Игра началась, малыш Ликси

-Ну что, мы пойдём в бар завтра? - Затянувшись сигаретой, Хван посмотрел на младшего, что так усердно выводил на бумаге незамысловатые узоры. Тот лишь быстро поднял глаза, кивнул, и молча продолжил вырисовывать горы и полуденное солнце. С появлением Хёнджина, Феликс стал рисовать абсолютно везде. Он стал носить небольшой скетчбук и простой карандаш, походя на своего парня. -Ты хочешь? - Ещё один вопрос. Но на этот раз Ликс не удостоил даже взгляда. Продолжил закрашивать тёмно синим карандашом небо, высовывая язык, будто от этого рисунок станет шедевром за миллионы долларов. Хёнджин нахмурился, выдыхая едкий дым в открытое окно, затушил сигарету, спрыгнув с подоконника. В библиотеке было, как всегда тихо и спокойно; это их пристанище и убежище. Теперь парни стали проводить всё своё свободное от школы время именно в этой громадной комнате с мягким ковром и тонной книг. Они находились в своём отдельном ото всех мире, улыбаясь судьбе за то, что она их свела. Старший подошёл чуть ближе, ощущая запах миндаля и кофе. Всё таки Хёнджин не прогадал с ароматом духов, правильно подобрав их к типажу Феликса. Запах роскошно звучал, переливаясь по ключицам и тонкой шее, распространяясь по всему дому, смешиваясь с запахами старых книг и крепкого алкоголя. Вдыхая приятный запах, Хван стал перебирать выцветшие волосы младшего, пока тот наслаждался спокойной, безопасной атмосферой, обдумывая предложение о походе в бар... Но что-то внутри скребло и не давало ответить чёткое "да". Что-то определенно было не так. -М, ну... Наверное, да, хочу, - Феликс поднял недоверчивые глаза, полные сомнений и непонятно откуда взявшихся страхов. Хван не понимал, что может пойти не так. Младший покрутил в руке карандаш, откладывая его на мягкий ковролин. Распластавшись на полу, Феликс шумно выдохнул, сам не понимая своей странной реакции. В голове крутились сомнения, но сказать, что было не так, у него не получалось. Какое-то внутреннее состояние шептало сказать твёрдое "нет, не хочу". Хван покачал головой, устраиваясь рядом с парнем, пододвигаясь, как можно ближе; вдруг этим действием он распознает корень проблемы. -Если не хочешь, то мы никуда не пойдём, ты же это понимаешь? - Хван переплел их руки, поднимая к самому потолку. Что-то точно было не так, как должно было быть. Руки Феликса немного тряслись, о чём с первого взгляда можно и не догадаться. Сильнее сжав чужие пальцы, Хёнджин встретился глазами с бурей переживаний. -Хочу. Мы пойдем, да,- Пытаясь выдавить из себя радостную улыбку во все зубы, Ликс прекрасно видел, что старший уже давно понял, что что-то не так. Не нужно прятаться и врать. Но Ли Феликс, что всю свою жизнь врал даже о самых незначительных деталях, не смог себя пересилить, более уверенно говоря "я очень хочу идти". В этот сраный момент он знал, что совершает ошибку. Осознавал, но шёл, закрывая глаза на обрыв, что ждал с распростёртыми объятиями впереди. Хёнджин кивнул, понимая, что в баре он не имеет никакого морального права отходить от своего мальчика даже на гребанную миллисекунду. Только рядом, как дикий хищник, охраняя свой трофей. Хван Хёнджин знает, что идёт на провал, но зачем-то рискует. Вновь рискует, теперь самым важным и родным, что у него есть. Они замалчивают об этом, растворяясь друг в друге. Разъярённый зверь, который так давно ждал расплаты, поджидает за углом, выпивая бокал с кровью своих бывших возлюбленных, точа кинжал. На это раз для сладкой парочки и милого мальчика с веснушками по всему телу. -Игра началась, малыш Ликси. Ты забрал того, кто всегда принадлежал, принадлежит и будет принадлежать только мне, глупый кролик. Я люблю смотреть, как мой дорогой Джин страдает, рыдает, как противное дитя, размазывая сопли по своему красивому личику. Сейчас главная преграда - это ты, уёбок Ли Феликс, - Глаза зверя загорелись, прожигая распечатанную фотографию улыбающегося парня с рожками чёртика, - Я хочу наблюдать за твоим поражением, целуя моего милого, измученного мальчика. Как жаль, - Ухмылка психопата. Зажигалка в руках. Дьявол здесь только один. И он решительно идёт к победе, ломая хребты и вырывая любящие сердца.