Ритуал. Связь. Бардак...

*** — Теперь мы можем поговорить? — спросила Гермиона, когда после окончания занятий, друзья Гарри затащили его в Выручай-комнату. — Как вы, вообще, нашли это место?! — изумился он, с восторгом осматривая просторную гостиную, вид которой приняла комната. — Добби показал. И не уходи от темы! У нас накопилось очень много вопросов! — Да, дружище, ты не представляешь, как ты нас напугал, — вмешался Рон, и тут же замахал руками. — Нет-нет, ты не подумай, я ни в чем тебя не обвиняю. Просто… все выглядело действительно плохо. Все это дело с исчезновением и… ну, сам-знаешь-кем, — последнее, тот произнес шепотом. — Но мы очень рады, что ты вернулся! Правда!.. Но все равно, вся эта история как-то дурно пахнет… — Они очень волновались. Их мозгошмыги летали так быстро, словно их покусала бундящая шица, — подытожила Луна, и с удовольствием плюхнулась на один из пуфиков, которые стояли кругом в центре гостиной. — Ну-у, это, и еще, ты, ведешь себя немного не так, как должен бы, после того, как тебя похитили, — заметил Джордж, под согласный кивок своего близнеца. Невилл же предпочел промолчать, и присев на соседний от Луны пуфик, просто терпеливо смотрел на Гарри. Поттер вздохнул, и смиренно кивнув, тоже сел, взмахом руки приглашая и остальных поступить также. — Это длинная история, и я не могу рассказать вам все. Как и в кабинете директора, он продемонстрировал друзьям линии обета на своих запястьях, и как минимум, Невилл и Луна сразу их признали. — О, Мерлин! — в ужасе вскрикнул Лонгботтом, мгновенно бледнея. После этого и остальные, словно по команде насторожились, с беспокойством смотря то на руки Гарри, то на перепуганного Невилла. А уж после короткого объяснения о сути непреложного обета, очень быстро переняли тот же молочный цвет лица. Только Луна, казалась, все такой же спокойной, лишь немного задумчивой. — Эй, прекратите, — попытался успокоить друзей Гарри. — Я хоть не могу ничего говорить о том, что касается клятвы, но я-то знаю в чем она заключается! И она правда никак мне не вредит! Пожалуйста, поверьте мне, не нужно так переживать! — Откуда ты можешь знать?! — почти плача закричала Гермиона. — Ты может и не глупый Гарри, но он Темный Лорд! Он мог просто сформулировать текст клятвы так, чтобы на первый взгляд слова выглядели абсолютно безобидно, но на деле — представляли огромную опасность! — Я знаю, Гермиона, — заверил он, стараясь говорить как можно спорнее и убедительнее. Гарри не хотел, чтобы его друзья поняли, что своим замечанием, Гермиона, сама того не зная, попала прямо в центр всех его сомнений. «Что если, Том, все же смог меня обмануть?» — Гарри обдумывал подобный вариант наверно уже не одну сотню раз за последние сутки. Но он просто должен был верить, что не совершил одну из самых больших ошибок в своей жизни, доверившись Тому. Пути назад уже не было. Пряча легкую дрожь в руках, Гарри потянулся к своей новой школьной сумке и вытащил из нее несколько книжек. — Я знаю, — еще раз повторил он, пододвигая книги к девушке. Гермиона с сомнением взяла в руки ближайшую, и глаза гриффиндорки тут же расширились от шока. — Это… но это же Джон Ди! Семнадцатый век! Откуда она у тебя?! К его книгам почти невозможно получить доступ!.. Если только ты не богатый чистокровный, конечно. — Это копия, — тут же сказал Гарри. — И эта книга, как и все остальные, — он указал на оставшиеся книжки, — о магических клятвах, их сути и особенностях трактования. Поэтому вам не стоит беспокоиться. Я уже все проверил. Все хорошо. Друзья все еще выглядели сомневающимися, но все взгляды сосредоточились на Гермионе, которая перелистывала страницы древнего трактата. — Если ты не против, я бы тоже хотела изучить содержание этих книг, и позже, мы могли бы осторожно обсудить все, чтобы окончательно развеять наши страхи, — нашла компромисс девушка. — Хорошо. Думаю, в любом случае, взгляд со стороны будет полезен, — согласился Гарри. *** — Значит, он действительно не такой мудак, как о нем говорят? — неуверенно спросил Фред. Они намеренно решили избегать любых имен и прозвищ Темного Лорда, включая: «Сами-знаете-кого», чтобы случайно не задеть условия клятвы. Гарри фыркнул. — О-о-о, он тот еще придурок, — уверил он. — Но все же, больше не сумасшедший, убивающий направо и на налево, — юноша задумчиво пожевал губу. — Было кое-что, из-за чего он вел себя не так, как должен, — Гарри почувствовал, как линии обета на его руках чуть нагреваются и тут же захлопнул рот. Он не должен говорить о крестражах. Несколько медленных глубоких вздохов. Перепуганные взгляды друзей. И собрав мысли в кучу, Гарри был готов снова говорить. — В общем, причины есть, и что важно — они действительно серьезные. Теперь же, когда… нуу, кое-что изменилось и он, по сути, стал самим собой… он больше не намерен пробиваться к власти путем террора. Друзья выглядели не очень убежденными. — Как-то в это… тяжело верится, — озвучил общую мысль Джордж. Гарри вздохнул. — Знаю. Но я же здесь, — он указал на себя. — Уже то, что я все еще жив, в некотором роде — доказательство. За прошедшие два месяца у него было много возможностей избавиться от меня. — Он… не делал тебе больно? — осторожно спросила Гермиона. Гарри покачал головой, и только тогда напряжение в комнате наконец-то немного спало. — Я не скажу, что все было идеально, откровенно говоря, поначалу, мне было очень страшно. И я постоянно боялся, что сделаю что-то не так и он сорвется, но проходили дни, а почти ничего не происходило и я… привык? Я все еще считаю все произошедшее очень странным, но он, правда, не так плох, как раньше, — попытался объяснить он свою точку зрения. — А Пожиратели? Их побег, — уточнил Рон. — Я не знал об этом, — вполне честно ответил Гарри. — Хотя и догадывался, что произойдет нечто подобное. Похоже, он чувствует ответственность за них, все они его люди и… послушайте, я не буду убеждать вас в том, что он безобиден. Потому что это не так. Но могу сказать, что если его не провоцировать — сам он нападать первым не станет, — он скривился от этой формулировки, прозвучало так, словно они обсуждали какое-то животное. — Но о его… последователях, я многого сказать не могу. Я мало кого из них видел… и не думаю, что я могу рассказать больше, — поспешил сказать он, прежде чем поступили еще какие-то вопросы, Гарри чувствовал как линии обета снова нагреваются. — Лучше расскажите мне, что происходило в школе, пока меня не было. Я слышал, что из-за похищения начало каникул отложили. Друзья почти синхронно скривились, а он заинтересованно наклонился вперед, желая услышать подробности. Когда же Гермиона принялась объяснять общую июльскую обстановку в Хогвартсе, под язвительные замечания близнецов, и недовольное бормотание Рона, заинтригованная улыбка Гарри стала медленно исчезать с его лица. Он уже ожидал чего-то подобного, но каждое новое подтверждение — ударяло лишь больнее. — Странно, что меня еще не допросили авроры, — пробубнил юноша. — Или, что Скитер не пробралась в Хог, чтобы сделать это за них. — Думаю, это не надолго, — заметила Гермиона. — Скорее всего, если бы не побег Пожирателей, они все были бы здесь еще утром. Гарри фыркнул, но был склонен согласиться. После, Рон коротко рассказал о подслушанном им разговоре старших Уизли и Дамблдора, а близнецы — о переписке с Темным Лордом. На этом моменте, настала уже очередь Гарри, шокированно пучить глаза. Впрочем, он не был в этом одинок, у Невилла было почти такое же выражение лица. А Луна — просто хихикала. — Д-да, это… много, — проговорил Гарри, ошарашенно потирая шрам. — Значит, вы уже знаете о пророчестве и отношении Дамблдора ко мне? И что это за другой «Избранный»? Кто этот невезучий человек? — Кх-м… п-похоже это я, — проговорил Невилл, робко поднимая руку. — Что? Почему? — синхронно удивились близнецы. Тот рассказал о странном визите, произошедшим этим летом, и своих подозрениях. — Ох, Нев, это дерьмово, — сказал Рон, похлопывая друга по плечу. — Согласен. Но это многое объясняет, — пробубнил Гарри. — Теперь, когда я вернулся, Дамблдор должен обращать на тебя меньше внимания, но… мне кажется, что он еще вернется к этой идее. — П-почему? — спросил Невилл. — Это скорее догадки, чем что-то еще, но я становлюсь для него неудобным. Это видно по его отношению и тому, как он на меня смотрит. И Дамблдор хочет знать, в чем состоит клятва и если он все же догадается о ее сути, не думаю, что он будет в восторге от этого. Наступила мрачная тишина, пока каждый думал о своем. В итоге, ее прервал Гарри, тактично кашлянув, чтобы привлечь к себе внимание остальных. — Есть что-то еще, о чем я должен знать? *** Когда все основные задачи были решены, а приказы отданы, Том переместился в свой любимый дом в отдаленной части графства Чешир. Где тут же узурпировал зеленую гостиную и самое мягкое кресло во всем особняке. Бокал огневиски, единственный кто составил ему компанию в обезлюдевшем особняке. Даже Барти остался в замке, вместе с бывшими сидельцами. «Блаженство!» Темный Лорд искренне наслаждался нежданной тишиной. Он совсем позабыл насколько много шума, порой, способны создавать его подчиненные, особенно, в таком количестве. Когда на столике, перед ним, появился поднос с легкой закуской и графин воды с лимоном, Том мог лишь благосклонно улыбнуться. Домовики — не люди, и теперь он, действительно, мог признать, что отдает предпочтение именно компанию этих ушастых созданий. «Забавно, что меня настолько утомило общение с Пожирателями, в то время, как Гарри, который порой мог находится рядом со мной и куда дольше, ничуть меня не беспокоил, — размышлял он, раскачивая янтарную жидкость в бокале. Теперь расслабившись, и немного захмелев, Темный Лорд чувствовал себя куда лучше и был даже склонен пофилософствовать. — Возможно, дело в том, что общение с Гарри мне было совсем не в тягость, скорее, мне это нравилось. И это, наверное, самое странное из всего. За всю мою жизнь я могу назвать лишь очень небольшое число людей, которые были бы мне приятны и никто из них не был столь интересен как Гарри, — Том вдруг фыркнул. — Ну да, идеальная компания для Темного Лорда малолетний подросток!.. Неужели я старею? Слышал, на старости лет некоторые просто-таки жаждут компании своих детей или внуков». Подумав об этом, он скривился. Вот уж представлять себя в роли одинокого старика, — ему точно не хотелось! — Ну уж нет. Гарри, конечно, милый ребенок, но не до такой степени. Возможно, я бы мог назвать его своей семьей, если я вообще правильно понимаю, что это такое, но точно не своим сыном или внуком. Это попросту дико… Но и любое другое определение тоже не слишком подходит. Отхлебнул еще немного алкоголя, Том пожал плечами. — Это не так уж и важно. По какой-то причине я не против заботиться об этом ребенке и если Гарри захочет продолжить наше общение, я точно не буду против, — чуть пьяно размышлял он. …Кажется, он и правда превратился в обычного одинокого старика… Темный Лорд встряхнулся, не желая сильнее вникать в эту тему даже по пьяни. «Ну, а что касается Пожирателей… Нет, Вальпургиевых Рыцарей! С Вальпургиевыми Рыцарями я разберусь. Уже начал. Лишних отсею, от буйных и не слишком лояльных — избавлюсь, Азкабановцев вылечим, у кого дела совсем плохи — поедут в частные клиники для дополнительного лечения…» В основном, состояние большинства освобожденных заключенных было приемлемо. Не без парочки специфических фиксаций, гипертрофированных страхов и крайне паршивого физического состояния, но в общем? Все было лучше, чем он ожидал. Беспокоило Тома разве что состояние Беллы. Нет, девушка и раньше отличалась буйным нравом и вспыльчивостью, — «Ну так, все Блэки такие. Это нормально!» — но последние воспоминания Волдеморта о той, и сегодняшнее поведение… говорили о том, что все не так просто. Проверив головушку Беллатрис, он лишь окончательно удостоверился, что лечить Леди Лестрейндж придется долго и с большими вложениями. И виновато в этом не только именитое Блэковское безумие, хотя и оно отличилось. Кроме всего прочего, Белла как-то умудрилась схлопотать парочку ментальных блоков, крайне подлых проклятий — также направленных на разум — несколько нарушенных обетов и… что-то еще, в чем Темному Лорду только предстояло разобраться. Значительная часть воспоминаний Беллы образовали в сознании ведьмы запутанный слипшийся комок, который было просто необходимо распутать, чтобы у той был хотя бы шанс на выздоровление. Но единственное, в чем Том был абсолютно уверен, — подобная конструкция не могла появиться естественным путем. Кто-то должен был приложить к этому руку. И пусть у него и имелись догадки, но из-за прошедших лет с момента воздействия на разум Беллы, заявлять о чем-то с полной уверенностью Темный Лорд не мог. Любые следы чужой магии давно исчезли. «Но, надеюсь, получится привести ее, хотя бы в относительно вменяемое состояние, слишком уж такой она напоминает мне мою безумную версию только в женском варианте… Да, очень надеюсь, — он вздохнул, вспоминая еще одну важную деталь. — Нет, на надежду полагаться не стоит. Белла обязана прийти в себя, от этого зависит благополучное возвращение двух моих крестражей». *** — Он снова пялится на тебя, дружище, — сообщил ему Рон, неуютно поводя плечами, когда во время завтрака, Дамблдор в очередной раз принялся сверлить в нем дыру. — Я знаю, — тяжело вздохнув, ответил Гарри. С каждым днем в школе, ему все больше казалось, что директор его преследует. В Большом зале — да и не только — гриффиндорец всегда чувствовал на себе пристальный взгляд, и в кои-то веки это был не Снейп! Хотя, тот тоже, иногда, мрачно посматривал, но далеко не настолько навязчиво, как директор. Дамблдор будто препарировал его взглядом, поочередно рассматривая каждый кусочек его внутренностей. Это вызывало дрожь в позвоночнике Гарри. Частые приглашения «на чай», — тоже не вселяли в него спокойствия. Особенно, с теми провокационными вопросами, которые невзначай любил поднимать Дамблдор. Но со временем, Гарри наловчился их избегать… и после этого, взгляды стали еще острее. «Да какого, Мордреда, ему от меня надо?! Ну похитил меня Темный Лорд, — так вернул же в итоге! А всего за один непреложный обет — меня судить нельзя!» Даже МакГонагалл, порой, поглядывала на директора с недоумением, из-за того излишнего внимания, которое тот уделял мальчику-который-выжил. Сам же, Гарри, просто искренне надеялся, что со временем Дамблдору это надоест, и тот поймет что он ничего не замышляет, а просто хочет учиться и Волдеморт здесь вообще ни причем. Но пока директору эти гляделки отнюдь не надоели, и тот все также, минимум раз в неделю, исправно пытался заманить героя в свой кабинет. Но чем более настойчивым тот становился, — тем меньше Гарри хотелось поддаться этим приглашениям. Подобная назойливость начинала откровенно пугать. «Просто, какого драккла?! Это жутко!!!» И друзья были с ним согласны. Каким бы эксцентричным порой не бывал директор, но такое поведение уже начинало попахивать маразмом и претензией на преследование. — Может заявление на него написать? — спросил Джордж. — Его мозгошмыги неспокойны, — авторитетно заявила Луна, которая присоединилась к их небольшой группе за гриффиндорским столом. — Это очень мягко сказано, — фыркнула Гермиона, которая из-за всей этой истории с похищением, и пренебрежительным отношением директора и профессоров, заметно подрастеряла уважения к авторитетам. — Но если серьезно, Гарри, это правда странно. О чем он тебе расспрашивал во время вашего последнего «чаепития»? Гарри скривился. — Да все о том же. О клятве. Пытался вытянуть информацию о месте, где я находился и человеке, с которым я был… и дальше все в таком же духе. — Но это неправильно! — возмущенно вскрикнула Гермиона, и тут же понизила голос, поняв, что случайно привлекла внимание других учеников. — Это непреложный обет! Одно неверное слово и ты можешь лишиться магии! И это в лучшем случае! — прошипела девушка, к этому моменту уже изучив все, что могла по теме магических клятв и непреложных обетов. Запретная секция библиотеки Хогвартса тоже не вышла, из этого исследовательского тура, невредимой, к большому неудовольствию мадам Пинс. — Мне все это не нравится, — пробубнил Рон, без особого аппетита доедая свою яичницу. — Я имею в виду, что у Дамблдора, конечно, есть причины волноваться, но какого драккла, он так рискует Гарри! И это ведь уже не в первый раз! Раньше он тоже так поступал! И в той истории с философским камнем на первом курсе, и с василиском на втором, и даже с этим глупым турниром! Если бы он просто наложил нормальную защиту на кубок — ничего бы не произошло! Гарри не похитили бы, и не пришлось бы снова рисковать его жизнью, чтобы обойти обет! — злобно причитал младший Уизли, скребя вилкой по пустой тарелке. — Пусть разбирается со всем сам, если ему так хочется снова бодаться с Сам-знаешь-кем! Гарри улыбнулся, чувствуя облегчение из-за тирады друга. Он сам думал обо всех этих рисковых ситуация уже множество раз, и приятно знать, что не он один считает многое произошедшее в его жизни ненормальным. — Спасибо. — Это все очень глупо, — вздохнула Гермиона. Остальные согласно кивнули, и лишь Невилл молчал, нервно перемешивая овощное пюре на тарелке.

*** Когда Гарри стал чаще встречать Дамблдора в коридорах, то поначалу счел это неприятным совпадением, позже — тревожным звоночком. Особенно, когда заметил интерес директора к браслету подаренному Томом. Тот постоянно норовил прикоснуться к украшению, а однажды — даже потребовал попросил отдать браслет. Для чего, Гарри не знал. Директор упирал на то, что все это для его же блага, а после отказа милая улыбка мужчины стала еще на несколько градусов холоднее. Но на фоне становящихся все более настойчивыми вопросов, различные догадки, крутившиеся в голове гриффиндорца, были не самыми приятными. И… это произошло снова. Лишь заметив в конце коридора лиловую мантию директора, Гарри немедленно свернул в другую сторону, делая вид что никаких стариков в странных тряпках, и со все более натянутой улыбкой, он видеть не видел. В общем, он не сильно удивился, когда по итогам его бегства, оказался в заброшенной части замка с совершенно незнакомыми коридорами. Гарри вздохнул. — Ну, и как отсюда мне выйти обратно к башне Гриффиндора? Он ускорил шаг, надеясь найти хотя бы живую картину, у которой можно было бы спросить дорогу. Но завернув за угол, неожиданно в кого-то врезался. — Ай, прости, я тебя не увидел, — поспешил извиниться Гарри и протянул руку упавшему парню. Он не был уверен, удивлен ли он, когда вскинувшим на него взгляд студентом — оказался Драко Малфой. «Ну да, ну да, в этой жизни ничего не бывает легко. Только сбежав от одной занозы, я просто обязан был напороться на другую», — подумал Гарри, и почти закатил глаза на такую несправедливость жизни. Правда, когда Малфой принял предложенную руку помощи и даже не начал сыпать оскорбления в первые же секунды разговора, у гриффиндорца начали возникать вопросы. Да еще и взгляд этот… «Почему все стали так странно на меня смотреть?!» Радовало хоть то, что взгляд Драко был совсем не похож на взгляды, которыми одаривал его Дамблдор. — С тобой все в порядке? Ты выглядишь так, словно призрака увидел. Секунда оглушительно тишины и тот, вдруг, разразился смехом. Гарри удивленно вскинул брови. В этом смехе слышалось какая-то истеричность, совсем не свойственная обычному напыщенному хихиканью Малфоя. — Эй, с тобой точно все в порядке? — спросил он, теперь внимательнее вглядываясь в лицо слизеринца. Выглядел тот, честно говоря, так себе. С Малфоя будто бы сошел прежний лоск, оголяя обычного потерянного молодого парня. — Нет! — фыркнул Драко, отвечая слишком честно. — Но это не имеет значения. Я… я должен с тобой поговорить. — О чем? — О том, что произошло с тобой летом. От этого заявления брови Гарри откровенно поползли на лоб. — И с чего ты решил, что я захочу с тобой это обсуждать? Малфой вздрогнул, словно до этого не рассматривал подобную возможность. — Чего ты хочешь? — сразу же перешел к торгу слизеринец. — Я? Я от тебя ничего не хочу. Это ты с чего-то со мной говорить захотел. И мне интересно зачем и… почему ты так напуган? Малфой отшатнулся от него, будто обжегся. И да, тот определенно был напуган, теперь Гарри видел это четко. Лихорадочный блеск в глазах, сбившееся дыхание и легкая дрожь в руках, которую Драко очень старался скрыть. — Чего ты боишься, Малфой? — повторил Гарри, понизив голос и подходя почти впритык. Коридор был пуст, но он бы предпочел перестраховаться. Что-то подсказывало ему, что каким бы ни был ответ, тот точно не предназначен для чужих ушей. Малфой заметно колебался, но в итоге, глаза слизеринца загорелись непривычной решимостью и тот спросил: — Т… Темный Лорд… он же вернулся, да? «О». Теперь Гарри понял. Малфой же, был сыном Пожирателя и если Том начал действовать, то наверняка созвал своих людей, в том числе и Люциуса, отца Драко. «Но самого Драко явно ни в какие детали не посвящали, раз ему вообще нужно спрашивать вернулся ли Темный Лорд. Но наверное, что-то он да заметил… и это испугало его… Том же не сделал ничего плохого?» Гарри, как нельзя кстати, вспомнил о первом крестраже, который Люциус, совершенно не заботясь о последствиях, подкинул в сумку первокурсницы. «Ох, дерьмо, — он прикрыл глаза, чтобы не застонать. — Еще как сделал! Том точно не спустил бы подобный идиотизм подчиненному, будь тот хоть трижды аристократ! Вопрос в том, как много Драко знает?» Он надеялся, что тому не довелось видеть своего отца отходящим от сеанса Круцио или чего похуже. В том, что Том мог сделать нечто подобное он не сомневался. И даже откровенно говоря, не мог винить, Гарри бы тоже злился, если бы кусок его души практически выбросили. — Ты спрашиваешь или утверждаешь? — уточнил он, явно заставив Малфоя растеряться. — Спрашиваю… я не думал, что ты вернешься. И опять страх и… — «Он что… он что жалел меня?» Гарри моргнул. Да, действительно, Драко его жалел. Ну по крайней мере, тогда, когда считал, что он попал в руки Темного Лорда жестокого и беспощадного. «Это… даже как-то мило с его стороны». — Ты, действительно, хочешь услышать ответ? Если да, то прости, я не могу. На мне клятва и я скорее сдохну, чем смогу сболтнуть лишнего, — просто прямо вывалил Гарри. Ему было слишком лень ходить вокруг да около. Да и напуганный слизеринец, в отличии от обычного, не вызывал в нем желания зубоскалить. Драко ошарашено открыл рот, словно выброшенная на берег рыба с выпученными глазами. «Кажется, я его сломал», — подытожил Гарри, отступая на шаг.