Белый Лебедь

Три дня для Реджины пролетели незаметно. Она была в предвкушении нового занятия, иногда мысленно возвращаясь к работе, думая над сентябрьской коллекцией, но постоянно отвлекаясь на мысли об Эмме. — Едрить-мадрить! Что у тебя на голове? — Это называется волосы, Кэт. И тебе доброе утро. Кэтрин быстро прошагала к стулу, подозрительно всматриваясь в своего босса. — У тебя плойка сломалась? — Нет, просто мне не захотелось сегодня их выпрямлять, — Реджина, как всегда, сидела в своём слишком большом кресле, работая над очередным эскизом. — Ты выпрямляешь их каждый день на протяжении всей жизни, что вдруг изменилось? — Не каждый день, и уж точно не всю жизнь. — Знаешь, — Нолан обошла стул и уселась на него, скрещивая руки на груди. — А ведь я начинаю ревновать. Брюнетка подняла голову, а заодно и свою идеальную бровь. — Ты светишься, Реджина, и я знаю эту светловолосую причину твоего счастья. Как прошло свидание? Миллс снова наклонилась к эскизу, но лишь для того, чтобы скрыть улыбку и, кажется, румянец на щеках. — Это не было свиданием. — Хорошо. Как прошла встреча двух втюрившихся друг в друга людей? — Перестань, я ещё... — Боже, Реджина, ты иногда просто невыносима! Как по мне, у вас отношения. Да, они прям странные какие-то, но блять, сам факт, что вы до сих пор не переспали, много о чём говорит. И, как я знаю, возможности-то уже были. Реджина ничего не ответила, потому что Кэтрин была права. Как бы ей ни хотелось Эмму, она была готова ждать подходящего момента, просто наслаждаясь совместно проводимым временем. — Вы какие-то слишком ванильно-романтичные, что ли, аж тошнит, — она встала из-за стола, оставляя Реджину наедине с её глупой улыбкой. — Кстати, кудри — топчик! Уверена, ей понравится. И Реджина тоже на это рассчитывала.

***

Впервые за два месяца она приехала в студию не в самый последний момент. Реджина стала чувствовать себя комфортно, и прятаться больше не хотелось. В раздевалке было несколько девушек из её группы, с которыми она даже обменялась парой фраз. А вот Эммы нигде не было видно, поэтому она прошла в пустой зал, раскладывая ковёр на любимом месте. Окно было открыто, и Миллс не упустила момент подойти ближе, упереться на подоконник и вдохнуть полной грудью свежий вечерний воздух. Она развернулась, услышав звук открывающейся двери. — Здравс... Это всё, на что хватило Свон, перед тем как она застыла с широко раскрытыми глазами и медленно открывающимся ртом. Да, Реджина знала, что она выглядит очень хорошо, и это мягко сказано, ведь ей снова хотелось произвести на Эмму впечатление. Любимые чёрные легинсы и топ, минимум макияжа и весь акцент на естественно вьющиеся пышные волосы, едва достигающие середины шеи. Но она ожидала немного другой реакции. Девушка всё ещё стояла в проходе как вкопанная, и Миллс не была уверенна, что она вообще дышит. Из ступора её вывели несколько женщин, прошедших в зал. Так и не закончив приветствие, блондинка прошла к колонке, подключая телефон и выбирая музыку. Реджина еле удержалась от громкого смеха. Практика обещала быть интересной. В зале было всего шесть человек, хаотично расположившихся на своих коврах. Миллс пыталась настроить дыхание и сосредоточиться на разминке, но каждый раз ловила на себе взгляд Эммы, слишком открыто разглядывающий её. Даже когда она разговаривала, что-то объясняя про асану или дыхание, её глаза как будто магнитом притягивались к Реджине. — Сегодня мы изучим с вами новую позицию. Голос Свон был как всегда спокойным, но Реджина уловила знакомые нотки, которые были слышны в ресторане. От этого её внутренности скрутились узлом. — Поза дерева направлена на баланс, как внутренний, так и всего вашего тела, за счёт мышц и концентрации. Начнём с левой ноги, — Эмма приподняла правую ногу, раскрывая колено в сторону и упираясь стопой в левое бедро. Она продолжала сверлить взглядом Реджину. — Главное, спокойное дыхание. Можете разделить его на четыре счёта, чтобы было проще. Она сложила руки в намасте, прижимая к груди и медленно выводя их наверх, закрывая глаза. Только сейчас Реджина почувствовала облегчение и попыталась повторить за девушкой. Это оказалось сложнее, чем выглядело. Нога всё время соскальзывала с бедра, а когда ей удавалось удержать её хоть на пару секунд, она сразу теряла равновесие. — Я попрошу вас поделиться на пары и по очереди помогать друг другу. В попытках совладать со своим телом Реджина даже не заметила, как Эмма встала за её спиной. Теплые руки легли на талию с двух сторон, отчего она вздрогнула и замерла. — Не прогибай поясницу, — голос Эммы будто стал на несколько тонов ниже. Она провела рукой по левому бедру Реджины, слегка касаясь ягодицы. — Переноси вес. Миллс уже тонула, едва слыша голос, ощущая только руки и тёплое дыхание. Блондинка придвинулась ближе, вернув левую руку на талию, проводя теперь по правому бедру, чуть подталкивая его вверх. До Реджины, наконец, долетели слова Эммы, и она раскрыла бедро в сторону, прижав стопу к левой ноге. Понимая, что брюнетка теряет равновесие, Эмма усилила хватку на талии и бёдрах. — Не расслабляй спину и вытяни руки вверх, — девушка подошла ближе, перемещая руку с талии Реджины на её живот. Правая рука скользнула по согнутой ноге, замирая на внутренней части бедра. Дыхание Реджины моментально сбилось, и её бросило в жар. Она почувствовала, как Эмма медленно зарывается носом в её волосы. По коже побежали мурашки. — Вы нюхаете мои волосы, мисс Свон? — тихо прошептала Реджина, чуть поворачивая голову в сторону, чтобы только Эмма могла её услышать. — Твои кудряшки сводят меня с ума, Реджина! — так же тихо прошептала Эмма в её шею, обжигая кожу горячим дыханием и прижимаясь грудью к спине. И Миллс накрыло с новой силой. Она не смогла сдержать стон удовольствия, дрожащей рукой тут же закрывая рот, но никто не обратил на это внимание. Всё её тело ослабло, глаза закрылись, а дыхание стало слишком сбивчивым и прерывистым. Эмма сильнее прижалась к ней, усиливая хватку на внутренней поверхности бедра, медленно продвигая другую руку от живота к самому краю спортивного топа, отчего пульсация между ног Реджины стала невыносимой. Хотелось сменить положение, чтобы ослабить накатившее возбуждение, но блондинка держала её слишком крепко, отчего Миллс начала медленно извиваться, откинув голову назад и хватаясь своими руками за руки Эммы. Она чувствовала, как намокли её трусики, и ощущала, что Свон возбуждена не меньше. Блондинка тяжело дышала, двигаясь в такт почти незаметным движениям Реджины. Её пальцы подрагивали на бедре и рёбрах, а нос глубже зарывался в кудри, касаясь чувствительной кожи головы чуть ниже затылка. Музыка из колонки резко остановилась, и Миллс вздрогнула, открывая глаза. Их отражение в зеркале выглядело безобиднее, чем на самом деле. Но если бы другие девушки не были увлечены упражнением, можно было бы заподозрить что-то неладное. Казалось, они стоят так уже вечность, восстанавливая дыхание. Эмма начала потихоньку отстраняться, напоследок глубоко вдохнув аромат волос и оставляя нежный, никому не заметный поцелуй на шее. Реджина окончательно растаяла, пропуская дрожь по всему телу. Как только Эмма осторожно опустила её ногу и отошла, она медленно осела на коврик. Музыка снова включилась, и Свон вернулась на своё место, продолжая занятие, не проронив больше ни слова. Всё оставшееся время они смотрели друг на друга, практически не отводя глаз. Миллс оставалась на коврике, даже когда выключилась музыка и все вышли из зала. Ей не хотелось двигаться, но в то же время, ей хотелось снова прижаться к Эмме. Как будто прочитав её мысли, блондинка села возле её ног, убирая плед, которым уже по обычаю накрыла стопы Реджины перед медитацией, и уверенными движениями начала массировать их. — Ты много сидишь и мало двигаешься. Кровь плохо циркулирует по венам, поэтому твои ноги постоянно мёрзнут. — И что вы предлагаете, доктор? — усмехнулась Реджина, расслабляясь от приятного прикосновения. — Предлагаю больше ходить пешком и меньше на каблуках. — Пожалуй, я откажусь, если раз в неделю мой вечер будет заканчиваться таким вот массажем. Эмма не ответила, убирая руки и подходя ближе к Реджине, которая успела открыть глаза от потери тепла. — Извини меня, — чуть тише произнесла девушка, уставив глаза в пол. Миллс поднялась с ковра и нежно коснулась пальцами её подбородка, приподнимая голову. — За что ты извиняешься, Эмма? — За то, что произошло сегодня... сейчас на занятии, я просто... Мне так стыдно. — Тебе понравилось? Девушка сильно растерялась от такого прямого вопроса. — Я спрашиваю тебя, потому что мне понравилось! — Реджина сделала паузу, чтобы заглянуть в глаза и убедиться, что Эмма её слышит. — Я бы повторила, но с продолжением и достойным финалом. И я хочу знать, как это было для тебя. — Это было... слишком хорошо! Реджина улыбнулась и потянулась ближе, но Эмма отстранилась, сделав шаг назад. — Там собирается вторая группа. Брюнетка понимающе кивнула, поджимая губы. — Тогда до встречи, Эмма. — До встречи. Она даже не стала переодеваться. Забрав свои вещи и сев в машину, Реджина чувствовала руки Эммы на своём теле, её дыхание, запах и голос. — Да твою мать! Миллс была на пределе и сильнее сжала бёдра, но это только увеличило её возбуждение. Она не могла больше терпеть. Свернув в ближайший двор, который по счастливому случаю оказался пустым, Реджина отстегнула ремень безопасности и дрожащей рукой залезла в свои трусики, чувствуя пальцами влагу. — Блять. Не в силах больше ждать, она шире раздвинула ноги, скользнув двумя пальцами по клитору. Перед глазами стоял образ Эммы, обнимающей её со спины, сжимая грудь одной рукой, а второй проникая под лосины, задевая ткань нижнего белья. Реджина застонала, чуть надавливая на чувствительную точку и увеличивая темп. Приятная дрожь пробежалась по телу, и она вжалась в водительское кресло, хватаясь свободной рукой за руль. Извиваясь на сидении, её дыхание полностью сбилось, а пальцы ускорились в движении. Она кончила с громким стоном, не переставая стимулировать клитор. — Ты убьёшь меня, Эмма!