Решение, меняющее судьбы

      Проходило время. Аланур лечилась и постепенно восстанавливалась. Дети могли уже спокойно уезжать домой и спать ночью, а Зря оставалась рядом с ней. Только иногда выезжая из больницы, чтобы дома принять душ и переодеться. Оставался ночевать в больнице, на диванчике в палате жены. Иногда женщина падала духом, нервничала, психовала, но чувствуя поддержку дорогих, вставала и шла к цели. Все царапины и синяки начали заживать, так как Карлы позволяла врачам осматривать себя и делать все, что нужно. Только при осмотре всегда просила, чтобы Зию выпроводили из палаты. Нет, она не стеснялась его, она боялась. Боялась о том, что если тот увидит ее изуродованное тело, то не захочет больше семейной жизни. Думала так и не понимала, что с ней он не только за красоту, но и за все. Не понимала, что он любит ее со всеми хорошими качествами и недостатками. Кушала Госпожа так, как было положено. Три раза в день к ней приходила мед.сестра и кормила, пока женщина преодолевала слабость во всем теле, чтобы взять ложку в руки. Аланур начала хорошо ходить. Да, пока что не получалось без клюки, но женщина всячески старалась держаться. Только тогда, когда она отпускала ее, теряла равновесие п начинала падать. Зия тут же ловил ее и ставил обратно на ноги. Ей было не по себе от того, что все они прекрасно видят ее слабость и то, что она не может и шагу ступить самостоятельно. Это напрягало женщину. Кошмары не покидали ее. Не было ни ночи, чтобы ей не приснился Волкан, а иногда вместе с Сехер. Каждую ночь Аланур просыпалась с криками: "Не трогай меня! Нет! Не смей!", и всё в этом роде. Карлы тут же просыпался, подходил к ней и успокаивал. Женщине прописали лекарства, чтобы успокоиться, но и они мало, что могли сделать. Страха поубавилось, но все равно с каждым, даже малейшим прикосновением одна дёргалась. Прикосновения врачей ей были крайне неприятны, но она терпела, чтобы быстрее приехать домой. К Зие она более-менее относилась нормально, но тот только гладил ее руки, лицо и поддерживал за талию, когда та ходила. Дети приезжали каждый Божий день. Приносили разные фрукты и разговаривали с матерью. Женщина просто наслаждалась этими моментами, где не было никакого напряжения. Бесте так же общалась с отцом, а Аланур наблюдала за этим. Правда было только одно но. Карлы вообще не улыбалась. Все это время Зия видео либо безэмоциональное лицо, либо то, как она плачет. Сегодня должны были снять швы с глубоких ран, что и сделали. Снимать швы оказалось больной процедурой(автор знает по себе), но она держалась. Молчала, но слезы текли из глаз, показывая то, что ей больно. Наконец выйдя из кабинета со своей клюкой, медленно, держась за стенку другой рукой, пошла в свою палату. Там уже был глав врач, а ее муж видимо уехал домой и куда-то ушел, чтобы что-то спросить. – Госпожа Аланур, как Ваше состояние? Швы сняли? Все хорошо? – подошёл к ней врач и поддерживая, повел к койке. Но женщина почувствовала слабость в руках и палочка выпала, а та начала снова подать. Мужчина подловил ее за талию. В это время, двери палаты открылись и вошел Зия Карлы. Увиденная картина вызвала жгучую ревность. Его любимая сейчас была в объятиях какого-то мужика. Он подошел и помог Аланур сесть. Женщина не много удивилась, увидев, какой взгляд бросил ее муж в лечащего врача. – Мне легче, доктор, спасибо. Прошу, можете просмотреть. Я не знаю и не понимаю ничего. Хочу убедиться, что со швами все хорошо. – на самом деле, она этого не желала всем сердцем, но увидев ревность мужа, решила посмотреть, что будет дальше. – Конечно, Госпожа. Господин Зия, Вам нужно выйти. – сказал врач, а тот смотрел то на него, то на свою жену. Ревность мужчины присутствовала все время, но он не видел, как и что делает врач. А тут увидел жену в его объятиях и эта проклятая ревность вспыхнула. – Нет. – спокойно возразил он. – Это моя жена, я имею права присутствовать. . Вы не женский врач, чтобы я выходил при осмотре. – сказал он и сел на диван, показывая, что ни под каким предлогом не уйдет. – Зия! Врач попросил. Выйди! Уже через пять минут зайдешь. – гросно посмотрела на него и тому ничего не оставалось, как повиноваться жене. Потому что спорить с ней бесполезно. Выйдя за дверь, он представил, как тот трогает ее и по телу пробежались мурашки. Мужчина прикрыл глаза и облокотился о стену. Но это не помогло и разные мысли начали лезть в его голову. Решил, что раз сняли швы, то они поедут домой и пошел в регистрацию, чтобы оформить выписку, потому что больше не хотел этого терпеть. – Спасибо, доктор. Я благодарна за то, что столько времени Вы лечите меня. – сказала Аланур, думая, что Зия за дверью, поэтому сделала это громче. Сама не знала почему, но ей хотелось по-нервировать мужа и немного поручать тем, что его жена вот так с ним поступает, флиртуя с другим. Врач ничего не успел ответит, как в палату вошел Зия и протянул жене лист. – Выписка оформлена, я сейчас позову мед.сестру, она поможет тебе переодеться и мы поедем домой. – строго сказал он. А Аланур поняла, что дело пахнет маслом. – Но Господин, ей еще рано покидать приделы больницы. – возразил главный врач. Но Зие были всё равно. – Слушайте, я сам разберусь. Я позабочусь о своей жене. Буду все делать так, как надо. Мыть, кормить, обрабатывать. А теперь прошу нас оставить, мне надо с ней поговорить. – врач ничего больше не сказал. Просто взял и вышел, бросив взгляд на ничего не понимающую, а точнее делающую вид, что ничего не понимает, Аланур. – Зия, что это такое? Я должна лечиться! И зачем ты врачу грубишь? – возмутилась она и села на кровати. Он подошел к ней и сел рядом. – Я не собираюсь этого терпеть. Ты не видишь его намерений? Кто знает, о чем он думает, пока осматривает и трогает твое тело? – сохраняя спокойствие рядом с любимой, говорил он. – Зия, я не поняла, ты ревнуешь? Меня к врачу? Ты не нормальный? Он меня лечит! Что у тебя в голове? Я не пойду на измену, будь это хоть самый богатый и красивый человек мира! Если ты ревнуешь, значит не доверяешь! – уже на повышенном тоне говорила она. Женщина не была такой спокойной, как Зия и ее было легко вывести из себя. – Аланур, тебе я доверяю, а ему нет! Все, давай, я буду ждать тебя у палаты. – сказал он и вышел. Женщина закатила глаза и мысленно ухмыльнулась. Чуть позже с ней зашла больничная сестра и помогла переодеться. Выйдя, уже будучи одетой, женщина посмотрела на мужа и взяв его руку своей свободной, пошла к выходу. Ехали они молча. Аланур была рада, что едет домой, но виду не показывала. Мужчина же думал о чем-то своем, смотря за дорогой. Женщина тоже думала. Ее нутро охватил страх. Теперь она вернется домой и ляжет в супружескую постель. Но это не было страшным. Зия увидит все шрамы, швы, царапины и не до конца пропавшие синяки. Она понимала, что в этом не виновата, но боялась, что станет отвратительной для него, как женщина. За этими мыслями, она и не заметила, как слеза скатилась по ее щеке, что не ушло от внимания Карлы, который переодечески поглядывал на нее. – Жизнь моя, все хорошо? Как ты себя чувствуешь? Может я правда поспешил с выпиской? – спросил он, ни слова ни сказав про слезу, которую увидел. Но женщина не ответила. Тогда мужчина повторил еще раз и одной рукой дотронулся ее плеча. Она вздрогнула и переспросила. Тот еще раз задал интересующие вопросы. – Все нормально, как я могу быть? Не волнуйся, уже лучше, чем было в первый день, это факт. – отстраненно сказала, не желая говорить на эту тему. Мужчина спустился к ее ладони и сжал в своей руке. Видел, что любимая дерзает себя своими мыслями, хотел знать, но та не говорила. – Зия... – начала она, чтобы задать мучающий ее вопрос. – Зия, ты же не разлюбишь меня из-за того, что теперь я уродлива? – тот чуть ли не нажал не ту педаль, когда услышал ее вопрос. Решил для себя, что этот вопрос не для того, чтобы обсуждать его за рулем. Поэтому промолчал, но ошибся делая так. Аланур не правильно поняла его действия. Она подумала, что тот уже не хочет представлять, что будет. Поэтому отвернулась к одну и прислонилась к нему лбом. Из глаз скатилось несколько слезинок. Все остальное время в пути, она даже не повернулась в его сторону. Ему не было все равно, но пока что не хотел поднимать тему. Остановившись у дома, увидел, как Бесте и Махмуд стояли за деревом и о чем-то разговаривали, будто шпионы. Выйдя из машины, он помог выйти Аланур и дал клюку. Та прятала мокрые глаза, но Зия все видел. Он вытер эти слезы и оставил поцелуй на ее лбу. – Эй, вы! Хватит там шептаться, идите сюда! – сказал Карлы. От неожиданности пара подпрыгнула на месте, но увидив Аланур, они тут же подошли. Девушка обняла мать и та ответила на ее объятия. Махмуд лишь улыбнулся и поприветствовал. – Добро пожаловать домой, Госпожа Аланур. Слава Аллаху, Вам стало легче. Дарует Всевышний Вам долгую и счастливую жизнь. – сказала ухажёр старшей дочери семьи Карлы. Женщина улыбнулась и не успела оглянуться, как ее рука оказалась в его и тот прислонился губами, а потом лбом тыльной стороны ладони. Она знала, что он соблюдает все традиции и его семья очень верующая, поэтому особо не удивилась. – Спасибо, Махмуд. Имей ввиду, мне надо будет с тобой поговорить позже. – сказала она и медленно пошла в сторону двери. Зия последовал за ней. Когда та вошла в дом, то уже увидела всех остальных детей на пороге. Каждого обняла и поцеловала в лоб. – Мама, почему ты не сообщила, что выписалась. Мы бы хотя бы стол накрыли. – сказала Аслы, после того, как те обнялись. Аланур натянула слабую улыбку, впервые за это время. – Не стоит. Я не хочу есть. Пойду переоденусь и лягу отдохну. Аслы, потом зайдите ко мне. Надо поговорить. Бесте пошли со мной в комнату. Зия оставайся тут. – дала всем распоряжения и начала подниматься по лестнице с помощью старшей дочери. Когда те дошли до главной комнаты всего особняка, женщина обессиленно села на свою кровать. Повернув голову, она увидела, как на прикроватной тумбе с ее стороны, в вазе стоит большой букет роз. – Откуда они, дочка? – спросила Карлы у Бесте. – Папа Зия понес сегодня утром и поставил. Нам ничего не сказал и ушел. Наверное он знал, что тебя выпишут. – проговорила девушка и отправилась в гардеробе матери, чтобы найти домашнюю одежду. Выйдя, она положила матери шорты и футболку. – Нет, Бесте, дай мне штаны, носки и кофру с руковами. – холодной сказала Аланур. Девушка ничего не сказав, ушла обратно и вернулась с тем, с чем просила ее мать. Женщина попросила свою дочь помочь переодеться. Только дочери она особо и не смущалась. Увидев шрамы на теле матери, по телу девушки прошлись мурашки. Дотронулась до одного белесого и влажного шва и тут же отдернула руку. – Все настолько плохо, Бесте? Аллах, Аллах... – тихо проговорила, когда была уже переодета. Дочка положила свою руку и плечо матери. – Мама, не переживай. Шрамы затянуться и пропадут. Все будет хорошо. Главное, что ты сейчас живая и рядом с нами. – после этих слов, она оставила поцелуй на щеке Аланур и вышла из комнаты. Дома было жарко, как и на улице, но женщина предпочла одеться именно так, чтобы никто ничего не увидел. Взяв свою палочку, она доковыляла до балкона и села на гамак, который там висел. Через пару минут, она увидела, как ее младшая дочь зашла на балкон. – Мама, ты звала меня? – спросила она и села рядом. – Да. Как твои дела? Как самочувствие? Ты смогла восстановиться после аварии? – спросила, дотновушись ладонью до лица младшей. – Все нормально, мама. Я здорова. Я ты все равно сильно похудела. Тебе надо кушать, чтобы быстрее востановиться. Давай я принесу что-нибудь? – Нет. Ничего не хочу, Аслы. Нету настроения. Я завтра обязательно поем. Но сегодня нет. Мне надо от больничной еды отойти. Оставь меня пожалуйста. И скажи, чтобы никто не входил. Особенно Зия. – после этих слов Аслы просто встала и ушла. Нет, она не держала никакой обиды и понимала мать. Прошло несколько часов. Все это время женщина провела в одиночестве. Она смотрела, как солнце заходит за горизонт, отдыхала и читала книгу. Пусть она не очень любила читать бумажник книги, но этот роман ей понравился по названию и она решила себя занять хоть чем-то. Через время заметила, что на балкон зашел муж с тарелкой в руках. Она бросила в его сторону обиженный взгляд и продолжила читать, лежа на гамаке. Он подошел ближе и поставил тарелку на столик. – Любимая, тебе нужно набираться сил. Поэтому пожалуйста, давай ты поешь? – но она не ответила и даже не отвела взгляда от книги. – Аланур... – потянул руку к ее лицу, чтобы убрать волосы за ухо, но она отвернула голову. – Что случилось, Аланур? – еще некоторое время она молчала. – Ты так и не ответил на мой вопрос, заданный в машине, Зия Карлы! – сказала она и осуждающе посмотрела на него. – А, точно. Аланур, ты всегда будешь для меня прекрасной. Мне совсем не важно, какая ты: злая или добрая, кричишь или молчишь, улыбаешься или грустишь, смеешься или плачешь, накрашенная или без косметики. Ты всегда для меня останешься эталоном женской красоты и характера. Я хочу видеть тебя такую, какая ты есть. И шрамы тебя не сделали хуже. Даже если они и не пройдут, это не меняет той сути, что я люблю тебя. Пойми, ты для меня целая Вселенная. Ты моя северная звезда, мой указатель по жизни, мой Млечный Путь. И я сделаю все, чтобы ты улыбалась. Прости меня за все. – нежно и ласково говорил он, вызывая трепет ее сердца. Она отложила книгу и закрыв глаза, искренне улыбнулась. Впервые за все это время была искренняя улыбка. Зия приблизился к ней и оставил поцелуй на щеке. Но Аланур было мало этого, поэтому она впилась в его губы, соединя их в одно целое. Мужчина тут же ответил на этот долгожданный поцелуй и положил свои руки на ее талию, легонько сжимая. Женщина оторвалась от губернии своего мужа и пложила голову на его плечо. – Зия... Обещай, что всегда будешь рядом со мной. – тихо проговорила она, с надеждой в голосе. – Всегда, всю жизнь я буду рядом с тобой, жизнь моя. – так тихо, на ушко проговорил тот, завораживающим шопотом. Она успокоилась и расслабилась. Просидев так еще немного, Зия начал кормить ее. Он, еще когда они приехали, приказал домработницам приготовить легкий суп на курином бульоне, чтобы накормить хозяйку. Сейчас суп уже остыл и был не таким горячим, как тогда, когда он его принес. Женщина со аппетитом ела домашний вкусный обед. Полсе чего он отнес посуду на кухню, а она ушла в комнату, чтобы приготовиться ко сну. Пошла в гардеробе, чтобы найти пижаму, вместо привычной шелковой ночнушки. Только хотела переодеться, как услышала шаги мужа и тут же взяв свою одежду, вышла. – Дорогая, пошли, теперь надо помыться. – подошел к ней и подхватил на руки. Она вскрикнула от этой неожиданности. – Зия! Нет, Зия! Я сама, прошу, пожалуйста. Я не хочу... – не смогла продолжить и подобрать слова, поэтому опустила голову. – Аланур, я тебе все понятно сказал, ты умная женщина, все поняла. Поэтому ты не должна так поступать, все равно рано или поздно я увижу и что? Суть это не меняет, я же сказал. – понес ее в ванну, ну а та отпираться уже не стала. Будь, что будет. Когда Карлы почувствовала пол по ногами, то положила одежду на полочку и посмотрела на мужа, который включил воду и набирал ванну. Пока вода наливалась, она несколько раз спрашивала, может ли помыться сама, но Зия отвечал, что волнуется за нее, а вдруг она упадет, ведь ноги сейчас ее держут не крепко. Вода налилась и предстояло самое страшное для женщины. Мужчина подошел к ней и усадил на широкий край ванны, чтобы та не упала. Снял с нее носки, затем штаны и кофту. Увидев ее израненное тело, почувствовал боль в зоне сердца. С минуту смотрел на нее, а она печально уткнулась в пол. Зия обнажил ее полностью и усадил в теплую воду. Все на время наблюдал за тем, чтобы со швами все было хорошо. Вымал ей голову и тело. Делал все очень аккуткатно, чтобы мачалка не задела корки затянувшихся ран и только что снятых швов. Сначала Аланур сильно стеснялась показать себя и вела себя очень сжато, но потом все-таки поняла, что для мужа эти шрамы не имеют никакого значения от слова совсем и смогла позволить мыть себя. Утопая в нежности прикосновений любимого, она думала о том, что все-таки не зря проходила весь этот тернистый путь своей жизни. Аллах послал ей счастье и она пользуется им. – Бесте, ты чего такая грусная? – спросил Махмуд у своей возлюбленной. Пара сидела на заднем дворе дома уже семьи Карлы. Девушка печально улыбнулась и посмотрела на него. – Махмуд, я помогала маме переодеться. Столько ран, швов, шрамов, синяков. Меня до сих пор в дрожь бросает от понимания того, что я могла бы лишиться матери. Когда она теперь улыбнется? Когда сможет без опаски обнять своих детей и не вздрагивать от любого шороха? – чувствовала жгучую и непонятную боль в душе. До сих пор она не могла смириться с тем, что какой-то мужик так обошелся с ее материю. – Бесте, Госпоже Аланур нужно время. Она справится, только вы не бросайте ее и поддерживайте, даже если она будет выгонять. Все будет хорошо, любимая. – сказал он и крепко обнял. Она положила голову на его грудь и улыбнулась. Зия поднял Аланур на руки, прежде замотав в полотенце и вышел из ванны, захватив с собой одежду. Женщина спокойно держалась за его шею и о чем-то думала, покак тот положил ее на супружеское ложе и начал аккуратно вытерать. Достал мазь, которую ему отдал врач и стал нежно намазывать швы, чтобы не было гноя и быстрее образовалась корка. Его жена просто лежала и наблюдала за его действиями. Что говорить, женщине нравилась такая забота от мужа. Кому она не понравиться? Тот бережно намазал каждый шов и подождал пока мазь впитается, после чего одел ее в ночное одеяние, высушил и расчесал волосы, уложил ее на кровать, укрыв одеялом и пошел мыться сам. Пока тот мылся, в комнату постучали и женщина разрешила войти. Это были Бесте и Махмуд. Мужчине было неловко, ведь он входил в личное пространство матери своей возлюбленной. – Проходи, Махмуд, я как раз хотела поговорить. – села на кровати, отложив ту самую книгу. Возлюбленный Йылдыз подошел ближе, а девушка ушла, чтобы они могли поговорить. – Я хотела тебя поблагодарить. Спасибо за то, что спас от смерти и за то, что поставил мой разум на место. Я правда очень благодарна. – спокойно сказала она и слабо улыбнулась. – Что Вы, Госпожа Аланур?.. Мне было не сложно, я выполнял свою работу. Та и тем более, я рад помочь семье своей возлюбленной. – скромно ответил тот, опустив голову. – У вас все серьезно, Махмуд? – спросила она, а тот незамедлительно ответил "да". – Тогда слушай меня. Ты хороший, добрый и преданный парень. И ты уже это доказал. Я рада, что моя дочь нашла такого, как ты. Да, сначала я не приняла тебя, извини. Но теперь я даю свою позволение на ваши отношения. Но если ты вдруг посмеешь на нее повысить голос, а уж тем более понять руку, то вылетишь из этого дома, как пробка из-под шампанского. – женщина провала была рада за свою дочь. Но знала насколько близко к сердцу она все воспринимает и повысь на нее чуть-чуть голос, сразу же расплачется. Именно из-за того, что Аланур боялась за сердце своией дочери, она перешла на угрозы. – Благодарю, Госпожа Аланур. – подошел и снова поцеловал ее руку. – Я сделаю все, чтобы Бесте была счастлива. – он улыбнулся, а за ним и Карлы. Она махнула рукой, показывая, что тот может идти. Мужчина тут же вышел, чтобы не напрягать ее. Прошло несколько дней. Аланур за это время окрепла еще больше и стала ходить уже без палочки, но медленно. Сегодня предстоял суд и женщина очень переживала. Она снова увидит того, кто издевался над ней часы. Подъехав к зданию суда на двух машинах, семья Карлы зашла в здание суда. Стали ждать, но ждать долго не пришлось. Через несколько минут из впустили в помещение. Увидев Волкана, тело Аланур задрожало от страха, а у Зии чесались руки, чтобы не вмазать этому придурку. Женщина сжала руку своего мужа и прошла на свое место, рядом с ней встал и он. Дети стояли в другой стороне. Суд начался. Были споры, крики, Волкан вырывался из рук полицейских. Семье Карлы задавали разные вопросы, просили документы, бумаги из больнице. Минуты переходили в часы, а часы в бесконечность. Аланур было тяжело столько стоять на ногах, поэтому ей предоставили стул, как пострадавший. Сехер же все время молчала, ожидая своей участи или просто с завистью смотрела на свою соперницу. Уже ближе к вечеру суд был окончен. Заседание решило, что Волкан будет сидеть на пожизненном, а женщине дали неопределенный срок. Но как соучастница, явно не меньше десяти лет. Аланур уже спокойно вышла из сдания суда и полиции вместе с мужем и детьми, радуясь победы. Но увидела, как Волкана и Сехер повели в противоположную сторону. Резко мужчина вырвался и побежал к ней. Зия и глазом моргнуть не успел, как его жена оказалась в его лапах. Волкан ударил женщину по лицу. Та мало что соображала, ведь очень сильно устала. Но дети и сам Карлы среагировали быстро. Мужчина повалил этого мудака на плитку и кулаком зарядил в нос. Тут же подбежал полицейский и разъединил мужчин. – Еще раз! Слышите меня?! Еще раз этот ублюдок прикоснется к моей жене! Я убью его! Вы поняли меня!? Что это за полиция такая, которая не преступника удержать?! – закричал Зия на рабочего. Его пыл, был словно порох, который вот-вот вспыхнет. Но его отвлек голос старшего сына. – Отец! Маме плохо! Кровь из носа! – крикнул Мехмед, перебивая отца. Бесте тут же достала носовой платок из своего кармана и приложила к лицу матери. Зия не знал куда себя деть. Он подошёл к жене, бросив последний грозный взгляд в сторону Волкана и полицейского. Подхватил ее на руки и открыв машину усадил на переднее сидение. – Любимая, как ты? Давай в больницу? – озабоченно спросил тот, вытирая кровь. Слизистая носа была пересущена, а сосуды находились очень близко, поэтому при ударе по лицу, несколько сосудиков лопнули и потекла кровь. – Нет, нет, прошу, только не больница. – с работы ответила она и взяла его за руку. – Не волнуйся, все нормально. Я надеюсь, это последний раз, когда меня ударяет мужчина. – Любимая... – прошептал он и обнял ее, целуя в макушку. Все дети, стоящие сзади улыбнулись, а после сообщили. – Мама, отец, мы хотим поехать к Аслы и Мехмеду с начевкой. Фильм посмотрим, пиццу закажем. Поехали с нами? Отдохнем? Тем более там рядом кристально-чистый водоем. – сказала Бесте, с надеждой на то, что родители не откажутся. – Нет, доченька. Я не хочу. Езжайте. Мы с Зией дома побудем. Вдвоем отдохнем. Не переживайте за меня, все нормально. Ты же знаешь, у меня слабые сосуды. Поэтому так. Отдохните, правильно. – сказала она и улыбнулась. Дети поблагодарили родителей и сели в машину Мехмеда. Аланур еще некоторое время смотрела в след, а потом дала знак, что пора ехать домой. По дороге женщина уснула. Зия ехал плавно и медленно, чтобы не разбудить ее. Но когда машина остановилась у дома, Аланур проснулась. Мужчина взял ее на руки и отнес в дом. Понял, что дома они находяться одни и домработницы все ушли по домам. Отнес на второй этаж и переодел ее, а потом и сам. Снова отнес на первый и посадил за стол, налив чай. – Зия, ты последнее время что и делаешь, так меня на руках носишь. Тебе не тяжело? – первая начала разговор. – Я всю жизнь готов тебя на руках носить, ангел мой. – ответил на ее вопрос и взял за руку. Она расплылась в довольной улыбке. Вдруг супружеская пара услышала звонок в дверь. – Кто там может быть? Дети же уехали... – недоумевала женщина. – Может забыли что-то? Подожди тут, я открою. – Зия встал со стула и пошел в прихожую. Повернув замок и открыв дверь, он обомлел. – Госпожа Эфсун? Вы? – увидел престарелую женщину лет шестидесяти восьми. – Да, а откуда Вы меня знаете? Кто Вы? Хотя, это не важно. Госпожа Аланур Йылдыз здесь проживает? – спросила старушка. Голос был приятный, как и у любой бабушки. Зия ничего не успел ответить, как услышал шаги своей жены. – Любимый, кто пришел? – спросила она и подойдя к двери, обомлела. Она увидела женщину, с которой не виделась уже тридцать с половиной лет.