Амелия.

Амелия сидела в кресле в гостиной. В том самом кресле, где еще пару недель назад сидел Брайт, беседуя с Адамом и пролистывая англо-итальянский разговорник. В центре комнаты красовалась пушистая елка, наряженная по последнему слову дизайнерской мысли. Алые и серебряные шары, серебристые ленты из тафты, белые свечи и искусственный снег, а на макушке хрустальная звезда в переплетении нескольких лент. Девочка бросила беглый взгляд на елку и отвернулась. Адам, сидевший напротив, удивленно вскинул бровь. -Тебе не нравится елка? – Мягко поинтересовался он. -Нет, - ответила Амелия, опуская взгляд на куклу, лежавшую у нее на коленях. Та была сшита из лоскутов, но при этом имела фарфоровую голову с натуральными кудряшками волос. – Это первое Рождество «без них». – Тихо проговорила девочка. Адам сглотнул подступивший к горлу ком. «Это первое Рождество без Криса.» Подумал он, но постарался тут же отогнать эту мысль. Как бы ни обстояли дела, его возлюбленный обещал вернуться. Амелия внезапно побледнела и откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза. Адам, обеспокоенный таким ее состоянием, поднялся и подошел к ней, взяв ее за руку. Девочка даже не пошевелилась. «Что происходит?» Адам озадаченно опустился рядом с ее креслом на колени, наблюдая со стороны за ребенком. Амелия дышала ровно, но продолжала сидеть расслабленно и с закрытыми глазами. Внезапно ее глаза распахнулись, она судорожно вцепилась в подлокотник кресла одной рукой, а второй в руку Адама. Тот даже поморщился от внезапной боли, с такой силой девочка цеплялась за него. На коже мгновенно выступили багровые пятна, а пальчики девочки начали стремительно белеть, а потом и синеть. «Да что с ней такое?» Амелия судорожно ловила ртом воздух. Это продолжалось еще несколько секунд, которые показались Адаму вечностью. А потом она успокоилась, вновь прикрыла глаза и стала обмякать в кресле. -Амелия? Что с тобой? – Тихо спросил Адам, продолжая держать девочку за руку, которую она, впрочем, уже отпустила. Теперь только багровые следы ее маленьких пальчиков на коже Адама напоминали ему о том, что было всего пару секунд назад. -Крис… - Пробормотала девочка, погружаясь в глубокое забытье. Адам обеспокоенно провел кончиками пальцев свободной руки по ее лбу, ощутив влагу. «Это было видение». Догадался Адам. Надо было перенести девочку в ее комнату и дать ей отдохнуть, а потом тщательно расспросить. Адам поднял ребенка на руки и направился прочь из гостиной. Амелия проспала двое суток, чем изрядно напугала экономку и своего дядю. -Это нормально. – Спокойно отозвался Дипштайн, когда Адам позвонил ему в первые сутки сна девочки и спросил совета. Но, вместе с тем, адвокат прислал к ним в дом «специального доктора», который констатировал, что с девочкой все будет хорошо. Просто ей нужно было дать отдохнуть. Проснувшись, Амелия обнаружила, что ее окружает не привычный интерьер ее комнаты, в которой было много розовых тонов и кружев, а светлый и сдержанный интерьер спальни, где поселился Адам. Сам же мужчина сидел в кресле возле окна и дремал. Девочка села в кровати и осмотрелась кругом. Что же могло ее заставить уснуть в его постели? Она задавалась этим вопросом снова и снова, но никак не могла вспомнить, как оказалась в этой комнате. Последнее, что она помнила, было… -Адам, проснись! – Пробормотала девочка, спрыгнув с кровати и начав трепать за руку своего дядю. Адам не сразу понял, чего от него хотят. Он недоуменно моргал, пытаясь сфокусироваться. -Что случилось? Амелия? Ты проснулась. Слава Богу. – Пробормотал он. Девочка смотрела на него с очень серьезным видом. -Кристофер… - Тихо проговорила она. Адам на мгновение забыл, как дышать. – Он мертв. – Констатировала Амелия тоном, настолько суровым, что ей могли бы позавидовать многие взрослые и ответственные люди. -Откуда ты знаешь?! – Вскричал Адам, порывисто вцепившись в девочку и вскакивая с кресла. Амелия смотрела на него с испугом, но вырваться не пыталась. -Я почувствовала… - Она замолчала. Объяснить дяде то, что она ощущала, когда к ней пришло предчувствие, было просто невозможно. Она точно знала, что Кристофера Брайта больше не было в живых. Адам только через несколько мгновений понял, что делает. Он отпустил девочку, чувствуя, как медленно уходит земля у него из-под ног. Кристофер мертв. Он и сам это чувствовал. Он чувствовал, что именно это и случится. Но откуда ей знать? Почему она так безапелляционна в своей уверенности? «Предвидение». Догадался Адам. Он обессилено рухнул обратно в кресло. Амелия так и осталась стоять рядом, молча разглядывая черты его лица, внезапно заострившиеся от обрушившегося на него горя. Адам смотрел в одну точку, все глубже погружаясь в собственные переживания. Девочка не выдержала и решилась потрепать его по руке, но он никак не отреагировал. -Простите, что именно я пришел к вам с такими новостями. – Дипштайн выглядел смущенным. Адам принимал его в гостиной. Амелия сидела у него на коленях и поглаживала его руку, чуть обнимавшую ее за талию, стараясь его успокоить. -Это доставили с курьером сегодня утром. – Адвокат опустил на стол, стоявший между ними, конверт из плотной бумаги. Адам не решился взять его. Тогда Амелия, чуть подавшись вперед, взялась за конверт и быстрым движением вытряхнула его содержимое на стол. Увидев, что было в конверте, девочка пискнула и тут же спрятала лицо у Адама на груди. Он тоже успел увидеть то, что лежало на столе. «Это его бумажник.» У Адама не было сомнений, что именно он видит. У Амелии тоже не было сомнений. Ее способность подсказывала ей, что эта вещь – часть трагической судьбы Кристофера Брайта. -Его случайно обнаружили наши агенты. Одна из местных девушек пыталась разыскать через консульство гражданина Франции, Кристофера Брайта, которому принадлежала эта вещь. Девушка, еще почти совсем девочка, объяснила, что этот бумажник ей дал некий господин, который спас ее сестру. От чего именно он ее спас, девушка умолчала, но просила вернуть ему эту, по ее мнению, дорогую и важную вещь. – Пояснил Дипштайн . Адам слушал его в пол уха. Ему было совершенно наплевать, кто и как передал эту вещицу. -Они нашли того, другого? – Тихо спросил он. Дипштайн замялся. -У нас есть все основания полагать, что Амадео Манчини скончался. По крайней мере, наши агенты обнаружили следы сильнейшего выброса энергии недалеко от местечка, где девушка в последний раз видела Брайта. Утверждать, что он тоже мертв, пока рано, поскольку следы не четкие. По правде сказать, в том месте, где растаял Манчини, образовался котлован в полтора метра диаметром и в метр глубиной. Был ли еще кто-то с ним в тот момент, когда его пирокинез сдетонировал, мы не можем теперь выяснить. От Манчини во всех смыслах не осталось даже мокрого места. Температура в эпицентре была не меньше, чем на подступах к земному ядру. Потому мы и можем смело утверждать, что хотя бы Манчини больше нет в живых. Это неплохая новость, ибо мы теперь можем быть спокойны за обычных людей и не волноваться за наших агентов, которых он еще мог бы уничтожить. – Адвокат сделал паузу. – Остается только гадать, пал ли мистер Брайт последней жертвой этого сумасшедшего. Адам погладил всхлипывающую Амелию по чуть растрепавшимся волосам, перехваченным ободком. Он не мог себе позволить слез, зато она могла плакать за двоих. -Если у вас все, мистер Дипштайн, можете быть свободны. – Сухо проговорил Адам, даже не соизволив поднять взгляд на клерка. Тот смешанно извинился и поспешил откланяться. Адам же продолжал сидеть в кресле с Амелией на коленях. Девочка потихоньку успокаивалась, затихая и прекращая всхлипывать каждые пару минут. -Прости меня. – Прошептала она. Адам недоуменно посмотрел на нее, чуть развернувшись. Девочка подняла свое заплаканное личико и смотрела ему прямо в глаза. -Я виновата, так виновата… - Всхлипнула она, готовая вот-вот снова разрыдаться. Это признание настолько ошеломило Адама, что он на время отвлекся от своих переживаний и страданий. -Почему ты считаешь себя виноватой? – Спросил он. Девочка тыльной стороной ладони вытерла подступающие слезы с глаз и снова посмотрела на него. -Я виновата в его смерти. Это я сказала ему, где искать того человека. – Проговорила она, едва сдерживая новый приступ рыданий. – У меня было предчувствие. Я почувствовала, что искать надо в Италии. Я сказала об этом Кристоферу. Я виновата в его смерти. Адам замер, как громом пораженный. Он и представить себе не мог, что все дело было в предчувствии этой маленькой девочки. -Не переживай. – Начал он. – Возможно, он все еще жив. Ты же слышала, что пока неизвестно, удалось ли ему встретиться с этим человеком. – Адам говорил и чувствовал, что сам не верит в собственные слова. Сердце подсказывало ему со всей пугающей ясностью, что Кристофер, его возлюбленный и его палач, мертв. -Это я, это была я… Я виновата! – Вскричала Амелия и снова спрятала лицо у него на груди, зарыдав.