.       И ты была рада, что вас никто не мог увидеть – столь интимным ощущался этот момент. Ты подалась набок, прислонившись к нему спиной – тела резонировали в унисон. Тёплые объятия были необходимыми вам обоим - нервные смешки, за которыми вы двое прятали волнение, уже не помогали.       Его руки обвили тебя, притянув ближе, и Келус замер, прислушиваясь к ощущениям.       Пусть ты и не признавалась себе, глубоко внутри жила тревога. Боязнь неопределённости, осуждения, косых взглядов – пусть каждый день ты картинно плевала на них, топча каблуками, но мутная вода точила камень в твоём сознании, заставляя сомневаться в выборе Эона Любви. Кто-то другой на твоём месте определённо бы уже давно понял, чего желает павший Эон, и зачем она появляется во снах, даруя тебе своё тепло.       Келус обнимал тебя без слов – как никто другой. Одно на двоих сердце билось у вас в грудных клетках, распевая понятные одному лишь ему высокопарные молитвы.       Ты встретила его впервые, но умелые руки были такими знакомыми. Ласковые движения ощущались до трепета привычными. Такие похожие, но такие разные – костяшки пальцев выделялись на мужественных кистях с вереницей выступающих вен. Эти руки многим дарили боль и ласку.       Как и твои маленькие ладошки, что отчаянно хватались за его куртку, сжимали ткань и впивались в неё когтями.       - Ты никогда не задумывалась о семье? – отстранённо спросил Келус, легко поглаживая твоё плечо. Ты прильнула спиной к его торсу, и он накрыл тебя руками, словно крыльями.       - Не знаю, - выдохнула ты. – Понимаешь, это сложно… Особенно для нас с тобой.       Ты точно знала, что сейчас чувствует Келус. Радостное тепло перемешалось со страхом – тёмное пространство, давящее тоскливой пустотой, в любой момент могло разлучить вас.       Ты отчаянно пыталась отстраниться, разглядеть в нём свои худшие черты. Но ни одна твоя мышца не дрогнула, ведь ощущала за собой лишь запутавшегося человека, который отчаянно нуждался в поддержке.       Это всё казалось неправильным, но вместо сопротивления Келус чувствовал лишь твою дрожащую от неизвестных ощущений спину, что в страхе прижималась к нему в поисках защиты и понимания.              Безопасность.       Самое лучшее описание того забытого ощущения, которым Келус баюкал тебя. Тихая гавань его рук лелеяла твоё истосковавшееся тело.       - Что ты сейчас чувствуешь? – нерешительно спросила ты.       Келус ответил не сразу. Он прикрыл глаза, немного наклонив к тебе голову, обдал шею горячим дыханием – и под самым твоим ухом прошептал:       - Что я дома.       С этими словами он прижал тебя к себе сильнее, скрестив руки над твоей грудью. Ты облокотилась на него и обмякла, склонив голову набок. Он коснулся твоего виска подбородком, потерся о серые волосы щекой, оставив после себя приятное ощущение нежного прикосновения.       Золотой стрелой вас навылет поразил резонанс камней, что рвались друг к другу навстречу и одновременно отталкивались крайними полярностями. Невыразимая сила, способная уничтожать миры, подчинялась лишь одному вашему дыханию – зарождающиеся звёзды в груди мерцали и гасли.       По рукам Келуса, трепетно держащего тебя в объятиях, рокотом ревущего водопада искр пронеслась воля Стелларона.       Ты впервые ощущала на себе его действие. Всё тело разом охватил страшный жар, щёки полыхнули пламенем – а твой собственный нечестивый камень в груди пищал, нагреваясь, и метался от перенапряжения.       Но затем, расслабленно опустившись, сдался, следуя велению превосходящего.       Может, Келус лучше понимал Стелларон.       Может, его камень просто среагировал первым.       Но ты чувствовала себя побеждённой – не капая в душу и толикой стыда.       Так, словно так и должно было быть.       Келус обладал тем, чего тебе так не доставало – он был спокойным и уверенным, хорошо знал, чего хочет и шёл к своей цели – а ты болталась по вселенной, не зная, где приткнуться.       Что ж, по крайней мере, это было весело и увлекательно.       Только вот сам парень, скорее всего, считал тебя лучшей версией себя – решительной и настойчивой, способной в любой момент сорваться и лихо устремиться спасать мир без оглядки.       Ты подалась назад, и Келус широко расставил ноги, немного согнув их в коленях. Его тепло кутало тебя в саван безмятежности, оставляя позади тревоги и переживания.       Его губы коснулись твоей шеи немного ниже уха.       Словно крылья бабочки, они порхали по твоей коже, осторожно целуя.       Тело было расслаблено. Не в твоей манере было вот так отдавать власть в руки партнёра – обычно ты выгибалась и стонала, привлекая внимание, а затем вела мужчину в нужном тебе направлении, но сейчас…       Сейчас ты просто тихо таяла в его крепких руках, подобно льду в горячих ладонях. Ты обжигала его, и кожа краснела – напряжение усиливалось. Он сжал твои плечи, проведя вниз – блузка, увлекаемая его пальцами, легко спустилась. Перебирая серые локоны, он убрал их тебе на плечо, и перед глазами Келуса предстала твоя обнажённая шея – затылок покрылся приятным ознобом, и ты наклонила голову вбок, подставляясь под поцелуи.       Расслабление лишило тебя свободы выбора, но ты и так добровольно отдалась, покоряясь спокойствию, которого тебе так не хватало. Ты положила ладони на его колени – парню это понравилось. Он обхватил тебя под грудью, не спеша ведя ладонями по животу вниз. Мышцы сокращались, ведь приятные ощущения граничили с щекоткой – ты улыбнулась, прислонившись затылком к его плечу.       Твои ладони, следуя примеру, тоже устремились вверх. Напряжённые бёдра ярко контрастировали с нежными пальцами, что, оттянув светлую ткань сейчас вовсю гуляли по твоему животу – кружили вокруг пупка, то поднимаясь вверх, задевая кружево бюстгальтера, то снова падали вниз.              Тягостное ожидание томилось, скрытое его брюками. Ты пахла солнцем – далёкой, но в то же время такой родной звездой, что дарила жизнь и радость.       Движения становились всё более напористыми – надо же, прежде вы без умолку болтали, а сейчас тишину тёмного пространства нарушал лишь шорох одежды и звуки учащённого дыхания. Стелларон бился в его груди, горя и искрясь, и возле твоего солнечного сплетения камень отвечал ему тем же.       Ты ощущала ягодицами жар горячего члена даже сквозь ткань. Щёки горели, словно обласканные морозом – желания смешались воедино, звеня в тебе лишь дикой похотью, что сжималась узлом внизу живота. Пальцы щекотали кожу в чувствительных местах – Келус поддел твою юбку, коснулся кружева трусиков.       Но затем не стал больше ждать, и немного наклонился ещё ниже – ваши объятия стали жарче и крепче. Его рука юркнула к лобку. Ты непроизвольно расставила ноги – шею опаляло сбившееся дыхание.       Вторая рука, по-хозяйски задрав твою блузку, потянула лифчик наверх, освободив грудь от её пут. Пальцы стали хозяйничать в трусиках, но затем Келус вытянул руку из твоей юбки, так медленно и невыносимо приятно проведя по коже руками. Ты жалостливо заворчала, пытаясь удержать его на месте – но кто ты такая, чтобы ему указывать?       Всё, что ты могла делать – это безвольно смотреть, как он наслаждается твоим телом.       Пальцы схватили твой сосок. Ты пискнула, а Келус лишь усмехнулся. Другой рукой расстегнул молнию на твоей юбке – ты сжала ладошками его бёдра, царапая плотный материал брюк.       Келус потянул юбку немного наверх и заставил тебя наклониться к нему ещё сильнее, заставил развести ноги широко-широко – удобно зафиксировав их на своих ногах. Сосок в его пальцах отвердел за мгновение – ощущение возбуждения сносило крышу, и с твоего рта вырывались непроизвольные стоны.       Парень был внимательным партнёром. В этом вы были схожи – оба любили, чтобы всё было по-вашему, но в нынешнем положении ты была слабее – ягодицы приятно холодила куртка, заботливо пожертвованная для тебя Келусом.       Твои соки насквозь пропитали трусики. Ловкие пальцы потянули их по бёдрам вверх – как же развратно ты сейчас выглядела. Подняв бедро наверх, ты помогла Келусу стащить их с одной ноги – и теперь они болтались около твоего колена.              Твоя промежность горела – желая его прикосновений и совершенно не прислушиваясь к твоему мнению. Келус, прекрасно умеющий держать себя в руках, несмотря на стоящий колом член, обтянутый брюками, с упоением ласкал твою грудь и гладил бедро. С улыбкой смотрел, как ты подаёшься ему навстречу, пытаешься направить ладонь меж своих ног – пальцами сжимаешь его бёдра, точно тонешь в ощущениях, которыми он тебя щедро одаривал.       Ты лежала на нём, безвольно закидывая голову назад и издавая неприличные звуки.       Наконец, ну наконец ты заслужила его внимание – рука, что гладила твоё бедро, коснулась твоей щеки. Келус обвёл пальцами твои губы, раскрасневшиеся от возбуждения, а затем легонько надавил на них.       - Оближи, - выдохнул он, и ты с радостью исполнила повеление, раскрыв рот и впустив пахнущие твоей же смазкой пальцы.       Прошлась языком по их кончикам – фаланги пропитались твоим запахом, что сейчас щекотал нос. Келус, не будучи слишком настойчивым, немного надавил на твои губы – понуждая схватить ими указательный и средний пальцы. Ты подалась головой вперёд, облизывая и посасывая их – в то же самое время Келус ущипнул твой сосок.       Недовольно заворчав, ты попыталась отстраниться, но Келус, всё так же крепко обнимая тебя сзади, повёл плечом, на котором располагался твой затылок – не давая этого сделать.       - Хорошая девочка, - прошептал он. Взгляд прожигал тебя насквозь – даже не видя горящих золотых глаз, ты ощущала на себе их жар.       Келус прекратил пытку, наконец проведя мокрыми пальцами по твоей промежности. Даже такое короткое движение понудило тебя выгнуться навстречу – ты закинула руку назад, зарывшись ладонью в его волосы, приятно пощекотав ногтями кожу головы.       Ты ощущала его запах – ваш общий запах, витавший в воздухе, наполнявший пространство трепетом вашего возбуждения. Дёрнувшись тазом, ты направила его пальцы к клитору – но сделала это исключительно под его контролем и влиянием, чем вызвала очередную нежную улыбку твоего мучителя.       Келус не дразнил тебя – нет. Это было бы слишком просто – и вряд ли удовлетворило его желания.       Келус тебя целенаправленно мучил, играя пальцами со складочками половых губ, размазывая твою смазку, и едва задевая на мгновение пышущий эмоциями клитор, заставляя тебя подрагивать от каждого короткого движения.              Но затем резко вошёл в тебя двумя пальцами, ребром ладони прижавшись к клитору и стимулируя его сухой кожей.       Меж твоих ног разорвалась атомная бомба, оросив его пальцы новой порцией смазки его руку.              Пальцы свободно гуляли туда-сюда, трахая тебя и стимулируя стеночки. Ты трепетала в объятиях Келуса, глаза непроизвольно закрылись – но внезапно, сквозь шквал эмоций, услышала его тихий голос:       - Открой глаза.       Ресницы задрожали, и ты подчинилась.       - Посмотри.       Келус указывал вперёд – зеркало перед вами, отблёскивая тусклым белёсым свечением, отражало беспросветную темень и разгорячённые тела.       И тебя, с широко расставленными ногами.       Твоя раскрасневшаяся плоть благодарно и легко принимала в себя чужие пальцы. Ты безвольно лежала у него в руках, грудь, вывалившись из лифчика, тяжело вздымалась от твоего дыхания. На животе выступили капельки пота – но они не были ровней истекающему смазкой влагалищу и размазанной его пальцами по половым губам влаге.       Дивная кованая рама, грубо оправляющая зеркало, никак не скрывала тяжёлыми гроздьями, немного свисающими на стекло, вид твоего тела, широко раскинутых ног и пальцев, играющих с клитором. Над твоим плечом поблёскивали золотые глаза, так похожие на твои собственные – Келус тоже тяжело дышал, его щёки покрылись розовыми пятнами.       Но затем его взгляд тоже устремился на зеркало.       Горячие, тягучие волны заставили мышцы сократиться, и ты рывком свела бёдра, сжав внутри пальцы. Оргазм прокатился по мышцам, по коже, по раскрасневшимся от грубых ласк соскам, достигнув горла, вызвало сдавленный крик.              - Как же красиво. – Келус, не давая тебе расслабиться, лишь улыбнулся, разглядывая вас двоих в зеркале.