Творец своей истории

      Ванну наша компашка покинула даже в несколько воодушевленном расположении духа. Лира прекрасно справилась со своей задачей привести нас в чувства, за что мы с Арин были ей очень благодарны.       "Хотя, надеюсь, в следующий раз, если такой вообще будет, она обойдется без распускания рук", — подумал я, поежившись, вспоминая обхватившие мою грудь пальцы девушки. Нельзя сказать, чтобы это было прям неприятно, но ощущения мне однозначно не нравились.       Но стоило нам выйти на улицу, как все мысли и весь радостный настрой сбило волной реальности. Горы трупов, усеявшие деревню никуда не делись. Только сейчас, когда все успокоилось и новой волны монстров можно было не ждать, перепуганные жители начали осторожно выбираться из домов и убирать валяющихся повсеместно гоблинов.       Подобное событие было явно не рядовым явлением. Судя по реакции окружающих людей, с пустыми потерянными глазами взирающими по сторонам, несложно предположить, что в бытность Брома старостой деревни, местные и вовсе позабыли о том, что такое набеги монстров.       Сомневаюсь, что нападение орды аккурат после его отьезда простое совпадение. Куда как вероятнее, что монстры банально боялись подойти к поселению, пока он был тут, вместо этого терроризируя окрестности. Ну а как "хозяин территории" куда-то ушел, так они сразу же воспользовались положением...       "И совершенно не ожидали застать тут другого монстра", — нервно усмехнулся про себя я, глядя, как тушу великана разделывают прямо посреди дворика одного из домов. Кому он там принадлежит? Вроде... охотнику Отто? Как же, однако, удачно сложилось, что завалили здоровяка мы как раз рядышком, даже тащить далеко не пришлось...       А ведь на его месте вполне могли быть мы. Пойди хоть что-то иначе. Одна ошибка и сейчас над нашими телами бы пировали монстры. Как не старайся, а сохранить оптимистичный настрой в такой ситуации не получается.       И как оказалось, это было лишь начало. Убрав основную массу трупов, мы начали находить не только тела монстров, но и людей.       Людей, которых я еще несколько часов назад видел живыми. Узнавал их имена... которые даже не успел запомнить. А сейчас передо мной изуродованные трупы, перепачканные в грязи и крови с навечно застывшими на лицах выражениями агонии, страха и боли.       К горлу подступил ком, меня тошнило. Это первый раз, когда мне приходится смотреть на мертвых, да еще и в столь неприглядном виде. В бою это все как-то проходило мимо. Не было времени даже обратить внимание на что-то помимо убийства следующей твари, попавшейся в поле зрения. А сейчас вот оно, прямо перед глазами...       Неподалеку начал слышаться женский плачь. По началу одинокий, но очень скоро слезы проступили у многих окружающих меня людей. На плечо легла чья-то рука. Обернувшись, я увидел Арин. Ее лицо было бледным и она смотрела на меня обеспокоенными поблескивающими влагой глазами. Я молча взял ее ладонь в свою и легонько сжал. Слов не находилось. Сейчас это было единственным, что мы могли сделать друг для друга. Просто быть рядом.       А рядом с нами точно так же начали образовываться группы скорбящих. Поселение было небольшим, двухсот человек не наберется, включая детей, все друг друга знали, и потеря одного была потерей для всех.       Внезапно среди плачущих увидел Лиру... девушка склонилась над истерзаным телом своего отца, с которым всего несколько часов назад знакомила нас лично.       Мэл... так его звали. Здоровый жизнерадостный мужик встретил нас со всем радушием. Со стороны он показался мне добрым и мягким и в то же время надежным, как семейный очаг... А сейчас на нем буквально не было живого места.       — Он защищал их. Маму и братика, — сквозь слезы произнесла девушка, увидев, что мы подошли.       — И защитил, — сухо, чуть подрагивающим голосом ответила ей Арин. Лира кивнула, а я, осмотревшись, увидел трупы хоб гоблина и еще пяти мелких тварей, что валялись сейчас в прихожей их дома, а так же мать девушки, Орху, что сейчас так же сидела около мужа и беззвучно плакала, прижимая к себе грудного ребенка.       Силен был мужик. Будучи простым человеком, даже не бойцом, а каким-то плотником, смог прибить превосходящих что в числе, что в силе, что даже в скорости монстров, пришедших в его дом.       И теперь он мертв. А мне и остается только что стоять и смотреть на то, что от него осталось. Я... не чувствовал своей вины в его смерти. Это было глупо, в конце концов, я и так сделал все, что было в моих силах, и даже сам чуть не отправился на тот свет в процессе. Да и знаком я с ним практически не был, потому, меня лично его смерть не должна трогать...       Однако, почему-то, все таки трогала. На до мной овладело какое-то неопределенное чувство. В голову начали сами собой лезть мысли, что все это время я занимался черт пойми чем вместо того, чтобы уделить внимание реально важным вещам. За те три дня, что прошли с нашего прибытия сюда, я мог ознакомится получше со своими новыми возможностями. Заняться прокачкой или хотя бы выяснением того, куда нас закинуло, как Арин, а не плакаться об отсутствии члена, забив на все вокруг. Уходя, Бром обмолвился что в его отсутствие не произойдет ничего, с чем бы мы не справились, а в реальности я чуть не сдох, справившись только благодаря вовремя подоспевшей на помощь Арин. Если бы я только не занимался фигней... то все сложилось бы не столь плачевно.       С этими мыслями я крепко сжал кулаки в бессильной злобе и дал себе клятву. Подобное больше не повторится. В следующий раз я буду готов.

***

      — Извиняюсь, уважаемая, не могли бы вы помочь нам. Работы еще непочатый край, а управиться с ней надобно до вечера, — вдруг окликнул меня один из деревенских мужиков. К этому времени Лира с Феной и Арин уже скрылись в комнате первой, пока я так и околачивался у порога дома не зная чем себя занять. Слов утешения для девушки я так и не нашел, и путь на самом деле сочувствовал ее утрате, в собравшейся компании я ощущал себя внезапно лишним. Потому, можно сказать, что мужик появился довольно вовремя.       — Да, чем могу помочь? — спросил я его нейтральным, хотя, скорее все же несколько поникшим голосом, одновременно с тем оборачиваясь лицом к подошедшему. Говорившим оказался деревенский пастух. Простой деревенский мужичок, от силы лет тридцати на вид, с аккуратной треугольной бородкой и волосами ежиком, он производил впечатление молодого казака. И, как мне подсказывала внезапно ставшая в разы лучше память, звали его Митяй.       — Да вот надобно гоблинов тела подальше в лес снести и дело срочное. Охочих до падали тварей немало, а вот рук рабочих не хватает, Госпожа, — нарочито вежливо и в то же время по простому обратился ко мне Митяй...       Но вежливость эта пусть и ощущалась искренней, знатно резала слух и вызывала не самые приятные ощущения.       — Хорошо, я помогу, — ответил я слегка скривившись, — только... не могли бы вы обращаться ко мне просто по имени... Еко. Мне, честно признаться, несколько неудобно от всей этой вежливости с госпожой и прочим.       Вообще, хотелось назваться своим настоящим именем, однако представляя, как это нелепо будет выглядить, все же произнес свое нынешнее. Стоит, все таки, начать привыкать к нему, поскольку в таком виде я застрял явно надолго.       — Как пожелаете, Еко, — ответил Митяй, и его губы тронула легкая улыбка, — тогда пойдемте скорее, звери нас ждать не станут.       "Это уж точно", — грустно усмехнулся я своим мыслям и направился вслед за ним к горам тел.       Однако, не успели мы далеко уйти, как я ощутил на себе множество взглядов. Они не были постоянными или особо пристальными. И негатива в них не было, но стоило мне пройти мимо и каждый считал своим долгом повернуться ко мне и коротко поклониться.       — Мы все обязаны вам своей жизнью, — внезапно произнес Митяй, по всей видимости, заметивший мои ужимки, — если бы не вы, Еко, то нашей деревушке бы пришел конец, а немногих выживших, ждала бы отнюдь не завидная судьба гоблинских пленников... потому прошу, не вините себя в произошедшем.       — Я не... — вздрогнул и хотел было ответить я, но Митяй лишь поднял руку, попросив не перебивать его.       — Никто из нас, из тех, кто живет на этой земле, не станет винить вас в смертях произошедших сегодня. Возможно, сделай вы, или кто-нибудь из нас что-либо иначе и можно было бы сократить число ушедших, но никому не ведомо знать будущее. Вы не могли всего предвидеть, а, следовательно, и избежать. Потому и вины вашей в этом нет, — произнес он, погружая изуродованные туши гоблинов в деревянную телегу.       — Я мог не маяться дурью, а усердно тренироваться, тогда... — попытался я было возразить, но.       — Жизнь не состоит из одних тренировок и боев, а подобные набеги монстров – редкость. Не сложись ситуация столь паршиво и вашей силы бы с лихвой хватило бы, чтобы защитить всех. Произошедшее - лишь несчастный случай, — твердо закончил он, однако можно было заметить в его словах глубокую грусть. Я не стал дальше стоять на своем. Все таки не мне, только попавшему в этот мир, спорить с тем, кто прожил в нем всю свою жизнь.       Потому, взявшись за ручки полностью загруженной телеги, я потащил ту в обозначенную Митяем сторону.       Первое время мы шли молча. Митяй не спешил возобновлять разговор, словно давая мне время на размышление над его словами. Телега бодро ехала вперед, скрипя своими деревянными колесами, которые вращались без каких либо подшибников.       — А как ты вообще понял о чем я думаю? — спросил я на выезде из деревни все же нарушив тишину. Не то чтобы мне действительно был интересен ответ на этот вопрос. Даже догадываюсь, что он может мне ответить, однако хождение в компании с кем-то молча несколько напрягает. Да и... я, вроде как, собрался исправлять свои ошибки?       — Тогда, перед домом семьи Лиры вы выглядели потерянными, — ответил Митяй ровно то что я и ожидал услышать. Однако, вопреки моим мыслям это оказалось не все, — хотя, нет, это подтвердило мои более ранние мысли.       Чуть позади послышался печальный хмык, а хозяин голоса поравнялся со мной для более удобного диалога.       — Видите ли... чувства, которые вы испытываете, знакомы всем нам, — продолжил Митяй говорить, на этот раз завладев всем моим вниманием. Слова, которые он говорил сейчас, стали для меня полнейшей неожиданностью.       — Еще до того, как я прибыл в эту деревню, у меня была семья. Отец с матерью, жена, маленькая дочь. Жили мы не богато, не то чтобы едва концы с концами сводили, но возможности построить себе отдельный дом не было. Я тогда, как и сейчас, разводил скот. Одомашненные кабанчики. Мы как раз в то утро зарезали одного на продажу...       Голос Митяя дрогнул, воспоминания о тех днях должно быть до сих пор отдавались болью в его сердце, ведь... никакой семьи у него сейчас не было.       — Тогда я как обычно запряг кабана в повозку и поехал продавать мясо в город. Все было как всегда, и назад я возвращался с внушительной суммой... и застал на месте дома лишь побоище. Как оказалось в мое отсутствие на деревню устроили набег волки. Стая на тридцать голов, если не ошибаюсь. Впрочем, а какая разница?       Мужик грустно усмехнулся. Собственно, для него действительно не было никакой разницы между десятком волков и сотней гоблинов. Все одно, смерть.       — Тамошний защитник, как я после узнал, из дома и носу не высунул во время нападения. Так, отстреливался из окна второго этажа своего домика, убил несколько зверушек и на том все.       Митяй глубоко вздохнул и выдохнул, проведя по лицу рукой и явно вместе с тем смахивая проступившие слезы.       — Впрочем, и его я не виню тоже. Всем хочется жить. Да и не сделал бы он ничего такой стае. Его бы просто загрызли. Такое... просто происходит. Я уже говорил это, неизбежные происшествия, с которыми ты ничего не можешь сделать. Знай я заранее, взял бы с собой в город всю семью, или, быть может, посвятил всего себя охоте на монстров с детства. Пусть, в отличие от аристократов, у нас весьма низкий предел сил, которого мы можем достичь, но, по крайней мере, не пустить тварей в дом я должен был осилить после десяти лет тренировок.       Митяй вдруг повернулся ко мне и встретился со мной взглядом своих покрасневших от слез глаз.       — Но, видите ли, все это бесполезно. Как бы ты ни готовился, быть готовым ко всему невозможно. Можно посвятить себя земледелию и прожить всю жизнь под надежной защитой кого-то сильного, кого-то, кто отражал бы любые нападки монстров. А можно пойти в охотники на чудовищ и подохнуть, не дожив и до тридцати лет. Просто... такова жизнь. Всему время и случай. И потому мы никого не виним в подобных ситуациях. Ни себя, ни друг друга, ни, тем более, тех, кто взялся нас защищать. В конце концов, последние взваливают на свои плечи самый большой груз и никто из нас, простых крестьян, не проходит через столько опасностей, сколько вы, те, кто нас защищает.       У меня... не было слов чтобы как-то на это ответить. К моменту когда он закончил мы уже вошли в лес, отдалившись от деревни на приличное расстояние, и начали разгружать телегу.       — Спасибо, — с небольшим стеснением вырвалось у меня. На душе стало теплее. И пускай я по прежнему считаю что мне действительно нужно освоиться со своими возможностями в кратчайшие сроки, но... сожаление об упущенном времени перестало давить неподьемным грузом.       Вскоре мы отправились обратно, разговаривая уже на отвлеченные темы, чтобы хоть немного отвлечься от окружающей безнадеги.       Хотя, для меня и они были весьма интересны и познавательны.       — Нет, до нас, простых крестьян, практически не доходят диковинки техномантов, однако "подшипники" в нашем мире тоже изобрели. Но... как и любые изделия из железа, они стоят внушительных денег, — ответил на мой вопрос про одно очень полезное изобретение Митяй.       — Железо тут такое дорогое? Почему? — с неподдельным интересом спросил я. Пусть историю даже своего мира я знал так себе, однако, как мне казалось, металлические изделия ранее, в теже средние века, не были предметом роскоши.       Перед тем как ответить, Митяй ненадолго задумался.       — Я не знаю, как добывают железо в вашем мире, в котором, как вы говорите, не встречается монстров, однако у нас основным источником железа являются эти самые монстры, — ответил он после небольшой паузы, — не все, разумеется, но некоторые виды, по большей части встречающиеся в горах, либо на территориях с большим количеством пещер. К примеру, стальной вепрь, здоровенный плотоядный кобан весом больше пятисот килограмм. Насколько я могу знать, дворяне разводят их на мясо и, собственно, железо, которое получают при плавлении их шерсти и костей.       — Это... удивительно, — только и мог удивленно ответить я. Нет, конечно использование частей монстров в крафте нередко встречалось в играх и новеллах моего старого мира, однако каким образом работает образование металла в теле было вопросом, на который хотелось знать ответ, как и на еще один вопрос, — но это не обьясняет почему металл столь дорогой.       — Стальной Вепрь, монстр ранга D, — пояснил Митяй усмехнувшись. Он испытывал явную радость от рассказа и обьяснений, так, словно обучал сейчас не едва знакомого демона, а свою собственную дочь, — и другие монстры, из которых добывают металлы, не слабее. Потому по большей части лишь дворяне могут охотится на них... либо зубры вроде нашего господина, Брома. Насколько я слышал, за свою карьеру он умудрился единолично убить трех монстров подобной силы, и еще десяток в составе команды.       — Каким образом? — спросил я, довольно сильно удивившись подобной новости, — Типо... я видел его показатели, он безусловно силен и кроме этого имеет весьма незаурядные навыки. Мне даже сложно представить на что он способен, однако... даже тот же повелитель гоблинов, с которым я только что сразился, должен был стать для него серьезным противником, а ведь он был только ранга Е.       И вообще, пусть я конечно пока в этом вопросе не разобрался, однако, учитывая, как сложно переступить границу с Е до D, прибавка в силе там должна быть весьма солидная. Достаточная чтобы тамошние монстры могли повторить то, что делал я с теми же хоб гоблинами, но уже со мной или тем же Бромом. В только что прошедшем сражении мне довелось увидеть как банальная разница в характеристиках, оборачивается пропастью в силе на поле боя. Пропастью, которую в какой-то момент не покроют уже никакие навыки.       — Хех, как вы уже и сами сказали, вы мало себе представляете, на что он способен. Его показатели и даже навыки совсем не отражают его реальной силы. Знаете, по деревне уже много лет ходят слухи, что раньше сам местный Лорд неоднократно приглашал его к себе на службу, хотя авантюристов его уровня в городе вполне достаточно, чтобы благородья могли себя не унижать тем, чтобы бегать за кем-то конкретным.       — Что же, тогда это еще один вопрос, который придется задать ему, когда он вернется из города, — задумчиво ответил я, пытаясь переварить новую информацию. Стоило разобраться в местной системе оценки сил поглубже, и что-то мне подсказывало, что никто о ней из моих знакомых не может рассказать о ней столько, сколько может местный староста.       — Однозначно, думаю, господин Бром поведает вам куда больше, чем смогу я, — подтвердил мои мысли Митяй, а после продолжил, — что же, пришла пора нам разминуться. Думаю, ваши подруги вас уже заждались. Однако, не опаздывайте на церемонию прощания, она состоится на закате.       — Церемонию прощания? — недоуменно переспросил я, поскольку впервые слышал о чем-то подобном.       — Да, мы будем провожать покинувших нас соседей в последний путь, — ответил Митяй прикрыв глаза.