Сундук с несказками

– Соседушки! – дворник Валера, трезвый, как стёклышко, и сияющий, как начищенный медный пятак, обращает на себя внимание старушек-подружек. – Слыхали? Грибы пошли! – Куда?! – пугается, не сообразив, Юливанна. Кокетливо поправили шляпки, накинули берёзовые плащи с сосновой иголочки – пошагали, сердечные! Где у них там бульвар под сенью задумчивых елей или набережная лесного ручейка? Должно же быть какое-то распрекрасное место для прогулок. Или на концерт отправились – как раз в берёзовой роще на гастролях соловей и две кукушки. Только ножек всего лишь по одной у каждого, трудно передвигаться им, бедненьким. На прутья да ветки, наверное, опираются, как на костыли. И не потанцевать им на концерте-то, эх… – Да никуда! – смеётся Валера. – Просто пошли – в смысле, появились. – Сморчки, наверное, – догадывается тут же Степановна и морщится – сама словно гриб-сморчок. – Мы такие не берём, невкусные. – Сами вы невкусные, – обижается дворник за первые весенние грибочки. – Готовить надо уметь, вот и всё. Только я не про сморчки вовсе. Петрович хвалился, что корзину маслят набрал. Корзины, допустим, разные бывают. У Юливанны вон на комоде стоит совсем махонькая, в неё от силы два гриба войдут. Ну, три, только ножки торчать наружу будут. И вообще… май месяц, какие ещё маслята! – Приснилось твоему Петровичу, – недоверчиво бубнит Степановна. И пытается вспомнить, в какой ящик она в минувшем ноябре свой счастливый грибной нож убрала. …Бредут по лесной тропинке Юливанна в своём неизменном беретике с крошечной корзинкой да Степановна в цветастом платке, со смятыми в комок пакетами в кармане сине-белой куртки «Адидас», из которой давно повырастали её внуки. Никаких грибов, конечно, не видать: насочинял Петрович. А, может быть, и Валера подшутил над бабками – с него станется. Но старушки не в обиде: майское нежаркое солнышко греет морщинистые щёки, а лёгкий ветерок приносит издали сладковатый травяной аромат и чарующие звуки птичьего щебета. И кукушка не перестаёт насчитывать подругам десятки счастливых лет. – Хорошо-то как, Юливанна! – Расчудесно, Вера Степановна! Нож грибной Степановна так и не нашла, да и не нужен он. А пакеты пригодятся: молодой крапивы со щавелем можно нащипать на зелёный борщ. Повернув на какую-то неведомую дорожку, Юливанна со Степановной вдруг оказываются на околице незнакомой деревеньки. Или дачный посёлок это – из новых, недавно понастроенных? Дома небольшие, с белыми стенами и разноцветной черепицей на покатых крышах, стоят полукругом. На выложенной квадратной плиткой площадке играет маленькие оркестр. Ну, как оркестр – ансамбль, наверное: два задорных гитариста, похожих, словно братья-близнецы, развесёлый барабанщик, а ещё неуёмный баянист меха рвёт да женщина-скрипачка играет пронзительно и звонко. И так у них это ладно получается, что поневоле начинаешь ногами притопывать да в ладоши бить. Тут же и зрители – одни за столиками со стаканом кофе или бокалом чего-нибудь покрепче, а другие, кому на месте не сидится, уже пустились в пляс. Две девицы скачут – длинноногие, в коротких шортиках. С ними рядом припрыгивает резвым козликом мужичок в широкополой коричневой шляпе. – Глянь-ка, Юливанна! – близоруко щурится Степановна. – Это не Петрович ли со студенточками отплясывает? – Он самый. Вот ведь… майский гриб! – Ага, вот он как раз маслёнок и есть, улыбка-то у него масленая какая. Дивятся таким делам, смеются, ахают. Мелодия умолкает – аплодируют дружно музыкантам и Петровичу. Тот замечает среди зрителей знакомые лица, подходит. – Как концерт вам, девчушки, – понравился? Юливанна и Степановна, переглядываясь, хихикают смущённо. Это они-то – девчушки? – Может, и на танец пригласишь? – лихо подбоченясь, заявляет Степановна. – В следующий раз, – вздыхает Петрович. – Теперь уж после перерыва. И перерыв, похоже, намечается длительный, так как оказываются все трое возле своего же подъезда. Когда дойти сумели? Словно в один миг к дому перенеслись. Или и вовсе в лес не ходили, померещилось им? Да нет, побывали там – у Степановны из кармана пакет с листьями крапивы и щавеля торчит, это она явно не во дворе нащипала. – А вот я, Петрович, тебя прямо сейчас приглашаю. – На белый танец? – Нет, на зелёный борщ! Он в момент сварится, приходи в гости. И ты, Юливанна, заглядывай. – А Валеру можно позвать? – смущаясь, интересуется Юливанна. – Конечно, куда же без него! Дворник уже тут как тут: – В гости я с удовольствием, особенно если рюмочку нальёте. – Без рюмочек обойдёшься! – сердито заявляет Степановна. – Чай пить будем. С борщом. Что ж, на чай с борщом Валера и без рюмочек согласен, особенно когда Юливанна так приветливо улыбается ему. Да и Степановна, лихо снимая с головы платок, так по-молодому приосанивается, что Петрович сразу же забывает о длинноногих студентках. – А ты, Юливанна, гитару захвати, споёшь романс какой-нибудь подушевнее, – говорит она. – Пойдёмте-пойдёмте, быстрей, пока не передумали. Да нечего стесняться – эх вы, грибы майские!