Сияй для меня в моем мраке туманном

Город встречал ее пасмурной погодой. Небо затянуло темными, серыми тучами, которые не давали и долю возможности пробиться солнечным лучам. Огромные капли дождя буквально разбивались о мокрый асфальт, распадаясь на несколько микрочастей. Эванджелина поежилась, потуже стягивая края пиджака. Вероника обещала забрать ее с аэропорта, чтобы девушки смогли наконец провести время вместе и обсудить насущные проблемы бытия. Время шло так быстро, что девушка то ли дело успевала следить за ним. Еще утром она была в Москве, а сейчас уже стоит в городе, где знает каждый уголок. Родные места всегда дарят тебе определенного характера спокойную волну, на которую ты садишься, как только вновь возвращаешься сюда. Это дом. Твой дом. И уютнее, чем здесь, тебе не будет нигде, как бы хороши не были условия. —Я думала, что капли пробьют тебе череп, –возмущалась Вероника, словно ожидала мягкости от непогоды по отношению к своей подруге. —Я так рада тебя видеть, –садясь в машину, искренне произнесла девушка, буквально хватая брюнетку за руку. Тактильный контакт успокаивал ее, в то же время возвращал в реальность. Она словно ловила таким образом прозрачную связь с человеком. —Взаимно, малышка, –Вероника поцеловала подругу в щеку, крепко обнимая. Они решили провести вечер в кафе, чтобы отметить возвращение Левинской в родные края. Времени бронировать ресторан у Вероники не было, так как Эванджелина сообщила о своих сборах обратно в Нижний Новогород лишь утром. Конечно, эта дикая дизорганизованность раздражала брюнетку, но и иных вариантов она не имела. —Скажи мне, Эва, что случилось, раз ты как тарпеда вылетела из Москвы первым же рейсом? –мешая в чашке сахар, Вероника смотрела на внешний вид Левинской, которая сидела в темных очках.—Что за образ, мы не на солнце, –девушка дернула окуляры с подруги, замечая ее уставшие глаза и синяки под ними. —Я вчера много выпила, плохо спала, –пожала плечами Левинская, складывая руки перед собой. Она смотрела на кофе, на этот огромный стакан, понимая, что даже он не спасет ее состояние. —Ладно, но причина твоего плохого настроения явно не только в этом, –видеть подругу насквозь она могла и без лишних слов. Ей не нужны были экстрасенсорные способности, чтобы разгадать тайны ее души.—Дима, да? Эванджелина подняла глаза на Веронику, моргая пару раз, словно сдерживала скопившуюся бурю эмоций, а потом, словно волна накрыла ее, и слезы потекли рекой, оставляя черные дорожки на щеках из-за туши. Объяснить все происходящее ей удалось не сразу, каждое воспоминание, как соль на рану, щипало ее сердце. Но та покорно слушала ее и обнимала со всей той нежностью, которую могла дать. Вероника была другой. Не такая мягкая, не такая нежная и уж точно не такая сентиментальная, как Эванджелина. Она так же, как Дима, была противоположна ее характеру и нраву. Но почему то Левинскую всегда тянуло на таких… на других. —Если хочешь знать мое мнение, то я бы на твоем месте лицо Сони раскрасила, а затем набила бы ей татуировку на него, чтобы хоть как-то скрасить этот образ, –предполагала Вероника, с ужасом переживая то, что переживала ее подруга день назад.—Свои советы бы при себе оставила, они ей больше бы пригодились. —Вероника, –покачала головой Левинская, не вынося такую жуткую агрессию. Девушка облокотилась на ее плечо, смотря на панорамное стекло, которое буквально обливалось дождем.—Может быть в ее словах есть толк? Дима и я… мы разные… —Сейчас замолчи, ладно? –прервала ее в ответ та.—Если бы все было так, то он бы не признавался тебе в чувствах, не тратил бы на тебя ни секунду своего времени. У него армия поклонниц, он может ткнуть пальцем на любую, и она подарит ему несусветную романтику. Каждый день, и разную при этом, –аргументировала та свои домыслы.—Поговори с Олегом, поговори с Димой, а я могу, кстати, поговорить с Соней. Обещаю, что здоровой она не уйдет.–последние слова прозвучали смешно и страшно одновременно, ведь сдерживаться в примерном поведении та бы не стала, никаких любезностей, только хардкор. —Я поговорю, но позже. Хочу дать время себе и ему подумать о сложившейся ситуации, –пообещала Эвандежлина, обнимая девушку.—А, что там про Лешу? Рассказывай, –наконец оставив тактильность, Левинская взяла свой стакан кофе, делая глоток и слушая рассказ. Мрачная, холодная королева полюбила глупого пажа, который и рядом не стоит с такой восхитительной девушкой, как Вероника. Но сердцу не прикажешь, да? Мы не выбираем в кого влюбиться, мы выбираем с кем свяжем жизнь. Это разное. Именно поэтому и существует браки, построенные на любви и заботе, а существует построенные на деньгах и выгоде. Порой, второй вариант устраивает обе стороны, поэтому и живут так. Алексей сейчас занимался каким-то непонятными мутными делами, которые абсолютно не волновали Эванджелину, именно поэтому она уже давно не вникала в судьбу этого человека. —Вероника, прошу подумай, если ты готова принять его всего такого, какой он есть, с этими тараканами и глупыми замашками, то я не буду отговаривать тебя, как бы сильно не любила. Это твоя жизнь, твой выбор и только ты в ответе за него. Но какое счастье ты пытаешься там найти? Он не отвечает тебе никаким образом на твои чувства, увиливает от разговора, да и будем честны, нужна ты ему для постельных утех, не более, –Левинская отставила пустой стакан в сторону, складывая руки перед собой в замок.—Ты достойна того, чтобы тебе мир к ногам положили, а не как игрушку поюзали, –искренне призналась блондинка. —Забавно, Эва, но ему все еще нужна ты…–усмехнулась с грустью девушка, качая головой.—Он сказал, что очень хочет встретиться с тобой, поговорить и извиниться за… за тот вечер, –вспоминать то событие было мрачно для обеих, но иногда разговоры все-таки возвращались к этому. —Он мне не нужен, ты знаешь. Я не буду еще одной коллекционной куклой для него, –отмахнулась та, искренне выражая свое отвращение к этому человеку и его желаниям. Разве она может простить то, что он навсегда оставил увечье на ее теле? Намеренное увечье, будто бы желая сжечь ее кожу до костей, чтобы она усвоила урок, что он получит ее, чего бы ему это не стоило. Они просидели в кафе до талого, пока официант не попросил их покинуть помещение, напоминая о времени закрытия. Девушки взяли по последним напиткам, выходя уже на веселе из здания. —Ты знаешь, эти вечера были так нужны мне в Москве, –призналась Эванджелина, держа девушку под руку и медленно прогуливаясь по улочке до машины. —Сегодня я не попрошу тебя об этом, но завтраааа, –протянула Вероника, разворачиваясь к девушке и изображая лунную походку, —поехали в наш любимый клуб, Эвс!!! –радостно пропищала брюнетка, вновь возвращаясь к Эванджелине и хватая ее за плечи. —Ты что издеваешься? –звонкий смех девушки в спальном районе был не к стати в такое время. —Да брось, прокатимся, выпьем. Или что…–наигранно нахмурилась в ответ Вероника, складывая руки на груди.—Только со столичными теперь ходишь по клубам? —Не говори ерунду, я с тобой на поклон к Султану бы пошла, если бы мне дали такую возможность, –подбила ее плечом Левинская, хватая за шею и крепко целуя в лоб, оставляя след от помады.—Бог с тобой, поедем мы завтра в твой клуб. Если бы у вас был выбор изменить прошлое, то вы бы воспользовались им? Или вы смиренно принимаете все те события, которые ложатся на плечи? Эванджелина никогда не желала менять что-то в своем прошлом, считая, что жизнь дает ей уроки, зная, что она обязательно их пройдет, получая какую-то пользу. Но этот день она бы изменила, если бы знала его последствия… Шумный клуб встречал посетителей своим большим разнообразием выпивки и современной музыки. Только здесь звучали самые свежие и крутые треки, которые выпускали исполнители. Разнообразного рода танцы от девушек или шоу. —Ты выглядишь … хорошо, –оглядела девушку Вероника, смеряя взглядом прикид. Эвандежлина надела короткую юбку, которая красиво облегала бедра, короткий белый топ, который подчеркивал грудь, а сверху пиджак, считая, что прикроет это хоть чем-то, да и прохладно. Ну а на ногах каблуки, высокие черные каблуки. Вероника всегда говорила, что та похожа на модель, когда на ее ногах красуется высокий посад.Правда, большинство парней сразу уступают ее росту. —Не спасибо, –фыркает Эвандежлина, хватая ту под руку.—Это ты заставила меня накинуть все самое короткое сегодня, –поправляя юбку, девушка смотрит по сторонам, замечая, что мужчины то и дело заглядываются на эти ножки. —Я бы и пиджак еще сняла, чтобы уж наверняка, –убедительно кивала в ответ брюнетка, но Левинская на такое была не готова. Они сели за любимый бар, заказывая по коктейлю. К ним практически сразу подошла одна компания мужчин, желая познакомиться. —Так, я лишь раз попрошу вас отойти, –Вероника закинула одну ногу на другую, разворачиваясь к парням.—А если нет, то содержимое этих коктейлей окажется на вашей голове, а трубочки сами догадаетесь куда. Вопросы? –девушка помешала трубочку в коктейле, доставая и облизывая ее. Те задерживаться не стали, поняв, что с этой сумасшедшей лучше не крутить шашни. Себе дороже станет. Впрочем, Вероника умела как отпугнуть, так и привлечь мужчин. Девушки вновь увлеклись разговорами, но внезапно на плечо Эванджелины легла чья-то рука. —Сейчас попробую, –прошептала девушка, подумав, что это очередной парень, решивший так подкатить к ней, и она методом Вероники спугнет его от своей персоны. Но развернувшись ее жизнь остановилась, будто бы фильм на паузу поставили. —Какая красавица вернулась в город, –Леша как всегда сверкал улыбкой, видя привлекательную особу. Тут же их уже окружили 3 парней, приспешников парня, с которыми также были знакомы девушки.—Давно я не видела тебя, Эва, –ткнул он ей пальцем по носу, словно младшей сестре, присаживаясь на стул рядом. Левинская тяжело сглотнула, чувствуя, как тошнота подступает к горлу. Казалось, что весь алкоголь сейчас выйдет из ее организма прямо на парня, которого она не видела два года и не желала видеть бы еще столько же. Как-то раньше у неё получилось избегать встреч, но сегодня ее кажется взяли за горло. —Жизнь кипит в другом направлении, –сухо ответила Левинская, спрыгивая со стула, желая уйти подальше, но перед ней тут же встает его друг, намекая, что в этот вечер слинять не получится так запросто. —Не скучала даже? –Леша взял ее руку, подводя к себе.—Красивая такая, прямо цветешь, –оглядывал он ее с ног до головы, словно выбирал, как проститутку на трассе.—Кто же удобряет, интересно? —Да как ты смеешь, –отдергивает Эванджелина свою руку, прижимая к груди. Ее тон был отнюдь не покладистым и абсолютно не нежным. Она буквально давила свою примитивную светлость, чтобы разговаривать с этим человеком на его уровне. —Посиди, выпьем, расскажешь, как Москву покоряешь… и чем? –снова кинул двусмысленный намек парень, усаживая обратно на стул. Он восхищался ей, он любил, когда она была жертвой в его руках, когда он был доминантном, а она всего лишь слабой девчонкой. Чистый кайф для больного. —Нам идти нужно, –аккуратно попросила Вероника, выглядывая из-за плеча подруги. —Солнышко, потерпи. У меня и для тебя сегодня есть задачка на решение, но я пока с Эвой поговорю, соскучился жутко за прошедшие года, –склонился он ближе к девушке, разглядывая ее отстраненность.—Можно? –попросил Алексей ее руку, ожидая, что та покорно подаст ее. Левинская не стала противиться желаниям идиота, подавая свою руку. А он взяла ее, поднимая рукав пиджака, поворачивая к себе. Взгляд прошелся по локтю, на котором красовался отвратительный шрам, напоминающий о том вечере.—Прости, я тогда не сдержал свой пыл, а ты была под рукой… —Прости? –уточнила Левинская с таким сомнительным тоном.—Ты — монстр! Не сдержал пыл, не сдержишь и потом! Пусти, отпусти меня! –закричала она, дергая руку и вновь спрыгивая со стула, пытаясь оттолкнуть парней. —Тшш, –он схватил ее за плечи, подводя спиной к себе обратно, и утыкаясь носом в волосы, целуя макушку.—Эва, мне правда жаль, я просто хочу, чтобы ты услышала меня, а не дергалась так, будто я в могилу тебя свести хочу… —Моя могила–это твое общество, –вновь дернулась Левинская, а затем хватая бокал с напитком, плеснула содержимое на одного из парней, а сам бокал кидая второму, зная, что у того сработает реакция, чтобы поймать, и тут же выскальзывая из замкнутого круга и убегая из клуба. На лестнице она останавливается, снимает туфли, которые были не к селу, не к городу в таком побеге. Слезы катятся уже вторую ночь по щекам юной девы, которая переживает огромный спектр бурных эмоций, давят ее живучую чистоту, заставляя приобщаться к мраку, подстраиваться под него и играть по его правилам. Сколько еще должна она отплакать ночей, чтобы рассвет наконец осветил душу совершенными лучами.