Холод твоих рук

      Вернувшись в постоялый двор уже под ночь, Цзю думал сегодняшнем дне.       Он сдал экзамен и стал личным учеником кого-то. Потому, как этот мужчина отзывался о Главе ордена говорило о высоком статусе. Он, Шэнь Цзю, мог предположить, что это Лорд Цинцзин, но этот вывод тот ставил под сомнение. Если это Лорд Цинцзин, то зачем принимал у него экзамен лично? Его личность, по первому впечатлению, была не как у мудрого человека, а как у увлеченного своими исследованиями ученого. Хотя откуда Шэнь Цзю знать какой человек этот Лорд Цинцзин? Он знал его лишь из слухов, собранных в сомнительных источниках, таких как бордели или кабаки.       В Цанцюншан была такая традиция: выбирать один иероглиф в офицальное имя при смене поколений. Например сейчас правит поколение «Мин», потом будет поколение «Цин». Единственный, кто не имеет иероглифа «Мин» или «Цин» — Глава ордена. Иероглиф в его имени говорит о принадлежности к поколению «Вэнь». Почему Глава Куан не вознесся с остальными из поколения «Вэнь», неизвестно, во всяком случае самому Цзю. Смена поколения происходит после вознесения предыдущего.       Так, где моя сумка? А, вот она. Достав сумку из-под кровати, я открыл ее и в нос ударил запах тухлятины. Блин, забыл вытащить баоцзы! Они сгнили… Посетовав на свою безалаберность, я вытащил сгнившее лакомство и взяв мокрую тряпку протер внутри.       Естественно он изучал правила, обычаи и прочие книги об Ордене Цанцюн. Школу основали при Империи Цинь три могучих заклителя. Сначала было лишь три пика: Цюндин, Цинцзин и Аньдин. Потом присоединился Байчжань и Кусин. Вынужденно присоеденилась вершина Сяньшу, когда умерла Императрица У Цзэтянь. Цаньцао и Цзуйсянь присоединились при поколении «Вэнь», хотя до этого была отдельно и просто сотрудничала с орденом. А все остальные четыре возникли внутри секты, когда появилась нужда в том или ином наборе специалистов.       Когда зловонный запах развеялся в воздухе, я начал складировать вещи: пару тряпок, дневник, ди флейту из белого нефрита, неиспользованный пергамент, некоторые картины, запасные струны гуциня, кисти из заячьей шерсти, тущеницу и акварель, какие-то мази, мешок монет. Гуцинь, обмотанный в ткань, болтался на лямке за спиной. Осмотрев пустую комнату, он шагнул за дверь и спустился.       Ночью на землю опускались заморозки, но к часу мао иней превращался в легкий туман.       Во дворе стоял тот самый ученик, что встретил его вчера на Цинцзине. Заметив приближение, тот отвлекся от созерцания пожелтевшего клена во дворе и обернулся.       — Доброе утро, — поклонился в приветствии юноша. — Я тебе так и не представился, я Ю Шайнинг. Тебе стоит звать меня шисюном-Ю, шиди Шэнь, — его лик озарила мягкая улыбка.       — Доброе утро, шисюн Ю, — поклонился младший.       — Чтож, в путь, — из ножен вылетел меч и окончил движение на чи от земли около ног. Шисюн-Ю встал на свой меч и повернулся.       Шайнинг уже хотел было подать руку своему шиди, но тот, проигнорировав помощь, встал за спиной старшего и вцепился в мантию.       Меч начал медленно взлетать вверх. Сколько бы Цзю не поднимался на мече в воздух, поджилки тряслись просто от знания, что высота смертельна. Когда они приземлились, он ещё долго не мог отойти от ощущения близкой смерти. На одеревенелых ногах он шел за шисюном-Ю, пропуская мимо ушей его болтовню. Морок прошел только когда они остановились около бамбуковой хижины.       Постучавшись в дверь, старший ученик позвал:       — Шицзунь, я привел шиди-Шэня! Послышался звук шагов, а затем и скрип двери. На крыльцо вышел… Тот самый дядька-экзаменатор.       Значит, его догадки были верны? Шицзунем звали только, во-всяком случае, в Цанцюн, Лордов пиков. Его догадка о таинственном экзаменаторе была верна. Но с чего такая честь?       Пока Цзю предавался размышлениям мужчина в лисьей шубе отослал Ю Шайнинга и подошел к застывшему подростку.       Опустив ладонь на ворох черных волос, он произнес:       — Заходи, нечего мерзнуть на улице, — рука снова нырнула в теплые рукава мантии и Лорд Цинцзин скрылся за дверью. Шэнь Цзю очнулся и поспешил за старшим.       Когда дверь закрылась, тело расслабилось в теплой неге жаровен. Лорда Цинцзин Шэнь нашел в гостиной. На нем уже не было белой шубы, было только бамбукового цвета ханьфу. На маленьком столике около кресел стоял чайничек с двумя пиалами.       —Садись, — кивнул на соседнее кресло Лорд Цинцзин. Шэнь Цзю сел. — Перед церемонией я хочу поговорить. Ты умный мальчик, обратил внимание на детали, но не всех деталей достаточно, чтобы знать все. Например, ты не знаешь почему я провел твой экзамен лично. А еще ты не знаешь почему я взял тебя в личные ученики. Было импульсивно сразу записывать тебя в личные ученики, так что я спрошу: хочешь ли ты стать личным учеником этого Учителя?       — В чем различие от обычных и личных учеников? — поинтересовался бывший мошенник.       Тот лукаво улыбнулся, будто кот на солнце.       — Лучше условия жизни, есть какой-никакой авторитет, есть возможность стать наследником, моя личная помощь с культивацией и другими уроками.       — А если я стану ни на что способным культиватором?       — Твой корень воды видно издалека. Правда, без тщательного обследования, потенциал не разглядишь, но корень воды — сущая драгоценность. Он очень редок. И обычно заклинатели с этим корнем очень сильны.       Обдумав услышанное, мальчик кивнул.       — Тогда, я согласен стать личным учеником.       Спустившись вниз на колени и наполнив пиалу чаем, подросток протянул ту Учителю.       — Я принимаю свои обязанности ученика и клянусь в верности своему Шицзуню.       — Я, Вей Минж, беру в ученики Шэнь Цзю и клянусь заботиться о нем, пока тот не встанет крепко на твердыню землю.       Пиалу осушили в один глоток.