шрам, который я не могу обратить вспять (чем дольше он заживает, тем сильнее болит)

1 — Бренда? Томас немного подождал. Нет ответа. — Соня? Он вздыхает, терпение его на исходе, и колотит кулаком в закрытую дверь. Изнутри доносятся испуганные возгласы и звуки, похожие на то, что кто-то падает с кровати. — ТЫ ОПОЗДАЕШЬ НА СВАДЬБУ! НА СВОЮ СОБСТВЕННУЮ СВАДЬБУ! Раздается приглушенная ругань. Дверь распахивается, и появляется Бренда с раскрасневшимся лицом и растрепанными каштановыми волосами до подбородка, торопливо застегивающая белую блузку. — Ты не мог зайти за нами пораньше? — жалуется она. — Что ты за никудышный шафер? Он не удостаивает это ответом, вместо этого сосредотачиваясь на ее наряде. — Ты выходишь в этом замуж? — Я одета в белое. Соня надела это платье, — через плечо Бренды он видит, как Соня поправляет прическу и суетится над джинсовым платьем. Вместе у них получается почти законченное белое платье. Хорошо. — Это твоя свадьба, — он расплывается в улыбке. — Ты выглядишь потрясающе. Бренда улыбается ему в ответ, сияя от счастья. Сейчас | До| Тереза тонет. Жидкость заполняет ее рот и горло. Ее переполненные водой, испытывающие кислородную недостаточность легкие горят. Длинные черные волосы плавают вокруг лица, как водоросли. Она не может отличить верх от низа, так как молотит руками и ногами по плотно изогнутым стенам. Она в каком-то резервуаре. Сквозь стекло своей водной тюрьмы она видит искаженную фигуру, которая перекидывает что-то большое через плечо. Тереза сворачивается в клубок и опускается на дно резервуара. Большой предмет разбивает стекло, и вода хлынет наружу, увлекая Терезу за собой. Она прикрывает голову руками и сильно кашляет, когда свежий воздух ударяет ей в лицо, жадно вдыхая кислород. Ее рвет водой, и она отворачивается как раз вовремя, чтобы не наступить на ноги своему спасителю. Каждый вдох причиняет боль. Голова раскалывается. Порезы от разбитого стекла покрывают ее руки и ноги. Она осторожно прикасается к своему лицу и, к своему огромному облегчению, чувствует, что кожа гладкая и без шрамов. На открытом воздухе ее раны саднят, кровь смешивается с водой, образуя вокруг нее розовую лужицу. Ее простая белая рубашка и брюки на завязках промокли насквозь. — Бренда? Бренда, сидящая на корточках рядом с Томом, которого тошнит водой и желчью, поднимает голову. Как и у Терезы, у него во многих местах идет кровь из-за осколков стекла, а из глубокой раны на левой стороне глаза течет кровь. Он быстро моргает, чтобы прояснить зрение. С видимым усилием Том сосредотачивает внимание сначала на Терезе, а затем на Бренде. Туман в его глазах немного рассеивается. — Как долго? — хрипит Том. — Несколько недель, — Бренда не сводит глаз с его лица, словно боится, что он исчезнет, если она отвернется. — Выследить тебя было проще простого. Найти способ проникнуть внутрь оказалось сложнее. Тереза обхватывает себя руками, дрожа от холодного воздуха. По ее коже бегут мурашки. — Где мы? — В этом болотистом месте. Рядом с плотиной. Арис назвал это местом Z. — Господи Иисусе, — Том пытается встать, но ноги у него подкашиваются. Тереза подтягивается, опираясь на стол, и приятно удивляется силе своих ног. Атрофия мышц еще не так серьезна. Она удивляется, почему Том кажется таким слабым, а затем замечает, что сгиб его локтя покрыт пятнами. Он слишком бледен, как будто недавно потерял слишком много крови. — Полегче, — Бренда помогает ему подняться одной рукой, другую неловко отводит от себя. У нее повреждена рука, кожа до локтя покраснела и покрылась волдырями. Тереза показывает пальцем. — Что случилось? Бренда с легким удивлением смотрит на свою руку, как будто забыла о ней. — Ой. С потолка что-то капало. Эта кислота… гель… шарик… что-то такое. Оно упало одному парню на голову и… — Ой, — Терезу слегка подташнивает. — КД6. — Она как-то видела схему этой штуки. — Она проникает сквозь ткань, а потом… — Тогда у тебя на голове шар для боулинга, — Бренда слегка позеленела. — Я поняла. Мило. Очень мило. — Хорхе, — говорит Том. — Это случилось? — Мы расстались. Вот, — Бренда отстегивает от пояса портативную рацию и говорит в нее. — Хорхе, ты меня слышишь? Раздается треск, затем отчаянный голос Хорхе. — Бренда, где ты? — Как раз там, где я должна быть, — Бренда широко и торжествующе улыбается. — Кое-кто хочет с тобой поговорить. Она протягивает рацию Тому. — Привет, — говорит он. Его прерывает взрыв шума, когда несколько голосов перекрикивают друг друга. Рация издает пронзительный статический разряд. — Эй, по одному! — рявкает Бренда, отдергивая рацию. — Привет, малыш, — голос Хорхе усталый, но в нем безошибочно чувствуется облегчение. — Рад тебя слышать. — Итак, ты жив, — говорит Минхо. — Приятно знать, что поездка не была пустой тратой времени. — Минхо, — голос Тома срывается. — Мне жаль. Долгая пауза. — Мы поговорим об этом позже, — голос Минхо звучит мрачно. — И ты можешь передать ему от меня, что он чертов тупица! — кричит Галли. От Ньюта ничего нет. Плечи Тома опускаются. — Тереза, — голос Ариса звучит встревоженно. — Она там? — Я здесь, — эмоции, переполняющие Терезу при звуке его голоса, настолько сильны, что это, честно говоря, пугает ее. — Я в порядке. — Как бы трогательно это ни звучало, — растягивает слова Минхо. — Не могли бы мы оставить это на потом? Только сейчас мы пытаемся не погибнуть от гигантских лягушек-людоедов. — Да, — выдыхает Хорхе, запыхавшись. — У меня руки заняты летающими кислотно-металлическими шариками. — Эм. Бренда? — Том указывает на дверной проем. — Летающие металлические шары смерти выглядят примерно так же? Тереза смотрит. Что-то просачивается между узкими щелями в дверной раме, похожее на жидкость вещество, отливающее серебристым металлом, сгущается в бесформенную каплю. На несколько секунд она застывает в воздухе, как вода в невесомости, а затем приближается к Бренде, словно пушечный выстрел. Бренда вскрикивает и как раз вовремя прикрывает лицо рукой. Капля попадает на ее уже поврежденную руку и начинает медленно подниматься вверх, оставляя свежие ожоги. Бренда кричит от боли. Тереза отрывает полоску ткани от подола своей рубашки. Это слабая защита от кислоты, но лучше, чем ничего. Она обматывает тканью руки и помогает Бренде сдернуть клей. — Брось это сюда! — кричит Том. С громким чавканьем клейкая масса соскальзывает с кожи Бренды, и Тереза отбрасывает ее в сторону. Том, держа в руках большую стеклянную банку, ловит клейкую массу и захлопывает крышку, прежде чем она снова вытечет. Бренда прислоняется к столу, задыхаясь от боли и сжимая руку. — Дай-ка я посмотрю, — говорит Тереза. — Я в порядке, — говорит Бренда сквозь стиснутые зубы. — У нас нет времени на то, чтобы я вела себя как маленькая. — Бренда, у тебя рука наполовину расплавилась, — протестует Тереза. — Чем скорее мы закончим с этим, тем скорее сможем уйти, — Бренда сжимает зубы и смотрит на Тома. — Мы должны найти Джэнсона. Мы должны убить его. — Сначала дай Резе осмотреть твою руку, — Том кивает. Бренда, наконец, уступает. Следуя инструкциям Терезы, она осторожно двигает каждым пальцем. Это хороший знак. По крайней мере, Тереза не думает, что у нее повреждены нервы. Она находит стерилизованный кусок ткани и немного дистиллированной воды и промывает рану Бренды. Это явно причиняет боль, и Бренда часто морщится, но почти не жалуется. — Что ты делаешь? — Тереза спрашивает Тома, надеясь отвлечь Бренду от боли. — Пытаюсь отключить питание от резервных генераторов, — рассеянно бормочет Том. — Мне нужно… — Раздается жужжание, и на стене загораются экраны. — Я понял. Он взламывает систему видеонаблюдения, просматривает разные каналы, пока не находит Джэнсона, крадущегося по коридору в сопровождении своих головорезов. Том хмурится и просматривает другие записи с камер наблюдения, пока не находит что-то похожее на банковское хранилище в одной из закрытых комнат. — Хорхе? — говорит Том по рации. — Я дам тебе несколько указаний. У Джэнсона есть машина, которая выглядит как хранилище. Тебе нужно ее уничтожить. — Понял, Хермано. — Если не можешь до него добраться, просто взорви. Всю комнату. Если понадобится, разрушьте весь коридор. Джэнсон не сможет до него добраться. — Что это? — тихо спрашивает Тереза, после того как Том заканчивает передавать инструкции. — Что-то зловещее, — Том смотрит на Бренду. — Ты в порядке, Брен? Бренда строит ему гримасу. — Ну, меня чуть не убила капля слизи. — Должно быть, сегодня вторник, — Том выпрямился во весь рост. — Давайте найдем Джэнсона. Боль — это всего лишь способ, которым ваше тело говорит вам: «Не делай этого больше, глупец!» К сожалению, Бренда редко прислушивается к этим предупреждениям. Каждое движение ее руки вызывает новые мучительные слезы на глазах. Она пытается дышать через это, равномерно выдыхая через нос. Это фактически оставляет ее левую сторону открытой. Слава богу, это не ее доминирующая рука. Ай, ай, ай, ай, ай… Бетонная крошка заполняет коридор, загрязняя воздух. Она попадает Бренде в глаза, в нос, оседает на слизистой оболочке горла. Хорхе, пожалуй, слишком хорошо все разнес, потому что она почти ничего не видит сквозь густые белые облака. Все, что она может разглядеть — это смутные силуэты, похожие на призраков, покрытых мукой. ПОРОК и Правая рука так увлечены перестрелкой, что никто даже не замечает их появления. — Превосходно. Бренда встречается взглядом с Томасом и делает сложный жест правой рукой. Он кивает. Она выхватывает банку и швыряет ее в коридор. Ее цель безупречна. Банка разбивается о висок Джэнсона. Стекло разлетается вдребезги, и липкая масса, находящаяся внутри, немедленно использует эту возможность, чтобы вырваться наружу и обвиться вокруг головы Джэнсона. Если он и кричит, то из-за шума перестрелки этого никто не слышит. Томас бросается в коридор, пригибаясь, и вырывает что-то из рук Джэнсона. Пожилой мужчина отпускает это, чтобы смахнуть липкую массу, залепившую ему лицо. Затем Томас снова бросается прочь, так, что никто ничего не замечает, сжимая украденный предмет в кулаке с побелевшими костяшками пальцев. Они втроем убегают. Бренда пыхтит и отдувается, искоса поглядывая на тускло поблескивающий кристалл. На вид он ничего особенного из себя не представляет, весь в трещинах и едва держится на месте. — Ты собираешься рассказать нам, почему это так важно? — Нет. — А ты, — Бренда смотрит на Терезу. — Не смотри на меня, — Тереза прижимает шов к боку. — Он никогда мне ничего не говорит. Позади них они слышат крик Джэнсона: «Остановите их!» Раздается выстрел. Тереза спотыкается и вскрикивает. На ее животе распускается красный круг, ярко-красный на фоне белоснежной мокрой рубашки. Томас становится мертвенно-бледным и бросается к ней. Их быстро окружают солдаты ПОРОКа. — Я в порядке. Это всего лишь ссадина, — дрожащим голосом говорит Тереза. Томас задирает подол ее рубашки. Бренда бросает на нее взгляд и облегченно вздыхает. Бедро Терезы сильно кровоточит, но серьезных повреждений нет. Группа солдат ПОРОКа расступается, открывая Джэнсона. Он выглядит ужасно. Его лицо покрыто уродливыми кровоточащими ранами. Волосы на голове, вероятно, больше не вырастут. Он похож на безволосую крысу, с которой содрали кожу. Безгубый рот Джэнсона приоткрывается, обнажая зубы. По подбородку течет кровь. — Ты можешь отдать это мне сейчас, или я вырву это из твоих холодных мертвых рук. Томас остается на корточках, закрывая Терезу от Джэнсона своим телом. — Зачем тебе это все еще нужно? — спрашивает он, явно пытаясь выиграть время. — Машины больше нет. Кристалл бесполезен! — ПОРОК создала эту машину. Мы можем сделать ее снова. — У тебя нет столько времени. — Но оно у тебя есть, — Джэнсон прищуривается. Томас молчит. — Мы с тобой хотим одного и того же. — На самом деле, нет, — Томас недоверчиво усмехается. — Том, — Тереза слабо тянет его за руку. — Том, о чем он говорит? Бренде тоже хотелось бы это знать. — Мы хотим вернуться, — продолжает Джэнсон, как будто Тереза ничего не говорит. — Изменить ситуацию. Взгляни на свою жизнь, Томас. Потери, смерть и страдания. Одно за другим. Твоей судьбой всегда было умирать. Вся твоя жизнь была трагедией. Томас вздергивает подбородок, в его глазах обвинение. — Кто в этом виноват? — И теперь я предлагаю это изменить, — Джэнсон наклоняется к нему, глаза его лихорадочно блестят. — Тебе даже не придется вспоминать об этом. Никаких погибших родных или любимых. У тебя может быть счастливая, благостная жизнь без войны. Ты можешь состариться с Терезой, или с Ньютом, или с кем угодно, кого ты выберешь. — Не слушай его, — огрызается Бренда. Возможно, она не совсем понимает, что происходит, но для нее очевидно, что Джэнсон просто говорит все, что, по его мнению, может повлиять на Томаса. — Он лжет. Джэнсон не обращает на нее внимания, не сводя глаз с Томаса. — Если бы существовал способ избавить тебя от боли, ты бы им воспользовался? Долгое мгновение ожидания, когда кажется, что все затаили дыхание. — Нет, если бы это была твоя очередь, — говорит Томас. Самодовольное выражение лица Джэнсона исчезает, и он рычит, бросаясь вперед. Но он слишком медлителен. Томас швыряет шар о стену, и тот разлетается дождем сверкающих хрустальных осколков. Череп Бренды раскалывается. От боли она падает на колени. Самое раннее воспоминание Бренды связано с ее младшим братом Джорджем. Ее мать — это серая неопределенная фигура, которая объясняет ей, как держать его — одной рукой поддерживая за хрупкую шею, а другой поддерживая за задницу. Она помнит, как однажды проснулась и родители сообщили ей, что Джордж пропал. Она носит эти воспоминания и утрату с собой, никогда полностью не забывая об этом, даже когда в ее сердце появляется вторая добрая мать, новый младший брат с широко раскрытыми глазами и язвительный отец-латиноамериканец. Ее последние мысли о младшем брате, Томасе. «Пусть он живет», — думает она. «Я-могу-сделать-это-я-могу-спасти-его-я-могу-выиграть-время-возьми-меня-вместо-себя-дай-ему-жить». *** Жизнь Терезы вращается вокруг трех вещей: смерти ее матери, ее Тома и поиска лекарства. То, что делает ПОРОК — то есть она сама — не кажется ей неправильным, совсем нет. Она не воспринимает людей в лабиринтах как обычных людей. И она не сможет этого сделать еще очень, очень долго. Она видит в них Подданных. Средство для достижения цели. Необходимую жертву для достижения Высшего блага. У нее есть свой Том. У нее есть свое предназначение. Она убеждена, что повстанцы скоро потерпят поражение, что ВКБП восторжествует, что поиски Лекарства близки к успеху. Единственная причина, по которой Тереза дожила до конца войны — это обещание, данное лидером «Правой руки» ее погибшему жениху-предателю. Потому что ее выживание и свобода были последним желанием Тома, и Винс чувствовал себя слишком виноватым из-за своей жертвы, чтобы не исполнить его. *** Жизнь Ньюта начинается в Коробке. Он — худощавый пятнадцатилетний подросток с детским личиком. Напуганный, паникующий и находящийся на грани нервного срыва, как и любой ребенок, который проснулся бы без памяти в незнакомом месте. Первое лицо, которое он видит — это Алби. Следующее лицо, которое он видит, — Минхо. Затем Галли. Каждый месяц появляется новое лицо, и в конце концов он перестает следить за ними. Лабиринт — их тюремщик и палач. Он думает, что нет выхода, нет надежды, нет смысла жить. Никто не придет, чтобы спасти их. Он никогда не был так рад, что оказался неправ. - Томми, - он хочет, чтобы это имя было последним, что он произнесет. Бренда просыпается от звука выстрела. Томас и Джэнсон борются из-за пистолета. Джэнсон выигрывает схватку, ударив Томаса по лицу рукоятью оружия, а затем швыряет его через стеклянную стену в заброшенную лабораторию. Томас падает, истекая кровью и оглушенный одним слишком сильным ударом по голове. Джэнсон поднимает пистолет, в его глазах читается жажда убийства. Бренда, блядь, не позволит этому случиться. Она хватает самый большой кусок стекла и вонзает его, блядь, в ногу. Джэнсон воет от боли. Он пытается отшатнуться, но в итоге падает. Он не может пошевелить ногой, потому что она прибита к полу куском стекла. Бренда переползает через него и тычет большими пальцами ему в глаза. Дважды наступает на его раненую ногу, загоняя осколок еще глубже. Его крик звучит музыкой для ее ушей. Ее пальцы сжимают дуло пистолета. взрыв. Джэнсон замирает. У Бренды от волнения кружится голова. Она оглядывается и понимает, что в коридоре они одни. Солдат ПОРОКа нигде не видно. - Где охранники? - Они сбежали, — говорит Томас. Она пристально смотрит на него — «взломщики животных», — ты забыл об этом в моем кармане, когда должен был… Что? — Ты был моим братом, — тихо произносит Бренда. — Ты был моим женихом. Они оба поворачиваются и смотрят на Терезу, которая поднимает голову от земли и, как в тумане, смотрит на него. У нее все еще идет сильное кровотечение. Томас бросается к ней. Бренда застывает в изумлении от этих слов. - Ее жених? - Мы можем сосредоточиться? - огрызается Томас. Он надавливает Терезе на живот, и она шипит от боли. Бренда открывает рот, чтобы возразить, но тут раздается взрыв. Ударная волна настолько сильна, что она спотыкается и падает на одно колено. - Что, черт возьми, это было? - она нащупывает рацию. - Хорхе? Винс? Что случилось? Удар. - Ты должна убираться оттуда прямо сейчас, Бренда, — настойчиво говорит Винс. - Это самоуничтожение. Пожарные только что взорвали дамбу. Все это место будет затоплено! (Когда Харриет смотрит на Ариса, она не видит предателя, который сотрудничал с ПОРОКом, чтобы создать место, превратившее ее жизнь в кошмар. Она не видит труса, который продал ее и ее друзей, чтобы спасти свою шкуру. Она видит испуганного мальчика, появившегося из Ящика, первого мальчика, которого отправили в Источник. Она вспоминает счастье, которое испытала, когда снова увидела его на шоссе, ошеломляющее облегчение от того, что он жив. Она вспоминает, как волновалась, когда его поймал ПОРОК, и как обрадовалась, когда его вытащили из вагона поезда. Когда-то Арис был ее другом. Одним из ее лучших друзей. Когда потолок обрушивается, Харриет не думает — она просто действует. Она бросается вперед и как раз вовремя отпихивает Ариса от опасности.) Боевые действия стихают, поскольку обе армии массово эвакуируются. Некогда укрепленный комплекс охвачен пламенем. Через дыру, проделанную в электрическом заборе между двумя сторожевыми вышками, Бренда замечает неестественно светящиеся глаза, выглядывающие из болота. Существа, похожие на амфибий, были доработаны ПОРОК до размеров слонов — ряды иглообразных зубов, предназначенных для раздирания плоти, цепкие хвосты и языки, предназначенные для того, чтобы хватать людей с невероятной скоростью, и мускулистые перепончатые конечности, идеально подходящие для прыжков и плавания по болотистым водам. Томас никогда не встречал монстра, с которым ему не хотелось бы вступить в схватку, только на этот раз у него не было шанса попробовать. С неба спускается берг, трап уже опускается. В проеме видны лица, слишком далекие, чтобы их можно было узнать. Но когда берг приближается, Бренда замечает блеск золотистых волос Ньюта, почти такого же оттенка, как у Сони. Боже, Соня. Симпатичная девушка, с которой она познакомилась несколько дней назад. Она дважды была своячницей Ньюта. Это безумие. - Мы здесь! - кричит Бренда, отчаянно размахивая руками. Берг уже достаточно близко, и несколько рук протягиваются к ним, чтобы втянуть в воду. Томас делает шаг вперед, держа Терезу на руках, как новобрачную. На одно восхитительное мгновение ей кажется, что они в безопасности. Затем с оглушительным грохотом дамба рушится. Центральная секция обрушивается внутрь, и колоссальная волна воды устремляется вперед с неудержимой силой. Отвесная стена воды поглощает болото, монстров, сторожевые башни, затопляя все на своем пути. - Том! - кричит Тереза. Затем на них обрушивается поток. Все погружается во тьму. | После | - Ты не можешь туда войти! - протестует Винс. - Черт возьми, попробуй остановить меня, — рычит в ответ Ньют. - Этот поток достаточно силен, чтобы тебя унести! Что хорошего это принесет Томасу? — Лучше, чем вы, черт возьми, просто сидите здесь… — Отпустите его, — голос Терезы прерывает их спор. Ньют поворачивается, чтобы посмотреть на нее. Арис, с опухшими и красными от слез глазами, стоит на коленях рядом с ней, прижимая к ране компрессионную повязку. Томми успел только забросить Терезу на борт, прежде чем его унесло потоком. Она пытается сесть, лицо бледное, но решительное, и бесстрашно встречает взгляд Ньюта. — Приведи его обратно, — говорит Тереза. Ньют кивает и поворачивается к Минхо. — Ты хочешь мне что-то сказать? — У нас тут есть веревка? - Минхо смотрит на него, отводит взгляд и зовет Винса. Кто-то протягивает Ньюту моток толстой веревки, которую он обвязывает вокруг талии. Не давая никому шанса остановить его, он прыгает с Айсберга в воду, позволяя сильному течению отнести его туда, где, по его мнению, может быть Томми. Затем он ныряет. Наводнение подняло столько ила и тины, что под водой почти ничего не видно. Ньют выныривает, делает глубокий вдох и ныряет обратно. Ищет вслепую. Поворачивает голову во все стороны и открывает глаза так широко, как только может. Его внимание привлекает красная вспышка. Кровь. Узкий алый след рассеивается в потоках, уводя к источнику. Ньют следует за ним и находит их — их обоих. Кровь принадлежит Томасу. Он ранен. Плохо. В бедре у него застрял кусок арматуры, придавивший его к бетонным обломкам, погруженным на дно. Из раны сочится кровь, окрашивая воду в красный цвет. Бренда без сознания, ее лицо расслаблено. Томми пытается разбудить ее. Он трясет ее за плечи и хлопает по щекам со все возрастающим отчаянием, но она никак не реагирует. Когда он видит Ньюта, на его лице появляется облегчение. Ньют смотрит на Томми и чувствует прилив «ты не такой, как другие, я бы последовал за тобой куда угодно» Ньют хватается за арматурный прут и пытается вырвать его. Лицо Томми искажается от боли, и изо рта вырывается большой пузырь воздуха. Он действительно в ловушке, его нога обездвижена, как бы Ньют ни крутил стальной прут. Вода вокруг них становится темно-красной. Веки Томми опускаются. Сколько крови он потерял? Легкие Ньюта уже горят, и перед глазами пляшут черные точки. Сколько времени человек может оставаться в сознании без кислорода? Томми отводит руку Ньюта от арматуры. Он обхватывает пальцами Бренды запястье и многозначительно сжимает его. Желудок Ньюта опускается, такой же тяжелый, как бетон, удерживающий их в ловушке.