Возвращение домой

— Может тебе следует сегодня отдохнуть? — обеспокоено спросил модельер, проверяя документы и краем глаза заметив, как его помощница в очередной раз зевнула.     — Всего лишь середина дня, я в порядке.     — Точно? Ты выглядишь…    — Плохо? — перебила Натали, внимательно посмотрев на Габриэля и явно намереваясь добиться от него противоположного ответа.     — Ты выглядишь прекрасно, — ухмыльнулся мужчина, галантно поцеловав ее руку, — но уставшей.     — Я… Мне просто нужно еще кофе, — произнесла она и поднялась с кресла. — Тебе принести?    — Буду благодарен. Но, Нат, подумай о моих словах и о том, что до завтра отчет никуда не убежит.     Женщина улыбнулась ему в ответ и направилась к двери. «До завтра отчет никуда не убежит, — повторила она про себя. — Золотые слова! Вот бы услышать их еще пару лет назад… Знала бы тогда, как все обернется, — упала бы с крыши еще при первом использовании камня Чудес». Натали улыбнулась собственной постиронии, и вдруг почувствовала, как тяжело было переводить глаза с одного предмета на другой, время будто замедлилось, а, подойдя к двери, женщина всего на секунду прислонилась к ней лбом, прежде чем открыть, — надо просто выпить кофе.     Габриэль, полусидя на столе помощницы, внимательно просматривал строчку за строчкой, когда сперва привычный энергичный стук каблуков вдруг сменился на почти шаркающие шаги, а затем ручка двери звякнула слишком громко, будто кто-то резко ее отпустил. Модельер обернулся и тут же подорвался с места, почти у самого пола поймав возлюбленную.     — Натали…    Он быстро поднял ее на руки и положил на диван, скинув все лишнее на пол и подложив подушку ей под ноги. Габриэль приложил пальцы к шее, проверяя пульс, и расстегнул верхние пуговицы на ее рубашке, чтобы облегчить дыхание.     — Натали, пожалуйста, приди в себя, — произнёс он, убирая с ее лица волосы.     — Отец? — обеспокоено спросил вернувшийся из школы Адриан, но, увидев Натали, резко бросился к ней. — Что случилось?    — Она потеряла сознание… Принеси воды!    Адриан молниеносно выбежал из кабинета, а Габриэль вновь потрогал лоб возлюбленной, проверяя не поднялась ли температура. Она сейчас так была похожа… Нет, он и думать не хотел о том, что может потерять Натали. Все будет хорошо.     — Я принес воду и нашел нашатырный спирт, — радостно воскликнул вернувшийся Адриан.     Габриэль подскочил к сыну, забрал стакан и пузырек из темного стекла и повернулся, чтобы вернуться на диван, как вдруг парень остановил его.     — Отец, скажи только честно, — произнёс Адриан, испуганно поглядывая на Натали, — этот обморок… Мне стоит ждать пополнения в семье?    Недоуменно посмотрев на сына, Габриэль застыл на месте — парень заметил, как от напряжения у отца слегка дергается бровь, и испуганно вздрогнул, когда он вдруг наполовину опустошил стакан воды.      — Нет, конечно, — неуверенно произнёс мужчина. — С чего ты взял?    — Нам на биологии рассказывали, что у женщин может падать давление из-за гормональных изменений в первом триместре….    — И?    — И это приводит к обморокам.     Габриэль посмотрел на возлюбленную, на секунду задумавшись о словах сына, и помотал головой, отгоняя мысли.      — Адриан, только твоих домыслов сейчас не хватало, иди к себе.     — Но отец…    — Адриан!    Модельер повысил голос совершенно случайно — и без того ситуация была слишком нервной, а а тут еще… К счастью, Адриан понимающе кивнул, бросил что-то похожее на «потом поговорим» — Габриэль все напрочь прослушал, и пошел в свою комнату. Модельер остался в кабинете один и, испуганно посмотрев на лежащую Натали, всерьез задумался. Вдруг Адриан прав? Мужчина перебирал в голове все странности, которые происходили с женщиной в последнее время, и лишь подкреплял теорию. Она быстро уставала, бывало жаловалась на головную боль, но, что было самым удивительным, пару дней назад она отказалась от ужина, сославшись на отсутствие аппетита. Ладно, будь это его блинчики — Габриэль, хоть и не без труда, мог бы это понять и принять, но это была ее любимая утка с брусничным соусом… Все было так очевидно, а мужчина ничего не заметил. Другой вопрос: готов ли он снова стать отцом?..     — Господи, какая сейчас разница?! — вслух пробормотал мужчина и подбежал к дивану.     Габриэль быстро смочил кусочек ваты в растворе и осторожно поднес к носу Натали. Запах, конечно, был отвратительный, но именно от него женщина вдруг рефлекторно закашляла.     — Что за ужасный запах? — спросила она, поморщившись.     — Натали, как ты? Голова кружится, болит, слабость?.. Может вызвать врача?    — Нет, нет, только не врача, со мной уже все в порядке… Я потеряла сознание?    — Да. Тебе не жарко? Я могу включить кондиционер. Или наоборот? Может принести одеяло?..    — Все хорошо, Габриэль, — улыбнулась она, взяв мужчину за руку. — Принесешь воды?    — Уже, — ответно улыбнулся модельер, пытаясь скрыть напряжение.     Он помог ей перевернуться на бок и приподняться и затем протянул стакан с водой. Натали сделала всего несколько глотков, а Габриэль вновь ушел в свои мысли. Женщина по-прежнему сжимала его руку, и модельер пусть и не в первый раз, но с тем же удивлением подумал, что ее ладошка выглядит совсем крохотной по сравнению с его ладонью с привычными вмятинами на пальцах от долгого рисования. Будет ли у него так много времени на работу, когда появится ребенок? Натали будто специально прижимала руку к животу, и мужчина просто не мог перестать думать обо всех предстоящих заботах. Конечно, само представление о том, что в доме появится маленький человечек, называющий его «папа», вызывало идиотскую улыбку на лице (Адриан был не в счет — он уже довольно взрослый и радовал Габриэля другими достижениями), но дети — это большая ответственность и нагрузка… А вдруг это девочка? О боже, модельер только сейчас понял, что у него может родиться дочка — с темными волосами и пронзительно голубыми глазами, как у Натали, и его несносным характером…     — Габриэль?    Голос возлюбленной вдруг напомнил мужчине, где он находится, и он осознал, что уже пару минут с самой дурацкой улыбкой, какая только могла у него быть, смотрел на Натали, придумывая имя для ребенка. А знает ли сама Натали о своем положении?    — Я просто рад, что с тобой все хорошо. Но может все-таки вызвать врача?    — Мне уже намного лучше, — улыбнулась она, пытаясь успокоить мужчину. — Шестьдесят миллилитров эспрессо, и можем вернуться к работе.     — Видимо и правда лучше, раз вернулось чувство юмора, — засмеялся мужчина, — но поработаю я сегодня один. И не спорь! Сегодня полежишь, отдохнешь — лишним точно не будет. И никакого кофе!    — Габриэль, — недовольно протянула Натали.     — Если покрепче обнимешь меня, пока я буду нести тебя в спальню, разрешу выпить декаф.     — Я могу и сама дойти, — пробормотала Натали, но послушно обхватила мужчину за шею.     — Знаю, — улыбнулся модельер, поднимая возлюбленную, — но я слишком давно не носил тебя на руках. Но ты можешь открывать двери.    

~~~

  — Габриэль, у нас есть что-нибудь важное в среду?     — Нет, — ответил мужчина, не отвлекаясь от мольберта. — А есть планы?    — Не совсем, — неуверенно произнесла Натали, накручивая на палец прядь волос. — Понимаешь, мои волосы сильно отросли, и я хочу заново покрасить красную прядь, а запись к моему мастеру либо в среду в середине дня, либо через месяц…    — Можешь пойти в среду, Нат, — засмеялся модельер тому, что она по-прежнему нервничает, когда отпрашивается, но резко замолчал и посмотрел на женщину, когда понял, о чем она говорила. — Подожди, ты будешь осветлять волосы?.. Может стоит отложить эту затею?    — Тебе больше не нравится моя красная прядь?    Ее голос прозвучал так обиженно, что Габриэль отошел от мольберта и приблизился к Натали. С ее обморока прошло несколько дней, и сейчас она выглядела на порядок лучше, и все это время модельер пытался понять: знает ли она о беременности и почему ничего не говорит ему, если знает? Он начал проявлять особую заботу для Натали в том случае, если она не знает, и проводить больше времени с Адрианом, чтобы показать, что он может быть хорошим отцом. Однако на серьезный разговор он никак не мог настроиться.     — Нравится, просто в красках аммиак… Знаешь, не важно, давай я принесу тебе чай.     Натали улыбнулась и потянулась к модельеру, но вместо того, чтобы поцеловать ее, мужчина аккуратно коснулся губами ее виска и, не заметив удивленного лица возлюбленной, развернулся, чтобы пойти на кухню.     — Ну-ка подожди! — резко произнесла она, дернув модельера за руку, заставляя развернуться. — Габриэль, что происходит?    — О чем ты? — осторожно спросил мужчина.     — Ты избегаешь меня.     — Нет, это не так.     — Да, Габриэль. Мы вместе ездим в офис или вместе работаем дома и проводим много времени вместе, но последнее время ты обнимаешь меня так, будто ты мой дальний родственник, которого я вижу раз в два года. И это, если обнимаешь… Я засыпаю — ты еще работаешь, я просыпаюсь — ты уже работаешь… Габриэль, у нас проблемы? Ты меня больше не любишь?    — Нет, нет, нет, Натали, я люблю тебя, — ответил модельер, успокаивающе погладив женщину по плечам. — Просто вдохновение напало, но ты главное не переживай. Давай я все-таки принесу тебе чай.     — И ты всю неделю поишь меня чаем! Во всей Европе закончился кофе? Или есть что-то, чего я не знаю?    — Кофеин сужает сосуды, что может приводить к нехватке кислорода у плода, — тихо пробормотал мужчина.     — Что?! — удивлено спросила Натали.     — Кофеин сужает сосуды, что может приводить к нехватке кислорода у плода, — повторил мужчина уже громче.     Женщина застыла на месте, перебирая в голове все цензурные слова, которых сейчас стало резко мало.     — Габриэль, я не беременна, — произнесла она, посмотрев на него, как на идиота.     — Нет?    — Нет.     — Точно?    Натали собиралась быстро ответить, но замерла на полуслове. Она испуганно посмотрела на модельера, вспоминая последние несколько недель, и бросила нервный взгляд на календарь, стоящий на его столе. Но стало только хуже — если память ей не изменяет, и расчет верен, то у нее задержка. «Потрясающе», — иронично подумала Натали, вновь посмотрела на мужчину и решительно направилась к двери.     — Подожди, куда ты?    — В аптеку, куда же еще?    — Значит, не точно, — пробормотал модельер и бросился следом.     Габриэль нетерпеливо ходил кругами у двери в ванную. Что ж, появилась хоть какая-то определенность: она не знала, но успокаивало это мало. Габриэль всю дорогу уверял Натали, что он очень рад и у них все получится, но женщина отчего-то лишь бросала странные взгляды на все его слова. Возможно, она чувствовала, что модельер лукавит?.. Нет, Габриэль правда рад, но сейчас он скорее был рад, что вся эта неловкая неделя разрешилась. Его терзали сомнения, он был напуган; конечно, он не оставит Натали, но… разве дети не должны быть запланированными? Это нисколько не уменьшало любовь к будущему ребенку, но сама мысль о том, что придется перевернуть вверх дном устоявшийся ритм жизни, была тяжким грузом. Габриэль помотал головой, отгоняя размышления. «Все будет хорошо, мы с Натали со всем справимся», — подумал он, цепляясь за эту идею и то, сколько радости будет от повторного отцовства. Но сильно углубиться в это не получилось — из ванной вышла Натали, и Габриэль от ее спокойного вида напомнил себе, что она может вообще и не быть беременной.     Натали молча и немного растерянно посмотрела на модельера и, пройдя мимо, взяла с кровати свой телефон. Она набрала чей-то номер и, договариваясь о встрече, сильно обрадовалась, что может приехать сегодня.     — Габриэль, — негромко позвала она, — отвези меня в больницу…    Натали вышла из комнаты, сказав, что подождет в машине, и, прежде чем отправиться за ней, модельер забежал в ванную, чтобы не волновать женщину по дороге своими расспросами. На краю раковины лежал тест — на нем было две полоски.   

~~~

Проходя вдоль аллеи, Натали, наконец, заметила на площадке у небольшого фонтана знакомое пальто. Модельер сидел на скамейке, задумчиво смотря куда-то в сторону, и слегка вздрогнул, когда женщина окликнула его.     — Габриэль! Я еле нашла тебя, хорошо хоть медсестра сказала, что ты вышел на улицу.     — Извини, Нат, я… немного перенервничал, — виновато произнёс мужчина. — Прости, я должен был быть с тобой…    — Все хорошо, мне так даже спокойнее было.    — Что сказала врач?    — Читай сам, — не сдерживая улыбки и радости, произнесла она, садясь рядом, и протянула мужчине заключение.     Габриэль улыбнулся ей в ответ, понимая, что увидит, и принимая роль отца уже во второй раз. Он нервно взял заключение, пробежал по тексту глазами — просто, чтобы убедиться, что с ребенком все в порядке, и удивленно посмотрел на Натали.     — Ты не беременна, — озадаченно произнёс он.     — Все верно, — улыбнулась она.     — Но ты рада…    — Габриэль, мы же не в рекламе тестов на беременность, чтобы радоваться только положительному результату. Извини… Мы с тобой никогда не обсуждали тему детей, — произнесла она, чуть повернувшись к модельеру, — и, думаю, сейчас самое время.     Она нервно теребила пуговицу на своем пальто, и Габриэль, кивнув в знак согласия на разговор, взял ее за руку.     — Я не хочу детей. Не утверждаю, что так будет всегда, но… Габриэль, ты не хуже меня знаешь все, что произошло за последние годы, и я хочу пожить для себя. Всё только-только наладилось, и… пусть так и остается, — ее глаза вдруг заблестели, и модельер подумал, что она вот-вот заплачет, но вместо этого она улыбнулась и тихо засмеялась. — Извини, но я правда рада, что не беременна.     Габриэль улыбнулся ей в ответ.     — Подожди, а как же положительный тест?    — Такое бывает из-за дефектов самого теста или из-за повышения уровня гормонов. Меня всю проверили, я не беременна и вполне здорова, значит дело в тесте. Знаешь, нам крупно повезло, что у меня есть знакомый гинеколог и что у нее было свободное время, иначе мы бы еще пару недель готовились стать родителями.    — Я уже целую неделю готовился к этому, — засмеялся мужчина.     — Но я так и не поняла, как ты к этому относишься, — негромко произнесла Натали.     — Честно говоря, я и сам не до конца понял. Не самый смелый поступок, но я испугался. Всего на мгновение, но испугался. Я одновременно был поглощен и воспоминаниями о том, как с Адрианом было порой непросто, и как я был счастлив, когда он, наконец, засыпал после бессонной ночи… Думаю, ты права — мне тоже нравится, как все идет сейчас, и я испугался перемен. Только не думай, что не был готов, я даже начал придумывать имена — Селеста, тебе нравится?    — Селеста? Ты придумал имя для девочки? — засмеялась Натали. — Мне нравится. Наверное, я должна была придумать имя для мальчика, но я даже не думала об этом… Кстати, с чего ты вообще решил, что я беременна?    — Это все Адриан. Ты упала в обморок, а он предположил, что ты в положении, а дальше я сам себя накрутил. Я заметил, что ты быстро уставала, твои предпочтения в еде изменились, еще и потеря сознания… А почему ты упала?    Натали неловко отвела глаза в сторону.     — Последние недели перед рождественскими праздниками и после них выдались такими загруженными, что я толком не успевала есть и случайно вернулась к своему рациону из кофе и шоколада, отсюда и усталость, и головокружение, и пониженное давление, и, как итог, потеря сознания, — Натали прикусила губу и, виновато улыбнувшись, посмотрела на модельера. — В качестве извинений могу сказать, что неделя без кофеина на одном лишь ромашковом чае помогла, и сейчас мне намного лучше.     — С тобой не соскучишься, — засмеялся Габриэль. — Но знай, от совместных завтраков ты больше не отвертишься… а то в следующий раз Адриан придумает что-нибудь похлеще.     Натали в ответ улыбнулась и опустила голову ему на плечо. Темнело, вдоль улиц небольшого прибольничного парка начали зажигаться фонари, возвращался холодный ночной ветер. Ни Натали, ни Габриэль пока не спешили возвращаться домой, несмотря на подступающие морозы, — слишком богатым на события выдался день, и хотелось хоть ненадолго задержаться на этом островке спокойствия. К тому же дома Адриан наверняка устроит допрос — оставалось надеяться, что он не расстроится тому, что по-прежнему остается единственным ребенком в семье… Селеста… Натали нравится это имя — возможно, когда-нибудь потом, но точно не сейчас.