And It's New, The Shape of Your Body
7 июля 2023 г., 23:50
[Чонвон]
— Южане прибудут через три дня.
Чонвон чувствует, как Сонхун напрягается из-за того, что он прилип к боку младшего, который сразу же с любопытством смотрит на старшего, прежде чем успевает подумать об этом. Сонхун выглядит так, будто его облили холодной водой. Доля секунды, когда он выглядит удивленным и недоверчивым, растворяется в нейтральном выражении. Это взгляд, который Чонвон часто видит в отражении зеркал.
Слишком часто.
Пальцы, запутавшиеся в волосах на затылке Чонвона, значительно ослабли, скользя к его затылку. Он вздрагивает от внезапного прикосновения холодной и липкой руки к своей коже.
Наступает короткое молчание — пауза, а затем Сонхун берет кусок печенья с тарелки Чонвона и подносит его ко рту, жуя. Это признак того, что он не хочет говорить или комментировать то, что сказал Джей. Акт увольнения.
Чонвон отводит взгляд от старшего как раз вовремя, чтобы увидеть предостерегающий взгляд Хисына на Джея, что вздрагивает в ответ. Джейк многозначительно смотрит на своих друзей, громко откашливается, а затем начинает рассказывать о продолжающемся недельном фестивале, который Дворец устроил в честь жителей Востока, его голос немного высокий.
Что с южанами?
Чонвон мысленно воспроизводит лицо Джея, когда он рассказывал о прибытии южан, а затем о реакции Сонхуна. Джей выглядит слишком серьезным, когда говорит, и кажется, что он только что сказал что-то удивительное. Сонхун на секунду кажется обезоруженным, прежде чем закрывается и полностью игнорирует заявление. Взгляд Хисына на Джея, после чего второй извиняюще морщится в ответ. Чонвон также ловит удивленное лицо принца Ни-ки сбоку, его рука замедляет полировку кинжала, пока в конце концов не остановливается. Однако он продолжил, когда Джейк начал говорить о фестивале.
А потом холодная и липкая рука на его затылке. Это непроизвольная реакция. Чонвон обычно так себя ведет, когда чего-то боится.
Как и Сонхун боится прибытия южан…
— Куколка, ты можешь встать на секунду?
Чонвон моргает от внезапного голоса, прорезавшего его мысли, и снова поворачивается к Сонхуну. Старший слегка сжимает его затылок, словно побуждая выполнить его просьбу. Чонвон сопротивляется желанию закатить глаза и встает. Он бы влепил старшему, если бы не было слуг и охранников. Как бы то ни было, Чонвон пока не может противодействовать Сонхуну. Пока ему просто нужно придержать свои мысли о стариках и южанах.
Чонвон не знает, что его ждет, когда он встанет, но точно не то, что Сонхун займет его место, потому что старший слишком занят дурачеством.
— Действительно, — растягивает Чонвон. — Ты не мог попросить свой собственный стул?
— Успокойся, любимый. Если бы я это сделал, я бы не смог удержать тебя.
Чонвон хмурится. Что.
— Что?
Чонвон едва сдерживается, чтобы не вскрикнуть, когда Сонхун тянет его вниз за бедра. Через доли секунды он уже на коленях у старшего, что тут же обнимает его, протягивая одну руку к тарелке с печеньем.
Младший ошеломлен с широко раскрытыми глазами. Его ноги даже не достают до пола, а спина прижата к груди Наследного Принца. Последний даже уткнулся подбородком в плечо Чонвона.
Чонвон замирает на пару секунд, прежде чем поворачивается к взбешенному и расстроенному Сонхуну. Смущение уже скопилось под его щеками, и он отказывается говорить, хотя кипит. Он боится, что его голос дрогнет, поэтому довольствуется тем, что смотрит на старшего.
Никто… Никто никогда не делал с ним этого!
Сонхун просто нахально улыбается ему, щурясь, а Чонвон смотрит вперед с едва сдерживаемым раздражением. Он убьет Сонхуна, как только они останутся одни.
Он замечает, как Ни-ки сгибается пополам на двухместном кресле, его плечи трясутся от смеха, и наблюдает, прежде чем вспомнить о слугах и охранниках. Чонвон отводит взгляд, считает до десяти и заставляет выражение своего лица расслабиться. Через несколько мгновений ему это удается, но он все еще чувствует тепло на лице из-за смущения.
Хисын пытается сдержать улыбку, а Джей выглядит наполовину испуганным, наполовину удивленным. Джейк, с другой стороны, широко улыбается.
— Ну, как насчет фестиваля? Нам всем идти? — Взволнованно спрашивает Джейк.
— Я в деле. Сону попросил меня пойти с ним.
Чонвон забывает о своем нынешнем затруднительном положении и резко поворачивает голову в сторону Ни-ки, удивленный внезапным упоминанием имени Сону.
— Я имею в виду принца Сону… — Поправляется Младший Принц и замолкает под тяжестью взгляда Чонвона.
— Он просил тебя пойти с ним? — Чонвон пытается сохранить ровный тон, но вопрос выходит резким.
— Да?.. Он тебе об этом не говорил? — Ни-ки выглядит сбитым с толку и продолжает бросать взгляд на своих старших друзей, по-видимому, прося о помощи.
Чонвон хмурится, прежде чем отвернуться и взять печенье со своей тарелки. Он начинает жевать, его настроение портится. Он не может поверить, что Сону не спросил его. И прошлой ночью он нес чушь о том, что оставил старших братьев умирать одних в одиночестве…
— Ты… ты дуешься? — Недоверчиво спрашивает Сонхун из-за его спины.
Нет, Чонвон не дуется.
Он смотрит через плечо.
— О, это так, — улыбается Хисын. Чонвон смотрит вперед и продолжает есть. Он не дуется.
— Мне очень жаль.? Эм, Сону хотел бы спросить тебя прошлой ночью, но Сонхун был занят тобой, и он сказал, что ты бы все равно не согласился. — Объясняет Ни-ки.
Чонвон перестает жевать и смотрит на него, его лицо снова становится теплее. Джей и Джейк стонут от резкости младшего, в то время как Хисын поворачивается к Ни-ки с широко раскрытыми глазами, словно не может поверить, что Младший Принц только что сказал это.
— Ни-ки… — Предупреждающе зовет Сонхун.
— Что? Это правда. Все за ужином это видели. Я думал, ты сломаешь Чонвона тем, как грубо ты с ним обращаешься. — Как ни в чем не бывало объясняет Ники.
— Ни-ки, серьезно, — Бормочет Джейк. Хисын зажмуривается и устало проводит ладонью по лицу.
— Я не был груб. — Говорит Сонхун, хмурясь.
Чонвон усмехается. У него все еще есть порез на внутренней стороне нижней губы и жжение в верхней части правого уха, где его укусил Сонхун.
— Был. — Отвечает Чонвон.
— Хорошо! Я услышал достаточно для завтрака, черт возьми! — Объявляет Джей, вскидывая руки. Ни-ки указывает на Чонвона при его признании и поворачивается к лицом к Сонхуну со словами: «Я же говорил».
— Можем ли мы теперь вернуться к разговору о фестивале? — Спрашивает Хисын, выглядя измученным.
— Я не был таким грубым, — бормочет Сонхун.
— Заткнись, Сонхун. В любом случае, как насчет того, чтобы пойти всем вместе? — Спрашивает, оживившись, взволнованный Джейк. Чонвон самодовольно ухмыляется через плечо Сонхуну из-за то, что его заставили замолчать, и тот в ответ закатывает глаза. — Пожалуйста, прекрати флиртовать и ответь мне.
— Когда? — Спрашивает Сонхун и берет еще одно печенье с тарелки Чонвона. Последний хмурится.
— Сегодня? Давайте сделаем это сегодня. Нам с Джеем особо нечего делать. Ни-ки тоже. Хи, ты можешь отложить свои обязанности? Ты тоже только что вернулся из лагеря. — говорит Джейк.
— Я не могу. Я должен наблюдать за тренировкой с новыми рекрутами, но, может быть, я смогу уйти после обеда. Мой вице-капитан возьмет на себя управление. — Отвечает Хисын.
— Пусть присматривает за ним весь день. — Хмурится Джей.
— Утром она занята, посещая встречи, Джей. На одну я лично не хочу идти, поэтому я оставил ее для нее. Все, что я могу сделать, — это ближе к вечеру. — Объясняет Хисын.
— Ну, ближе к вечеру и допоздна подходит, не так ли? — Спрашивает Джейк, пожимая плечами.
По правде говоря, Чонвон не хочет идти. Сону знал его слишком хорошо, когда сказал Ни-ки, что Чонвон все равно не согласится на встречу, так что у него действительно нет причин дуться (хорошо, он дулся). Но если Сону будет там в окружении новых людей в людных местах, он предпочел бы быть там с ним.
Сонхун немного толкает его на коленях, чтобы привлечь внимание, и он невозмутимо поворачивается к старшему.
— Готов к этому? — спрашивает Сонхун и тянется за другим печеньем. Чонвон успевает поймать его запястье на столе.
— Если там Сону. И прекрати воровать мою еду. — Отвечает он.
Сонхун вырывает свою руку из хватки Чонвона и вместо этого переплетает их пальцы, ловя руку последнего под своей на столешнице.
— Мы будем там. — Отвечает Сонхун Джейку. Чонвон закатывает глаза и снова смотрит вперед. Он пытается выдернуть руку, но старший не реагирует.
Чонвон чувствует, как раздраженно дергается бровь, и думает о том, чтобы толкнуть Наследного Принца свободной рукой. Но когда он поднимает взгляд, то видит, что одна из служанок смотрит на их сцепленные руки. Она замечает Чонвона и тут же отворачивается, вместо этого глядя в пол. Чонвон перестает тянуть его за руку и вместо этого снова сжимает пальцы старшего. Сонхун бросает на него любопытный взгляд, но не получает ответа.
Это для шоу.
— Как насчет принца Сону? Он будет доступен позже? — Спрашивает Джей, отпивая чай.
— Да, он будет там. — Отвечает Чонвон, а затем поворачивается к Ни-ки. — Как он в итоге спросил тебя?
Ни-ки моргает.
— Э-э, я извинился за то, что возился с ним в день его приезда, и он сказал, что не простит меня.
Услышав, Чонвон удивился, потому что это совсем не похоже на его брата…
— Но если бы я познакомил его со всеми видами центральной кухни и блюд, он бы меня простил. Я сказал «да», — продолжает Младший Принц, слегка пожимая плечами.
Что ж, это звучит как Сону.
— Он слышал со всего Дворца, что во время праздника выстраиваются очереди за едой, поэтому вчера вечером он спросил, не сопровожу ли я его. — Заканчивает Ни-ки.
— Разве у тебя нет занятий на весь день? — Спрашивает Джей, приподняв одну бровь.
— Вот почему согласился. Я сказал своему лектору, что забочусь о своем будущем сводном брате, и поэтому она дала мне целый день.
Чонвон напрягается от этого заявления, а Хисын, Джей и Джейк стонут и качают головами.
— Можете ли вы не упоминать о ваших отношениях? Они и так сложны, и я, честно говоря, не хочу об этом думать. — Говорит Джей, сморщив лицо.
— Серьезно. Я не знаю, как ты выберешься из этой дыры, — комментирует Джейк Сонхуну, имея в виду его сложные и скандальные (фальшивые) отношения с Чонвоном.
Чонвон молчит. Он тоже не знает. Он и Сонхун не говорили об этом. Конечно, он не может поставить под угрозу свадьбу своего отца с Континентальной Королевой (младший съеживается при мысли о том, что она станет его матерью), но также знает, что его отец хотел бы, чтобы он продолжал (фальшиво) встречаться с Наследным Принцем. Они определенно не могут отменить свадьбу, потому что это будет означать, что Чонвону придется жениться на Сонхуне, чтобы исполнить желание своего отца.
И это определенно, черт возьми, нет.
Но если Сонхун станет его сводным братом… Святые. Он уже обменялся с ним плевками.
— Однако мне нравится Сону. Я хочу, чтобы он был моим братом. — говорит Ни-ки.
— Он может быть. — Уверенно говорит Сонхун. Все обращают на него внимание, даже охрана и слуги. — Он был бы либо твоим сводным братом… либо шурином. — Усмехается Сонхун.
Чонвон краснеет до корней волос и бросает пронзительный взгляд на Наследного Принца через плечо. Джейк и Хисын начинают смеяться, а Джей недоверчиво качает головой. Ни-ки пожимает плечами и бормочет себе под нос, в любом случае все в порядке.
— Удачи с этим, парень. — С улыбкой говорит Джейк.
Чонвон чувствует, как хватка вокруг него сжимается, и хмурится от тепла на своих щеках.
---
Вскоре после этого они заканчивают завтракать, и Чонвон, от нечего делать, решает вернуться к Сонхуну. Сначала он хотел следить за Хисыном, но старший упомянул, что он наблюдает за тренировкой все утро, и если Чонвон хочет наблюдать за ним, все, что ему нужно сделать, это найти хорошее место во дворце с видом на тренировочную площадку. Хисын все равно будет там большую часть времени. И он не может видеть Королевского Капитана в действии. Нет, Хисын буквально просто стоит там. И поэтому у Чонвона нет причин ходить за ним повсюду. Он хотел хотя бы почувствовать себя на тренировочной площадке, но она временно близка ко всем, кроме новобранцев. Он также думал о том, чтобы последовать за Джеем или Джейком, но в конце концов они идут вместе, постоянно ссорясь и дразня друг друга, и они слишком громкие для обычного утра Чонвона. Младший Принц тоже исчез после завтрака. Чонвон также вернулся в свою спальню, чтобы проверить Сону, но его брата там не было. Скучающий и одинокий, Чонвон возвращается в комнату Сонхуна и видит, что тот сидит в эркере. Им не нужно действовать сейчас, и Чонвон чувствует себя спокойно. Внезапные поцелуй и объятия, хотя он и привык к ним, истощили его. Это было не очень неприятно (он неохотно признает), но мысль о том, чтобы сделать это для бдительных глаз, заставляет его смущаться. По сравнению с его детством, когда все либо презирали его, либо делали вид, что его никогда не существовало, здесь, во Дворце, все следят за каждым его движением. Он не понимает, как старший может так легкомысленно относиться к этому. Чонвон падает на кровать с балдахином. Шелк и запах, цепляющийся за него, вызывают головокружение и сонливость. — Я думал, что теперь ты будешь ходить за Хисыном. — Через некоторое время говорит Сонхун. — Кто такие южане? — Вместо этого спрашивает Чонвон. Тишина. — Просто еще одно королевство. Хочешь покататься верхом? Чонвон поднимает голову от общего ответа и внезапного вопроса на сто восемьдесят градусов. Он знает, что перестать спрашивать о южанах — это его тактика, и что ему не следует попадаться на удочку, однако этот вопрос также возбудил его интерес. — Что? Сонхун встает и берет свой меч рядом, лежащий с собой, прежде чем идти к кровати. Он сидит на краю и смотрит на младшего. — Неси свой меч. Мы тайком выгуляем Сноу. …Хм?---
Как выясняется, Сноу на самом деле — лошадь Сонхуна, и по какой-то причине старший отказывается раскрывать, почему ему больше не разрешается ездить на жеребце. Именно так Чонвон обнаруживает, что высматривает Королевские конюшни (да, они существуют — даже в конюшнях есть иерархия, это на самом деле сводит с ума), заглядывая в щели. Чонвон видит их собственных лошадей из Восточного королевства и чувствует облегчение, понимая, что о них хорошо заботятся. Он не так любит лошадей, как большинство королевских особ и дворян, но он не хотел бы, чтобы их жеребцы тоже голодали и страдали. — Сонхун, черт возьми, с минуты на минуту! — Чонвон шипит через плечо. Он сидит на корточках, кажется, уже час (не прошло и пятнадцати минут с тех пор, как они покинули Королевские апартаменты), и каждый шаг рядом заставляет его дергаться. Почему, ради всего святого, Наследному Принцу все равно не разрешено управлять своей лошадью? Они могли просто войти и выйти, как нормальные люди, вместо того, чтобы красться, как пара контрабандистов. — Любовь, давай. — Слышит он тихо от Сонхуна. Младший мотает головой в сторону Наследного Принца, расстроенный и разозленный тем, как он позволил себе быть в этой ситуации. И почему, во имя Святого, Сонхун зовет его? Он прямо у двери… Чонвон видит, как старший уговаривает шелковистую вороную лошадь выйти из собственного стойла, и Чонвон отводит взгляд, краснея от чистого смущения. Сонхун назвал любовью лошадь, а не его. Чонвон внезапно хочет пошинковать старшего за то, что он поставил его в такое положение, когда он на самом деле отреагировал на нелепое имя домашнего животного. Младший молчит. Он не может поверить, что привык к тому, что старшие обзывают его. Конечно, Сонхун не знал, что Чонвон ответил раньше, но это все равно уязвило его гордость. Чонвон вырывается из своих мыслей, когда снова слышит шаги, но на этот раз они намного ближе. В воздухе раздается тихий разговор, когда незваные гости (не совсем, он и Сонхун и есть незваные гости) приближаются к конюшне. Чонвон чувствует, как его сердцебиение удваивается. Он поворачивается к старшему и видит, как тот быстрыми ловкими пальцами привязывает лошадь седлом, когда уздечка и подголовник уже на месте. Лошадь явно привыкла к Наследному Принцу, даже склонив голову к нему. — Поторопись! — Шепчет Чонвон. — Голоса и шаги приближаются к углу. Спустя то, что кажется вечностью (пять минут), Сонхун издает тихий триумфальный звук. Чонвон поворачивается к нему и видит самодовольную улыбку старшего и лошадь, возбужденно топающую копытами. Чонвон теперь может разобрать слова разговора, когда злоумышленники приближаются. По иронии судьбы, они говорят об отношениях Чонвона и Сонхуна, особенно о том, насколько скандально все это испытание. — Куколка, запрыгивай. — Говорит Сонхун и хватает Чонвона за локоть. Чонвон удивленно поворачивается к нему. — Мы едем вместе? — Чего ты ожидал? Чонвон никогда раньше не катался вдвоем. Он смотрит на Сноу и замечает, что Сонхун поставил двойное седло. Двое охранников появляются у входа и оба замолкают при виде своих вышестоящих. Чонвон решает облажаться и садится на лошадь. — Ваше Высочество! Вы не можете взять Сноу… Двое охранников начинают бежать к ним, и Сонхун сразу же следует за Чонвоном, его руки обнимают младшего, пока держит поводья и подтягивается. Сноу поднимается высоко на задние копыта, и Чонвон чувствует, как его живот сжимается, его спина упирается в грудь старшего, пока Сноу снова не стабилизируется. А потом запускается. Скорость застает младшего врасплох, его руки сразу же находят опору на бедрах Сонхуна, а его волосы хлещут вокруг головы. Сноу быстро быстрый. Теперь Чонвон знает, почему Сонхун не должен распоряжаться Сноу. Жеребец совсем не колеблется, поэтому прохожие должны отойти в сторону. Даже Наследный Принц не приказывает Сноу замедлиться. Он просто позволил ему летать. Чонвону кажется, что его дыхание выбивается из легких, и он может чувствовать, как его грудь бьется в такт звукам копыт. Люди, толпящиеся на территории Дворца, поспешно уступают дорогу бегущему жеребцу. Вздохи и удивление появляются на их лицах, когда они видят всадников, но Чонвон не слышит ничего, кроме громкого сердцебиения и свистящего воздуха в ушах. Он даже не знает, где искать. Кажется, он ни на чем не может сосредоточиться. — Весело, да? — Сонхун радостно кричит ему в ухо. Чонвон хотел бы обернуться и посмотреть на него, но держит все в себе, чтобы хотя бы держать глаза открытыми. Ветер прорезает достаточно, чтобы заставить его щуриться. Вместо этого он успокаивается, сжимая бедра старшего, на что Сонхун отвечает смехом. Сейчас они приближаются к Западным воротам, где золотые засовы плотно заперты. Западные и Южные ворота служат только для ограждения Дворца и почти не используются для входа и выхода. Таким образом, служащих, охраняющих территорию, меньше. Несмотря на это, Сноу не колеблется. Сонхун тоже этого не делает и держит поводья расслабленно. Он видит несколько охранников, скачущих на своих лошадях по обе стороны к воротам. На долю секунды Чонвону кажется, что они пытаются заставить их остановиться, но затем он понимает, что они пытаются успеть вовремя, чтобы открыть ворота. Он не знает, успеют ли они вовремя, потому что Сноу не замедляется. — Сонхун, клянусь Святыми выше, ябуду преследовать тебя, если мы умрем! — Чонвон кричит изо всех сил. Если он умрет из-за глупой гордыни Сонхуна и его такой же глупой лошади, Чонвон убьет их обоих. Он не замечает, как прислоняется к старшему, пока не чувствует, как Наследный Принц прислоняется щекой к виску Чонвона. — Мы не умрем! — Кричит Сонхун в ответ, все еще с улыбкой в голосе. Они по крайней мере в пятидесяти футах… Чонвон закрывает глаза и мысленно готовится к удару. Как ни странно, он знает, что этого не произойдет. Раздается громкий стон металла, а затем Сноу делает огромный прыжок. Глаза Чонвона распахиваются, и он тут же поворачивается к воротам, заглядывая через плечо Сонхуна на его место. Охранники едва открыли ее, чтобы пропустить. Все они задыхались от изнеможения, и среди них Хисын, который горячо смотрит на них из-за ворот. Чонвон смотрит вперед, чувствуя себя виноватым. Сонхун немного натягивает поводья, и Сноу замедляется. Чонвон чувствует, как замедляется его сердцебиение. — Хисын убьет нас, — говорит он задыхающимся голосом. Его глаза широко раскрыты, и он почти уверен, что волосы — взлохмачены. Он не может поверить, что они только что сделали это. Чонвон чувствует, как грудь старшего вибрирует от смеха, и смутно понимает, что все еще прислоняется к нему. Он пытается немедленно исправить свое положение и убирает руки с бедер старшего. — Не могу поверить, что наконец-то услышал, как ты повысил голос. — Раздается дразнящий голос Сонхуна, наклоняющегося вперед, чтобы прижаться губами к кончику уха младшего. Чонвон чувствует жжение на щеках и старается не смотреть на старшего. Он тоже не ожидал. Он давно так не кричал. Сонхун наклоняется и хватает поводья, так что он держит их только одной рукой, а затем прижимает свободную руку к бедру Чонвона. Они продолжают путешествие в тишине со скоростью ходьбы, пока Сноу по пути отвлекается на все мелочи. Сонхуну приходится тянуть поводья, чтобы он перестал нюхать особенно большой камень. Они сбиваются с главной дороги, чтобы не столкнуться с местными жителями. Чонвон не признается вслух, но ему это нравится. Он никогда не выходил за пределы Дворца. Он может видеть, где за воротами Дворца начинается празднество, и даже средь бела дня все место занято и кипит жизнью. Чонвон думает, что в конце концов они будут бродить по центральным улицам, но Сонхун направляет Сноу в лес. Он оглядывается на старшего, о котором идет речь. — Мы погуляем по улицам с остальными позже. А пока я хочу тебе кое-что показать. — Говорит Сонхун и сжимает его бедро. Чонвон хмурится и смотрит вперед. Теперь они одни, и у старшего нет причин продолжать прикасаться к нему. Он решает просто позволить подобному быть. Вместо этого Чонвон сосредотачивается на окружении. Они в лесу, но он может видеть небольшую тропинку, по которой они идут. Кажется, что они едут по хорошо проторенной дороге. Они проходят мимо поляны, которая кажется хорошим местом для тренировок, и Чонвон записывает эту мысль для дальнейшего использования. Он также может слышать бегущую воду на расстоянии, но не уверен. После десятиминутной прогулки лес переходит в луг, и Чонвон изумленно смотрит на открывшееся перед ним зрелище. — Это любимое место Сноу. — Говорит Сонхун и останавливает Сноу. Старший спешивается, и Чонвон следует за ним, трава хрустит под подошвами его ботинок. Осень наступит через несколько недель, но в поле все еще ощущается середина весны. Чонвон делает глубокий вдох и расслабляется от свежего запаха. Сзади слышится звук галопа, и он быстро оборачивается и видит, как Сноу мчится обратно в лес. Он в замешательстве смотрит на Сонхуна и видит, как старший снимает пояс, на котором его меч свисает с бедер. Он чувствует, как его сердце бьется от волнения. Он не знал, почему старший сказал ему принести меч раньше, но надеялся, что это как-то связано с их сделкой. — Он вернется. На востоке есть ручей, и он любит пить оттуда. — Объясняет Сонхун, обнажая свой меч и бросая ножны на землю. Ха. Так что Чонвон не представлял себе, что слышит бегущую воду. — Ты собираешься на дуэль в этой одежде? — спрашивает старший, изящно приподняв одну бровь. Чонвон смотрит на него и начинает расстегивать жилет, его лицо тщательно лишено эмоций, хотя сердце начинает биться чаще. Сонхун одобрительно свистит, и младший в ответ закатывает глаза, прежде чем сбросить упомянутый жилет на землю. Он остался в белой классической рубашке с оборками с закатанными до локтя рукавами. Чонвон предпочитает носить одежду больших размеров, и в итоге оборки на его рукавах всегда наполовину прикрывают его кисти. Он копирует старшего, снимая пояс, на котором держится его меч, а затем достает его из ножен. — Недалеко отсюда есть поляна, — говорит Чонвон. — Вид здесь красивее, тебе не кажется? — Сонхун пожимает плечами и меняет позу. Чонвон следует за ним. — Кроме того, кому-то будет сложнее подойти к нам, не будучи окруженным деревьями. — Продолжает старший, после, бросаясь к Чонвону. Младший едва блокирует атаку, его разум всё ещё фиксирует тот факт, что раньше жизни наследного принца могли угрожать несколько раз. — Урок номер один. — Говорит Сонхун, прежде чем оттолкнуть его своим клинком, пока они не вернутся в исходное положение. — Держи голову в игре. Не отвлекайся. Чонвон тут же проясняет голову, крепко сжимает меч и начинает действовать. Он бросается в атаку раньше, чем старший.---
[Сонхун] Уже далеко за полдень, когда они, наконец, покончили с этим, вспомнив о своем согласии присоединиться к остальным в исследовании фестиваля позже. Чонвон ни разу не выиграл ни в одном из их раундов, хотя у него было несколько моментов, когда он был близок к тому, чтобы обезоружить Сонхуна. Он восхищается стойкостью и решимостью, но больше всего ему нравятся оплошности в выражении лица младшего. Помимо раздражения и разочарования, постоянно мелькающих на лице младшего, Сонхун также видит искру счастья и волнения всякий раз, когда он приближается к тому, чтобы загнать старшего в угол. И затем есть благоговение и обожание, которые заставляют Сонхуна внутренне прихорашиваться, когда младший смотрит на него широко раскрытыми глазами при особенно сложной работе ног и атаке. Сонхун нежно улыбается воспоминаниям, которые он тщательно спрятал. Приятно прильнуть к коже Чонвона, но волнительно иметь возможность проскользнуть сквозь щели его масок и увидеть больше честных выражений. А если говорить о младшем, то он лег на поле, тихо дыша с закрытыми глазами. Его волосы взлохмачены и мокры от пота. Сонхун смотрит на него, прищурив глаза от полуденной жары. Его собственные волосы слиплись от пота, а майка неприятно прилипла к коже. Он оглядывается, чтобы увидеть Сноу, лениво лежащего недалеко от них, но достаточно далеко, чтобы он не попался на дуэли, время от времени взмахивая хвостом, и Сонхун понимает, что им пора возвращаться. Они еще не обедали, и Хисын, вероятно, сам повесит Сонхуна после трюка, который он проделал ранее, но он не хочет беспокоить своего отдыхающего возлюбленныго. Решив наплевать на все, Сонхун ложится. Он льнёт головой рядом с младшим, но его тело обращено в противоположную сторону от Чонвона, так, что они перевернуты друг к другу на поле. Поле неудобно из-за того, что некоторые камни впиваются ему в спину, а травинки раздражающе тыкают кожу. Он едва может держать глаза открытыми из-за палящего солнечного света, поэтому закрывает их и пытается расслабиться. Он слышит легкий шорох сбоку и поворачивается, чтобы посмотреть, что это такое, только чтобы встретиться взглядом с кошачьими глазами Чонвона. — Да, любовь? Нахмурившись. — Не называй меня так. Я не твоя лошадь. — Говорит младший. Сонхун усмехается. — Что я слышу? Это ревность? — Он дразнит. В глубине души смутно понимая, что да, он действительно называет Сноу любовью. Хмурый взгляд превращается в невозмутимый, прежде чем младший моргает и снова смотрит прямо в небо. Сонхун делает то же самое, но поднимает одну руку, чтобы поиграть с волосами и ухом младшего, проверяя. Он закрывает глаза и удовлетворенно улыбается, когда Чонвон никак не реагирует. — Ты предпочитаешь, чтобы тебя называли малышкой? — Спрашивает старший через некоторое время, подавляя смех, который тут же превращается в ворчание, когда Чонвон тянет его за волосы. — Кто-то любит таскать волосы. — Ворчливо бормочет Сонхун себе под нос и слегка отводит голову в сторону. Младший был не совсем любезен, дергая за шевелюру. Он испытывает искушение отомстить, сделав то же самое, так как пальцы его правой руки уже запутались в локонах Чонвона, но в конце концов решает этого не делать. Если и есть что-то, в чем он уверен относительно полупринца за те несколько дней, что они вместе, так это то, что он ненавидит проигрывать так же сильно, как и Сонхун. Который слишком устал от их тренировок, чтобы физически играть с ним. Он слишком устал, чтобы делать что-либо, он просто хочет лечь и заснуть. Однако в его уме другие идеи. Всякий раз, когда он не в движении, когда его глаза закрыты, его разум кормит его образами… — Так кто такие южане? Глаза Сонхуна вспыхивают, и он чувствует, как его грудь болезненно сжимается. Его рука перестает гладить волосы младшего, и Чонвон тут же поворачивается к нему. Сонхун чувствует на себе взгляд младшего и сглатывает ком в горле. — Ты не обязан отвечать, если тебе это неприятно. Однако, если мы делаем это, то мне нужно знать… Старший не дает ему договорить и вместо этого переворачивается на живот, так что его лицо нависает над лицом Чонвона. Он ни о чем не думает. Он отказывается думать о чем-либо. Ему просто нужно, чтобы младший перестал говорить. И поэтому он наклоняет свой рот над последним, угол немного неудобный из-за их перевернутого положения, но это дает желаемый эффект. Чонвон замолкает. Не то чтобы старший давал ему шанс. Сонхун закрывает глаза и мысленно считает до десяти, повторяя числа снова и снова, пока они не звучат чуждо, заземляя себя в настоящем и блокируя образы, созданные его мозгом. Слова Джея ранее этим утром эхом отдавались в его ушах, хотя он этого и не хотел, и он крепче целует Чонвона, пытаясь сосредоточиться. Он крепче сжимает волосы младшего. Сонхун стонет из-за отсутствия контакта. Он должен был изменить свое положение. Он хочет младшего под своим телом. Хочется прижаться с ног до головы к Чонвону и утонуть в нем, как тогда, когда он поцеловал его на балконе. Он хочет почувствовать прилив и желание, которое он чувствовал в ту ночь. Хочет чувствовать что-нибудь кроме нежелательных эмоций в его груди. Всхлип разочарования и страха угрожает сорваться с его губ и попасть в губы Чонвона, но Сонхун проглатывает его. Отказывается. Он не может. Он не может. Теплая рука сжимает его затылок, и Сонхун вздрагивает. Младший одной рукой держит старшего за затылок, а другой сильно тянет его за волосы. Сонхун морщится от боли и резким вдохом отделяет рот от Чонвона, чувствуя головокружение, когда его грудь расширяется от кислорода. Он слишком занят собой, забыв дать им обоим дышать. Чонвон открывает глаза, тихо дыша с растерянным выражением лица. Сонхун сосредотачивается на приоткрытом рту младшего, и, прежде чем он успевает подумать дважды, он уже снова опускает губы. Чонвон перемещает ладонь от волос старшего ко лбу, останавливая его всего в нескольких дюймах между их ртами. — Дай мне, блять, подышать. — Бурчит младший, пока щеки его краснеют. — Это не наша сделка, Пак Сонхун. И не смей давать мне глупые отговорки, будто Сноу смотрит. Сонхун не отвечает. Чонвон прав. Это не их дело. Но… Резкий свист из леса прорезает тишину, и Сноу мчится на звук, оставляя за собой пыль. Чонвон напрягается и тянется к своему мечу одной рукой, но Сонхун переносит свою руку на меч волос первого, удерживая его. — Это Хисын. — Говорит Сонхун, узнавая их сигнал. Чонвон смотрит на него в замешательстве. — Он знает, где меня найти, когда я выкрадываю Сноу. И Сноу узнает звук. — А если это не он? — Резко спрашивает младший. — Это он. — Уверенно отвечает Сонхун. Не прошло и нескольких мгновений, как в их направлении начинают звучать скачущие лошади, и Сонхун терпеливо ждет, пока появится Сноу с Ни-ки на спине, прежде чем закрыть щель между своим ртом и ртом младшего и снова поцеловать Чонвона. Теперь он больше не нарушает их сделку. Чонвон издает удивленный звук и сжимает челку старшего кулаком, уже прижимая руку к лбу последнего. Сонхун ждет, пока младший оттолкнет его, но когда он этого не делает, просто держится за его волосы, Сонхун целует его глубже, но на этот раз медленно, наклоняя голову для лучшего доступа. Теперь, когда его сердцебиение находится под контролем, а образы надежно сохранены в его голове, он может в полной мере насладиться вкусом и ощущением поцелуя с Чонвоном. Ни-ки рвет вдалеке, как только остальные прибывают на своих лошадях.
Примечания:
happy our sungwon day. 🤍🩹
