«Маленькая моль»

«..Белая Леди скорбным призраком сидела у постели отца, держа его прохладную мертвенно-бледную руку, и разглядывала застывшее в немом мучении и испаханное мелкими бороздами морщин лицо: король был почти при смерти и выглядел постаревшим от своей болезни. Лекари бились над ним, но ничего не могли сделать. Все как один качали головами и утверждали, что монарха «пытается забрать зима», которая в этом году слишком затянулась и давит людей в своих тисках, как мух. Сезон льда и снега и вправду даже не думал заканчиваться. Чем ближе шло дело к весне, тем сильнее морозы и стужа душили Северное Королевство, сеяли беспорядок, голод и смерть. – Мне нужны доспехи и меч, – бросила в воздух молодая королева, зная, что скрывающийся в тени дверного проема Герцог слышит ее; голос ее не искрился больше хрусталем, но блестел остро и холодно начищенной сталью. – Кузнец сказал мне, что не было еще таких доспехов, чтобы не сгорали под ядовитым дыханием дракона, и не было еще такого меча, что пробил бы шкуру ужасного зверя. Неужели с этим нельзя что-нибудь сделать? – Решить такую задачу будет непросто, моя Леди, – отвечал мужчина, почти что бесшумно вплывая в покои. – Однако же.. Если решение все-таки есть, я сделаю для него все, что потребуется, – девушка ласково сложила отцовскую ладонь обратно ему на грудь и повернулась к наставнику. – Не понимаю отчего Вы до сих пор так беспокоитесь, – устало вздохнул Герцог. – Королевство, к великому сожалению, с некоторых пор выглядит по-настоящему обреченным. Посудите сами: люди уже начинают сеять хаос друг меж другом – грабежи, драки, витающая в воздухе ненависть – им и дракона для погибели не надобно. Кроме того, как видите, его не победить. Если бы это было возможно, какой-нибудь смельчак уже давно принес бы к ногам короля его голову. Разве Вы не утомлены от всего этого и не хотите сдаться? Белая Леди выпрямилась в струнку, расправила плечи и странно взглянула на мужчину, сверкнув глазами в полумраке. – Не смейте так говорить, – тоном, не терпящим возражений, произнесла она, – Не мог же мой договор с Черной Тварью быть обречен на провал с самого начала. – Это мерзкое чудовище страсть как коварно, поверьте мне на слово. Оно вполне способно Вас обмануть. – Странно, но, хоть оно и коварно, не держащим свои обещания оно мне не показалось. Герцог умолк, не меняясь в лице. Поймав паузу, он спокойно обратился взглядом к окну, за которым в ночной тишине колючими хлопьями повалил снег. – Я уверена, что еще можно что-то сделать. Мой бой близок, я это чувствую. Герцог, Вы ведь что-то знаете, правда? Вы не зря учили меня и не отказались даже узнав о моем договоре с чудовищем. Вы верите в мою силу и подготовку. Так к чему словно пытаетесь меня отговорить? Вы боитесь, что я могу не вернуться? – Считайте, что так, – мужчина повернул голову обратно к Леди. – И кроме того, как я уже говорил, я искренне не понимаю к чему столько суеты. Северное Королевство – ваш дом, где Вы были рождены и росли, и Вам тяжело смотреть, как он гибнет, однако для Вас еще совсем не поздно уехать на юг или запад. Это, несомненно, тяжелое решение, но от него может зависеть Ваша жизнь. Вы так переживаете лишь от того, что Вы монарх и Вас обязывает долг? Отбросьте это. – Как же Вы холодны.. – поежилась Белая Леди – Вас ничего не волнует. Вы ко всему безразличны. Разве Вы живете? Веки Герцога дрогнули; сохраняя невозмутимый вид, тем не менее он сощурился, не отрывая глаз от своей воспитанницы. Масляная лампа на письменном столе принялась тихо-тихо пощелкивать и волноваться пламенем, заполняя собой повисшую тяжелую тишину. – ..Я знаю один способ сделать ваши доспехи и меч смертоносными для дракона, – вымолвил наконец мужчина. – Но он не из легких. – О, это неважно, – слегка оживилась девушка. – Говорите, прошу Вас, где мне взять такую броню, что не сгорит под драконьим огнем? – Говорят, чтобы сделать ее нужна драконья чешуя, которую следует истереть в порошок и добавить в сплав. Но ее еще никому не удавалось достать. – Я достану ее! – Леди тут же вскочила с места. – И дорого заплачу тому, кто пойдет со мной и поможет мне. – Не беспокойтесь об этом, моя Леди, – мягко осадил ее Герцог. – Я обо всем позабочусь. – Вот как? – с удивлением хлопнула ресницами молодая королева. – А где мне взять меч, что пробьет шкуру ужасной твари? – И об этом не беспокойтесь, Ваше Высочество, – безликие губы мужчины тронула легкая улыбка. – Для нее нужны драконьи когти, но я позабочусь и об этом. Накажите кузнецу снять с вас мерки, и когда ваши доспехи и меч будут готовы, я принесу их Вам. – Вы хотите достать их сами?.. – начала было Белая Леди, однако Герцог покачал головой, отказываясь отвечать. – Хорошо. Пусть ваши секреты останутся при Вас. – Благодарю, Ваше Высочество, – почтительно кивнул мужчина и двинулся в сторону выхода, но остановился в дверях и обернулся. – Помните, что Вы всегда должны знать больше, чем ваш противник. Должны быть смекалисты, изобретательны и уметь оборачивать несовершенства окружающего мира себе на пользу. Белая Леди кивнула, выразив, что никогда об этом не забывала, и лишь после этого жеста Герцог вышел вон: его плащ взметнулся в воздухе костровой дымкой и растворился в темноте. Через несколько дней, кои для медленно погибающего Королевства слились в один сплошной временной поток сродни полярной ночи, доспехи и меч загадочным образом были готовы, и Герцог принес их в покои молодой королевы, как и обещал. Доспех сидел правильно, почти не стеснял движений и ощущался легко, едва ли не свободнее привычного девушке платья, а меч прекрасно ложился в руку и был не более тяжел, чем Леди могла ожидать. Повернувшись к высокому напольному зеркалу, королева стала рассматривать, как переливаются серебром основные части ее новой брони, как поблескивают кольца кольчуги, и размышляла о том, в каком жару и поту трудился над ними кузнец, пока не встретилась с лихорадочным сверканием глаз готового к решающей битве рыцаря. Такой она себя не помнила и не сразу признала в прямом и уверенном взгляде зеркального отражения свой собственный. – Я полагала, что такое дорогое удовольствие будет намного тяжелее в весе, – заметила Леди вслух. – Не забывайте, что в состав ваших лат и оружия был всыпан порошок из драконьей чешуи и когтей, – отвечал Герцог; он тоже, несколько придирчиво, рассматривал, как ладно сидят доспехи на его вмиг повзрослевшей воспитаннице. – Чтобы понимать ходы врага, предугадывать его удары, порой приходится лично в некоторой степени становиться его частью. – Не стану спрашивать где Вы достали такие редкие предметы, но Вы безумно помогли мне, моя семья у Вас в долгу. Впрочем, Вы это знаете.. Пожалуй, мне стоит потренироваться в этих латах, чтобы привыкнуть. – Разве мало Вы тренировались в латах потяжелее этих? – Герцог шагнул ближе к девушке, встал совсем близко у нее за спиной и слегка наклонился к ней; его руки в черных перчатках по-отечески аккуратно легли на ее плечи, стараясь не задевать рассыпанных по ним белоснежных локонов. – Новые доспехи так непривычно легки для меня, – молодая королева не шевельнулась и оставалась совершенно спокойна и даже расслаблена. – Кажется, в этом все и дело. Так.. Можем ли мы пойти на тренировку сейчас? Не терпится испытать такую прелесть в поединке. – Боюсь, у Вас больше нет на это времени, моя Леди. Внезапно раскатившийся на всю округу тяжелый гул сотряс стены замка. Ощутив это, Белая Леди дрогнула под руками Герцога и подняла вопрошающий взгляд на мужчину, нависающего над ней. Гул повторился: мощный, утробный, словно само нутро земли пробудилось и беспокойно заворочалось в своей темной колыбели, погребенное под слоями перегноя, сланца и глины. Прислушавшись лучше в попытке распознать откуда исходит сотрясение, девушка поняла, что это вздрагивают горы – те самые, в которых когда-то она едва не погибла внутри драконьего логова только по милости живущего в нем чудовища. Воспоминание об этом выгнало из ее души последние сомнения и разожгло страстное ожидание схватки. Девушка велела наставнику выводить из конюшни ее верного белого жеребца, успевшего оправиться от хромоты, и отпустила его из своих покоев, после чего приблизилась к окну и пристально взглянула на маячащие вдалеке горные хребты, объятые голубоватой дымкой. Теперь она готова драться за свое королевство. Взрывая сильными копытами снег, натягивая жилы, как тетиву, напрягая каменные мускулы, конь помчался к месту битвы, направляемый молодой королевой. Не щурясь от летящих в глаза колких снежинок, она держалась в седле уверенно как никогда, и встающая на дыбы поземка едва касалась ее, оглаживая блестящие доспехи. Бросив зоркий взгляд вдаль, девушка заметила, как от знакомого ей горного пика отделилась крылатая черная тень и, подхваченная ледяным ветром, стала приближаться, увеличиваясь в размерах, приобретая все более и более четкие змеиные очертания. Противники стремительно приближались друг к другу, словно заранее знали, где будет происходить их первый и последний, решающий бой. Достигнув лона широкой заснеженной долины у подножия гор, Белая Леди остановила всхрапывающего от тяжелого бега коня и подняла голову, наблюдая, как громадное, черное как смоль, существо снижается к полю брани, раскинув кожистые крылья. Черная Тварь спикировала вниз и грузно нырнула в снег, приземлившись на лапы и подняв шквал снежных брызг, окативших девушку с ног до головы. Жеребец воинственно заржал и заволновался на месте, будто приветствуя старого врага. Похлопав его по холке, Леди приподнялась и легко спрыгнула с седла после чего, подержавшись за уздцы, простилась с добрым другом и отпустила его восвояси. В предвкушении дракон глядел на нее неотрывно, возвышаясь, как скала, сверкая злобными глазами и облизываясь гибким змеиным языком. С хрустальным лязгом девушка вынула свой длинный и тонкий словно игла, ослепительно сверкающий меч из кожаных ножен и крепко-накрепко сжала рукоять в руке. – Здравствуй, Иоганн Воронье Око Младший, – пророкотал змей с нескрываемым удовольствием. – Я долго ждал тебя. – Договор наш был священен, – произнесла молодая королева. – Пролетели годы, и теперь я готова приступить к исполнению его последней части. – Слишком много ваших воинов погибло в моих зубах, – зашипела Черная Тварь, выгибая шею. – Сгинуло от моих когтей, сгорело в моем огне. Неужели ты совсем не боишься смерти? Не боишься не справиться со мной и оставить свое королевство без правителя, погруженным в скорбь, лед и морок? – Я здесь, чтобы убить тебя, – ответила Леди, опуская забрало шлема. – Иного исхода не будет. Рассвирепев от такой самоуверенности, дракон пошатнулся всем массивом своего тела, извернулся гадюкой и стремительно ринулся к девушке. Однако не успел он и клацнуть зубами, как глубоко в его десну вонзился клинок. Словно удивившись неведомому доселе чувству боли, чудовище отпрянуло, но Леди ловко выдернула свой меч и, наступая, продолжила наносить хлесткие удары. Лезвие обжигало, кололо, резало, заставляя, казалось бы, непробиваемую драконью чешую плавиться и покрываться ранами. Дракон выпрямился, потряс головой, отфыркиваясь от крови, оглушительно взревел и занес крыло, увенчанное острым когтем, чтобы обрушить его на молодую королеву, но та вовремя откатилась прочь и вскочила на ноги. Лапа Черной Твари опустилась, вздыбив фонтаном снег, а Леди с жарко колотящимся сердцем пустилась в бег, стремясь обогнуть противника со стороны. На несколько минут дракон потерял беглянку из виду, высматривая блеск ее доспехов в снегу в кровожадной надежде обнаружить их смятыми. Пауза выиграла Леди время подобраться ближе. Держа наготове клинок, она хотела было уже с разбега вонзить его в шкуру чудовища, но то успело заметить ее. С шипением змей изловчился и ударил гибким хвостом, отбрасывая от себя рыцаря на расстояние. Пролетев несколько ярдов, Леди рухнула на спину, чувствуя, как все ее внутренности содрогнулись, хоть снег и смягчил ее падение. Чудовище метнулось к ней, утробно рыча. — Как смеешь ты бежать от меня? Оборачиваться ко мне спиной, ускользать лисицей, — зарокотало оно в ярости, пуская из ноздрей сизые струйки дыма. — Разве я ошибся в тебе, и ты — дочь своего отца? — Я — ученица своего наставника, правительница своего королевства, — пропыхтела девушка, приподнимаясь. — И, конечно, я — дочь своего отца. Что за вздор? — Не торопись вставать на защиту этого жалкого труса, дева, — царапая когтями мерзлую землю, дракон навис над Леди. — Этой заячьей души, что вечно прячется за спинами своих воинов и простых людей. Рыцарь в спешке отполз назад и поднял вверх голову, сверкнув глазами из-под изгиба шлема. Готовясь к новой атаке, девушка крепко сжала в руке свой хорошенько припорошенный снегом меч, который так и не выпустила, словно тот намертво примерз к ее перчатке. Черная Тварь склонилась к ней, и нагрудник молодой королевы обагрился каплями крови, струйками стекающей с массивной чешуйчатой морды. — Смотри! Смотри мне в лицо! — зашипел змей, уверенный, что его противник стался безоружным. — Не отворачивайся от смерти, когда она смотрит прямо тебе в глаза. Дракон уже разинул было пасть, чтобы сомкнуть зубы на девушке, как вдруг та, улучив момент, вонзила меч прямо ему в небо — чудовище разразилось болезненным ревом, высоко вскидывая голову. Леди, держась за рукоять клинка и упершись ногами в острые зубы, оттолкнулась от земли. Подброшенная в воздух взмахом чудовищной драконьей головы, она ловко выдернула лезвие и, сделав кувырок, приземлилась на холку Черной Твари. Одно молниеносное движение – и меч вошел в драконью шкуру, будто в масло. Леди крепко уцепилась за рукоять, чтобы не соскользнуть вниз по чешуе. Лихорадочно облизывая длинным языком израненную морду, дракон изогнул шею, и змеиные зрачки в его глазах недобро сузились, фокусируясь на девушке. В ту же секунду драконья пасть разжалась, и из глубин глотки извергся столп ядовитого пламени, поглотивший фигуру девушки целиком. Объятая клубами жара, Леди пригнулась и замерла, держась за рукоять клинка крепче прежнего. Доспех накалился, в нем стало душно, но волшебный сплав выдержал весь залп и ничуть не обжег кожу. Выдохшись, дракон выпустил через ноздри пару густых струй дыма, и пламя рассеялось. Оставшаяся целой и невредимой, Леди вскинула голову и взглянула на него. Неудовлетворенное тем, что оседлавший его рыцарь остался на том же месте, где и был, чудовище повернуло голову на другую сторону, набираясь силы для второго залпа. Секундного промедления было достаточно, чтобы молодая королева, живо вскочив на ноги, выдернула меч из драконьей холки и что есть сил припустила вверх по шее – затем, чтобы одним движением вонзить лезвие вновь. Черная Тварь с шипением тряхнула головой, пытаясь сбросить седока, но тщетно: клинок впился в плоть гарпуном, а его обладательница — вцепилась в рукоять, как клещ. Теперь ни ядовитое пламя, ни острые зубы не могли её достать. Забив хвостом от досады, дракон разогнался, совсем растревожив нетронутое доселе заснеженное лоно долины, распахнул мощные крылья и стремительно взмыл в небо, ускоряясь с каждой секундой. Дыхание Леди перехватило, когда чудовище начало набирать высоту. Под ногами заскользило пуще прежнего от крови, вытекающей из места, куда вонзился меч, но девушка держалась стойко. Не чувствуя рук, она взглянула вниз через плечо и увидела, как головокружительно далеко осталась земля. Крылья дракона со свистом рассекли морозный воздух. Подхваченный ветряными потоками, он выровнял полет, и в легких у девушки закололо от холода и волнения. В какой-то момент змеиная туша нарочно начала крениться набок. Почувствовав, что опора вот-вот уйдет у нее из-под ног, Леди взмолилась, взывая к своему мечу. Тот, словно услышав ее желание, оказался вошедшим в драконью плоть намертво и не сдвинулся с места, даже когда девушка повисла на его рукояти. Заметив, что его хитрость не дала плодов, дракон юрко извернулся в воздухе – один раз, второй, третий, — в тщетной попытке сбросить с себя рыцаря. Тогда дракон метнулся к горам. Промчавшись сквозь снежную дымку, он спикировал к скалистому выступу у своего убежища и грузно ударился об торчащий каменный угол одним боком. С высоты посыпались, крошась и раскалываясь, тяжелые глыбы. Держась за меч, Леди увернулась. Описав круг, дракон прибавил скорость, подставляя для удара второй бок. Девушка напряглась всем телом и, выдернув меч, бросилась на выступ у пещеры. Куски горной породы, уходя у нее из-под ног, с рокотом полетели в зияющую бездну. Леди осталась невредимой и тяжело поднялась на ноги — потуги удержаться верхом на противнике громадных размеров порядком вымотали ее. Почувствовав, что клинок наконец покинул его шею, дракон мотнул головой и огляделся, выискивая рыцаря, сверкание доспехов которого, к своему удивлению, обнаружил на скале. Недолго думая, он ринулся к выступу и впился в него когтями, с невероятной легкостью разрушая твердую породу. Пасть его приоткрылась, и недра змеиной глотки ярко засветились, разогревая очередной огненный залп. Улучив момент, когда дракон в пылу подберется поближе, Леди взяла разбег. Сердце ее пропустило удар от одной мысли о том, что она собирается сделать, но уверенность, что другого выхода нет, придавала ей храбрости. Кровь в ее висках бешено застучала, уши заложило. Девушка глубоко вдохнула и, разбежавшись, вскочила прямиком в пекло, навстречу ядовитому жару. Оказавшись в пасти замешкавшегося чудовища, она немедленно скользнула в глотку и начала спускаться вниз по пищеводу, игнорируя огонь, невыносимую духоту и используя свой меч, как зацеп. Почувствовавший нестерпимую боль, дракон огласил всю округу громовым рыком, попытался было выпустить еще огня, но залившая глотку кровь заставила его прийти в смятение и начать терять равновесие. Грузно свалившись со скалы, он кое-как распахнул крылья и стал планировать, сам не видя куда летит. Вскоре горы остались далеко позади. Тем временем Леди, спустившись по слизистой в глубину, пыталась справиться с оглушившими ее звуками. В ушах у нее звенело от драконьего рева, а дробный стук драконьего сердца зазвучал словно со всех сторон сразу. Королева закрыла свои уставшие от напряженного, но бессмысленного поиска света глаза, перестала бороться с кромешной темнотой вокруг нее и позволила ей полностью захватить свой разум. Она собрала волю в кулак и из последних сил сосредоточилась, прислушавшись — для того, чтобы, доверившись импульсу, словно слепец прорезаться сквозь плоть навстречу жаркой пульсации. Прорубив перед собой проем, Леди обнаружила полость, где билось драконье сердце, оплетенное паутиной кровеносных сосудов. Размеров оно было совсем не чудовищных, а, напротив, предельно схожих с человеческими. Слой плоти и чешуи на уровне сердца оказался похожим на пергаментный настил и пропускал сквозь себя немного света — достаточно, чтобы девушка увидела куда нужно целиться. Леди перехватила в руке свой верный клинок, размахнулась и пробила им бешено сокращающийся орган насквозь. Смертельно раненая изнутри, Черная Тварь издала душераздирающий рев, совсем потеряла контроль над своим телом и камнем полетела вниз. Сверкнув в небе черной полосой и последний раз всплеснув вуалью кожистых крыльев, ее туша упала прямиком в долину и безвольно распласталась на том самом месте, где начался бой. Леди ощутила сильную встряску, услышала, как утробно заурчал поверженный дракон, чья жизнь начала угасать, и поняла, что пора выбираться. Задыхаясь, она легко прорезалась сквозь драконью грудь и вырвалась наружу с наколотым на меч сердцем. Чудовище испустило свой последний вздох, и змеиные глаза его застекленели, подернувшись мутной пеленой. Не в силах отдышаться, Леди едва держалась на ногах. Сняв с себя окровавленный шлем, она упала на колени в снег и уперлась руками в мерзлую землю, стараясь удержаться в сознании, заходившем ходуном, как только в оголодавшие легкие хлынул свежий морозный воздух. Выпущенный из рук меч остался лежать рядом. Человеческое сердце, нанизанное на него точно на вертел, продолжало неистово содрогаться в конвульсиях, окрашивая снег вокруг себя алым..»