Paper Rings*

— Так, может, предпримешь что-нибудь, чтобы я забыла?       Леонарду показалось, что у него сейчас пар из ушей пойдет, так ему стало жарко от одной только фразы блондинки, сопровождаемой задорным подмигиванием и провокационно сползшим с одного плеча халатом. Тело абсолютно инстинктивно совершило марш-бросок, меняя их местами — Джессика теперь лежала прямо под ним и заливисто смеялась, а он опирался на одну руку, чтобы не придавить девушку своим весом, второй рукой развязывая пояс, который и без того уже едва ли удерживал халатик на месте. — Скорость реагирования и рефлексы у тебя совершенно точно в норме, — усмехнулась блондинка, провожая взглядом в конце концов улетевший куда-то в пространство надоевший принцу кусок ненужной ткани. Она решила не отставать, так что следом куда-то туда же отправилась футболка Леонарда, открывая ей взгляд на поджарый, крепкий торс, широкие плечи, плоский живот с линиями мышц — в парадном мундире герцог выглядел обманчиво хрупким, и она с удовольствием убедилась в обратном еще в джипе посреди ахарской пустыни. Однако в тот момент оценить товар, так сказать, лицом ей помешала его футболка — и ситуация в целом, но теперь-то она возьмет свое. На длинной, белоснежной шее нервно билась венка, призывая поцеловать, и Джесс, не в силах удержаться, потянулась и прикусила заветное место, оставляя яркое пятно. Дыхание шатена тут же стало на пару тонн тяжелее. — Ты что творишь? Я не то чтобы против, но совет не оценит завтра засос на моей шее, — он безуспешно попытался выпутать девушку из ночной рубашки, но руки тряслись, как у подростка в пубертатный период, и, плюнув на все, просто дернул, вырывая одну лямку с мясом и надорвав вторую. -Эй! — возмутилась Джессика, но изящные тонкие пальцы Лео, в этот самый момент разделавшиеся с большинством преград на пути к заветной цели, ущипнули сосок, и она зашлась в заполошном вздохе, выгибаясь навстречу и закрывая глаза от накатившего наслаждения. — Это тебе за засос, — коварно улыбнулся герцог, оставив грудь американки в покое, и скользнул ниже, зацеловывая нежный живот и одновременно стягивая белье, и она почувствовала себя совершенно беззащитной перед ним. И ей это чувство нравилось. Оказаться беззащитной перед ним было совсем не страшно. Леонард откинулся на пятки и восхищенным взглядом окинул лежащую перед ним совершенно обнаженную, раскрасневшуюся от возбуждения Джессику. — Не знаю, то ли мне сейчас хвататься за краски и кисти, чтобы запечатлеть этот прекрасный миг, то ли продолжить начатое, — выдохнул младший принц и встретился потемневшим турмалином глаз с горьким шоколадом глаз девушки перед ним. — Если ты сейчас уйдешь, — прошипела Джесс, — я прокляну тебя, так и знай! Сестру эмира натравлю, вот! — Даже так? — Леонард вернулся на исходную позицию и поцеловал свою возмущенную добычу медленно, сладко, выпивая дыхание. — И ты согласна будешь делить меня с ней? Серьёзно? — Да чёрта-с-два! — Джесс, застав герцога врасплох, перевернула его на спину и оседлала. Он довольно прищурился. — Я просто жуткая собственница! И если она или кто-то другой хотя бы взглянет на тебя в том-самом-смысле, я им глаза выцарапаю! — Я бы с удовольствием на это посмотрел, — промурлыкал шатен, но тут Джессика, сверкнув на него острым, как клинок, взглядом, скользнула рукой под резинку трусов, испаряя весь его богатый словарный запас. Леонард и сам не подозревал в себе таких вокальных способностей, но разрезавший утреннюю тишину громкий стон совершенно точно принадлежал ему, стоило девушке прикоснуться к налитому кровью члену. Штаны и плавки незаметно перекочевали к остальным предметам одежды, куда-то на пол, и Джессика гнусно усмехнулась. — Один-один, мой принц! Это тебе за ночнушку! В чем я, по-твоему, должна буду возвращаться в комнату, а? — Господи, принцесса, — хрипнул мужчина, — да весь мой гардероб в твоем распоряжении! Можешь хоть парадный мундир взять! — Это не отменяет факта, что ты должен мне ночную рубашку! — фыркнула блондинка, но тело герцога перед ней, обнаженное, совершенное, как у гребаного греческого бога, ни разу не располагало к дальнейшему сведению счетов. Позже она обязательно заставит его возместить ущерб, а пока что вот эта линия ключиц, острая, как его язык, зовет ее. Она же не может отказать этому зову, верно? Девичьи губы вновь приникли к герцогской шее, вышибая у того остатки разума, проложили дорожку к вожделенным ключицам и дальше, едва зацепив соски, приласкали живот. Когда он дошла до паховой линии и пробежалась языком по члену, Леонард то ли всхлипнул, то ли вздохнул: — Боже, Джесс… Ты меня без ножа режешь, я же не врал, у меня уже сто лет женщины не было… — Сто лет? — мурлыкнула девушка, едва ли отрываясь от приятного занятия — звуки, которые издавал ее прекрасный принц, музыкой сфер ласкали уши. И особенно приятным было осознание, что именно она — и никто другой! — заставляет его так звучать. — Вы хорошо сохранились, ваше королевское высочество! — Ты еще шутишь! — начал было он, и тут Джессика взяла его член в рот, и время разговоров прошло. Он мог только хрипло, резко дышать и стонать, пока блондинка то ускорялась, то замедлялась, то забирая глубже, то наоборот — почти выпуская его изо рта. Рука мужчины, держащегося из последних сил — кончить через пару секунд, подобно сопливому подростку, было бы просто стыдобищем! — тяжело легла ей на затылок, вцепилась в волосы — направляя, контролируя процесс, но потом вдруг он зачем-то опустил помутившийся взгляд вниз, на Джесс, и вид стоящей на коленях, немыслимо выгнувшейся в пояснице девушки снес напрочь крохи и без того шаткого самообладания. Он снова издал громкий стон, впрочем, ему еще никогда не было так плевать на это всё — на радость любопытному обслуживающему персоналу дворца — тело сотрясло мощной дрожью накрывшего с головой оргазма, член дернулся во рту блондинки, извергая семя. Она не стала выпускать его, дождалась, пока струя не иссякнет, и только после отстранилась. На прикроватном столике нашарила коробку с салфетками, вытащила несколько и сплюнула. Принц лежал на подушках с закрытыми глазами, кажется, пытаясь заново научиться нормально дышать. Джессика улыбнулась и потянулась убрать влажные, кудрявые пряди с высокого лба, в очередной раз подивившись шелковистости его волос. «Не забыть бы узнать, каким шампунем он пользуется, — невпопад промелькнуло в голове. — Наверняка не средством 12-в-1…» В ответ на нежные прикосновения Леонард приоткрыл все еще мутные глаза, встречаясь с ней взглядом. — Пр… — слова не желали слетать с языка так же легко, как обычно, и герцогу пришлось приложить немалые усилия, чтобы продолжить. — Принцесса, ты смерти моей хочешь? — М-м, нет? — Почему так неуверенно? — Ну, я как минимум хочу получить компенсацию! — У нас будет для этого целая жизнь, — полные, чувственные губы изогнулись в мягкой улыбке, а в турмалины глаз вернулось то самое его фирменное дьявольское сияние. — Впрочем, я не люблю быть должным, так что теперь позволь мне позаботиться о тебе.       Он сел на постели, потянул Джесс на себя, аккуратно, не позволяя себе резких движений, заботясь о том, чтобы не наставить ей синяков — благо, терпение принадлежало к числу его самых ярких талантов. Когда он опустил ее на спину и нежно, невесомо коснулся губами покрытого испариной лба, пролетел легкими поцелуями по всему ее лицу, ей захотелось расплакаться — Марк и вполовину не был таким заботливым, предпочитая во всём удовлетворять только свои потребности, но он стал ее первым мужчиной, и девушка до встречи с герцогом Ланширрским, даже не подозревала, что всё может быть иначе. Если бы только можно было повернуть время вспять… Леонард тем временем, щекотно пробежавшись вдоль стройной ножки мозолистыми пальцами, приподнял ее и поцеловал щиколотку. От этого простого прикосновения по телу девушки вверх рванула горячая волна, зажигая внутри яркое пламя, разгорающееся с каждой секундой все сильнее. Принц двинулся выше, продолжая целовать каждый миллиметр вдруг ставшей слишком чувствительной кожи, сопровождая каждый следующий поцелуй бархатным шепотом. — Прекрасная… Поцелуй, родивший томный вздох на её губах. — Смелая… Боже, сколько же в теле нервных окончаний? Она как-то не задумывалась об этом никогда, а стоило бы, пожалуй. — Безрассудная… Пальцы скользнули на бедро, чуть царапнув нежную кожу внутренней части, и теперь пришла ее пора вспоминать, что надо хоть иногда дышать. — Хрупкая… Губы скользнули следом, подбираясь к самому ее нутру. Она вцепилась в его плечо крепко, ногти впились в кожу, оставляя следы, но ему было плевать. — И при этом невероятно сильная… Достигнув цели, Леонард на долю секунды замер, и Джессика замерла вместе с ним, а потом его язык скользнул внутрь, и она закричала, не уступая ему ни децибела. Тело плавилось, достигнув запредельных температур, пока эта невыносимая заноза в заднице, ее личный прекрасный принц, вытворял с ней невообразимые вещи. В ушах звенело, окружающее пространство смазалось в одно сплошное пятно, но за мгновение до кульминации он отпрянул, вырывая у нее стон разочарования. — Тише, тише, — он подтянулся выше и поцеловал ее, мешая на губах оба вкуса — его и ее, и не успела она возмутиться или начать умолять — она на знала точно, чего хочет больше, скользнул внутрь, заполнив ее собой. Пара замерла, оглушенная шквалом самых разных ощущений, главным из которых стало ощущение правильности и неизбежности происходящего. Родившиеся в разных концах света, в разных семьях, обладающие разными социальными статусами, воспитывающиеся в разных традициях и встретившиеся исключительно благодаря цепочке случайностей, они теперь не представляли, как жили друг без друга, хоть и боялись пока в этом признаться даже самим себе. — Лео! — сорвалось с ее губ вязким стоном, возвращая в реальность. Герцог облизнул пересохшие губы. — Я здесь, моя принцесса, — одну ее ногу он закинул себе на плечо, вторую подхватил под бедро, отведя в сторону, и осторожно толкнулся, наблюдая за реакцией девушки. Она закинула голову назад, прикрыв глаза, и закусила губу в попытке приглушить стоны и крик. Усмехнувшись, он начал двигаться — медленно, заполняя ее полностью и так же выскальзывая почти до конца. Джессика сдавленно шипела, прикрыв рот ладонью, но его это не устраивало. Леонард изменил угол проникновения, немного, но этого было достаточно, чтобы дыхание блондинки совсем сбилось, руки вцепились в дорогой хлопок простыни, как в спасательный круг, сминая нежную ткань. Его младшее высочество, ускоряя темп, склонился и шепнул: — Кричи, девочка, это же была твоя идея подтвердить слухи? Она отчаянно мотнула головой, встречаясь с ним взглядом — и без того темно-карие глаза стали почти черными от накрывавшего возбуждения. Герцог недовольно цыкнул, отпустил девичье бедро, освободившейся рукой нащупывая чувствительную точку и потирая пальцами, усиливая остроту восприятия. Если до этого Джесс еще хватало сил назло ему утихомирить свои голосовые связки, то одновременное ощущение члена Лео внутри и его мозолистых подушечек, ласкающих уж очень тактильную кожу снаружи, выбило из нее все способности к сопротивлению. Она оторвала руки от постели, закинув за шею герцогу, притянула его как можно ближе, цепляясь как за единственную константу в рассыпающемся мире. Леонард, близкий к развязке, обжег дыханием шею: — Кричи, Джессика, кричи, черт возьми… И она закричала. И кричала долго, громко, до сорванного голоса, а потом с ней кричал и Лео, кончивший почти сразу же. Волна схлынула, снова возвращая миру очертания. Джесс удивленно отметила, что в спальне ничего не изменилось — ну, кроме разве что них самих. Герцог выскользнул из нее, рухнув на скомканную постель, и блаженно вздохнул. Всё-таки стать главным героем в жизни леди Джессики было чертовски приятно. Он повернулся на бок и притянул уставшую, податливую блондинку в теплые объятия, погладил по спутанным волосам, лаская и успокаивая. Она же притулилась как можно ближе, наслаждаясь соприкосновением их обнаженных тел. — Ну, думаю, мы вполне подтвердили слухи, ваше королевское высочество, не так ли? — хихикнула девушка Лео в подбородок. — Соглашусь с вами, миледи, — хохотнул шатен и тут же добавил, — впрочем, полагаю, не все стали счастливыми свидетелями подтверждения, и у некоторых обитателей дворца еще могли остаться сомнения, которые мы с вами непременно должны развеять! — Ты, вроде, говорил, что уже давно не занимался сексом? — хмыкнула девушка. — Откуда тогда такой энтузиазм? Я думала, ты устанешь. — Ох, миледи, — его младшее высочество совершенно бесстыдно шлепнул ее по бедру, заставив возмущенно взвизгнуть, — вы, оказывается, тоже жертва всяких слухов и заблуждений! Что ж, буду счастлив развеять и их в том числе… В тот день в королевском дворце Сагара нуждающихся в подтверждении слухов, а также сомнений, которые бы стоило развеять, стало гораздо, гораздо меньше.