Защищая счастье

Дмитрий Сергеевич Сеченов, великий нейрохирург и известный ученый, еще давно проникся к Сергею Нечаеву. Кажется, еще в процессе создания вакцины от Коричневой чумы. Но тогда Сережа познакомился с Катей Муравьевой, а после и вовсе женился на ней. Сеченов отпустил тогда всю ситуацию, решил, что это было только проявление отеческой любви, да и не до отношений было: работа вытягивала все силы и внимание. После инцидента в Болгарии он действительно старался сохранить жизни обоих, но не сумел. Остался один Сережа. И уже через пару лет ученый понял, что это была вовсе не отцовская любовь, а настоящая страсть, которую академик запер внутри себя на долгие годы и не выпускал. Теперь он думал о том, что, возможно, смог бы спасти и Екатерину Нечаеву, но вот, видимо, подсознание не дало этого сделать. Эта мысль грызла гуманную сторону личности Димы, убивала, подавляла. Зато эгоистическая сторона буквально кричала о том, что сейчас все может получиться. Майор даже не будет никому изменять. А потом появился Петров. Надо же, ведь академик, по сути, сам и свел их. Запихнул в одну ситуацию, после чего они сблизились. Это было предсказуемо. Ревность прогрызала огромные дыры в сердце и душе, губила рассудок так, как сигареты убивают легкие. Медленно. Мучительно. Больно. Держать в себе было это тяжело, так что Сеченов вывалил все на Харитона. Тот, выслушав тираду товарища, ответил только "Дурак ты, Дима", а после всю дорогу подкалывал и дразнил академика. Самое главное, обидно было за то, что он буквально вытащил майора с того света, старался выстроить хотя бы начало отношений, и вот, почти все получилось, но чертова конференция разрушила все планы. Он думал. Очень долго. Думал, как бы "вернуть" Сережу обратно. Мысль промелькнула в голове внезапно, и так же внезапно внутренний эгоист заликовал. Он не сможет заставить майора разлюбить Виктора, но изменить ему — запросто. Стоит только даже немного насолить инженеру, как в тот же день агент прибежит разбираться. Тут то он и предложит единственный выход из этой ситуации. Теперь оставалось только попросить своего заместителя Михаэля нарыть что-то на программиста. Что-то, за что можно было бы опустить его социальный рейтинг или вообще выгнать с работы. Чтобы забрать все, что он любит, чтобы Нечаев понял свою ошибку. *** П-3 толкает дверь кабинета, где прямо напротив сидит инженер, бегая глазами то по помещению, то по монитору компьютера, то вообще срывался и заглядывал в грушу. Услышав шаги, он дернулся и подскочил на ноги, но как только увидел Нечаева, сразу же расслабился и вернулся в исходное положение. – Сереж, у меня проблемы... – Что случилось? – Не знаю, что происходит, но сегодня ко мне приходила проверка раз пять. – Черт... Что сказали? – Посмотрели какие коды я пишу, сказали, что вчера вышел новый допуск для моей должности и я лезу туда, куда мне нельзя... Мне рейтинг из-за этого снизили, Сереж.. – А этот допуск тебе сначала показать, не? Слушай, я сейчас все выясню, это, наверное, простое недоразумение! Вот пойду к Дмитрию Сергеевичу и разберусь. – Будь осторожен, – он обеспокоенно посмотрел на любовника и сжал его предплечье. – Конечно, я буду осторожен. Я всего лишь на пару этажей выше... Что может случиться? – Не нравится мне все это... *** Сергей вертел в руках идеально белый конверт. Взгляд падает на сидящего напротив академика. Его глаза все также не выражают ничего, кроме спокойствия и равнодушия. – Я хочу, чтобы ты открыл его прямо сейчас, а завтра вынес свой вердикт. Лампа освещала его худое лицо, покрытое каштановой щетиной. Губы не дрогнули. Нечаев дрожащими руками вскрывает конверт, доставая оттуда сложенную вчетверо записку. Быстро пробежавшись глазами по ровному почерку, П-3 опешил и перечитал текст еще раз. Черт, там четко и ясно было написано: "Хочешь, чтобы Петрова оставили в покое — заплати мне только одним. Отдайся мне." – Шеф, это шутка какая-то? – Какая шутка? – Не стройте из себя дурачка! – терпение майора кончилось, он ударил рукой по столу и вплотную приблизился к Сеченову, – Это все бред! Вы хоть думали, что писали? – Так или иначе, мы оба в курсе, что будет если ты откажешься. Нет, ты можешь, конечно, отказаться, но подумай, каково будет Виктору? И тебе заодно, Сережа. – Блять, да идите Вы... – он смял бумагу в ком и кинул им в хирурга, после чего спешно вышел. Виктора на месте не оказалось. Пришлось ехать домой. Весь вечер и всю ночь Сергей думал о том, что сказал ему шеф. А ведь и правда. Он не только лишит инженера работы, так еще и наведет на них обоих КГБ. Сидеть по статье за мужеложство очень не хотелось. Да и Вите работа эта важна. Естественно все правки и придирки к программисту были ложными, только чтобы выманить майора. И он это понимал. Но также понимал, что академик не шутит, когда говорит, что это обернется плохим для них обоих. Стоило бы поговорить с Виктором об этом, и вместе принять решение, как действовать дальше. Но не хотелось его расстраивать. Он будет рвать и метать, а в конечном итоге их все равно обоих выпрут с работы, сначала понизив их рейтинг, а после отправив в тюрьму. Ну уж нет. Нечаев не позволит этому случиться ни в коем случае. Ведь лечь под Сеченова придется только один раз, правда? *** Яркий свет закатного солнца светит в глаза. Было много дел и получилось прийти только сейчас. Нечаев стоит у него в кабинете. – Дмитрий Сергеевич, я согласен.