Разбитые аккорды

[16:26:10] На улице дождь [16:26:13] Рядом с твоим домом [16:26:15] Найдется сигарета и кофе? Это была их новая традиция. Единственная традиция, на самом деле. Рената сообщала о новых поводах зайти в гости к Земфире. Та улыбалась и каждый раз соглашалась. Рената приходила сухой в дождь, потому что приехала по делам в этот район абсолютно случайно. Одним вечером она сразу позвонила в дверь, потому что нашла шампанское, о котором как-то сказала Земфира и решила поделиться находкой. Это была новая традиция. Они просто сидели в гостиной, Земфира иногда перебирала аккорды на гитаре, Рената приходила с блокнотом и рисовала скетчи. Они ничего особо не делали. Улыбки в приглушенном свете, шутки, комфорт. В очередной раз Рената пришла сухой после сообщения о дожде. Земфира в привычном ритме пошла на кухню – заварить кофе, достать пепельницу, подождать, пока Рената помоет руки и сядет за стол. За окном был сильный майский дождь. И в этот раз они выпили кофе и молча выкурили пару сигарет. Рената достала блокнот и карандаш, устроилась удобнее на стуле и начала рисовать. Земфира затягивалась третьей сигаретой и смотрела на нее. Слегка растрепанные волосы, тинтованные бальзамом губы, острый нос, футболка, обнимающая тонкий торс. Шелковая юбка, очертания острой коленки под ними. Земфира не успела отследить за своим телом и положила руку на чужое колено. – Да, я знаю, эта юбка ужасно мнется. Рената даже не оторвалась от своих зарисовок. Земфира смущенно покивала, убрала руку и пошла мыть чашки. Перед уходом Рената опять пыталась уломать Земфиру показать ее домашнюю студию. Каждый день Земфира заходила туда с желанием снять дурацкие вырезки из газет о Ренате, но почему-то не решалась. Как будто этот маленький секрет был маленьким благословением частых приходов желанного гостя. Как будто Ренату тянуло к этому секрету. Не получив разрешение в очередной раз, Рената, улыбаясь, пробормотала «музыканты и их странные ауры студий». Потом всучила Земфире билет на встречу с Ренатой в преддверии выхода ее новой книги. Этого не было в медиаплане, но Земфира обещала быть. –––– Рената блистала – в бархатном черном платье, с огромными кристаллами в ушах и на шее, на тонких шпильках. Земфира чувствовала себя не в своей тарелке – в черном пиджаке и лоферах. Вокруг было много журналистов, камер и вспышек. Натянув темные очки, она прошла внутрь небольшого бара, где проходил этот вечер. – Прекрасно выглядишь. – О, ты пришла! Спасибо! Рената широко улыбнулась, кивнула и пошла пожимать руки следующим гостям. В груди остро кольнуло. На вечере не скупились на шампанское. Земфира с трудом сидела на месте и слушала очередного главреда какого-то глянцевого журнала, который говорил, что тексты Ренаты – это что-то невероятное и непостижимое обычным людям. Рената обнимала всех, говорила комплименты. На некоторых смотрела таким взглядом, что Земфире было завидно. В общем-то, ей было завидно от любого взгляда, потому что Рената вообще не смотрела на нее. «Ярмарка тщеславия, ярмарка тще-сла-ви-я», повторяла Земфира про себя, и пыталась вспомнить, о чем была эта книга. Потом Рената вышла на импровизированную сцену и прочитала тот самый монолог с террасы их отеля в Дании. Она поправила несколько фраз, но текст по-прежнему был несуразным, нелепым… Шедевральным. Все аплодировали. Земфира допила остатки шампанского, встала и подошла к сцене. Рената тревожно смотрела на нее, репортеры, затаив дыхание, направили на них объективы камер. – А можно я скажу? Все говорят, и я хочу. Зал разразился овациями. Они переглянулись – тревога и азарт. Нехотя, Рената передала микрофон Земфире. – Спасибо, спасибо. Вам, наверное, интересно, что я тут делаю? Рената переступала с ноги на ногу. От Земфиры разило алкоголем. – Я пришла поддержать дорого мне человека. Она невероятная, при этом я знаю о ней ровно столько, сколько и вы, представляете? Да, она очень скрытная. Держит все в себе, а потом выливает это метафорами в текстах. Я даже у нее попросила забрать несколько фраз в свои песни. Она разрешила. Земфира посмотрела на Ренату с широкой улыбкой. – Но этот монолог, который она только что прочитала. Он ужасный, согласитесь? В зале повисла мертвая тишина, остались только тысячи щебетаний от щелчков камер. «Что ты делаешь?» – прошептала Рената. – Он такой прямолинейный и нелепый. В нем девушка говорит о потере разума и нахождении его в чужих глазах. Карих глазах. Что за нелепость? Как можно найти свой разум где-то еще? Если это метафора, то она плохая, Ренат. Земфира рассмеялась. Рената сжимала челюсть. – Я была там, когда она написала эту часть. Я даже подозреваю, о ком это. Не обо мне, не переживайте. Говорю же, мы идеальные незнакомцы буквально. Но, Рената, вся эта нелепость текста складывается в такое оригами, от которого захватывает дух. И становится понятно, что синие шторы в твоем случае не просто синие… Ты невероятная. И текст твой невероятный. Прости, что мне не хватает воображения представить эти карие глаза. Спасибо тебе за все. Земфира захлопала первой, зал подхватил. Рената натянула свою светскую маску и широко улыбалась, пока Земфира ее обнимала. Сойдя со сцены, она уцепила очередной бокал шампанского, и ее тут же облепили журналисты. – Что вы думаете о новой книге Ренаты? – Где вы были, когда Рената написала эту книгу? – О ком вы говорили в своей речи? – Какие у вас отношения с Ренатой? Земфира остановилась, сделала еще глоток. – Мы были в Копенгагене, она там написала этот текст. Журналисты, застыв, ловили каждое слово – записывали в блокноты, включали диктофоны, фотографировали и снимали на видео. – Там жила ее первая любовь, представляете! – Земфира выкрикнула, улыбаясь. Сквозь толпу к ней шла все еще улыбающаяся Рената. – Но текст не обо мне, говорю вам! А книга замечательная. Еще не читала, но уверена, что она лучш— На полуслове ее схватила за локоть Рената, прорычала сквозь зубы «пойдем» и повела в подсобное помещение. Земфира выкрикивала еще что-то про террасу и свою новую песню, пока Рената не закрыла за ними дверь. – Что. Это. Было. На ее лице надулась вена у левого виска. – Твою мать, что ты делаешь? Все шло хорошо, теперь будут говорить не о моей книге, а о тебе? Чего ты добиваешься? Рената перешла на крик. Земфира зачарованно смотрела на нее. – Ты очень красивая. – Что? – Красивая ты, говорю. Рената ударила кулаком по стене и начала плакать. – Зачем ты разрушаешь мою карьеру? – Я? Разрушаю? Я даю тебе публичность, все, как ты хотела! Рената резко развернулась и схватила Земфиру за лацкан пиджака. – Что с тобой не так? – она вглядывалась в зеленые глаза. – А не надо приглашать меня на мероприятия вне медиаплана. Очевидно твоя дружелюбность распространяется, только когда мы работаем по контракту. Зачем ты приходишь ко мне? Рената отшатнулась от нее. – Ты с диктофоном приходишь? А потом тоже сливаешь это прессе? – Ты с ума сошла?! – А я говорила, что я не самый лучший партнер. Я и тебя в ад затяну, если вдруг все будет по-настоящему. Это мое тебе предупреждение – не играйся со мной. Земфира толкнула плечом Ренату, вышла из подсобного помещения и пошла мимо щелкающих камер на улицу. Дома она нашла книгу с Ренатой на обложке, отодрала это изображение, сходила на кухню. Зашла в свою студию и припечатала кухонным ножом изображение Ренаты на пробковую доску. –––– Они не разговаривали неделю. Интернет заполонили статьи об их непонятных отношениях, приватном разговоре в подсобке, интригующей улыбке Ренаты после.

Впервые я у твоего дома [22:36:05]

Могу зайти? [22:36:07]

Прости меня, я была не в себе [22:37:02]

Лишнего выпила [22:37:05]

[22:41:34] Нет. Не можешь [22:42:17] В смысле, я не дома

Прости? [22:42:19]

[22:45:49] А ты не шутила про ад со своим первым партнером.

Я никогда не шучу, увы. [22:46:13]

Я такая. [22:46:15]

Ужасная. [22:46:16]

[22:52:01] Понятно [22:54:55] Но это подняло мой рейтинг медийности [22:55:27] Спасибо за твою ужасность До конца действия контракта Рената больше не заходила к ней домой. На оставшихся трех мероприятиях они держались рядом, улыбались, но особо не разговаривали. Земфира пыталась поговорить, но Рената отнекивалась и говорила, что все в порядке. Что она все поняла и прощает Земфиру. И даже благодарна за разразившуюся бурю в интернете. Дома Земфира глушила боль виски, смотря на пронзенный ножом лоб Ренаты с книги.