Последний контракт

Утро разгоралось розоватым пламенем, и Эндрю надел очки, сощуриваясь от его нестерпимого сияния. Он провел в дороге уже три часа, а до места назначения так и не добрался. Вопросы, мучающие его, словно задерживали и путали маршрут, отвлекая на несущественное. Где остановиться? Он открывал карту, освежая в памяти названия отелей и пристойных районов, пригодных для проживания. Как приобрести клубную карту? И он снова останавливался и принимался изучать сайт "Эйфории" с условиями для клиентов. В чем вина Натаниэля Веснински, если Организация выставила контракт на такую сумму? Голова шла кругом. Натаниэль Абрам Веснински... В мемуарах он напишет, что убил единственного человека, кто хоть что-то значил для него. Интересно, что этот синеглазый Дьявол мог такого натворить? Бизнес? Легко, конечно. Он бы и сам скорее подумал на какую-то подставу... Сообщение пискнуло так неожиданно, что руки на руле дернулись, а нервная дрожь пробежала по спине до самого копчика. Чуть сбавив скорость, Миньярд открыл ноутбук. "Окончательная информация из рук заказчика." - Нет, - он помотал головой, - это уже перебор! Что за новые приколы? Нахера мне это палево? "Вас ожидают в баре "Милано". Заказчик будет там в девять." - Заказчик...Реальный человек, не беспокоящийся за свою репутацию, - пробормотал Эндрю, - какое-то личное дело, что ли? Самому убрать слабо? - он вздохнул, отгоняя видения прошлого, - хватит! Развел сопли. Мало ли, вдруг этот Натаниэль уже полштата подсадил на наркоту или грохнул кого... Шесть лет. Да за этот срок можно такого натворить! Например, заделаться высокооплачиваемым киллером, да, Эндрю? - Миньярд захлопнул крышку ноутбука и втопил газ. Сердце стучало и насмехалось над его решимостью: "Давай-давай, можешь еще прибавить! Сам надрачивал каждую ночь на его пухлые губы, а теперь так спешишь. Ты куда спешишь-то, Миньярд? Протестировать свой профессионализм?" Сообщение, отправленное Кевином Ичиро Морияме, было доставлено и прочитано еще час назад. Сидя в машине у ворот собственного гаража, Дэй каждую секунду бросал взгляд на лежащий в соседнем кресле телефон и мысленно подгонял Ичиро хоть как-то отреагировать. Связь их была продуктивной, взаимовыгодной и, разумеется, тайной. После заключения брака Кевина и Аарона, Морияма вдруг сам объявился на одной из тренировок. Ясно, что он не опустился до банальных поисков Кевина, бегая за ним по раздевалкам, а, в своей манере, прислал невидимку-помощника с негромким голосом, пригласившим Дэя в машину господина. - Приветствую, - величественно кивнул он трясущемуся в ужасе пареньку, уже попрощавшемуся с жизнью. - Слышал, у тебя недавно произошло радостное событие, - он кивнул на обручальное кольцо, и Кевин вообще перестал соображать. Ичиро вздохнул. Рико, конечно, натворил дел. Теперь совершенно невозможно взаимодействовать с людьми, прошедшими, по его милости, все круги ада. А ведь Кевин еще из лучших... - Мне нужна твоя помощь, - стараясь излагать свои мысли как можно проще, добавил Ичиро. - Ты можешь отказаться, но я подумал, что капризы красавца супруга требуют дополнительных средств. Кевина немного отпустило, и он, проморгавшись от удивления, осторожно поинтересовался: - Вы предлагаете мне какую-то работу? - Слава Небесам! - усмехнулся Морияма. - Да. Не совсем, конечно, легальную, но работу. - За которую возможен тюремный срок? - осмелел Кевин. - Естественно! - даже оскорбился Ичиро. - Где еще ты можешь поднять бабла?! - У меня хорошие перспективы в спорте, - проговорил Кевин. - А благодаря кому, они такие хорошие, не припоминаешь? - холод снова пронзил всю фразу. Ичиро не собирался миндальничать, когда перед ним стояла цель. Кевин живо сник, признавая его правоту и власть - в который уже раз. Угрозы пока выглядели диетически, напоминали шелк, но... - Короче, твои возможные гонорары за игры и рекламу спортивных штанов, еще только в перспективе. Приличный спорткар не купишь, дом придется брать в кредит... Твой блондинчик заслуживает большего. В состоянии шока, Кевин замер, пытаясь проникнуть в мысли Ичиро. Глава клана никогда бы не стал размениваться на душевные беседы и объяснения. Все, что слышал о Морияме Кевин, сводилось к короткой характеристике: беспринципен, жесток и скор на расправу. Ничего похожего на "умеет притворяться" или "мягко стелет". - Что же это за работа? - тихо спросил Дэй. - Скажи, ты ведь часто ездишь по стране? - вопросом на вопрос ответил Ичиро. - Постоянно. - И ты имеешь некоторую свободу передвижения? - Конечно. Если имеется в виду возможность отлучиться из гостиницы или пропустить тренировку. - Как насчет моральных принципов? У тебя не будет этих загонов, типа: "Остановим трафик" или "Куда смотрит мэр?", когда в штат пойдет героин? Ловко... Кевин пожал плечами. Его интересовал Аарон, спорт и...все. Моральные принципы кажется, забыли сформироваться. Лишь недавно отпустившее состояние перманентного страха смерти или увечий намертво отшибло всяческие принципы. Только Аарон и его безопасность имели значение, а еще - благополучие и победы. Он прямо посмотрел в глаза Ичиро и вздохнул, всем видом выказывая готовность слушать дальше. - Сопровождение и контроль за курьерской доставкой порошка по городам великой Америки. Бухгалтерия и самое минимальное общение с властями. У меня есть люди, но это не тот уровень. Официально я не везу в штат героин... Ты спортсмен. Скоро войдешь в состав национальной сборной. Если будешь соблюдать правила и проявишь смекалку, федералы тебя не зацепят. Я плачу за риск и бесперебойный трафик. Примерно через год-два у тебя уже будет собственный дом в центре и возможность свозить своего мальчика хоть на Юпитер, не говоря уже о лучших пляжах планеты. И он будет жив и здоров, наслаждаясь солнцем. Кевин сжался, наконец, осознав все черную бездну прозвучавшего предложения. Отступать некуда. На кону жизнь его любимого и его собственная безопасность. Он смирился. Взял себя в руки и твердо произнес: - Звучит красиво. Я могу подумать? - Недолго, - спокойно отреагировал Ичиро, - и лучше - молча. Он дал согласие. Не ради денег, а ради самоуважения, как он его понимал. Если оставить ужимки страха, картинка вырисовывалась очень заманчивая. И еще ему удалось совместить в своём мозгу абсолютно разные понятия совести и алчности, ужаса и довольства своим положением. Постепенно он преодолел свой мандраж, освоил тонкости и занял прочное место неподалеку от Ичиро, не отсвечивая в прессе и сохранив инкогнито среди "коллег" профессионалов. С личной просьбой он обратился к Ичиро впервые за все шесть лет сотрудничества. Ответ на сообщение пришел только через два часа. Кевин уже потерял терпение, пытаясь занять себя хоть чем-нибудь в этом тягостном ожидании. Он сварил кофе, сжевал безвкусный сэндвич под невнимательный просмотр какого-то матча, собрал вещи для Аарона, чтобы отвезти завтра в больницу... - Ко мне в офис, - лаконично написал Морияма в ответ на просьбу найти для него киллера. По огромному экрану плазмы, висевшей на противоположной стене, неслись лошади. Шум трибун сопровождал наездников, и фешенебельная публика обмахивалась веерами, заняв элитные места и не обращая внимания на простых британцев, поедающих пиццу и запивающих ее пивом. Ичиро смотрел трансляцию скачек из Аскота, развалившись в своём глубоком кресле за огромным столом и, если приглядеться, можно было различить остатки белого порошка на самом краю сине-фиолетовой окантовки столешницы. Взгляд Мориямы горел любопытством и весельем. Постукивая пластиковой карточкой по поверхности стола, он, заметив Кевина, убавил звук и приглашающе повел рукой: - Присядь. У тебя все в порядке? - вопрос прозвучал двусмысленно; Ичиро ухмыльнулся и аккуратно провел пальцем по кончику носа. - Нет! - Кевин хоть и сел, в любой момент был готов вскочить и начать метаться по комнате. - Господин, мне надо избавиться от одного человека. - От кого, и что он сделал? - прозвучал резонный вопрос. - Он... По его вине чуть не умер мой супруг, - Кевин замолчал, вдруг осознав, что все-таки не совсем честен. - Истерики в сторону, - обронил Ичиро, - ты оставил мой вопрос без ответа. Кто он, Кевин? - Веснински, - выдохнул Дэй и в упор посмотрел в черные мерцающие глаза. - Нихуя себе! - брови Ичиро уползли вверх под самый край модной стрижки, - ты че, совсем охренел?! Ты...Кевин, с тобой невозможно расслабиться. Где же, позволь узнать, твой супруг так неудачно пересекся с ним? - В "Эйфории", - вздохнул Кевин и закрыл лицо ладонями. - А-а! - Ичиро состроил назидательную физиономию, - сколько раз предупреждал не соваться туда? - Да? А пригласительные раздавали, - не удержался Кевин и медленно провел руками по лицу, обессиленно опуская их на колени. - Раздавал. Но я же не заставлял пускаться во все тяжкие. Да Веснински вас всех разом проглотит и не подавится. Ты его видел вообще? - Тысячу лет уже не видел. - Вот. А туда же - повеселиться! Ехали бы в свою Колумбию. Там все так по-домашнему: "пыли" в бухло подсыплешь, травочку разложишь, косячок забьешь... А вы... Пиздец. Натаниэль и сам тот еще наркотик, - вдруг мечтательно добавил Ичиро. Под "коксом" он становился словоохотливее, и Кевин, пользуясь его состоянием, ловил каждый звук. - Он так изменился? - негромко спросил Дэй, боясь спугнуть настроение Мориямы. - С тех пор, как ты свалил? - Ичиро усмехнулся, - о, да! Опасный тип. Весь штат готов сосать ему, лишь бы сыпалось бабло. Он мне самому уже надоел. Давно пора было слить этого плейбоя. - Вы не шутите? - напрягся Кевин. - Нет. Специалист есть. Работает не на меня. Там более высокий уровень, но выходы у меня на него найдутся. Все официально и честно. Выполняется в срок, не подкопаешься. Но тебе придется с ним встретиться, потому что инфы у меня на Веснински нет, и как его достать, я тоже не подскажу. Кроме того, даже если бы я и подсказал...пару мест... - Ичиро задумался, что-то прикидывая. - Не хотите светиться, - уточнил Кевин. - Вроде того, - кивнул Ичиро. - По сути, это - не мое дело. Давай, договоримся так: контракт поделим пополам. Сумма будет приличной, но и качество гарантируется. Подпишешься? - Да. - Уверен? - Абсолютно. - Я пришлю тебе координаты. Подумай, собери мысли в кучу. Организация сама справится со сбором инфы на жертву, но свои пожелания ты должен озвучить. Мало ли, вдруг захочешь отрезать ему башку и принести своему любимому на блюде. Кевин передернулся, а Ичиро заржал, окончательно проваливаясь в наркотический дурман. - Спасибо, - глухо приговорил Дэй. - Сочтемся, - взмахнул рукой Морияма. Отель "Marriott " горел своими фирменными цветами, обманывая этот наивный вечер, глуша сияние звезд. Миньярд поднялся в лифте в свой "Люкс" и, мягко ступая по ворующему звуки ковру, вошел в гостиную. Огромная комната с диванами, креслами и баром успокоила его своими приглушенно-золотыми тонами с осторожным вкраплением вишневого. Миньярд любил шик и очень ценил покой. Отлично. Сейчас - душ, потом - неброский прикид, и в это анонимное нутро города. "Милано"? Хрен его знает, что это такое, мать его. Он лениво скинул легкую рубашку, выбрался из джинсов и открыл ноутбук. Фото Натаниэля было каким-то ненастоящим, словно Организация, в конец охренев, воспользовалась нейросетью, чтобы воссоздать черты жертвы. - Ничего не понятно, но очень интересно, - Эндрю задумчиво вбил в поисковик имя, и глаза его сделались совсем уж огромными. Натаниэля нигде не было. Нет. Не так. Был университет "Эдгар Аллен", были "Вороны", была вся команда в старом и обновленном составе и даже...та-дам! Ночной клуб "Эйфория". Красочные фото с разных ракурсов, огни, парковка на триста автомобилей... А еще - съемки презентаций, балов, игр, примерная карта вин, обновляющаяся каждую неделю, разнообразная информация для рекламных агентств и клиентов... - Че за херня-то? - Эндрю запустил пальцы в свою роскошную шевелюру и нахмурился, - совсем уже, блядь... Он посмотрел на часы. До встречи сорок минут. После душа облачившись в серые узкие джинсы и на тон темнее - графитовый лонгслив, Эндрю вдел в уши крестики с бриллиантами, застегнул браслет "Omega" и провел по волосам щеткой. Искрящиеся белоснежные пряди легли надо лбом в шелковую пелерину, и он, немного поворошив их, сбрызнул с висков лаком, так, чтобы стали видны выбритые полосы. - Ладно, погнали за инфой. Раз такие дела, значит, есть кто-то, кто знает больше "Гугла". Кевин сел за столик. "Милано" оказался симпатичным баром, расположенном в приличном месте, окруженным зелеными аллеями и защищенным от городского шума. В тени кружевных акаций, одноэтажное здание, облицованное светло-желтым кирпичом и декоративным камнем по углам, смотрелось даже солидно, как настоящий ресторан. Народу хватало, но вся публика принадлежала к среднему классу: никто не орал, не пытался курить, где захочется, или требовать врубить музыку погромче. Столиков было мало - все-таки заведение ориентировалось на алкогольные напитки и незамысловатую закуску, и почти все свободные места оказались занятыми, кроме самого дальнего, где Кевину и предстояло дожидаться "специалиста". В дверях возникло небольшое столпотворение: кто-то выходил, кто-то входил. От основной компании отделился молодой человек с белоснежными волосами и... Кевин даже забыл сделать вдох. Прямо к нему через весь зал, собирая потрясенно-восторженные взгляды, двигался Эндрю Миньярд. Сильные плечи, их рельеф, не скрывал даже плотный лонгслив. Незнакомая стрижка с падающими на лоб длинными рваными прядями, отражающими свет, превратила его в парня с обложки... Он шел, как хищник - пантера или тигр - глядя чуть исподлобья, и золотые глаза внимательно перебегали с одного лица на другое. - Этого не может быть, - застыв, шепнул Кевин и встретился с Эндрю взглядом. Миньярд остановился в трех шагах, будто напоролся на какое-то препятствие, и огляделся. Потом, решившись на что-то, подошел, сел за столик напротив Дэя и медленно проговорил: - Че это за нахуй? - П-привет, - остолбенело выдавил Кевин. - Я не это спросил, - качнул головой Миньярд. - Ты от...от них? - собравшись с мыслями, попытался снова Кевин. - А ты, значит, ко мне? - Эндрю сощурил свои янтарные глаза и приподнял подбородок, изучая лицо Дэя. - Получается, так... Эндрю... Ты давно этим занимаешься? - Тебе резюме, что ли, прислать? - Эндрю взял себя в руки, пытаясь сформулировать вопросы по существу. - Слушай...я не знаю, как это делается, - глаза Кевина заметались, но Миньярд жестом остановил его: - Завязывай. У меня к тебе только один вопрос: че тебе сделал Веснински? Молчание обрушилось на них могильной плитой. Кевин замер, теребя салфетку, и Эндрю, поняв, что добиться внятного ответа от горе-заказчика будет непросто, поднялся и пошел к стойке. Кевин машинально посмотрел ему вслед. Задница, обтянутая серой джинсой, выглядела бесподобно. Ровная спина; изящная шея, красивые волосы... Кевин снова поймал несколько взглядов - и женских, и мужских, потянувшихся вслед за Эндрю шлейфом из похоти и восхищения. Вернулся Миньярд через пару минут с бутылкой виски и двумя стаканами. С хрустом свинтил крышку и разлил алкоголь: - До дна, - приказал он и жег Кевина своими удивительными глазами, пока стакан не опустел. Выпил тоже и дернул головой, - теперь говори! - Веснински ничего мне не сделал, - хрипло выдохнул Дэй, приходя в себя от крепости напитка, - он...сделал больно Аарону. - Что? - глаза Эндрю словно покрыла корка льда, - что? - длинные сильные пальцы сжались в кулак, и Дэй инстинктивно отпрянул. - При каких делах тут мой брат, и какое тебе дело до него? - Эндрю... - Дэй побледнел, как скатерть. - Я люблю Аарона. Мы уже шесть лет в браке... Миньярд откинулся на спинку стула и не глядя нашарил бутылку. Сделав несколько глотков прямо из горла, он оскалился и только потом задышал ровнее. - Охуели, что ли? - прохрипел он и снова выпил. - У нас все было хорошо, но потом... Я улетел на чемпионат, Аарон познакомился с ним...и... - Переспали, а ты решил отомстить? - Эндрю, все еще не веря, покачал головой, - а ебало ему разбить не пробовал? Если каждый долбоеб будет нанимать киллера, чтобы наказать за измену, народу в стране не останется! - Нет! - Кевин схватил его за руку, перегнувшись через столик. - Нет, Эндрю! Аарон пытался покончить с собой. Его еле спасли... Миньярд отобрал у него руку и посмотрел прямо в глаза: - Мой брат? Покончить с собой? Я, что, блядь, сплю?! - Тише, - Кевин тяжело вздохнул. - Да. Он вскрыл вены; я успел... Он оставил записку, там... Нет! Я не хочу повторять эту херню! - Говори! - тон Эндрю не терпел возражений. Помявшись, вытерев набежавшие слезы, Дэй произнес: - Он написал, что влюбился в Натаниэля; чувствует себя предателем...еще, что между ними все кончено... - Твою мать! - выругался Эндрю. - Но теперь-то что? И зачем убивать Веснински, если там ничего нет? - сердце вдруг забилось часто-часто. Боже... Вот же проклятье! - Аарон не сможет жить, пока Натаниэль... - Что? - жестко спросил Эндрю, - почему это Аарон решил, что его жизнь дороже? - Господи! Что ты говоришь?! - вскричал Дэй, - мне его жизнь и покой дороже всего! Поэтому я и обратился, ну... к тебе, получается. - На твоем месте, я бы набил Ари морду, потом отпиздил Ната и отменил заказ, - выдал Эндрю. - В вопросах любви, ты, Кевин, всегда был долбоебом... Аарон, походу, тоже. Вы держитесь друг друга. Кстати, куда он дел эту? Как ее?... - Кейтлин? - Во-во. Ее, - Эндрю никак не мог избавиться от чувства нереальности происходящего. - Он выбрал меня, - скромно пояснил Дэй. - Говорю же, долбоеб, - шепнул Миньярд. - Но ты хотя бы посимпатичней. - Надо же, - холодно отреагировал Кевин, - ты сделал мне комплимент. - Нет, - коротко отмел эту ерунду Эндрю, - я просто констатировал факт. Надо прекратить этот идиотизм. Эндрю сделал еще несколько глотков и, набираясь злости, поднялся: - Чего ты хочешь? Я обязан задать тебе этот вопрос. Кевин полез в нагрудный карман рубашки, извлек оттуда черную карточку с золотым вензелем: - Это клубная карта Аарона, - подвинув пластик по столу в сторону Эндрю, он отвернулся. - Убери эту сволочь. "Если не я, то кто-то еще", - сказал себе Миньярд. - "Этот идиот решил идти до конца, лишь бы очистить небо над головой Аарона". - Где мой брат сейчас? - тихо спросил Эндрю. - Я могу его видеть? - Захочешь отговорить? - прищурился Дэй. - Я тебе не позволю. Эндрю, послушай... Ему плохо. Он еще в больнице. - Почему он решил, что может распоряжаться чьей-то жизнью? - повторил уже заданный ранее вопрос Миньярд. - Сам не справился со своим стояком, а чувак погибнет ни за что, ни про что. Я хорошо стреляю, Кевин... - Я знаю, - упрямо проговорил Дэй. - Убей его. Твой брат поправится, а ты уедешь обратно в свой странный невидимый мир. - Не решай за меня, - холодно проронил Миньярд, забрал карту и ушел, не прощаясь. Изящные руки взлетели в воздух и ударили по рулю. Вечер равнодушно смотрел, как замешательство путает Эндрю, перечеркивая все планы, стирая прошлое...стирая его самого. Миньярд застыл, глядя в темноту, блуждающую между густых деревьев, оберегающих здание бара. Куда теперь? Может быть, следует поговорить с братом, попытаться объяснить ему очевидные вещи? Но что он ему скажет? Знаешь, я часто стал просыпаться по ночам, гоняясь за ускользающими видениями. Я слышу его смех. Почему-то чувствую запах дыма. Его имя и образ высечены на стене памяти, спрятанной глубоко в подсознании; и я понимаю, почему ты пошел за ним. Редкий сплав красоты, силы и нежности, дерзости, богатства и магии вел тебя и свел с ума... Он один на миллион, будь все проклято! Зачем ты так с ним? Тем более, ты знаешь, на ком лежит вина за твой бесчестный загул. При чем здесь он? Но машина запущена. Кевин, похоже, и в самом деле, крепко тебя любит... Да еще и фальшивит где-то. Уж не объединился ли с кем-то против Веснински, у которого, при всех его качествах, не может не быть врагов или конкурентов. А оружие, выходит - я. Дерьмо. И жизнь эта дерьмо. И любовь ваша - сплошное притворство, ложь и смерть. Чувствуя себя издерганным, почти больным и как-то по-особенному тяжело пьяным, Эндрю осторожно двинулся к отелю. Надо выспаться, узнать расписание вечеринок в "Эйфории", дождаться какого-нибудь маскарада, чтобы явиться в дебильном костюме для сбора информации. Карта теперь есть. Остались технические детали. Контракт ни в коем случае не должен быть перепоручен другому лицу. Он сам все сделает - безболезненно, быстро... Ну, только не для себя, конечно. Боль теперь всегда будет рядом, как верный друг. Следующим вечером Эндрю уже знал все и об "Эйфории", и о предстоящем маскараде. "Каждую первую субботу" - прочитал он на официальном сайте и огляделся. Удачно, мать вашу. Идеальный камуфляж. Можно прямо сегодня же исполнить задуманное, а завтра растаять вместе с туманом. Итак, просчитаем риски. Проносить оружие нельзя. И есть опасность, что сам герой не появится. В прессе пишут, что он редкий гость на своих же тусовках. Интересный тип. Ладно, будем действовать по мере поступления, как говорится... Эндрю втиснулся в кожаные брюки, навертел на шею аж четыре разнокалиберные цепочки, расстегнул чёрную рубашку больше, чем следовало, подвел глаза и уложил волосы. Так. Теперь в любую лавчонку, предлагающую товары для праздников. Серебряный тенор заканчивал свою партию. Дерущий душу финал композиции к "Нотр Дам де Пари" обрушился со всех сторон на восхищенно перемещающуюся публику и повис в сердце, невольно затронув его. Даже в нечувствительных представителях новой породы, слова: "Не покидай меня, безумная мечта!" вызывали волнение. - Приветствую вас, прекрасный незнакомец! Эндрю резко обернулся. Прямо к нему приближался задрапированный в черный плащ молодой человек. Маска на лице не скрывала его синих глаз, и из-под цилиндра выбивались рыжие кудри, сверкая в свете софитов. - Нат? - обреченно проговорил Миньярд, оказавшийся совершенно не готовым к этой встрече. Голова слегка закружилась, пока он пожимал протянутую руку. - Очень рад. А вы? - полненькие щеки расцвели в улыбке, делаясь еще круглее. - Эндрю, - вздохнул он. Послушно следуя за Натаниэлем, Эндрю присматривался к особенностям зала, стараясь не думать. Он изо всех сил гнал от себя прочь разочарование и досаду. Столько волнений! Во что же он превратился за эти шесть лет?! Господи, все такой же рыжий и синеглазый...но... Где его шарм? Где мускулистая, но, при этом, изящная фигура? Плащ чуть распахнулся на ходу, и взгляду Эндрю предстал пухлый живот, утянутый в бордовый бархат жилета. Миньярд еле скрыл болезненную гримасу, что вызвало в нем это зрелище. - Прошу, вы в гуще событий, дорогой Эндрю. Я пока вас оставлю: ведь нельзя лишать внимания других гостей. Он скрылся в толпе, всколыхнув в Эндрю целый слой незаданных пока вопросов, таких как: "Неужели этот пухлый, жеманящийся человечек мог вызвать в Аароне такой шквал эмоций?" Но Миньярд пока плохо ориентировался в собственных ощущениях. Он, застыв на месте, пытался понять, что творится с его лицом под шелком маски. Перестав сопротивляться переполнявшему его отчаянию, он пошел к туалетным комнатам, по привычке запоминая все ходы и выходы на предложенной территории. Вспугнув страстно целующуюся парочку, Эндрю остановился у огромного зеркала. Сдернув маску, вгляделся в свое перекошенное гневом лицо, как будто он был виноват в отвратительных изменениях, произошедших в сногсшибательном некогда парне. Щеки его покрывала нездоровая бледность. Зачерпнув ледяной воды, он смыл следы косметики и вдруг понял, что капли на его коже - не только вода. Хлопая огромными ресницами, он пробовал высушить слезы, но эта чужеродная дрянь все разъедала глаза, сдавливая горло болезненным спазмом. - Его больше нет! - хрипло произнес Миньярд и прикоснулся ладонью к зеркальной глади. - Он исчез. Его теперь легко убить, но это не имеет значения. Боже, а как же я? Неужели я все это время ждал встречи, верил...я, утративший веру, мечтал... Он вспомнил слова Риддли, далекие, словно принесенные чужим ветром из другой вселенной: "Вы мечтаете?" Снова закутавшись в темно-серый плащ и кое-как нацепив маску, он по стенке выполз из туалета. Идти никуда не хотелось. Навалилось странное ощущение выполненного дела - достигнутой цели. Он отчетливо видел разъевшееся тело, грузно осевшее на пол, и черную дыру - след от пули точно по центру лба. Впервые Эндрю так мучился. Тысячи названий разбивались об одно простое слово: конец. Он теперь свободен. Нужна ли ему эта свобода? Закрыв глаза, Эндрю представил, как поднимается на борт самолета, отправляясь на свой остров... Три года назад, когда Миньярду был присвоен статус "бесшумного" агента, не провалившего ни одного задания, он обнаружил на своем ноутбуке одно странное сообщение. Тон его был безапелляционный, словно за ним стояла влиятельная персона, ни разу не встретившая сопротивления. Сообщение не содержало ни строчки о предстоящем задании, только номер рейса до Вашингтона и время его вылета. Зная, как Организация любит напустить туману, Эндрю вылетел в указанное место и уже в аэропорту осознал, что именно означает так нелюбимая им фраза о заказчике, выдающим инструкции. Громадный черный "Майбах" впустил его в свое нутро. Человек в черном костюме и гарнитурой в ухе, захлопнул за ним дверцу, и Миньярд, не успев обалдеть, оказался лицом к лицу с известным политическим деятелем, одним из возможных кандидатов на пост президента страны. Непроницаемое лицо над строгим галстуком, холодноватый голос, привыкший раздавать приказы и разучившийся говорить любые слова, кроме лжи. Он делал попытки казаться человеком, но не очень в этом преуспел: - Вам знакомо это лицо? - фото большого формата было извлечено из черной папки и передано Эндрю. - Розарио Гуттиэрес. Называет себя "революционером", борцом за свободу и процветание. На деле - обычный плантатор, оценивший разницу в прибылях от выращивания коки и кукурузы. Мотается по всей Южной Америке... Однажды уже был сформирован заказ, но власти отыграли назад. - С вами приятно иметь дело. Больше никто ничего не отыграет. Ростки революции лучше рвать с корнем в самом зачаточном состоянии. Итак, господин Миньярд, вам предстоит обезвредить этого человека. По нашим сведениям, он находится в своём доме, который правильнее было бы назвать крепостью. Территория закрыта, охрана, блок-посты. Он чует опасность и очень осторожен. На его стороне армия и полиция, потому что уже всерьез готовится государственный переворот. Если вы в течение суток не устраните эту заразу, все станет непредсказуемым и выйдет из-под контроля. - Стоп, - Миньярд поднял руку, - мой интерес? Риск велик. Я еще никогда не воевал с целой армией... - Просите, чего хотите. - Прямо так? - Эндрю сощурился. - Именно. - Хорошо, - Эндрю чуть помедлил, - недавно я приобрел участок земли. Это один из островов архипелага в Карибском бассейне. Совершенно неожиданно у меня возникли трудности с оформлением земли в собственность. Власти ссылаются на какую-то поправку в законе, но я изучил ее со своими юристами, и не нашел препятствий. Отказ базируется на том факте, что земля находится в ведении США. - Передайте моему секретарю регистрационный номер. Земля будет в вашей собственности, как только выполните условия контракта. Рука сама потянулась к груди. Там...справа под ключицей... Его первый огнестрел. Достать Гуттиэреса было непростой задачей. Дом, окруженный бетонной стеной, узкие, как бойницы, окна, полностью просматриваемая территория на несколько десятков миль вокруг. Все, чего добился Миньярд - это скоординированные действия полиции, готовящей штурм и его собственная акция за день до этого события. Правительство недаром привлекло его: при штурме, фанатики бы однозначно спасли своего лидера. Вертолет поднимался с разведкой каждые полчаса. Это какое же бабло томилось за этими неприступными стенами, чтобы вот так легко вливать столько топлива?! После очередного приземления, Эндрю, залегший с винтовкой в сухой траве, снял первого пилота и ринулся к вертушке. Второй, ополоумев от ужаса, метался и размахивал автоматом. Пришлось обездвижить и его. Время шло... Эндрю осторожно разжал свою стальную хватку, освобождая парня. - Вякнешь, и ты труп, - хрипло поставил его в известность Миньярд, - кивни, если понял. Глаза, готовые вылезти из орбит, хлопнули со всей выразительностью. - Окей. Теперь - за штурвал, и полетели. - Они убьют тебя, - трясясь, как в лихорадке, сообщил парень. - Там полный двор солдат. - Давай уже! - приказал Миньярд, - я так давно не катался... Спальня Гуттиэреса выходила окнами на восток. Патрульная вертушка обошла дом, и Эндрю приник к прицелу. Крупную фигуру было трудно не заметить. Хлопок. Серо-синее от взвившейся пыли небо. Пилот, застучав зубами, бросил управление, и винт, клоня машину набок, издал скрежет, привлекший внимание. Боль укусила Миньярда в грудь. Потемнели контуры дома, завертелся песок далеко внизу. Из последних сил он вцепился в штурвал, отталкивая пугливого засранца, и вывел машину из штопора. Град выстрелов сопровождал его до самой границы владений Гуттиэреса. А в миле от этой пустынной местности уже залегли подоспевшие отряды спецназа. США здесь делать было нечего, и Эндрю, посадив вертолет, сразу угнал чью-то тачку... Музыка рвала нервы. Он очнулся от воспоминаний. Надо же, не возвращался к этим мыслям три года и жил себе спокойно. Что ж. Это - не Боливия. Веснински просто умрет в собственном же клубе от ножевого ранения, провалившись на тот свет прямо с мигающего разными цветами танцпола. И даже вертолет не потребуется. Эндрю покинул "Эйфорию" с ощущением дайвера, всплывающего со дна и смотрящего на реальный мир глазами какого-нибудь морского чудовища. Все по-другому. Музыка доставала даже на парковке, и он, чтобы избавиться от ее вездесущего присутствия, сел за руль и захлопнул дверцу. На горизонте сверкали зарницы. Сполохи красного и желтого украшали свинцово-черное небо, поделившееся пополам. Синяя, нежная часть его уже включала гирлянды звезд, а темная готовилась к встрече со штормом. Эндрю закурил, высунул руку в открытое окно и выехал на магистраль, сохраняя крейсерскую скорость в 100 км/ч. Он шел навстречу грозе, вдыхая вечернюю прохладу. Печаль лежала на сердце, вгрызаясь в мозг; шарилась по извилинам и насмехалась. Один. Снова один. Больше нет в мечтах человека - пусть вымышленного и наделенного чертами идеала. Он исчез. Как же романтично и глупо! До невозможности. Что он теперь будет делать? Уедет, как и планировал, на свой остров... Продолжит строительство дома... Красная, вызывающая "Феррари" ревя турбинами, обогнала "Эскаладу" Миньярда на некрутом повороте. Взвыла, скрипнула колодками и, выровнявшись, ушла в точку. - Дебил, - беззлобно шепнул Эндрю, еще вглядываясь в красные бисеринки огоньков, еле различимых в предгрозовых неверных сумерках, - расхлещешься ведь! Молнии сделались убедительней, и первый далекий раскат грома предупредил о надвигающемся ливне. Как же досадно и противно. Погоня за мечтой сквозь годы тоски и глупых снов... - Хорошо гремит, - с опаской произнес Эндрю вслух и огляделся. - Уплывешь еще к хуям. Или... это не гром? Он немного прибавил скорость. Капли дождя, как пробники ароматов, окатив его озоном, посыпались на лобовое стекло. За счет движения, дождь казался сильнее, и Эндрю включил дворники, входя в крутой вираж. Твою мать! Говорил же... В кювете, подняв тучи придорожной пыли, беспомощно валялась "Феррари". Колеса вращались в воздухе, упрямо желая вернуться обратно на дорогу. Фары хаотично мигали; видимо, замкнуло электрику. Съехав на обочину, Эндрю помчался к спорткару, у которого, по всей видимости, заклинило дверцу. Миньярд ударил по лопнувшему стеклу, подергал ручку. Первое впечатление не обмануло: водитель в ловушке, а в наступившей паузе между раскатами, отчетливо слышится шипение бегущего топлива. Локтем он разбил окно, выдернул свой острый, как бритва, нож, резанул ремень безопасности и всунулся в салон, пропахший одуряющими духами. Парень за рулем был без сознания, и Эндрю встряхнул его: - Э, алло! Шумахер хуев! Ты жив-нет? Лицо, залитое кровью, повернулось к нему: - А-а, да, кажется...Сука, вот чувствовал же, что с этим говном что-то не так! - Ты бредишь, что ли? - разозлился Эндрю, - держись, давай, у тебя топливо течет, и электрику глючит. Полетим сейчас в космос какой-нибудь. - Да-да! Хорошо, - он завозился и, к счастью, ловко сгруппировавшись, почти без помощи Миньярда, выскользнул в разбитый проем. Молния вспорола небо. Шипение вдруг усилилось, и Миньярд, дернув парня на себя, поволок его к своей машине. На скользком щебне исполнять танцы было несподручно; они оба повалились, еле успев прикрыть глаза от взрыва и столба огня, взмывшего к небу. - Охуеть, - шепнул парень и стер рукой кровь со лба. Сотрясение было налицо, и осколок стекла прорубил глубокую рану точно посередине лба, выше линии роста волос... Рыжих, как пламя. Эндрю вгляделся в него внимательнее. Бледное лицо; пошатывающееся, даже сидя, стройное тело... Взгляд парня поплыл, и голова, словно лишившись опоры, вдруг начала клониться в сторону. Эндрю едва успел подхватить ее и уложить себе на колени. Гром разорвал тишину, завибрировав на низкой ноте. Дождь немного усилился, смывая кровь... Поднялся ветер, взметнувший волосы Эндрю и полы приталенной рубашки лежащего горе-водилы. Эндрю сглотнул. Такой нежной кожи, идеального пресса и очаровательной ямочки пупка над мощным ремнем джинсов, ему давно не приходилось видеть. Он едва сдержался, чтобы не дотронуться до шелковистых полосок косых мышц и проступающих подвздошных косточек. Он медленно перевел взгляд на очищающееся от крови лицо. Аккуратный носик, точеные скулы, брови - волосок к волоску и загнутая бахрома темно-каштановых ресниц. Под очередной вспышкой молнии, Миньярд потряс его, уже теряя разум: - Эй! Мать твою! Рыжий! Ты кто, блядь?! - Тише, Господи, больно же, - шепнули пухлые губы, и синие, как его сны, глаза открылись в полном недоумении, - чего ты орешь? - Ты кто? - прохрипел Эндрю, вертя его за подбородок, - зовут тебя как? - Нат, - шепнул он, - Натаниэль, - и снова потерял сознание. Ливень встал над ними стеной. Огонь потух. Проезжающие мимо редкие автомобилисты, попадая в эту шумную полосу дождя, даже не приостанавливались, чтобы предложить помощь. Миньярд, ошеломленный играми провидения, совсем уж было решил, что сошел от расстройства с ума. Но Нат, лежащий на его коленях был реален, как реальными были холодные капли и шквалистый ветер. Эндрю поднялся. Сильными руками подхватил Натаниэля и понес к машине. В его вместительном внедорожнике, в принципе, можно было эвакуировать всю команду по экси, а уж один пострадавший точно доехал бы с королевским шиком. Нат застонал, хватаясь за голову. - Потерпи, - обескураженно оглядывая его снова, уже при включенном свете, приказал Эндрю. - Давай, укрою. Простудишься еще... В багажнике нашелся плед; там вообще хранился запас всего на свете... - И куда мне тебя девать? - ворчал Миньярд, укутывая мокрые плечи, стараясь не смотреть ему в лицо. Но синие глаза, как на зло, распахнулись: - Ты спас мне жизнь! - шепнул Натаниэль, - спасибо. - Я, блядь, вообще здесь не за этим! - дернулся Эндрю, - скорее, наоборот. - Что? - красивые брови нахмурились. - Ничего! Куда тебя везти? В больницу? - Нет. У меня все цело...голова только... - Ну, конечно, не самое важное же... - фыркнул Миньярд. Нат улыбнулся, а потом рассмеялся: - Тебя как зовут? - спросил он. - Эндрю. - Эндрю?! - словно какая-то невидимая сила подбросила Веснински, - Эндрю? Миньярд? - руки высвободились из пледа и обхватили Эндрю за плечи, - ты?! - Пусти, мне и так сидеть не удобно! - завозился Миньярд. Заднее сиденье вдруг показалось тесным и жарким для них двоих. Он чуть не застонал от накатившего смятения. Сердце яростно пробивало грудную клетку. - Нет! Это чудо, мать твою! - выговорил Натаниэль, - как так вышло, что я и ты... - Заткнись! - Эндрю толкнул его в грудь. - Заткнись! - заорал он и резко закрыл лицо ладонями. Сверкающие молнии и гремящее пространство словно озарили ему страшную истину. Он должен убить его. Убить. Сделать так, чтобы его не стало. Его не было еще час назад! Что же это? Слезы прожгли сетчатку, просочились сквозь пальцы, разъели сердце. "Я ударить его не могу, как же я убью?" Теплые руки вдруг обвили его шею, притягивая себе на грудь. Сидеть было, действительно невозможно, но Нат подвинулся, чуть повернувшись набок и крепко прижал его к себе. - Переждем дождь, - шепнул он в белокурую челку, - все равно ехать опасно, а потом ты отвезешь меня к себе. - Ко мне? - пригревшись в его объятиях, удивился Эндрю. - Да. Ко мне нельзя. В клубе вечеринка. Туда в полночь прибудут высокие гости, а с ними телевидение, репортеры... короче, понимаешь? - Хорошо. Я зашью твою рану, отлежишься... - Ты умеешь?! - восторг в голосе снова окутал его волосы теплой волной. - Умею, - вздохнул Эндрю. Он чуть приподнял голову и встретился взглядом с Натом. Кровь из раны еще немного сочилась, и бледность держалась на нежном лице, но выглядел он уже получше. - А кто это там, вместо тебя? - шепотом спросил Эндрю. - В "Эйфории"? - Да. - А-а, это Теодор Меллоун. У него с крышей беда. - Думал, ты, - вздохнул он. - Неудивительно. Он долго такого сходства добивался. Теперь вот, знаешь, как кукла у ведьмы - что прикажу, то и делает. - Скорее, у колдуна, - усмехнулся Миньярд. - Да. Так, наверное, правильней. Дождь барабанил по крыше машины. Эндрю лежал в объятиях своего сна и кошмара в одном лице и запрещал себе думать. Противоречия драли мозг на части, и хотелось поскорее попасть в отель, чтобы заняться раной Натаниэля, и спрятать его от себя же, чтобы в реальном мире осталась эта оболочка - одержимый Натом поклонник. Кукла колдуна, играющая роль приманки, дающая им обоим время. На нее вся надежда...