Игра началась, малыш Ликси

-Тебе не кажется, что мой парень сейчас придушить твоего парня?,-Слабо улыбнулся Чонин, но не предпринял никаких действий ради спасения Феликса, что сейчас отбивался подушками и ногами от матерящегося Криса, который узнал о неудачной шутке друга. Парень продолжил резать яблоки так, как показал Хёнджин, чтобы приготовить лучший штрудель в их жизни. Пряный аромат заполонил весь первый этаж, запах корицы и сладких яблок был слышен, скорее всего, даже у соседей. И отчаянные крики Феликса тоже. Можно было подумать, что его действительно сейчас изощрённо убивают на втором этаже в собственной спальне, но нет, пока его только готовят к расправе. -Он справится,-Хёнджин покачал головой в знак не мешать Крису, ведь несколько раз предупредил Ликса написать Чонину с просьбами не говорить. Но Феликс лишь отмахнулся, ликуя от собственной гениальности, ведь его пранк вышел великолепным. А сейчас его великолепно оскорбляют на нескольких языках, Хван насчитал уже около трёх, в добавок душат подушкой,-Духовка разогрета. -Отлично,-Чонин сел на стул, потирая уставшие глаза. Идея "собраться всем вместе в вечер вторника" была максимально необдуманной, но в этом было что-то. Все устали после учёбы, но на предложение Хвана испечь вкусный штрудель, посмотреть ужастик и просто классно провести время, конечно согласились. После слова "штрудель по бабушкиному рецепту" в диалоге с Хваном, Крис тут же попросил своего парня как можно быстрее собраться, ведь вечер ожидается прекрасным. Да ещё он хотел отомстить Феликсу за очень остроумную шутку,-Ты выбрал фильм? -Мм...Нет, но думаю, мы сможем найти что-то годное из новинок,-Хван пролистал несколько сайтов, чьи заголовки гласили о самых страшных фильмах в истории всего кинематографа. Но найти что-то действительно качественное оказалось не так и легко. Хёнджин уже стал нервно нажимать на ссылки, просматривая заурядные сюжеты о семьях, что купили старый особняк по дешёвке, ведь там убили несколько миллионов лет назад маленькую девочку, и теперь её призрак будет мстить. Неинтересно и скучно. Когда наконец-то австралийские дружки спустились на кухню, все растрёпанные и красные, Хёнджин выдохнул, сказав победное "нашёл". Ликс подошёл к нему, нежно обнимая за талию, вдыхая родной запах. Ему стало так хорошо, что он забыл о синяках, что поставил Чан в порыве злости, забыл вообще о том, что существует ещё кто-то, кроме них двоих. Феликс просто наслаждался запахом специй, теплотой тела своего парня. Ему было достаточно. Достаточно ощущать любовь и заботу, достаточно нежной улыбки блондина, его медвежьих объятий и аккуратных поцелуев. Ему было достаточно. -Жив, здоров?-Усмехнулся Хёнджин, посматривая на бардак, что творился на голове у младшего, который уже надулся, цокая и закатывая глаза. Парень мог смотреть на такого обиженного мальчика хоть каждый день, такая картина его только забавляла. Хотелось взять в руки краски и нарисовать веснушчатое недовольное личико, что через пять минут будет озаряться улыбкой. -Ты даже не помог,-Буркнул Ликс, продолжая вжиматься в чужое тело, уже предвкушая, как будет засовывать в себя пятый кусок штруделя, ни капли не жалея о болях в животе. -Я уверен, что за всю жизнь Крис хотел тебя придушить миллион раз, но всё ещё этого не сделал. Поэтому, я спокоен,-Улыбнулся Хёнджин, целуя младшего в макушку. -Придурки,-Закатил глаза Феликс, враждебно посматривая на своего мучителя. Крис показал ему язык. Прямо как в детстве. Младшего пробила приятное воспоминание о их переглядках после очередной драке за плюшевого медведя либо роли в игре на двоих. -Офигеть, это так вкусно!-С набитым ртом промямлил Феликс, смотря на расслабленного Чонина в объятиях Чана. Смотрелись они великолепно и очень гармонично. Такой тихий Чонин, что всегда сосредоточен и мило смеётся, и спокойный Крис, что может рассмешить кого угодно за секунду. Феликс ликовал, такого умиротворения на лице друга он уже давно не видел, вспоминая о их ночных разговорах о любви и её несправедливости. Чан хотел любить и быть любимым, хотел смеяться с кем-то, смотря на одобряющий кивок, а потом целовать, целовать, целовать. Он смог заполучить самого милого человека на свете, что согласен на любое путешествие, хоть в Новую Зеландию, главное - вместе. Он так долго ждал "того самого" человека, думая, что уже никогда не сможет сказать о своих чувствах. Он нашёл. Теперь всё в порядке. Хёнджин обеими руками прижимал, как можно ближе к себе младшего, кладя подбородок на чужое плечо. Феликс удобно устроился у того на коленях, ощущая спиной, как расслаблен его парень. Все наслаждались приятной атмосферой вечера, когда можно просто вот так сидеть, поедать вкуснейший штрудель и обсуждать недавний пранк, что устроил Феликс. И поплатился за это несколькими синяками на теле. -У меня теперь болит долбанное ребро, Крис, ты - придурок,-Нахмурися Ликс, когда все снова решили вспомнить гениальный план младшего, который с треском провалился. Что было вполне ожидаемо,-А ты, почему ты смеёшься? Ну Хён блин! Хван пытался закусить губу, чтобы сильно не сотрясаться от смеха, но выходило довольно плохо. Он крепче стиснул хватку на талии младшего, от чего тот зашипел и надулся ещё пуще прежнего. Конечно, он уже и забыл о синяках, ведь никакого избиения на втором этаже и не происходило, но ему хотелось пообижаться. Все и так знают, что всё это шутка. Хёнджин прижал мальчика к себе, втягивая в долгие объятия, чтобы тот не вырвался. Феликс всё ворчал, но через несколько минут уже сидел тихо, доедая последний кусок приготовленной вкуснятины. -Всё, успокоился?-Ликс кивнул головой в знак согласия, полностью расслабляясь, уже почти лёжа на теле своего парня. Старший взглянул на влюбленную парочку, что сейчас о чём-то разговаривала, ухмыльнулся, видя у обоих нежные признаки чувств,-Фильм то смотреть будем? Чан отвлёкся от разговора, повернувшись к Хвану, улыбнулся и посмотрел на Чонина. Тот лишь пожал плечами, ярко улыбаясь. Значит, они согласны. Хёнджин взял в руки телефон, нажимая на ссылку фильма, что должен был идеально подойти под их вечер. Заметив, что все ждут его, парень стал читать описание. Чонин уже чуть ли не засыпал, но держался стойко, пытаясь не вырубиться на плече Криса. -В горной деревне Коксон происходят ужасные вещи – люди начинают сходить с ума, прежде чем умереть страшной смертью. Подозрение падает на загадочного приезжего японца,-Принялся читать Хёнджин, слыша тихое "вау" возле уха. Да, все они, кроме Чонина, были без ума от фильмов ужасов, им нравилось ощущать приступы тревоги во время просмотра, когда кажется, что за дверью комнату стоит нечто, а за окном слышится тихое пение маленькой девочки, в которую вселился дьявол. Для Феликса и Криса просмотр какой-то дикой мясорубки - традиция, которая началась ещё в глубоком детстве. Родители, конечно, не очень радовались из-за такого увлечения, но понимали, что ничего сделать не могут. Мальчики засматривались ночью ужастиками, и каждый раз вскрикивали и пугались до чёртиков, когда кто-то из родителей поднимался наверх, приказывая спать. Хван всегда искал ярких ощущений и эмоций, но ничего в повседневной жизни ему этого не давало. За исключением фильмов. Ему всегда нравилось животное чувство страха и безысходности, когда сюжет поглощает человека, а смотреть в экран становится настолько страшно, что представляешь, будто это всё вживую. А Чонин просто любил поплакать над трогательными фильмами про пёсиков, и ему было этого вполне достаточно. Нет, он пытался, правда пытался, смотреть фильмы ужасов, даже не один, а с друзьями. Получилось? Вполне. Только потом парень не спал несколько ночей, боясь приближения ночи и темноты. Но сейчас было некое призрачное ощущение того, что всё в порядке, с ним рядом сидит его любимый человек, что мог бы любого маньяка насадить на кол. Поэтому, он быстро согласился на этот "кошмар, как вы это смотрите?". Расположившись поудобнее на огромном вильветовом диване в гостиной, Феликс включил телевизор, нажимая на нужные кнопки. Уже не шло и речи о попкорне или чипсах, штрудель забрал не только их сердце, но и чувство голода дней так на десять. Несколько пледов, удобные позы в обнимку и приятные запахи персика, которые всегда витали именно в этой комнате. Мама Феликса любила не просто свечи, а свечи с ароматом персика и абрикоса. Все были довольны, запах приятный, за окном, кажется, пошёл ливень. Дождь отбивается от окон, переходя в бешеное стучание, будто барабанщик на ночь глядя захотел порепетировать своё выступление. Слышалось только спокойное дыхание и тепло, распространившееся на всех присутствующих. Умиротворение, смешанное с недостатком сна, придавало особый шарм моменту. И Хван не растерялся, понимая, что обязан запечатлеть эти прекрасные моменты. Вскочив с дивана, он быстро достал из рюкзака небольшой фотоаппарат, и начал делать снимки. Приглушённый свет, яркое пятно от монитора телевизора, два лежащих парня, что прижались друг к другу, как два слипшихся пельменя, даже не замечая того, что их фотографируют. Джин был уверен на все сто, что потом эти двое будут очень благодарны за живые кадры, что показывали зарождающиеся, крепкие чувства. Лет так через пять, они будут смотреть на фото, висящее на холодильнике, и вспоминать ту замечательную, дождливую ночь, когда можно было забыться и просто любить. Хван повернулся и настроил камеру, чтобы красиво сфотографировать своего парня, который мило закусил губу, потому что был очень сосредоточен на поставленной работе - найти фильм в хорошем качестве. Он также был погружён в свою работу, не обращая ни на что внимания, пролистывал сайты, делая "о" ртом, когда понял, что нашёл. Щёлк. Кадр готов. Такой живой и настоящий. Правильный. Феликс резко повернулся, замечая улыбающегося Хёнджина, у которого в руках была камера и самые красивые на свете глаза. Глаза цвета корицы, смешанной с любимой сладостью Ликса. Шоколад с орехами, что всегда был на первом месте. Но в этот раз шоколад финишировал, увы, не первым. Теперь первое место занимал кто-то более значимый и любимый сердцем. Ликса перехватил улыбку, подходя на цыпочках к старшему, смотря на самого себя. Себя на фото. То, как его видит Хван. И Ликс ещё никогда не ощущал себя такие реальным и любимым, будто в этом снимке скрывался весь мир, будоражущий, насыщенный красками самых разных чувств. Ему было всего достаточно. Ли смог обрести счастье, смотря сначала на собственное фото, потом, перехватывая взгляд карих глаз, что смотрели на него с полнейшим помешательством и обожанием. Их руки сплелись в замок, что уже невозможно было открыть. Их сердца заполнились тем самым дождём, отстукивающим о стекло, что так искал покоя и счастья. Они смогли найти и то, и другое. У них получилось, их души были скреплены тонкой красной нитью, что никто не сможет порвать, разрезать или запутать. Глаза в глаза, и мир переворачивается в сотый раз в этот момент. Так много слов, но хочется молчать и тихо ловить каждое признание, витавшее в воздухе. Мгновение, что стоило запечатлеть навечно. Глубоко внутри, чтобы никто не нашёл, в их жизни. Чан был тоже не промах, правда, не с фотоаппаратом, но снимка с телефона стало достаточно, чтобы увидеть те самые яростные молнии в перемешку со спокойствием дуновения ветра в глазах и касаниях. Закрыв глаза, австралиец крепче прижал своего мальчика к себе, накрывая их тёплым розовым пледом, что так любил Крис с самого детства. Укутываться, чувствуя полную защищённость. Феликс всегда говорил ему, что всё в этом доме - общее. Они - семья, что смогла найти друг друга не сразу. Целуя спящего Чонина в макушку, он заснул. Все и так знали, что никто не будет смотреть фильм. Усталость после нескольких тестов в школе выбили из всех какую-либо энергию. Оставляя на экране страшную заставку фильма, Хёнджин притянул младшего к себе на противоположную сторону дивана, что была ближе к окну. Они ещё долго вслушивались в стук дождя, бияния сердец друг друга и самое светлое чувство во всём сложном и тернистом мире. Это был один из лучших моментов в их жизни, что смог ещё раз напомнить одну простую вещь - нужно жить ради жизни. Любить ради любви. И всё встанет на свои места. Непременно. -Я нашёл в твоих глазах все ответы на вопросы, что мучали меня все эти годы,-Феликс тихо произнёс свою непонятно откуда взявшуюся мысль, сплетая их тела ещё ближе. Куда ближе? Это знают лишь они. -Ликси, я ждал лишь тебя...-Ещё тише произнёс Хёнджин, целуя своего мальчика в губы, что были с привкусом штруделя,-Доброй ночи. -Доброй ночи. Мгновение превратило их жизнь в нечто сказочное и волшебное. Они хотели быть любимы. Они любили. Они поняли, что такое любовь.