Lead Me to Your Beautiful

На следующий день Минхо заполнил свой блокнот. Это было похоже на освобождение. Общежитие было абсолютно пустым, а сам парень проснулся с ощущением сдавливания в сердце и, что странно, с улыбкой на лице. Ли потянулся убрать прядь с лица Джисона. Лёгкая улыбка, которую Хан подарил ему сонными глазами, стала его любимой, ведь она предназначалась только ему. И уже после этого Минхо проснулся по-настоящему. Он описал утренний момент во всех красках. Расписал свои чувства после того, как открыл глаза, во второй раз за день. Он написал о своём замешательстве. Почему? Где он был, когда открыл глаза? Ли остался один в общежитии, а не с Ханом. Он не проживал их мгновения… А потом слова потекли рекой по странице. Мгновение за мгновением, от первого сна до их совместной жизни, какой он жил сейчас. Он никогда не писал так много, но парень даже не замечал, как шло время. Минхо не чувствовал ни голода, ни жажды — просто необходимость продолжать записывать, словно собирая обрывки воспоминаний в банку. Это была дымка мыслей и снов, переплетающихся между собой. Он рассказал о своёй злости. О гневе при пробуждении и понимании того, что он совсем один в общежитии, а не тренируется с остальными. Он написал о злости, которую сдерживал, из-за наблюдений за собственным танцем. Ли хорошо понимал, что былая страсть угасает от мирного бездействия. Злясь, он написал и том, что хочет лечь спать, дабы вернуться к Джисону.

* * *

Минхо отвлёкся, когда услышал тихие постукивания по двери. — Да? — голос вышел хриплым. Парень осознал, что это было его первое слово, которое он произнёс вслух за весь день. Лидер заглянул в комнату. — Хотел убедиться, что ты проснулся. — Ага… прости, я не слышал, что вы вернулись. — Мы не хотели тревожить тебя, пока ты спал, но я думаю… — Крис прочистил горло. — У нас в планах курочка и новый фильм, — Ли почувствовал как желудок начал подавать признаки жизни, — Можешь присоединиться к нам, если ты, конечно же, не занят… — Чан взглядом указал на тетрадь. Минхо закрыл дневник, чувствуя лёгкое покалывание в руке. — Нет, я закончил. Чан заглянул за плечо младшего. — Над чем работаешь? — Домашнее задание от терапевта. — О, это прекрасно. Минхо кивнул, немного меняя своё положение. — Но, на самом деле, там есть и лирика к песням. Кристофер вскинул брови в удивлении. — Правда? — Да, я бы хотел показать тебе и Чанбину, когда закончу. — Супер! Мне бы очень хотелось увидеть результат твоих работ, — Чан сделал паузу перед тем, как продолжить, — и, думаю, Джисону тоже. — Ох, — Минхо потёр затылок, — конечно, я подразумевал и его тоже… Чан кивнул, смотря как Ли кладёт тетрадь под подушку на своей кровати.

***

Участники уже сидели в гостиной, когда двое старших зашли. Чан мгновенно подошёл к месту, на котором он всегда сидел ранее, оставив свободным угол дивана, где всегда находился Минхо, зажатый между подлокотником и Джисоном. Ли нерешительно посмотрел на Хана, но, всё же, сел. Младший одарил его лёгкой улыбкой. Минхо почувствовал непреодолимое желание протянуть руку, провести рукой по волосам Хана и отбросить их назад. Так похожи. Ли вспомнил слова, которые, ещё тогда, сказал Джисону. Конечно же, это ранило его сердце. Ту отвратительную фразу, которую он использовал в качестве оружия против своего же друга, парень не мог просто так забыть. — Хотел бы я, чтобы мы никогда не встречались. Такое маленькое предложение, а пропитано невероятной ненавистью. А из-за чего? Почему? Потому что он хотел бы никогда не видеть сны? Будто каким-то образом Джисон стал причиной этого? Минхо понимал, что это до одури глупо. А ещё парень знал, что он ужасно поступил говоря это и пугая Хана. Джисон слишком быстро его простил. Минхо не смог бы это сделать за столь короткий промежуток времени. Теперь же они поменялись ролями. Он стал слишком восприимчивый к чужим словам, чтобы забывать подобное. Но, наблюдая за Ханом, что брал очередной кусок курицы и спокойно смотрел фильм, Минхо думал, что только он ощущает недосказанность между ними. И этой недосказанностью послужили слова и действия старшего. Джисон, казалось, чувствовал чужой взгляд, из-за чего, поворачивая голову, их глаза встретились. Щеки парня чуть надулись от еды, а брови поднялись в вопросительной эмоции. — Хочешь? — спросил Хан, указывая на нетронутый кусок курицы. Минхо забрал кусочек, не отвечая ничего, а Джисон будто и не ожидал другого. По завершению своего перекуса, Ли вернулся к фильму. Он не был сосредоточен на просмотре, в его голове мысли танцевали под мелодии белого шума. Из потока выбивался всего один вопрос, тот, который ему задала терапевт и попросила тщательно обдумать. Почему Джисон? Минхо окинул взглядом парня, чей взгляд не отрывался от экрана. Джисон являлся самым близким другом Минхо среди всей группы. Было время, когда Ли мог спокойно закончить предложение, которое начинал младший. Он мог определить, не спрашивая, не самые удачные дни Хана. Он прикладывал все усилия, чтобы помочь ему пройти сквозь эти времена. В свою очередь Джисон тоже, к счастью, прекрасно считывал эмоции Минхо. Парню никогда не приходилось объясняться перед Ханом, чтобы тот постарался помочь ему. Так что, возможно, это было вполне объяснимым, почему такой человек как Джисон засел в его мыслях. Но всё же… моменты, которые проживают лучшие друзья абсолютно не сравняться с обстоятельствами, в которых ты проводишь жизнь с человеком, что приходит к тебе во снах. Минхо вспомнил прикосновения губ Джисона. Ощущение его кожи под собственными руками. Это было столь же реально, как и тепло, что исходило от контакта с его ногой сейчас. Так почему же Джисон? Мысли о подобной близости никогда не вызывали у него интерес. Танцы и карьера были основной целью в жизни. Почему же в данный момент его подсознание занято предполагаемыми отношениями с Ханом? Даже если это и должен быть парень… с незнакомцем, сотворённым из воспоминаний, Ли бы справился в два счёта. Он бы выдержал это. Но чувства, что наталкивали на отношения с кем-то, кто на самом деле не был реальным, но в то же время существовал в качестве друга, сидя рядом — заставляли разум и сердце Минхо сходить с ума.

***

Джисон весь фильм чувствовал на себе взгляд Минхо, после того как он предложил тому курочку. Хан не смотрел в ответ. Ли будто бы был нашкодившим котёнком, который сразу же сбежит после встречи с глазами смотрящего, потому младший и пытался сконцентрироваться на фильме. Случись подобная ситуация пару месяцев назад, он, вероятнее всего, облокотился бы на плечо Минхо, а может и вовсе уснул, положа голову на чужие колени. Но этим вечером Джисон чувствовал себя ужасно скованно. По окончанию фильма, Хан поднялся, намереваясь уйти, когда почувствовал чужую руку, что обхватила его кисть. — Хён? — Можешь на минутку остаться? — мягко попросил Минхо. Джисон взглянул на остальных, торопливо убирающих еду и направляющихся в свои комнаты. — Хорошо. Они сидели в тишине, пока остальные впопыхах расходились по комнатам. Участники лишь взглянули на них, кажется, поняв, что Минхо и Джисону нужна приватность для разговора. Было так же неловко, как и во время собрания, на которое их позвал Чан. Обычно такого не случалось, но сейчас ожидание разговора приравнивалось к сидению на краю пропасти. Хан слегка отстранился от старшего, чтобы лучше видеть лицо перед собой, когда остальные, наконец, исчезли из комнаты. — Что происходит? — не выдержал Хан. Минхо смотрел на его руки. — Я хочу извиниться. Глаза Джисона расширились в удивлении, он не ожидал этого. Ли посмотрел на парня. — Мне не стоило говорить те слова. — Не волнуйся, я уже простил тебя и- — Я знаю, что ты сказал, что всё в порядке, но это же не так Хан. То, что я сказал… оно сидит у меня в голове и съедает изнутри. Я не могу поверить… Джисон осознал, что не может вымолвить и слова, ведь ком, что образовался в горле, стал ощутимой помехой. Он видел, как Минхо пытался успокоить собственные руки, параллельно придумывая, как же лучше донести свои мысли и эмоции. — Минхо. — тихо вымолвил Хан, чтобы заполучить внимание собеседника. — Я сказал именно то, что и имел в виду, — он встал на колени, двигаясь ближе к старшему. Глаза Ли расширились, и казалось, что он отшатнулся от близкого расстояния, как от огня. Джисон посмотрел вниз, кладя руки себе на колени. — Я не могу понять, с какими проблемами ты сражаешься сейчас, но… тогда ты не был похож на настоящего себя. — Я был чересчур агрессивным. — Я знаю, — он мягко дотронулся до коленки Ли. — И ты устал. А ещё, не можешь держать свои вещи в порядке и легко расстраиваешься, — мягко смеясь сказал Хан. — Ты всё тот же Минхо просто… прямо сейчас поднялся до нового уровня. Но это всё ещё ты. — Сонни- — А вот и нет, я знаю, что ты продолжаешь переживать об этом. Но хватит уже думать. Это по-прежнему ты… а я знаю, что мой Ли Минхо такого бы не сказал. Ты бы никогда не ранил меня специально. Джисон надеялся окутать уютом старшего. Он по-настоящему ненавидел понимание того, что Ли страдал от их недавней стычки. Шокировало ли это Хана? Безусловно. Но, уж точно, не позволило стереть из памяти годы чудесной дружбы. Поэтому, он надеялся, что Минхо перестанет быть упрямцем и поймёт его слова. Однако, он видел лишь чужие плечи, что слабо подрагивали в ответ на его слова. Руки Ли расположились рядом с чужими, создавая лёгкое подобие контакта мизинцами. Он находился на грани, в ожидании дальнейших действий со стороны старшего. Это заставляло внутренности Джисона неприятно сжиматься, а сам он, кажется, совсем забыл, как дышать. — Джисон… — Хан услышал, что голос старшего надломился и, поднимая голову, он понял, что тот плачет. — Детка, что же происходит… Это побудило Минхо разразиться в плаче ещё сильней. У Джисона случилось сильное дежавю, которое вернуло его в день, когда старший плакал из-за кошмара. Но этот бодрствующий и разбитый Ли, заставил понимать Хана, что он хочет защитить хёна от всех невзгод. Поэтому, единственное, что сделал парень, так это заключил танцора в свои крепкие объятья. Минхо продолжал плакать. — Тебе не нужно нести эту ношу одному, позволь нам быть рядом. Пожалуйста… откройся хотя бы мне, — мягко проговаривал Хан. — Я даже не знаю смогу ли помочь, но я постараюсь. Я сделаю, буквально, что угодно, дабы помочь тебе. И мы оба знаем, что вдвоём, мы приложим все усилия для улучшения ситуации. — Я не могу, я- — Ты можешь, можешь! — продолжал шептать младший. — Ты будешь меня ненавидеть и… никогда не посмотришь так, как раньше. Джисон усмехнулся, ведь понял, что кулак Минхо, вцепившийся в его рубашку, сжался сильнее. Он почувствовал, как Ли уткнулся носом в его шею. Хан провёл рукой по волосам друга. Прошло так много времени с тех пор, как тот ушёл на перерыв. Младшему всегда нравился уровень комфорта, которого он мог достичь рядом с Минхо. — Я никогда не стану тебя ненавидеть. Как он мог вообще испытывать это чувство по отношению к Ли? Как он должен смотреть на него, когда всё, о чём Джисон думал с тех пор, как всё началось, было состояние Минхо и его благополучие. Это вообще было чем-то из ряда фантастики. Хан знал, что не существует ни одной версии его собственного мира, в которой он бы ненавидел старшего.

***

Минхо продолжал ронять слёзы на плече друга ещё долгое время. Возможно, кто-то другой попытался бы поскорее успокоить плачущего, но Хан лишь продолжал крепко удерживать его одной рукой, гладя по спине, а другой кутался в прядях. Старший лишь тихо всхлипывал, чувствуя себя полностью разбитым. — Я не буду тебя ненавидеть, — вновь повторил Джисон. Останется ли это утверждение правдивым, когда Хан узнает о снах? Будут ли его действия и слова столь же учтивы и милы после того, что он узнает? Когда он поймёт, частью чего является Минхо и почему он так себя ведёт? Простит ли его Джисон, если в такие моменты, как сейчас, Ли не сумеет их различить, теряясь в собственном сознании? Он искренне не понимал, был ли это лучший друг, либо же тёплые объятья дарил любимый человек? Будет ли Хан утешать его точно так же, после всего случившегося? Он отстранился от Джисона, который нехотя позволил ему это сделать. Поднимаясь, Ли отвернулся от друга, дабы не пересечься с ним взглядом. Он собирался уйти к себе в комнату. — Минхо! — донёсся до парня голос Хана. Он остановился вполоборота, глядя на младшего. — Что? — Запомни, что ничего, из когда-либо сказанного тобой, не вызовет во мне жгучего чувства ненависти, — прямо сказал Джисон. — Ты, конечно же, мне не поверишь сейчас, но я надеюсь, что мне удастся заслужить твоё доверие когда-то. — Это не… дело совсем не в этом, Хан. Я готов доверить тебе свою жизнь и- — А что тогда? — не выдержал младший. — Слушай, я совсем не хочу давить на тебя, но… я чувствую, как ты затухаешь прямо передо мной, и это совсем не то, о чём бы ты мог подумать, — в спешке добавил парень. У Минхо в голове незамедлительно вырисовалась картинка его жизненной спирали, которая постепенно тлеет и в любой момент может закончиться. — То есть, ты совсем не будешь комментировать моё очевидное сумасшествие? — Нет же… просто… я скучаю по лучшему другу, — тихо ответил Джисон. Ли наблюдал, как младший умостился на диване, дабы установить зрительный контакт. — Возникает чувство, что ты избегаешь меня, — Хан вздохнул. — Но я чувствую себя ужасно, проговаривая это, ведь у тебя так много проблем сейчас. Это даже как-то по-детски. — Нет, это не так… я- — Нет, всё в порядке, Минхо, — прервал его младший, поднимаясь со своего места. Он подошёл нему, видя как Ли пытается удержать зрительный контакт, что ему даётся с трудом. Джисон вздохнул и подошёл ближе, обнимая Минхо. У Хана были сильные руки, о чём старший уже успел забыть. Он не был в объятиях Сона так долго, что от настоящей сокрушительной силы младшего у него перехватило дыхание.