Действуй так, будто неудача невозможна.
7 августа 2024 г., 02:41
Прошло три дня с той ночи. Мама больше не проявляла чрезмерного внимания. Утренние процендуры прошли, как и прежде: в столовой всех уже ожидал завтрак, подготовленный Анной и Мией. Последней нетерпелось снова оказаться среди родных людей, смеяться с ними и радоваться за них… Даже зная, что их будущее предрешено. Если побег провалится или случится что-то из ряда вон выходящее… То они все погибнут. На одной вере и стремлении далеко не уедешь, однако Миа была искренне благодарна Эмме за ее стойкость и упорство. Ее несгибаемость принудила Рэя согласиться на эту безумную идею.
Миа вынуждена терпеть горечь лекарств после утреннего тестирования. Девочка не жалуется, молча переносит отвратный вкус и запивает его парой-тройкой стаканов воды.
Выходя на улицу, светловласка берет с собой две ракетки и воланчик. Радостные вопли разносятся по округе. Дон, Анна, Нэт, Ивет и многочисленная ребетня в мгновение ока оказываются рядом: кажется, все давно забыли про эту игру.
Рэй смотрит на нее пристально, изучающе. Долго не отводит глаз от улыбки, вслушивается в чистый мягкий смех… Он мельком хвалит Эмму за качественное притворство, когда та уходит от Мамы, поправившей ей воротник рубашки. Рыжеволосая скрывается в лесу вместе с мячом. Нормана было давно не видно.
Миа падает на землю в тени вяза, где, по своей привычке, сидел читающий Рэй. Девочка вытерла пот с лица, жаркий румянец выступил на щеках.
— Я немного устала, — виновато проговаривает блондинка, когда Дон с обеспокоенным выражением лица приближается к ней. Сухой кашель срывается с губ, девочка скривилась от боли.
— Отдыхай, мы пока мелкоту развлечем! — бросает Дон, махнув на прощание.
Девочка откинулась назад, расслабленно оперевшись о ствол дерева.
— Ты как? — участливо поинтересовался Рэй, сидящий рядом.
— Порядок.
— Врешь же.
Она усмехается. Молча вздыхает.
— Скажи… что ты думаешь об идее Эммы? — его вопрос застает девочку врасплох. Почему он спрашивает ее мнение?
Она пожала плечами, разминая их: — Я верю, что у нас получится.
— Это не то. Скажи, как ты оцениваешь наше положение? — продолжал напирать Рэй. Он краем глаза смотрел в сторону сестры, изучая ее реакцию. Должен же был хоть кто-то сохранять рассудок среди них?
Она молчит. Взгляд устремлен на резвящихся детей, но мысли уже были далеко за пределами фермы. Они уносились вдаль, ища пристанища. Что она думала?
— Слишком много неизвестных, — наконец выдает Миа, продолжая витать в облаках и видя перед собой бескайний лесной простор с какими-то редкими проплешинами в виде цветочных полянок или песчаных равнин. — Признаться, я сомневаюсь, что товар высшего качества оставили бы без охраны. Стена и Мама — это препятствия, которые видимы нам изначально. Но…
Речь обрывается. Кажется, Миа хотела продолжить, но остановилась, внезапно отказавшись от мысли.
— Но?
— Нет, ничего, — девочка отрицательно покачала головой, поднялась с земли. — Я пойду. Увидимся. — бросает она, подобрав с земли оставленную кем-то скакалку. Вскоре хрупкий силуэт исчез в тени деревьев. Рэй остался один.
***
Он знал. Не зря упорно читал книги из библиотеки: биология всё же пригодилась. Миа с детства была эмоциональной и чуткой, просто со временем эти качества стали сливаться, дав невиданный скачок ее проницательности. Она любила. Любила нежно, по-дружески заботливо и по сестрински внимательно. Ее чувства были искренни, а мысли чисты и добросердечны. Она понимала всю семью через прикосновения, такие легкие, словно поцелуи летнего ветра, и через эмоции, порой бушующие как морской шторм. За каждой фразой она видела ветви, извилисто ведущие к характеру и сердцу человека. Она изучала. Наблюдала. Анализировала. Понимала. Кажется, сами Боги одарили ее, направив в этот грешный, полный зла, мир. Она — свет. Прямо как Эмма, только мягче, нежнее. Но такой же яркий. Так о чем это мы? Ах, да. Биология. Рэй почти сразу распознал в болезни Мии нервное начало. К тому же, впоследствии температура быстро спала и ее поднималась боле, чем подтверждалась его догадка. Однако, что будет дальше? Норман пожертвовал рациональностью, избрал риск ради Эммы, которая принимала за действительное свои желания… Миа была выбита из коллеи, но при этом упорно играла роль послушной дочери и уравновешенной сестры… Рэй покачал головой. Нет. Сейчас об этом рано рассуждать. Прошло всего три дня. Нужно время. Они смирятся со всем и останутся живы. Мальчик поднялся. Он не позволит им умереть. Спокойной, вольной походкой Рэй направился к лесу. Пора обсудить побег. — Рэй, наконец-то! — восклицает Эмма, завидев маячащую тень среди листвы, и подскакивает с камня: мяч, который она катала ногой вперед-назад, улетает в сторону. — Мы заждались, — скрестив руки на груди, поделился Норман. — Простите, хотел дочитать главу, — мальчик поднимает руку, в которой держал книгу. — Механика? — с любопытством спрашивает Миа, свесившись вверх-тормашками с дерева. — Кажется, я ее читала, — спрыгивая, задумчиво протянула светловласка. — Я специально принес ее, — скосив напряженный взгляд на беспечную младшую сестру, сообщил Рэй. — Сейчас у нас 2045 год. «Инженерная механика и история человечества» — самая новая книга в нашей библиотеке. Она издана в 2015 году. — Разрыв в тридцать лет? — пораженно проговорила Миа, склонившись над датой издания. Голубые глаза опустели, на мгновение задумавшись о чем-то своем: — я вчера проходила мимо карты мира… Она была датирована 2010 годом. Рэй нахмурился. Норман задумчиво взялся за подбородок. Эмма растерянно смотрела на друзей. — Если так подумать, — отступив на пару шагов от Рэя, начала Миа, — то в нашем доме нет электрического освещения, только керасиновые лампы. Более того, мы даже не используем лампочки Эдисона. Нет ни радио, ни телевизоров, никаких проводов… А еще… Она замолчала. — Что? — дрогнувшим голосом спросила Эмма. — …мы никогда не готовили, — поджав губы, ответила девочка. — Еда, которую мы получали уже готовой, обучение и воспитание, основанное на безукоризненном подчинении правилам… Мы никогда не были свободы. А все те, кто узнавали слишком много… Вероятно, отправлялись раньше сроков… — Звучит ужасно, — невесело отозвался Норман. — Нам нужно определить наше примерное местоположение, разобраться с передатчиками, перебраться через стену, не попавшись на глаза Маме. «Невозможно». — Учитывая то, что солнце восходит на юго-востоке, — начал Рэй, обращая глаза к небу, — мы находимся в северном полушарии. Не забудем и про то, что у нас происходит смена времен года, следовательно, мы ближе к экватору. Восхищенный взгляд Эммы сосредоточен на говорившем, девочка невольно сжимается, вздрагивая от волнения: там, снаружи, толпы демонов. Она должна быть сильной ради своей семьи. «Не позволить кому-нибудь еще умереть. Конни… Будет последней. Да. И никак иначе…» — А передатчики? — растерянно спрашивает Миа. — Мы даже не знаем, где они! На одежде нет, Дом не прослушивается, шрамов на теле не видно… — Да, это проблема. Нам нужно… — но Рэя прерывает колокольный звон. Время обеда. Ребята переглядываются, расходятся в разные стороны, а Эмма остается на месте, задумчиво глядя сквозь стволы деревьев. Дом стал чужим. Враждебным. Грозным и… нетерпимым. Всё, что она любила… Семью, их неизменный образ жизни, Маму и это каменное здание… Когда-то ей хотелось остаться здесь навсегда, но теперь… Каждое утро начиналось с мысли о том, что нужно бежать. Улыбаться. Дети смеялись, бегали вокруг старших, лавировали меж столов, пролезали под ними, перепрыгивая через скамейки. Их переполняла энергия, они не могли усидеть на месте. А Мама смотрела на них. Смотрела с любовью. Эмма с трудом поднимает кастрюлю с картофельным пюре, тяжело опускает на сервировочный столик, который хотел было поехать вперед, но был остановлен твердой рукой Рэя. Мальчик выглядел как обычно, мрачным и безэмоциональным. Эмма рассеянно оглянулась по сторонам. Она витала в облаках, думая лишь о том, какие трудности могут быть за пределами Дома. Все рассаживаются по местам. Миа добродушно улыбается, общаясь с Джемаймой, Филом, Томой и Лани. Время от времени обращает внимание Анны на неряшливость Маи. Эмма поражалась тому, как профессионально младшая сестра Нормана прикрывала свои истинные чувства. Она была младше их всех, но рассуждала почти так же, как Рэй. В ней было что-то уникальное. Она не была гениальной, как Норман, но обладала поразительной памятью и логикой. Ей нравилось читать, нравилось учиться. Миа любила изучать языковые книги, которые однажды принесла в библиотеку Мама… Ее интереса хватало на все области знаний. — Пс… Эмма, — из мыслей вывел встревоженный голос Нормана. Девочка повернулась к нему лицом, задавая немой вопрос. — Расслабься. Мама смотрит… Обед прошел без суеты. Тихо, спокойно, за непринужденными беседами и тихим смехом. Но после… «Зачем Мама собрала всех старших в своем кабинете?» Миа задавалась этим вопросом уже минуты две-три и не могла найти ответа. Неужели, они в чем-то провинились? Или она хочет устроить подобие допроса?.. Нет, тогда она бы вызвала всех по отдельности, чтобы вычислить лжеца. Что же тогда?.. Хочет призвать к повинной? Нет, не ее метод… Всё оказалось хуже. Мама хотела, чтобы они помогли ей по дому. Прибраться в пустующих комнатах, пересчитать запасы одежды, постельного белья, организовать уборку в детской… И, что самое неприятное, они все были вынуждены приостановить встречи для обсуждения плана. Они были либо разделены, либо присутствие Гильды или Дона мешало говорить открыто. Возможно, на этот случай стоило бы придумать какие-нибудь кодовые фразы с разным значением, но это было не то, о чем потрясенные детские умы стали бы думать после раскрытия правды о родном гнезде. Миа усердно подметала, мыла окна, превозмогая усталость и боль в мышцах двигала мебель. Рэй отчитывал ее за занозы, ушибы и царапины, а она продолжала работать, не обращая внимания на разговоры вокруг. Ей не хотелось слышать. Желание утонуть в потоке собственных мыслей пересиливало все мольбы разума очнуться и изобразить что-то вроде заинтересованности в общении. Но ей было плевать. Плевать на всё, кроме темноты безмолвного будущего. Она смотрела в пустоту, предпринимая бессмысленные попытки разглядеть в окружающих предметах ответы на свои вопросы. Но всё молчало. Молчали стены. Молчали лица. Молчали мысли. Рэй и Норман что-то говорили о проверке реакции Мамы, просили Эмму сохранять спокойствие и рассуждать так, «как это делают наши враги»… Дон жалуется на внезапные обязанности, свалившиеся на них как снег на голову, мечтает о догонялках, Гильда неловко смеется. «Хочу покончить с этим всем». Миа опирается спиной на стену, швабра падает, ударяясь о тумбочку. Девочка молчала целыми днями, выходила из-за стола раньше обычного, принимаясь за уборку при первой возможности. Она избегала ребят. Избегала самой себя. Но проигрывала в этой гонке. Тем утром, спустя три дня… земля ушла из-под ее ног. — Позвольте мне представить вам… — приоткрыв простыню, начала Мама. На ее руках была маленькая девочка с нежными, светло-русыми волосами и лазурными, подобно воде южных морей, глазами. — Это — Кэрол, ваша новая родственница. И сестра Крона, — кивок в сторону грузной темнокожей женщины с кучерявыми волосами, закрепленными в необычную прическу. — Она будет помогать мне по дому. — В… взрослый?! — удивленно спрашивает Эмма. — И разве не рано появился новый ребенок?.. — прибавляет Рэй. — Мама… отвлекала нас, — отозвалась Миа, впервые за это время приняв участие в разговоре. — Мы сосредоточились на поиске передатчиков и обследовании Дома на наличие прослушки или наблюдательных устройств… А после… — Старались вести себя так, чтобы нас не заподозрили, — закончил за нее Норман. Девочка кивнула. — Уборка — это часть ее плана, — сжав губы в тонкую полоску, добавила Миа. — Кэрол — это замена Конни… А под «помощью по дому» Мама наверняка подразумевает слежку. Сестра Крона станет ее союзницей… И ей станет проще всех контролировать. — Она не ищет нас, — подвел итог Рэй, убрав руки в карманы. — У нас… большие неприятности, — сокрушенно проговаривает Эмма. Сестра Крона заселилась в комнату, расположенную на втором этаже. В ту самую, где они так долго убирались, смывая пыль со стен, потолка и пола, а также выгоняя пауков с мошками. В ту самую, что была посреди детских. Она будет слишком близко к ним… — Черт, я должен был догадаться! — в порыве яростного отчаяния Норман ударяет кулаком по вязу, стоящему перед домом. Дети вокруг вовсю играли, смеясь и бегая подле Нэта и Анны. — Не кори себя, братец, — робко просит Миа, напуганная резкостью мальчика. — Даже если бы ты предположил появление второго взрослого… мы бы ничего не смогли сделать. — Я не об этом, — устало вздохнул тот, глядя на друзей. — Всё это время Мама оставляла нам маленькие подсказки, но даже с их помощью я не смог предугадать ее следующий ход. Если мы хотим сбежать, то должны стать хитрее Мамы. Но она уже обыгала нас один раз! — Следует помнить, что паника может быть частью ее плана, — вмешался Рэй. — То, что она оставляет для нас подсказки, доказывает, что она хочет показать свое превосходство. — «Я знаю все ваши планы…», — печально произносит Миа. — «У меня есть тактическое преимущество…». Мама всегда побеждала нас в шахматах. Рэй кивнул: — если это действительно так, то мы не должны сдаваться. До тех пор, пока остается возможность побега… Победа у нас в кармане. Наступила короткая пауза. Каждый погрузился в свои мысли. Вскоре Рэй нарушил молчание: — К тому же, мы должны радоваться! — Чего? — изумилась Эмма. — У нас появилось два новых источника информации, — пояснил черноволосый, его лицо озарила решительная улыбка. — Нам ведь этого и не хватало, правда? Радость охватила душу рыжеволосой девочки, она счастливо подпрыгнула на месте, празднуя их маленькую победу…***
Шаги. Глухим эхом отзывался каждый шаг по пустому коридору. Деревянные доски местами скрипели, но сегодня, кажется, и они не хотели нарушать эту тишину. В комнате Мамы было девять кроваток. Детей от одного до двух лет будила и укладывала спать лично Мама. Однако, по какой-то причине старшие девочки помогали с купанием и переодеванием малышей… — Это наш шанс изучить Кэрол, — размеренным тоном сказал Рэй тогда на улице. — Мы рассчитываем на вас, девочки! — с искренней надеждой улыбнулся Норман. Миа снова молчала. Каждый вечер видя этих малюток, она думала только об одном: всем вместе сбежать не получится. Но Эмма хотела этого. Стремилась к этому. Без оглядки верила в это. Плавными движениями рыжеволосая начинает мыть Кэрол, осторожно осматривая детское тело. Миа краем глаза наблюдает за подругой, укладывая очередного малыша в кровать. Детский смех раздался за спиной. Эмма нечаянно расщекотала Кэрол, отчего та залилась звонким смехом. Гильда и Миа переглянулись, приблизились к старшей, влюбленно наблюдая за своей маленькой сестрой. Напряженный взгляд зеленых глаз не сходил с ребенка. Гильда хотела было о чем-то спросить, но Эмма ее не слышала. Думала. Девочка кладет Кэрол, осторожно загибает край детского ушка. — А?.. Что это? Укус от насекомого? — растерянно спрашивает Гильда, заглядывая через плечо подруги. — Нет… — шепотом проговаривает Эмма. — Мама говорит, что этот след остается у всех нас после анализа крови, — пояснила девочка, не сводя глаз с красного бугорка. — Такой у всех был. У Фила, Конни и Хао… — ее рука тянется к собственному уху. Невольно с губ срывается фраза: — надо же, он такой маленький… — А? Кто? — не поняла Гильда. Эмма удивленно застыла, впадая в ступор. — Шрам, — подсказала Миа, нащупывая передатчик у себя. — Он такой маленький, что почти ничего не оставил после себя. — Ну, это и не удивительно. Эмме двенадцать, мне одиннадцать, а тебе, Миа, в январе исполнится… Всё давно зажило, — пожала плечами зеленоволосая. Наступила неловкая пауза. — Эмма, послушай, я… Но Кэрол засмеялась, привлекая всеобщее внимание. Интуитивно трое девочек протягивают руки, позволяя малышке схватиться за их тонкие пальцы. Нежная ручка неуклюже цепляется, маленькие ножки чуть дергаются от радости. «Мы… сможем всех спасти». Мысль неуверенная. Такая идеалистическая… Сестра Крона в кратчайшие сроки обрела безоговорочное доверие со стороны младших ребят. Они играли с ней, залезали ей на спину, задавали вопросы… После обеда дети высыпали на улицу, словно маленькие горошинки из консервной банки. Рэй пристроился у вяза, Эмма и Норман играли с детьми, а Миа присела на траву перед цветами, рисуя маленьким кусочком остро заточенного карандаша. Она выводила тонкие линии, штриховала, стирала и снова наносила короткие, резкие тени. Мир замер. Время замедлило свой ход. Перед девочкой открылся простор мысли, воля сознания и бесконечность творения. Благодатный Дом — это малая часть огромного мира, скрытого за высокой стеной. Мама и сестра Крона — временная преграда на пути к свободе. Демоны — недостаточно изученная проблема. Что ждет там, за бетонной оградой? Удастся ли детям там выжить? Каковы шансы, что план сработает? — Миа! Звонкий детский голос раздается издалека. Подняв взгляд, девочка растерянно оглядывается по сторонам и только после этого замечает, что перед лесом собрался весь приют. И Крона. — Пойдем, сыграем в догонялки! — снова приглашают ее. Голубые глаза сосредоточенно смотрят на улыбающуюся помощницу Мамы. Это испытание. Одно из первых. Девочка поднимается с земли и, словно в невесомости, приближается к толпе братьев и сестер. Мимолетно она встречается взглядом с Рэем и Норманом, а после целенаправленно находит зеленеющие в толпе глаза Эммы. Они тоже напряжены. 20 минут. Время... пошло! Миа бежит. По сторонам мелькают кусты и деревья, извиваются тропинки, шуршит листва. Воздух стал тяжелым, давящим на голову и плечи. Глаза бегали из стороны в сторону, изучая обстановку. Перепрыгнув на следующее дерево, Миа ловко подтянулась на следующую ветку и прижалась к стволу, прислушиваясь к шуму ветра. Послышался отдаленный смех. Громкий. Пугающий. Безумный... По телу прошла дрожь, девочка судорожно вдохнула, чувствуя, как сердце тревожно затрепетало в грудной клетке, как оно царапалось о рёбра, сходя с ума от невольного страха. Животного страха. Сестра Крона как будто... была охотником... а все они — жертвами. Маленькими кроликами, нежное мясо которых нужно целым и невредимым доставить высшим лицам — демонам. Помотав головой из стороны в сторону, Миа сконцентрировалась и, отбросив мысли в дальний угол сознания, ловкими движениями спустилась вниз и, изучив слабо заметённые следы, поняла, что малышня торопилась. Возможно, они нервничают, но... скорее всего Крона их напугала. Двинувшись вдоль тропинки и скользя тихой тенью в кустах, следовало пробраться в чащу леса и проследить за помощницей Мамы. А еще на случай, если понадобится помочь малышам сбежать. — Миа? Это ты? — послышался тихий шепот совсем близко. Обернувшись, девочка увидела знакомый силуэт Рэя. — Да, — облегченно вздохнула она, приблизившись к брату. — Крона поймала уже нескольких ребят, — хмуро сообщил тот, отведя взгляд. — Она быстрая. И хитрая. А еще она уже догадалась, что мы хорошо можем скрываться, даже заметение следов приметила. — Мы продержимся эти двадцать минут, — заявила Миа и, посмотрев куда-то сквозь чащу. Туда, вдаль, где была высокая стена, мешающая им вырваться на свободу. — Мы должны продержаться. — Да, — качнул головой Рэй, глядя в сторону. — Будь осторожна, — бросает он напоследок, разворачиваясь в направлении высохшей реки. — И ты, — сказала ему вдогонку Миа и, не оборачиваясь, скрылась в глубине леса. Бежать, не чувствуя боли от ударов веток... перепрыгивать поваленные деревья, вилять из стороны в сторону, спутывая чужие следы... Это была ее стихия. Весь мир был для нее открыт. Полон возможностей, путей и хитрых уловок. Проиграть на столь обширном пространстве для творчества мысли казалось абсурдом. Однако... за кустами проносится тень, стремительно удаляясь вглубь леса. Статный силуэт сестры Кроны уносится всё дальше и дальше, оставляя после себя лишь легкий аромат приторной ванили. Дрожь прошла по телу, Мию передёрнуло. «Так... быстро!..» — пораженно думает она, в исступлении глядя на тропинку. — «Да ведь она всех поймает за считанные минуты..!» Двадцать минут. Они должны продержаться эти двадцать минут.***
Времени оставалось совсем немного. Однако Рэй знал, что осталось лишь трое человек: он, Норман... и Миа. Эмма была поймана. Сестра Крона знала, как работать с детьми, как их подловить, как обмануть. Прерывистое дыхание вырывалось из груди, ноги тяжело били по пыльной дороге. Норман постепенно отставал. Позади неслась Крона, испепеляющая ребят взглядом голодного хищника, вышедшего на охоту. Рэй невольно скосил взгляд назад, но в тот же миг отвернулся. Эта женщина пугала. И портила все планы. Развилка. Ребята разбежались в разные стороны. Рэй был уверен, что Крона отправится за уставшим Норманом, а потому поторопился сократить свой путь до "каменной поляны". Мальчик посмотрел на свои часы. Полторы минуты. Зашуршали кусты. Ловко пробралась сквозь ветви крыжовника Миа. Ее голубые глаза смотрели на брата решительно: — Норман без сил. Нам нужно поспешить. Дети срываются с места и, выбравшись на окраину поляны, притормаживают. Вслед за Норманом выбегает сестра Крона. В тот же миг наперерез женщине бросается Миа, привлекая ее внимание. Остановившись подле одного из валунов, девочка едва заметно улыбнулась. Новая воспитательница бросается на свою добычу, но та легко взмывает ввысь, цепляется за ветвь дерева и, в тот же миг подтянувшись, устраивается там. Резко затормозив, сестра Крона оборачивается и, удивленно глядя на сидящую сверху девочку, белозубо улыбается. Миа в один прыжок оказалась на одном из камней. Крона не стала отставать — запрыгнула на ближайший валун пониже и перемахнула на следующий. Сестра Нормана стояла на месте, выжидая подходящий момент. «Что она хочет сделать, черт возьми?», — думал Рэй, глядя то на бегущую секундную стрелку, то на разыгрываемую сцену. Крона уже думала, что сейчас поймает самую вёрткую из воспитанниц, однако радость ее была преждевременна: едва они оказались на одном валуне, Миа покачнулась. Сделав пару шагов вперед, девочка сгруппировалась, в процессе нагнулась вперед, руками оттолкнулась от поверхности и пролетела над сестрой Кроной. На секунду их взгляды встретились. Пораженные блюдца-озерки и глубокий, изучающий океан. Кувырок в воздухе, и Миа успешно приземляется на соседний валун. — Так вот вы какие... — себе под нос шепчет Крона, не отводя взгляда от низенькой, но такой юркой и способной девочки, которая только что обхитрила ее. И спасла своего брата от погони. Чья-то рука коснулась ее предплечья. Женщина опустила взгляд. Рэй стоял с часами в руках. Время истекло. — Ты проиграла, — спокойно сообщает мальчишка. Дети, ожидавшие победителей, встретили их радостным криком, неслись им навстречу, бросались в объястия. Крона видела, как за считанные секунды Мия оказалась в окружении младших ребят, как Анна положила руку ей на плечо, а Нэт растрепал ее короткие волосы. Рэя и Нормана приветствовали остальные. Дон восхищенно поздравлял с успехом старших братьев. Гильда, опустив голову, смотрела в землю. Эмма улыбалась, с облегчением глядя на друзей. Крона усмехнулась. Кажется, она нашла ответ на свой вопрос.
