It's Blue, The Feeling I've Got
9 июля 2023 г., 01:05
[Чонвон]
Обратный путь во дворец проходит относительно тихо. Не неудобно и не неловко, как ожидал Чонвон. Оглядываясь назад, он должен был знать, что для таких эмоций не будет места, когда он с находится Наследным Принцем, который, кажется, не мог перестать шевелить ни ртом, ни руками.
Прямо сейчас они снова в пути со Сноу, и Чонвон дергает поводья, а это значит, что Сонхун может делать все, что хочет, обеими руками. Конечно же, он предпочитает раздражать младшего, наездив его на себя.
Чонвон потратил всю свою энергию во время их дуэли, внезапный поцелуй (он до сих пор злится на этот поцелуй, в первую очередь на дерзость после создания правил), а затем столкнулся с гневом Сону, поймавшего их на месте, поэтому младший больше не имеет в себе силы огрызнуться на Наследного Принца. Он мысленно вздрагивает, вспоминая разговор с братом, который оттащил его после фиаско.
— Могу я напомнить тебе, молодой человек, что ты не в том возрасте, чтобы дурачиться…
— Мы не дурачимся. Это просто поцелуй…
— …С мужчиной, который старше тебя на два года! И не открывай на меня рот. Я понятия не имею, где это было.
Чонвон глубоко и раздраженно вздыхает, на что его брат отвечает испепеляющим взглядом.
— Я знаю. — Наконец уступает он, закатив глаза.
— Я очень надеюсь, что вы это сделаете. Поцелуи напоказ отличаются от полноценных уединённых поцелуев на поле, где никого нет. И не говорите мне, что я ошибаюсь, потому что вы двое уже занимались этим еще до того, как мы приехали. Серьезно, кого вы впечатлили? Деревья?
Чонвон чувствует, что его энергия иссякла. Если только его брата не было бы с группой, направляющейся на недельный фестиваль, он не стал бы возвращаться, если только рано ночью.
Он и Наследный Принц вместе с тремя из восьми охранников, которых привел с собой Хисын, возвращаются во дворец, чтобы они могли прибраться. Охранники располагаются справа, слева и сзади. Они держались на безопасном расстоянии от двоих, но одного их присутствия было достаточно, чтобы задушить Чонвона. Теперь он понимает, почему Наследный Принц лучше сбежит, чем будет сопровожден. Не говоря уже о медленном темпе, который они берут.
Он знает, как быстро может двигаться Сноу, и ему не терпится еще раз проверить это. Тем более, что они всё ещё возвращаются, чтобы присоединиться к остальным после уборки.
Чонвон уже чувствует, что засыпает из-за хлопот. Но он знает, что все равно не сможет, если Сону не будет в комнате рядом с ним. Даже сейчас возвращение во Дворец без брата его не устраивает. Он знает, что может до некоторой степени доверять своему брату и другим, но он предпочел бы быть с ними вместе.
Он оставил Сону с некоторыми инструкциями и заставил своего брата клясться, что будет следовать им, к ужасу остальных. Он не может его винить. Его инструкции немного… болезненны, если можно так выразиться.
— Оставайся в центре группы. Не стесняйся убивать, если это необходимо. Вывести их из строя не получится. Если они двигаются, целься в голову. Ты хорошо разбираешься в обычных отравлениях, так что не надо, и я не могу не подчеркнуть этого, не ешьте сразу ту пищу, которую вам предлагают. Позволь ей остаться во рту на некоторое время. Определи вкус и запах. Не жевать. Если она без запаха и вкуса, выплюнь. Большинство отравлений не вступят в силу немедленно, если только они не попадут в ваш кровоток. Избегай порезов и прикрывай кожу.
— Ты слишком напряжен, куколка. Мы вернемся к твоему брату раньше, чем ты это узнаешь. — Внезапно говорит Сонхун прямо ему в ухо и сжимает бедра Чонвона, прежде чем снова поднять руки вверх к туловищу младшего и снова опустить.
Чонвон мычит в ответ, не обращая внимания на жар на своем лице и на руки, лежащие вокруг него. Он сосредотачивается на дороге, мысленно планируя, что ему делать, когда вернется во Дворец. Он должен быть эффективным, чтобы они могли вернуться.
Ах —
Ему нужно будет посетить Наследного Принца после того, как они приберутся.
Чонвон хмурится, глядя на идеи, формирующиеся в его голове. Он бросает косой взгляд на принца, прежде чем вздохнуть в поражении. Да, он должен быть эффективным.
— Я приму ванну в твоей комнате. — Говорит он после короткого размышления. Он видит, как охранники, стоявшие справа от них, дважды восприняли его слова.
Сонхун, с другой стороны, отвечает растерянным взглядом и подергиванием рук, на животе Чонвона, под его жилетом и поверх рубашки. Младший смотрит на него, прежде чем обернуться назад.
— Я все равно приду к тебе. — Поясняет он, пожимая плечами.
— Ты уверен, что это единственная причина? — Сонхун реабилитируется с дразнящей улыбкой. Чонвон невозмутимо смотрит на него. — Конечно, любовь моя. Мы можем купаться вместе.
— Это не то, что я сказал.
— Пошли. Нам нужно поторопиться, если ты хочешь немедленно вернуться, а?
Чонвон раздраженно поджимает губы. Он должен был знать. Что ж, он застелил свою постель, с тем же успехом мог бы и спать на ней.
— Да, да. Как угодно, — Ворчит себе под нос. Он пинает Сноу в бок, чтобы ускориться, прежде чем старший успевает ответить, и жеребец сразу же начинает действовать. — Догоняйте! — Он приказывает охранникам, окружающим их с каждой стороны, прежде чем оставить их лежать в пыли.
Руки Сонхуна цепляются за его бедра из-за внезапного увеличения скорости, прежде чем он смеется себе под нос. Чонвон не вздрагивает, когда чувствует рот старшего на своем ухе.
— Ты маленький тиран.
---
Их прибытие во дворец встречают взглядами и шепотом. Чонвон смутно понимает, что это первый раз, когда его и Наследного Принца видят вместе на открытом воздухе после того, как они объявили о своем статусе возлюбленных, за исключением членов Королевской Семьи, которые вчера вечером присутствовали на королевском ужине. Он вздрагивает от текущей картины, которое они представляют: рука Сонхуна сжимает внутреннюю часть его бедра, а другая — под его жилетом. Он сжимает поводья, пытаясь не оттолкнуть от себя руки Наследного Принца. Дворяне и слуги открыто глазеют, когда Сноу шагает по дворцовой территории. Они прибывают на целую минуту раньше охранников, которые явно запыхались. Навстречу им выбежал конюх, и Чонвон дернул поводья, пока жеребец не остановился, раздраженно размахивая хвостом. Он трет ему шею, пытаясь успокоить, пока Сонхун слезает. Передав поводья мальчику (который пялится на Наследного Принца), Чонвон сам спускается вниз и сразу же направляется к дворцу. Сонхун дает мальчику некоторые инструкции, но Чонвон не ждет. Сначала он идет в свою спальню, чтобы подобрать одежду, прежде чем отправиться в апартаменты Наследного Принца. Охранники у двери не останавливают его, когда он приближается, но говорят. — Наследный принц в ванне. Его никто не побеспокоит. — Читает один из них. Чонвон просто мычит, а затем толкает двойную дверь. Они не останавливают его. Он кладет свою одежду на кровать с балдахином и начинает рыться в гардеробе Наследного Принца. Он выбирает повседневную посадку. Рубашка с высоким воротником, рюшами и вздутыми рукавами в паре с узорчатым жилетом цвета красного дерева с замысловатыми пуговицами, а затем шелковистый черный бант с длинным хвостом в виде розы. Это выглядит достаточно модно для Наследного Принца, мысленно решает Чонвон. Он также раскладывает одежду на кровати с балдахином, рядом со своей, которая представляет собой простую классическую рубашку с широким воротником и V-образным вырезом, завязками, соединяющими прорези на груди, и свободными рукавами, заканчивающимися небольшими рюшами. У него нет настроения пытаться усовершенствовать образ, поэтому он решает отказаться от них. Он расстегивает пояс, удерживающий меч, и идет к коридору, ведущему в ванную комнату, и тут же слышит бегущую воду. Он отчетливо помнит золотую ванну и выстроившиеся на стенах головы драконов, льющих воду изо рта. Он не очень уверен, так как он то приходил в себя, то терял сознание, пока был здесь. Такое ощущение, что это было много лет назад. Чонвон качает головой, дойдя до конца коридора. Воздух кажется более теплым и влажным. Как пружина. Без предисловий он толкает дверь и моргает от легкого дыма в воздухе. Не дым. Пар. А посередине огромный бассейн. Площадь широкая и просторная, с высокими потолками и ажурными арками. Она могла легко соперничать с собственной спальней Чонвона по размеру в Восточном замке. Стены действительно украшены золотыми драконьими головами, из пасти которых на плиточный пол стекает дымящаяся вода, откуда они бегут к бассейну, расположенному в центре. Бассейн прямоугольной формы с золотыми накладками, а Пак Сонхун отдыхает на дальней стороне бассейна. Его голова запрокинута на золотую подкладку, а вода находится прямо над его грудью. Чонвон пробегает глазами по пространству и видит золотую ванну в левом углу, частично скрытую за бархатной красной драпировкой. Рядом с ванной есть отдельная открытая кабина, где можно помыться, прежде чем отправиться в бассейн. Он смотрит на него какое-то время, прежде чем снова взглянуть на Наследного Принца, который, кажется, спит. Его бледная кожа и темные волосы дополняют золотой мотив. Чонвон отводит взгляд и кладет свой меч на выступ у входа, прямо рядом с собственным оружием Наследного принца. Он вытаскивает кинжалы из своих ботинок и кладет их рядом с мечом, прежде чем сбросить обувь. Он смотрит на принца, раздеваясь, но глаза последнего остаются закрытыми. Голый, он хватает один из своих кинжалов, прежде чем спуститься по мини-лестнице на кафельный пол. Он вздыхает и вздрагивает от жары на подошвах, а затем идет к душу на углу. Он быстро смывается, эффективно проводя мочалкой по коже. Стоит лицом к стене, где одинокая голова дракона меньшего размера льет дымящуюся воду, и смутно задается вопросом, наблюдает ли старший за ним. Он хочет, чтобы душ не был таким открытым, но ничего не может с этим поделать. Он заглядывает через плечо, чтобы проверить, но Наследный Принц все еще в том же положении, с закрытыми глазами. Чонвон задается вопросом, не заснул ли он. Пожав плечами, он быстро заканчивает купаться и собирается идти к дальней западной части комнаты, где выстраиваются в ряд хлопчатобумажные халаты, но колеблется, наблюдая за Наследным Принцем в бассейне. В идеале он знает, что они не должны промокать, особенно, что они должны вернуться к остальным, но чувствует запах целебных трав в воде. Она явно пропитана лекарствами. И его тело болит. Он думает о Сону, и почти сразу же чувствует, как его внутренности скручиваются. Слишком знакомое чувство, которое он часто связывает с нахождением вдали от брата. Но потом он думает о принце Ни-ки, Джее, Джейке и Хисыне, и он знает, что они будут охранять друг друга. Помня об этом, он идет к бассейну, обещая себе, что будет быстр. Только когда он сидит по грудь в дымящейся воде, Сонхун наконец открывает глаза. Между ними простирается несколько метров, поскольку они располагаются лицом друг к другу и каждый на разной стороне. Сонхун смотрит на кинжал, лежащий на выступе рядом с головой Чонвона, и кривит губы в кривой улыбке. — Боишься, что я заползу за тобой в воду? — Сонхун растягивает слова, его голос отдается эхом среди шума бегущей воды, он прикрывает глаза и поднимает волосы, чтобы обнажить лоб. Завитки темных волос упрямо падают назад. Чонвон моргает, глядя на выбившиеся волосы, прежде чем ответить: — Это не для тебя. — Он бросает взгляд через плечо, где находится единственный вход и выход в ванную, а затем снова на Сонхуна, пристально глядя на него. — Но может быть. Ты нарушил нашу сделку. Сонхун хладнокровно пожимает плечами. — Если не хочешь отвечать на мои вопросы о южанах, ты можешь просто так и сказать. — Продолжает Чонвон, всё ещё глядя на Наследного Принца. — Что в этом веселого? — Бормочет старший, прежде чем ухмылка скользит по его губам. — По крайней мере, нам понравилось. Чонвон закатывает глаза, прежде чем погрузить голову под воду. Он опускает тяжелые веки, медленно моргая. — Вода здесь создана для расслабления и хорошего сна. Ты заснёшь и утонешь, если не привыкнешь к ней. — Предупреждает Сонхун, и Чонвон откидывает голову на выступ бассейна, закрыв глаза. Голова кажется ватной. И его тело тяжелее, чем обычно. Наверное, ему следует держать глаза открытыми. Хотя чувствуют, что они склеены. Он должен беспокоиться об этом. Он думает о своем брате, который заставил его открыть глаза, но бегущая вода кажется божественной на его голой коже… … Его глаза распахиваются, когда он чувствует, как чья-то рука свободно обвивает его шею, и через секунду его кинжал оказывается в его руке, а сердцебиение застревает в горле. — Посмотри на свои рефлексы сразу после пробуждения. — Одобрительно присвистывает Сонхун, поглаживая большим пальцем пятно на шее младшего. Чонвон ошеломленно смотрит на него, а затем чувствует, как его гнев поднимается. — Ты с ума сошел?! Я чуть не порезал тебя… — И все же ты этого не сделал. — Когда ты вообще сюда попал?! — Успокойся, куколка. Ты уснул. Я подошел к тебе, чтобы убедиться, что ты не поскользнешься и не утонешь. Чонвон в замешательстве моргает, а затем оглядывает комнату, прежде чем снова взглянуть на наследного принца. Он говорит…? Он протягивает руку и сжимает челку Сонхуна кулаками. Они сухие. — Ой. Твое увлечение выдергиванием волос совсем не привлекательно. — Растягивает Сонхун. — Заткнись. Почему ты не разбудил меня раньше? — Чонвон прижимается к стене и сбивает руку старшего со своей шеи. — Как долго я спал? — Достаточно, чтобы ты начал пускать слюни, — говорит Сонхун. Чонвон тут же похлопывает себя по уголкам рта и смотрит, когда понимает, что его лицо пересохло. — Заставил тебя проверить, — поддразнивает старший. Чонвон плеснул водой в лицо Наследному принцу и встал, только чтобы понять, что он совершенно голый. — Продолжай. — Озорно усмехается Сонхун, сверкая глазами. — На западной стене есть набор мантий. Чонвон раздраженно закрывает глаза, прежде чем снова откинуть голову на стену. Тут же рука снова свободно обвивает его шею, поглаживая большим пальцем то же самое место. Он поднимает голову, чтобы посмотреть на старшего, его щеки покраснели от пара. — Я просто дурачусь с тобой. Оставайся здесь, но больше не засыпай. И перестань размахивать кинжалом. Чонвон напрягается, когда рука слегка сжимает его шею, прежде чем отпустить его, когда Наследный принц встает. Он отводит взгляд в знак уважения и с любопытством поднимает руку, чтобы провести рукой по тому же месту на шее, когда Сонхун наконец выходит из бассейна. Влажные шаги шлепают по полу, но Чонвон не оборачивается, чтобы проверить. Вместо этого он трясет головой, пытаясь не заснуть, и капли воды слетают с его волос. Его затылок мокрый там, где он лежит на выступе и бегущей воде, но волосы спереди и на лице сухие. Он смутно задается вопросом, как долго он засыпал, потому что помнит, как погрузил голову под воду. — Вот, — зовет Сонхун сзади, и Чонвон бросает на него взгляд через плечо. Он стоит прямо за головой Чонвона в тёмно-фиолетовом хлопковом халате, который почти достигает его щиколоток, и протягивает Чонвону ещё один. Чонвон встает и кладет кинжал на пол, а Сонхун накидывает мантию ему на плечи. Он хватается за него и движется, чтобы выйти из бассейна. Халат практически льется на него, образуя лужицу промокшего хлопка на ступнях. Сонхун старается не смеяться. — Тихо. — ворчит Чонвон. Он должен был принести свою собственную мантию. — Хочешь, я подниму для тебя, принцесса? — Я сказал молчать. Пошли. — Хмурится младший, берет кинжал и направляется к двери. Как бы он ни был разочарован собой из-за того, что заснул, когда должен был спешить обратно к своему брату, он не может отрицать тот факт, что его тело чувствует себя обновленным после погружения в целебную воду. Может быть, ему следует чаще купаться здесь и использовать свой статус возлюбленного Сонхуна.---
Чонвон быстро одевается и мысленно хвалит себя за то, что не выбрал сложный наряд. Он держит завязки свободно завязанными спереди своей классической рубашки, обнажая кожу под ней. Обычно он так не одевается, но это должен быть обычный вечер, поэтому он нарядился по этому случаю. Это также очень удобно во время драки, и он любит быть готовым, особенно к тому, что они будут бродить по центральным улицам с возлюбленными и могут привлечь огромную толпу. Когда Чонвон поворачивается к Наследному Принцу, небрежно прислоняющемуся к комоду, на нем одни брюки и больше ничего. Он моргает при виде созвездий, разбросанных по коже Сонхуна. Чонвон качает головой, прежде чем перевести взгляд на наряд, который он разложил на кровати для наследного принца. Он понимает, что даже при простоте одежды Сонхуна он все еще не может одеться сам. — Конечно, черт возьми. — Думает он и закатывает глаза. — Это пуговицы. — без надобности добавляет Сонхун. Защитно. — Ничего не говорил. — Бормочет Чонвон, беря классическую рубашку, расстёгивая её, а затем жестом приглашая старшего подойти поближе. — Не надо. Это все на твоем милом личике. И почему я так тепло одет, когда ты почти полуголый? — Без промедления спрашивает Сонхун и встает на место младшего. Чонвон игнорирует комментарий о своем лице и сосредотачивается на своей задаче одевать старшего. Он держит свои пальцы ловкими и быстрыми, когда начинает застёгивать рубашку, осторожно избегая попадания на кожу. Он обнимает старшего и методично засовывает рубашку под брюки, при этом не обращая внимания на то, как Наследный Принц дышит ему в шею. Только когда он отходит за жилетом, он, наконец, обращается к комментарию по поводу своей рубашки. — Что не так с моей рубашкой? — Спрашивает он, помогая Сонхуну надеть жилет и тоже начинает его застегивать. — Слишком много кожи. Я вижу твою грудь. — Хмурится Сонхун. — Тогда не смотри. Сонхун бросает на него раздраженный взгляд, и Чонвон кусает замечание, слишком хорошо понимая, что они в конечном итоге разозлят друг друга, если он откроет рот. — Я не могу допустить, чтобы кто-то считал тебя показухой, наслаждаясь таким видом. Чонвон чувствует знакомое раздражение, бурлящее в животе, и представляет, как душит Наследного Принца розовым бантом, который держит. В конечном итоге он игнорирует это чувство, не желая вступать в их обычные мелкие споры. Он заканчивает раскладывать бант из роз в тишине и делает шаг назад, закончив. — Вот. Ты выглядишь достаточно прилично. Просто сделай что-нибудь со своей прической. — Говорит Чонвон и поворачивается на каблуках, чтобы посмотреть, как он выглядит в зеркале. Он застенчиво проводит рукой по волосам. На спине влажно. — Я одолжу твою расческу. — Говорит он, беря расческу с туалетного столика и проводя ею по своим волосам. — Ты спал на моей кровати, мылся в моей ванной, а теперь вдруг спрашиваешь разрешения? — Сонхун изящно поднимает бровь, глядя на него через зеркало. — Я вежлив. — Ты и вежливость не принадлежат к одному предложению. Чонвон в ответ закатывает глаза. — Где твоя брошь? — Я её не ношу. — Отвечает Сонхун и садится на туалетный столик, спиной к зеркалу, продолжая наблюдать за младшим. — Как хочешь. — Пожимает плечами Чонвон. Старший снова тянется рукой к его шее, и только когда Сонхун начинает гладить то же самое место, Чонвон замечает на нем отметину. — Что за хрень? — В замешательстве спрашивает он и подходит ближе к зеркалу, отбивая руку старшего. Он розоватого цвета, почти размером с монету, в дюймах ниже его правого уха. Он ловит самодовольную улыбку Сонхуна. — Это со вчерашнего вечера на балконе. … О. Он ходил с этой штукой на виду? — Это не очень заметно. Я увидел его только тогда, когда ты заснул в бассейне. — Добавляет Сонхун, прежде чем ухмыльнуться. — Думаю, мне следовало укусить тебя сильнее, а? Чонвон хмуро смотрит на него и на знакомый жар, расползающийся по животу, груди и лицу.---
На этот раз они ехали в карете, гораздо более элегантной, чем та, в которой Чонвон приехал несколько дней назад. Она гладкого черного цвета с бархатными драпировками и сиденьями и запряжена тремя лошадьми. Те же охранники, что и раньше, окружают их вагон со всех сторон, кроме передней. Сонхун сидит напротив него, скрестив ноги, и носок его ботинка скользит вверх и вниз по голени Чонвона. — Ты пачкаешь мои штаны. — Заявляет Чонвон и многозначительно смотрит на ботинок старшего. Сонхун просто улыбается ему, в его глазах дразнящий блеск. — Я, сейчас? Младший фыркает и игнорирует его, предпочитая смотреть сквозь толпу снаружи. Волнение невероятное. Группа начала где-то по пути и теперь следует за ними, их громкая музыка заполняет улицы. Мини-парад состоит из местных жителей, а путешественники следуют за оркестром, вознося хвалу за хвалой своему будущему королю. Целые улицы вдруг стократно оживают. Чонвон издает недовольный звук из-за суматохи. Чёрт, вот почему он ненавидит людей. Попытка убийства не была бы слишком сложной с таким уровнем небрежности. Хорошо, что толпа все еще дает им много места вместо того, чтобы стекаться вокруг кареты, хотя это может способствовать сверканию мечей и доспехов окружающих их охранников. Их карета наконец останавливается, и Чонвон готовится. Под рукавами и ботинками у него гораздо больше кинжалов, чем обычно, а меч висит на бедре. Их вес должен утешить его, но служит лишь напоминанием о том, почему ему нужно упаковать столько вещей, сколько он сможет. — Ты выглядишь напряжённым. — Вслух замечает Сонхун. — Как будто это не так. — Парирует Чонвон. Несмотря на то, как игриво он бесит Чонвона ногой, его спина по-прежнему прямая, а плечи напряжены. Как будто одно неверное движение сломает его. Сонхун распрямляет ноги, а Чонвон наклоняется, чтобы тщательно отряхнуть брюки. Старший фыркает, смеясь над ним, но игнорирует его. Схватив ножны меча, он выпрямляется и делает глубокий вдох. Воздух даже внутри роскошной кареты пахнет хорошей едой, крепкими травами и благовониями. Когда они уходят, это должно быть ошеломляюще. — Готов, куколка? Не совсем. Чонвон толкает дверцу кареты, открывает её и выходит первым. Шум наполняет воздух от его внезапного появления, которое перерастает в аплодисменты, когда Сонхун встаёт рядом с ним. Кронпринц бросает холодный взгляд на кучера и отмахивается от него взмахом пальцев. — Найди нас через час. — Да, ваше высочество. Чонвон просматривает толпу и замечает Сону с остальными не слишком далеко от них. Им тоже отведено огромное место от толпы, как будто они находятся в невидимом пузыре. Он сразу почувствовал облегчение, увидев своего брата, смеющегося посреди группы. Чонвон оглядывается и видит позиции охранников, которые ранее сопровождали группу Хисына. Их было пятеро, но он видит только троих, и даже в их дорогих туниках и тяжелых доспехах им удается хорошо слиться с толпой, следуя за группой на расстоянии. Чонвон ожидал, что они будут защищать группу. Он хмурится из-за вялой демонстрации безопасности, когда Сонхун кладет руку ему на плечо и начинает подталкивать его к их группе. Чонвон оглядывается назад и видит, как их карета откатывается, толпа вокруг нее расходится, а их собственные охранники расходятся. — Вы их тоже освободили? — Нет. Они будут вокруг. Некоторые из них на крышах, чтобы следить. Другие будут следовать за нами сзади на расстоянии, чтобы оценить толпу, в то время как остальные будут впереди, чтобы убедиться, что путь свободен от врагов, кого то подозрительного. — Отвечает Сонхун ему на ухо, разница в их росте облегчает ему задачу. Ему даже не нужно наклонять голову, что раздражает Чонвона. — Лошади? — Заплатили кому-то за их безопасность. — Пожимает плечами Сонхун. Чонвон все еще хмурится, не убежденный, а старший щиплет его за другое ухо рукой за плечи. — Поверь, дорогой. Хисын выбрал их вручную. Он знает, что поставлено на кон. Сонхун проводит пальцем по мочке уха и понимает, что забыл свои серьги на комоде старшего. — И ты сейчас здесь, не так ли? Чонвон заставляет бурю в животе утихнуть. Сонхун прав, но не то, чтобы он признал это вслух. Сейчас он здесь и может убедиться, что его брат в безопасности. Что все они в безопасности. — Давай поторопимся. — Шепчет Чонвон и наполовину поворачивается к Сонхуну, но обнаруживает, что тот смотрит на мужчину, который слишком оценивающе оценивает Чонвона, осматривая все его тело. Он чувствует на себе пристальный взгляд и с отвращением кривит губы, но не реагирует иначе. Ему не чуждо быть объектом таких взглядов, и он уже далеко не готов свернуть кому-нибудь шею каждый раз, когда это происходит. Это, по-видимому, не относится к Сонхуну, который остановился и холодно посмотрел на мужчину, рука на его плечах напряглась. Чонвон вынужден перестать ходить с ним и раздраженно хмыкает. Смущение горит у него на щеках, пока старший продолжает смотреть на мужчину, даже когда последний отвел взгляд и прошел мимо них, даже не взглянув в их сторону. Тем не менее, Сонхун холодно смотрит на него, оглядываясь через плечо, пока мужчина наконец не затеряется в толпе. — Ты смущаешь. — Бормочет Чонвон и подталкивает их, чтобы они снова начали идти. Тот факт, что толпа вокруг них молча наблюдала за представлением, делает его еще более невыносимым. — Что? Я защищаю твою честь, а ты называешь меня позорным? — В его голосе слышится дразнящая нотка, но крепкая хватка на плечах младшего не ослабевает. — Я прекрасно могу защитить свою честь. — Чем? Глядя в сторону и ничего не делая? — Я привык к этому. Если я не отведу взгляд, я буду каждый раз начинать драку. — Должно быть трудно быть таким красивым, да, малыш? — Прекрати. — Свирепо смотрит Чонвон, как только они подошли к остальным. Сону тут же улыбается ему. — Вы двое точно не торопились. — Сстало приветствует Хисын. Чонвон видит, как Сонхун открывает рот, и он чертовски уверен, что собирается рассказать об их совместном купании. Он быстро закрывает рукой рот старшего, чем всех удивляет. Он может выдержать Сонхуна и других, дразнящих его, но не его брата. Сону никогда не даст этому покоя. — Теперь мы здесь. — Отвечает Чонвон, не встречаясь с недоверчивым взглядом Сону и вместо этого бросая предупреждающий взгляд на Наследного Принца. Глаза Сонхуна полны радости и беспокойства. — Э… хорошо, наверное. — Говорит Хисын и широко раскрытыми глазами смотрит на Джейка, который просто пожимает плечами, прежде чем резко потянуть Чонвона за запястье. Чонвон, спотыкаясь, подходит к Джейку, и его свободная рука тут же летит к рукояти меча. Автоматический ответ. Он выпускает его почти сразу, мысленно наказывая себя. — Погуляй со мной! Сонхун все это время тебя дурачил. Это нехорошо для тебя самого. — Говорит Джейк, поддразнивая Сонхуна взглядом и дразняще улыбаясь. — Э-э — Чонвон открывает рот, немного взволнованный внезапным вниманием. Он смотрит на Сону, который ободряюще улыбается ему, а затем на Сонхуна. Старший просто смотрит на него, приподняв одну бровь. Когда Чонвон понимает, что он молча спрашивает разрешения, он хмурится и поворачивается к Джейку, который взволнованно улыбается ему. — С удовольствием. — Отвечает он, притягивая младшего к себе, и улыбка Джейка становится шире. [Сонхун] Сонхун смотрит, как его лучший друг и его возлюбленный уходят, а Джейк радостно размахивает руками и взволнованно разговаривает. Он практически подпрыгивает на ногах. Чонвон, с другой стороны, кажется немного ошеломленным, но в его глазах есть мягкость, когда он слушает Джейка. На самом деле, Сонхун не может винить ни одного из них. Джейку нравятся милые люди, и Чонвон определенно возглавляет список. И любой, кто не любит Джейка, просто плохой человек. Так что он не может винить Чонвона за то, что он сразу же полюбил Джейка. Тем не менее, он с трудом удерживает хмурое выражение лица, наблюдая за этими двумя. — Это просто Джейки, Хун. Сонхун моргает, услышав прозвище, а затем смотрит на своего кузена рядом с ним. Он понимает, что они единственные, кто остался на месте. Ни-ки схватил принца Сону, и теперь они оба прыгают от стойла к стойлу, Хисын на шаг позади них. — Что? Джей смотрит на него, по-видимому, созерцая. — Ты, кажется, очень привязан к нему сейчас, несмотря на вашу первоначальную враждебность. — Говорит его двоюродный брат. — Мы ладим. — Пожимает он плечами. — Я бы сказал, слишком хорошо, если ты целуешь его без зрителей. — Джей выгибает бровь. — Ближе к делу, Джей. — Сердится Сонхун. Настала очередь его кузена пожимать плечами. — Я просто говорю, что не ожидал такого поворота событий. Ты не так легко ладишь с людьми и беспокоишься, когда кто-то приближается к нам. Помнишь, когда ты отказался представить Джейка Ни-ки и мне? потому что ты был уверен, что он украдет нас у тебя? Или в тот раз, когда я представил Хисына, и ты не хотел, чтобы он тусовался с нами? Но теперь все наоборот, не так ли? Сонхун не отвечает и смотрит вперед, на силуэт Чонвона. — Ты хочешь его только для себя. — Он мой. — Да, ну, преодолей себя. Ты не можешь помешать детям захотеть подружиться с ним. — Обращается его двоюродный брат к Ни-ки, Джейку и Хисыну, и Сонхун невольно фыркает себе под нос. — Джейк нашего возраста, а Хисын старше нас. — Комментирует Сонхун, когда Хисын дико бежит за Ни-ки, а Джейк падает на Чонвона от такого сильного смеха. Судя по красному соусу, попавшему на правую сторону лица Хисына, Ни-ки тренировался прицеливаться на Хисыне. Сону радостно хлопает в ладоши. — Как я уже сказал, дети. Сонхун качает головой, и они оба идут к группе. Джей добирается туда первым и ловит Ни-ки за воротник одной рукой, а другую прижимает к груди Хисына, чтобы он не прыгнул на их младшего. — Хорошо. Потише, дети. — Говорит Джей. — Ни-ки, сопляк, иди сюда. — Рычит Хисын. Ники удается освободиться из хватки Джея, и он сразу же прячется за Сонхуном, обнимая его за талию и хихикая. Чонвон достает из кармана носовой платок и молча передает его Хисыну. Старший выглядит ошеломленным этим жестом, но тем не менее принимает его. — Я привяжу тебя к дереву, и мои кадеты потренируются метать в тебя ножи. — Угрожает Хисын Ни-ки, который лишь хихикает в ответ. — Вот, Хи. Позволь мне помочь. — Через некоторое время говорит Джейк, оправившись от приступа смеха. Он берет у Хисына платок и начинает вытирать лицо. Раздраженное выражение лица Хисына превращается в надутые губы, и он смотрит через несколько секунд, чтобы не ныть и не жаловаться. Ни-ки воркует и отпускает Сонхуна, чтобы тот приласкал их старшего, шепча свои извинения. Хисын смотрит на него, но в его глазах нет тепла. — Принц Сону, прислушайся к моему предупреждению. Лучше держись подальше от этого сопляка, пока у тебя еще есть шанс. — Говорит Хисын Сону. — Ах, я бы хотел. Увы, он скоро станет моим братом. Боюсь, мы будем проводить больше времени друг с другом. — Добродушно отвечает Сону. — Или зять. — С ухмылкой добавляет Ни-ки и подмигивает Чонвону. — У нас есть постоянная ставка, я и твой брат. — объясняет Ни-ки. Сонхун ошеломлен внезапным признанием. Ставка? Он поворачивается, чтобы посмотреть на Чонвона, выражение лица которого отражает то, что чувствует Сонхун. Остальные тоже казались удивленными. — Ставка на что? — Спрашивает Чонвон, явно сбитый с толку. Он похож на кота с нахмуренными бровями и слегка наклоненной головой. — Ничего важного! Эй, Ни-ки, давай попробуем это дальше! — Сону объявляет и хватает младшего за руку, чтобы потянуть его за собой. Они начинают спорить почти сразу же, когда их больше не слышно. — Эти идиоты. — Вздыхает Хисын. — Я не могу поверить, что на принца Сону уже сильно повлиял Ни-ки. — Почти торжественно говорит Джей, качая головой. — Сону — нарушитель спокойствия, хотя и воспитанный. Я уверен, что он рад, что встретил кого-то, кто может не отставать от него. — Объясняет Чонвон, а затем поворачивается к Сонхуну. — На что они делают ставку? Сонхун почти уверен, что они делают ставки на то, станут ли они сводными братьями или шуринами. Он невинно пожимает плечами, глядя на Чонвона, и тот в ответ прищуривается, словно оценивая выражение его лица. — Давай, любовь моя. Оставь детей в покое. — Я хочу знать, на что они делают ставки, чтобы быть уверенным, что Сону не выиграет. Сонхун сдерживает смех. Основываясь на реакции принца Сону после того, как он поймал их целующимися в поле ранее, он сделал ставку на то, что они станут сводными братьями. — Конечно. Я буду более чем счастлив помочь. — Нахально улыбается он. Чонвон хмурится на него, сбитый с толку. Его ямочки на щеках углубляются, даже когда он не улыбается, и Сонхун мягко проводит большим пальцем по более глубокой, прежде чем опустить руку на шею младшего и погладить бледный синяк, который он оставил там прошлой ночью. Чонвон отбивает его руку своей, но, кажется, понимает, что толпа наблюдает. Сонхун заканчивает тем, что его пальцы переплетаются с пальцами младшего, и их переплетенные руки болтаются между ними. — Ну, нам лучше использовать наш час, прежде чем нас вызовут обратно во дворец. — Наконец говорит Сонхун, несколько секунд наблюдая за их спутанными пальцами. Его друзья странно смотрят на него, пока Хисын в конце концов не качает головой. — Да, я догоню этих двоих, пока они не скупили все прилавки. — Говорит старший и затем плетется к дуэту. — Я хочу апельсиновую еду, которую мы получили раньше! Эй, Чонвон, ты обязательно должен попробовать! — Взволнованно говорит Джейк, практически сияя. — Я уверен, что это хорошо, но мне придется отказаться. — Отвечает Чонвон. Джейк дуется и смотрит на Джея. — Хорошо, да, мы понимаем. Не отставайте слишком далеко, вы двое. — Говорит Джей Сонхуну и Чонвону и позволяет Джейку тащить себя за руку к стойлу. — И сведите привязанность к минимуму, пожалуйста. Сонхун целует костяшки пальцев Чонвона, чтобы досадить его двоюродному брату, который в ответ закатил глаза. Младший, с другой стороны, просто смотрит на Сонхуна с непроницаемым выражением лица, и последний задается вопросом, не обиделся ли он. — Значит, не целовать руки? — Тихо спрашивает Сонхун, вопросительно приподняв бровь. Он чувствует, как люди, слоняющиеся вокруг них, напрягаются, чтобы услышать. — Я… — Чонвон моргает и сглатывает. — На Востоке это считается королевским приветствием. Всякий раз, когда у нас в замке есть посетители, они должны целовать руки отца и Сону по прибытии в знак уважения. Сонхун хмурится, не упуская из виду тот факт, что Чонвон не считается членом королевской семьи, несмотря на его статус на Востоке. Он читал об этом восточном обычае где-то на уроках и не придавал этому особого значения. В конце концов, поцелуй руки не имеет большого значения в Столице. Если бы Чонвон вырос в столице, люди соперничали бы налево и направо, чтобы поцеловать ему руку. Сонхун наблюдает, как младший несколько секунд смотрит на тыльную сторону своей ладони, прежде чем нахмуриться и слегка покачать головой, словно избавляясь от мысли. — Нам пора идти. — Наконец говорит Чонвон и идет за остальными, но Сонхун удерживает его переплетенными руками. — Ты мой возлюбленный. — Говорит Сонхун и подносит руку младшего к своим губам, болтая словами и целуя костяшки пальцев. — Если что-нибудь тебе нравится, скажи мне. Чонвон смотрит в сторону. [Чонвон] Весь час прошёл гладко. Мягче, чем Чонвон мог себе представить. Сону хорошо провел время, смеялся и ел вместе с остальными. В какой-то момент он небрежно поцеловал Чонвона в щеку и сказал ему спасибо. Спасибо за что, Чонвон не совсем уверен. Он просто рад, что его брат наслаждается вечером. В конце концов Джейк вернулся и увел Чонвона. Старший задавал вопрос за вопросом о Востоке и внимательно слушал ответы Чонвона. Он искренне заинтересован, и Чонвон узнал, что покойная мать Джейка — дворянка с Востока, и что у Джейка никогда не было возможности посетить родной город своей матери из-за того, что его отец был королевским подданным в столице. Он также никогда раньше не выезжал за пределы столицы, поэтому Чонвон не торопился, отвечая на вопросы старшего и подробно описывая всё. Чонвон чувствует себя непринужденно весь вечер, что, по его мнению, невозможно, учитывая, что они находятся на улице в людном месте. Тем не менее, когда проходит час и въезжают три кареты, он не может отрицать облегчения, которое он испытал. Ни-ки ноет Сонхуну, чтобы тот дал им еще час, и даже Сону дуется на заднем плане. В конце концов Хисын вмешивается и использует свой голос королевского капитана, который не оставляет места для споров. Надувшись, Ни-ки топает к одной из карет. Сону тянется, чтобы сжать руку Чонвона и улыбается ему, прежде чем последовать за Ники. Чонвон практически чувствует разочарование, накатывающее волнами от его брата. Хисын качает головой и обменивается раздраженным взглядом с Джеем, а затем тащится за ними двоими. — Мы должны поиграть дома с Ни-ки и принцем Сону. — Задумчиво говорит Джейк, подталкивая Джея. — Надеюсь, он справится с этим. Он всегда найдет что-нибудь поинтереснее. — Отвечает Джей и затем ведет Джейка к их собственной карете. — Подождите, я хочу покататься с Чонвоном! — Восклицает Джейк, и Сонхун тут же обнимает Чонвона, немного оттягивая его. — Да ладно, Хун. — Нет. Твои щенячьи глаза на меня не посмотрят. — Говорит Сонхун и начинает подталкивать Чонвона к их ландо. — Перестань толкать меня, я могу ходить сам! — Чонвон жалуется сквозь стиснутые зубы, физически сдерживая себя от сопротивления старшему. Чонвон смотрит на него, когда они наконец сидят друг напротив друга внутри. Сонхун прислоняется локтем к подоконнику и скрещивает ноги, глядя на младшего с самодовольной улыбкой. Когда он пытается провести ботинком по голени Чонвона, тот отталкивает его и смотрит в окно с раздраженным фырканьем. Поездка медленная из-за людей, толпящихся на улицах, и Чонвон слышит скупые голоса охранников, обращающихся к толпе, предупреждая их не подходить слишком близко. Он отключается от голосов, и его мысли тут же возвращаются к теплым губам на тыльной стороне ладони. Ха. Так вот как это чувствуется. Он всегда задавался вопросом, когда он был ребенком, и видел, как приезжие дворяне и подданные целуют руки его отца и Сону. Покойная королева была прикована к постели большую часть детства Чонвона и редко присутствовала на банкетах и балах. Иногда он проводил минуты, глядя на тыльную сторону своей руки, а затем на руку своего брата, задаваясь вопросом, чем они отличаются. Это было до того, как он понял, что он и Сону на самом деле не одно и то же. Когда он начал соперничать и просить одобрения своего Отца. Он давно забыл об этом. Но все равно. Так вот как это чувствуется. У его отца и Сону только дворяне и далекие члены королевской семьи целуют им руки. У Чонвона, с другой стороны, есть будущий Континентальный Король. Никто не может шагнуть выше этого. Даже если они провозгласят нового Святого в эту эпоху, что маловероятно, Сонхун все равно восседает на самом высоком троне. Он позволяет легкой улыбке играть на своих губах от своих детских мыслей. Почему у него вообще односторонняя конкуренция? С отцом и братом, не меньше. Он весело качает головой и замечает, что будущий Континентальный Король смотрит на него с самодовольной ухмылкой. — Что? — Осторожно спрашивает Чонвон. — Тебе так нравится этот поцелуй? Не волнуйся, малыш, я буду делать это часто. — Подмигивает старший. Что — Чонвон с ужасом осознает, что провел большим пальцем по коже на костяшках пальцев, куда Сонхун раньше прижимал свои губы. Он быстро разводит руки, словно обжегся. На мгновение он думает об оправданиях, но его разум пустеет, и вместо этого он отворачивается, сжав губы в раздражении и смущении. Он решительно смотрит в окно через небольшую щель между шторами и игнорирует Сонхуна, даже когда тот начинает тихо смеяться над ним, тряся плечами. Их поездка, наконец, продолжается после того, как они сворачивают в лес, а не на главную дорогу, чтобы люди перестали следовать за ними. Поездка, как и ожидалось, ухабистая, и Чонвону приходится несколько раз хвататься за сиденье, чтобы не соскользнуть. В конце концов Сонхун ставит ногу на край сиденья Чонвона, зажимая младшего между стеной и своей ногой, скрестив руки на груди. Кажется, его не так уж беспокоит тяжелая дорога. — Подожди. — Инструктирует Сонхун и указывает на вытянутую ногу. Чонвон начинает хмуриться, но следующий удар все равно заставляет его держаться за колено Сонхуна. Старший не говорит, но в его глазах появляется довольный блеск, когда он откидывается назад. Чонвон все еще игнорирует его. Он хотел бы, чтобы он был на спине Сноу прямо сейчас. Может быть, они уже вернулись во Дворец. Он продолжает бесцельно смотреть в маленькую щель в окне, наблюдая за проплывающими мимо деревьями, когда что-то проносится мимо, словно птица на полном ходу. Ему требуется секунда, чтобы понять, что это такое, и к тому времени, когда он это делает, еще одна стрела свистит мимо окна, и Чонвон видит, как тело кучера падает, а карета продолжает двигаться вперед. Они под атакой.
Примечания:
уже с прошедшим днём рождения нашу пак гаыль ! !
