Сияй для меня в моем мраке туманном

Куда идти, когда тебе нет места ни в одном из городов этого мира? Родной край в момент превратился в жаровой котел, где крутится нечистый бизнес, во главе которого стоит ее бывший друг. В городе, который покорил каждый уголок ее души за несколько недель пребывания, сидит сам дьявол, который высасывает из ее тела праведную светлость. Ты можешь сбежать, куда угодно, в любое место, но твои проблемы обязательно побегут за тобой. Эванджелина сидела на лавочке, горько плача от происходящего с ней ужаса. Как проснуться ото сна, чтобы ночь забрала с собой эти кошмары? —Эванджелина, –и вновь звучит этот низкий голос, который она ненавидит всем нутром уже несколько лет. Девушка непроизвольно дергается, тут же желая встать со скамейки и сбежать. Но Леша кладет руку на ее плечо, возвышаясь над хрупкой особой, тем самым намекая, что никуда она не денется. Пусть он был и один, без своих брутальных парнишек, но спокойнее от этого не стало.—Я реально сожалею о произошедшем в тот день, –продолжал парень.—Мне не изменить прошлого, я знаю, но просто послушай меня, –он опустился на корточки перед ее ногами, кладя руки на щиколотки. —Убери, –холодно потребовала Эванджелина, указывая взглядом на ноги, чтобы он смел больше трогать ее даже кончиками пальцев. Спорить сейчас он не стал, но обязательно сделает это позже. —Мне не хватает нашей дружбы, мне не хватает тебя в жизни. Ты для меня была как солнышко, которое светило каждый день, освещая дорогу. Мои поступки были другими, пока со мной шла ты. Сколько бы девчонок я не пересмотрел, ни в одной не нашел того, что вижу в тебе. Мне нужен этот блеск в твоих зеленых глаза, мне нужна твоя рука на плече, которая будет давать уверенность, –объяснения Алексея заставляли девушку сильнее закрываться в себе. Ей было мерзко. Словно это все сейчас не к месту. А он упорно верил, что парочка красивых слов о том, как ему плохо без неё, заставят наивную девчонку расплыться в улыбке и кинуться в объятия. —Точку невозврата поставил ты, –перебила его Левинская.—Виноват был ты… —Твоя Библия проповедует, что нужно прощать друг друга, быть сострадательными…–ответно перебил ее Леша. —Не смей приплетать сюда вероисповедание! –воскликнула девушка, тут же поднимаясь со скамьи и отходя от этого места.—Даже не пытайся давить на мое сердце божественным началом, будучи сам с грехами по локоть. Отмаливай их в церкви, а не около моих ног! –посоветовала та парню. —Ну, а ты?! –схватив девушку за локоть, на котором когда-то он сам и оставил ей шрам, Леша грубо подтянул ее к себе. Пальцы сжимали плоть, словно давя на позабытую боль. Нервы уже сдавали, сдерживать парню себя было тяжело.—С кем ты связалась с Москве? Уж точно не послушным христианским сыном, –глаза сверкали от злобы, которая таилась внутри за вуалью нужды в прощении. —Моя жизнь–не твоего ума дело, ясно?! –процедила сквозь зубы девушка, дергая руку, но тут же понимая, что ее сила не стоит ничего по сравнению с этим кабаном.—Мы живем не в 90-х, чтобы ты сейчас силой удерживал меня. Поэтому отпусти мою руку и исчезни… —Распустилась совсем, –цокнул язвительно Леша, тут же хватая ее за лицо, сжимая щеки.Оно буквально помещалось на его большую ладонь. Может быть, он и не хотел такого поворота, может быть, он и не желал ей зла, но когда его что-то раздражает, то он уверенно решает это применением грубой силы. Вот и по тебе прошелся адский огонь, –подумала она про себя. Но когда ее глаза посмотрели на него со всем тем ужасом, то он выпустил ее из своих рук.—Эва, я… —Проблемы какие-то? –к ним подошли парни, которые заметили грубое отношение к девушке и применение силы. Эванджелина повернулась к ним, держась за щеку, а на глазах наворачивались слезы. Ее снова опустили. Чего стоит ее жизнь, если даже Леша не считается с ее мнением и распоряжается своими руками по отношению к ней, как вздумается. Один из парней забрал Эванджелину, уводя за свою спину. Пока те разговаривали, она вызвала тотчас такси, уезжая домой. Почему в последнее время ее неплохая жизнь пошла по накатанной вниз, каждый день усугубляя происходящее и ее положение. Прошла неделя, она не выходила из комнаты в квартире. Ее родители находились за городом, поэтому лишних вопросов не последовало. Приходить в себя было тяжело. Выходить в люди еще страшнее. Вероника несколько раз на дню звонила, Эванджелина была благодарна за поддержку, но разговоры ее утешали мало. Леша писал ей сообщения, которые она даже не читала. Ее мнение о нем было окончательно испорчено. Как человек он перестал существовать для неё давно. Когда в очередной раз телефон пропищал от уведомления, девушка устало протянула руку, ожидая, что в очередной раз ей пишет Леша, но вместо этого увидела сообщение от Димы. «Я думаю, мы закончили не на той ноте. Так или иначе, даже если ты приняла, противоположное моему, решение, то я хочу выслушать его лично.» Отбросив телефон в сторону, Левинская закуталась в одеяло, содрогаясь от озноба. Кажется, ничего кроме воды и каких-то морковных палочек она не ела за прошедшие дни, которые провела дома. Тело изрядно исхудало, слабость окутывала каждую часть, потому сил не было даже встать. И что теперь, снова Москва? Все было как в тумане. Она не поняла, как сидела в машине у Вероники, которая снова везла ее в аэропорт. Как ее быстро настигло осознание того, что она не чувствует привычное тепло без него? Как она привыкла к нему так быстро? —Если что, то звони, –просила Вероника, обнимая подругу.—Я устрою скандал каждому в этой Москве за твои слезы. —Обещаю, –прошептала Эванджелина, отходя от неё. —Эва! –воскликнул Леша, который каким-то образом прознал про отлет девушки. Как вообще его угораздило иметь наглость явиться сюда? —Прошу, еще минуту дай, –под глазом красовался нехилый синяк, наверняка оставшийся от тех парней возле клуба, в целом видок помятый, да и голос хриплый. Что с ним произошло? Эванджелина кивнула, отходя с ним в сторону. Сегодня она будет милосердна.—Прости меня. Я знаю, что насильно мил не будешь. Но мне даже тяжело вообразить, как складывать жизнь по кирпичикам без тебя. Я держу тебя не потому, что хочу навредить, я держу, потому что люблю. Неправильно, не зная как, но люблю, –это звучало искренне и чисто, впервые, он излагал свои чувства такими, какими их понимал. —Леш, когда ты теряешь кого-то, то на его место обязательно придет кто-то другой. Твоя судьба за твои страдания даст тебе достойный подарок, а может быть, он уже стоит где-то здесь, –она покрутила пальцем, как бы намекая на окружение.—Но этим подарком буду не я. Для тебя я скорее безответный сосуд, в который ты бы вливал свои чувства, но никакой отдачи ты бы от него не получал. Я не люблю тебя, понимаешь? –Эванджелина старалась объяснить парню то, что он не желает принимать.—У меня самолет, я должна бежать, –оглянувшись на табло, она поняла, что время поджимает. —Ты его любишь? –вопросительно уточнил парень исподлобья, не желая мириться с реальностью, данную девушкой. —Люблю…–она кивнула, махая рукой подруге и убегая к стойке регистратуры. Сказав эти слова вслух, она осознала, что на самом деле ни секунды не сомневалась в том, что любит Матвеева. Какие бы страхи ее не окружали, какой бы мрак не пытался вселить ей недоумение, она готова побороться с его тьмой за него. И снова столица России. И снова такси. И снова гостиница. Прежде, чем встретиться с Димой, она жаждала разговора с Олегом, который пообещал ей в тот вечер все объяснить. Виляя по номеру в махровом халатике, Левинская то и дело сосредотачивалась мысли на том, чтобы написать Олегу. «Олег, привет. Если ты не занят, то мне очень нужно встретиться с тобой.» Ответ не заставил себя долго ждать, что, конечно, было приятным бонусом в их общении. «Привет, да, давай. Удобно будет в 5 в нашей мастерской?» Брови тут же приподнялись от увиденного ответа. Эванджелина никогда ранее не имела возможности посетить это легендарное место — логово Шепсов, где царила вся собранная магия Москвы. Поэтому отказываться от такого чудесного предложения не стала. Добравшись до мастерской, девушка осознала, что Шепса ждет видимо не только она. Поинтересовавшись у работницы мастерской, Эванджелина узнала, что Олега еще нет. Поблагодарив за информацию, она со всеми стала ожидать появление младшего Шепса. Пока все ждали его на улице, девушка разгуливала по их месту магии, рассматривая разнообразные камни, которые были дифференцированы на свои категории. Но один привлек ее в большей степени. Когда ее рука коснулась одного камушка, который находился в ячейке с остальными, то над ее ухом прозвучал голос. —Бери, –посоветовал он ей. Эванджелина тут же отдернула руку, оборачиваясь и замечая Александра.—Прости, не хотел пугать тебя, –улыбнулся Шепс старший, поднимая руки вверх. —Здравствуйте, Александр, –ее ответ звучал скромно и тихо, потому что сердце все еще колотилось от испуга.—Нет, вы что, я просто смотрела… —Настаиваю, Эванджелина. Камень сам выбирает себе хозяина, и он точно выбрал вас, –Шепс взял камень, за которым тянулась рука девушки, и взяв его, поднял на уровень глаз.—Это ангелит, иными словами «камень ангелов». По своим свойствам он является по большей мере лечебным, целительным минералом. Но кроме этого, ангелит — камень, который передает связь с ангелами, и кому, как не тебе, носить этот камень у себя, –вновь улыбнувшись, Саша осмотрел особу с ног до головы, подмечая какие-то известные лишь ему детали.—Впрочем, я бы предложил сделать тебе из него кулон, –прикладывая к груди, он вновь оценил его внешнюю сопоставимость с девушкой и благосклонно кивнул. —Что ж, отказывать вам не смею, –Левинская смотрела на чистые голубые глаза Шепса, искренне веря сказанному. Александр провел ее в их рабочее помещение, где ее уже ожидал Олег. —Привет, –улыбнулся медиум, поворачиваясь к девушке, держа в руках стопку документов. —Я ожидала, что ты зайдешь в главного входа, –указала пальцем она за свою спину, олицетворяя то место. Но Олег покачал головой, намекая, что это слишком «опасно». Саша забрал у него бумаги, оставляя молодых людей наедине. —Ты была в родном городе, так? –Олегу не нужно было рассказывать всю подноготную, чтобы он понял ее состояние, в котором она пребывает уже неделю.—Можешь не утруждать себя рассказом, я и без того чувствую теневой негатив. —Что на счет Димы? В тот вечер ты пообещал, что расскажешь мне что-то, –Эванджелина присела на край дивана, складывая руки в замок перед собой, смотря куда-то в пол и совсем не подавая признаков какой-то жизнерадостности. На ее теле висела мешковатая одежда, что была непривычна ни ей, ни Олегу, которые уже полюбил ее красивые, элегантные образы, пусть такие же темные, как любил и Дима, но со вкусом. Просто все те кости, которые теперь являлись ее фигурой, не доставляли ей комфорт. Она боялась, что кто-то начнет над ней издеваться, как это было в школе. Словно она гадкий утенок, хотя была просто ребенком, который мало кушал из-за проблем с желудком. Да и какая была разница всем посторонним до твоего тела. Любая фигура, любая частичка вашего тела, каждая сантиметр — великолепны, и никто не имеет права говорить об обратном. Все-таки психологические травмы чаще всего наносят именно твои сверстники, нежели иные представители человеческой расы. —Тот вечер… его общение с Соней. Хорошо, давай по-другому, –Олег наклонился, поставив руки на свои колени локтями, словно пытаясь объяснить ей на пальцах.—Ты–представитель светового эгрегора в его жизни. Твоя энергия глушит его темную, тем самым создавая баланс на энергетическом уровне. Она — темный эгрегор, подобный ему. Соответственно, когда происходит столкновение двух одинаковых сил, то это вызывает порождение еще большего негатива и распространения темной волны. Именно поэтому его поведение было столь странным, ибо она подпитывала его черную часть души, выводя на уровень дьявольских утех, –Шепс смотрел в глаза девушки, которая то и дело моргала, внимательно слушая медиума.—То, что происходило, можно считать, что было не совсем по его позволению. Он просто словил мотив, на который вела его Соня, и не понимал, что происходит на самом деле. —Хочешь сказать что, то что он обращался со мной так, будто бы хотел увидеть мои слезы от своих дурных издевательских речей — это всего лишь побочный эффект от воздействия Сони? –подвела итог Левинская, закусывая губу и глупо улыбаясь. —Да, –Олег выпрямился, а затем откинулся на спинку стула, довольствуясь тем, что смог объяснить ей все то, что тревожило. —Как…мило, –она закрыла лицо руками, глупо осознавая то, что это не стоило ее слез. Все, что было нужно — это верить в себя и не сдаваться под его гнет, тогда бы она точно усмирила его пыл и он бы вернул себе привычное поведение.