Rosa alba, sanguine madefacta

Белоснежную луну скрывали сумерки. На улице стояла тишина. Темень такая, что даже рук и ног собственных не видно. Но что-то было не так. Какие то непонятные шорохи и звон исходили от окна. Сев и зевнув, Хуа устремил свой взор в сторону шума. Ничего не видно. Кромешная темнота. Мэй Ли засмотрелся в окно, и его стала одолевать паника, будто тьма сжирает его изнутри. Темнота душила и пугала до момента, пока сонный Хуа не разглядел некое свечение под окном. Что-то непонятное, скрытое за тьмой, стало то ли царапать, то ли звенеть и стучать чем-то по стене, а затем существо стало лезть к окну, и непонятное свечение стало ярче. На подоконнике Хуа появился фонарь, слабо освещающий почти всю комнату. Две человеческие руки схватились за раму окна, и кто-то неизвестный ввалился в комнату. Принц?! Он-то что тут забыл? В комнате запахло алкоголем и послышались болезненные стоны. Юншэн поднялся на ноги и, шатаясь, старался разглядеть хоть что-то в тёмной, едва освещённой фонарём комнате. «Он пил? Но ему же далеко до двадцати! Хотя что ещё можно ожидать от него?» — задумался Мэй Ли, поднимаясь и сонными шагами направляясь к Юншэну. Свободной рукой принц схватил Хуа за ворот одежды. — Мэй Ли, Мэй Ли, ха-ха-ха! Как я угадал-то с комнатой! Я уж думал, я попал к какой-то служанке, хотя и та была бы хорошим вариантом, чтобы скрасить эту скучную ночь. Кстати! Раз ты мой новый приближённый, то тебя можно хоть сейчас проверить на стойкость! — И после этих слов он резко потянул Хуа с собой в окно. Будучи на первом этаже и находясь не так далеко от земли, Мэй Ли сумел обойтись парочкой ушибов, чего не скажешь о Юншэне. Он успел кувыркнуться, чуть ли не сломав себе спину. Было ещё кое-что. Резкий и звонкий треск. Принц сразу поднялся и осмотрелся, а потом захныкал: — Моё вино! Оно разбилось! — Тихие всхлипы принца заставляли Хуа подумать, что бутылка ему была очень важна. Точнее, не сама бутылка, а, видимо, только её содержимое. А ведь Юншэн и впрямь заревел. Хуа подошёл к нему и хотел аккуратно его погладить, чтобы успокоить, но он не успел и руку протянуть, как принц подскочил: — Хочу ещё вина! Пойдём! Юншэн схватил Хуа за руку и потянул в неизвестном направлении — куда-то в кусты. : *･゜ﾟ･*☆: *･゜ﾟ･*☆: *･゜ﾟ･*☆: *･゜ﾟ･*☆ Пока они шли через кусты и небольшой сад, Мэй Ли наконец-то полностью проснулся и стал осматриваться. Они прямо сейчас на территории замка, направляются к большому зданию с пристройкой. Оно слабо освещалось уличными фонарями. Как оказалось, это была винокурня. Ши Ци ему рассказал о ней, пока те шли на поиски Вень Мина, но почему она врезалась в память? Непонятно. Юншэн пьян и совершенно не реагировал ни на какие уговоры. — Господин, постойте… винокурня же закрыта! Или мы идём не туда? Господин, прошу, пойдёмте в замок, спать, а завтра утром вы уже разберётесь… — Он не успел закончить мысль: принц резко развернулся и пристально оглядел Хуа. — Я хочу вина прямо сейчас, поэтому идём, или я что-то придумаю и тебе будет плохо. — На его лице была поистине детская и наглая улыбка. Хуа выдохнул. Это бессмысленно. Они всё ближе и ближе пробирались к зданию. Теперь Мэй Ли уж точно стал паниковать, ведь свет в пристройке, которая была похожа на небольшой домик, загорелся. Он слабо мерцал: скорее всего, это была свечка. Может, хозяин ложится спать? Хуа надеется. Вдруг послышался треск дерева сбоку от приближённого. Принц перебрался на территорию винокурни через забор. — Постойте, вы куда? Идти туда — не лучшая идея! Хозяин, возможно, не спит! — громким шёпотом кричал Хуа. Слова его не были услышаны. Принц повернулся к Хуа и показал язык, злобно хихикая. Он ждал, пока Хуа пойдёт за ним. Мэй Ли замялся, но он же приближённый Юншэна, так ведь? Значит, должен следовать за принцем и охранять его безопасность. Он повторил действия Юншэна, ловко перепрыгнув забор, и приземлился рядом, ахнув, ведь только что почти влетел в принца. Не дав слова приближённому, Юншэн схватил за рукав его и, вновь похихикав, помчался за пристройку. Принц по пути хватал виноград и сразу же съедал его. Парочку он пихнул Хуа, но тот отказался. Мэй Ли не был уверен, что это хорошая идея — вот так воровать на чужой территории и, смеясь, гулять, но промолчал, ведь когда-то сам воровал. Он жил впроголодь. Мать отдавала всё сестре Хуа, пытаясь вырастить из неё прекрасную девушку и жену. Хуа был явно лишним в этой семье, и, дабы не помереть от голода, ему приходилось подворовывать. Парни свободно гуляли, и, вот в чём странность, их до сих пор не заметили, хоть эти двое и не старались скрываться. Они спокойно идут с прикрытым фонарём по территории к задней части пристройки и, подворовывая виноград, кушают его. Ну как кушают? Хуа даже в руки брать его боится. Ему успели впихнуть лампу, отчего стало ещё страшнее. Ну а вдруг их увидят, поймают и пришибут? Ну, насчёт принца всё мутно, а вот Хуа точно накажут. Возможно. Бао подбежал к небольшой беседке, которая стояла почти вплотную к пристройке, но принца это не пугало. Он направился к ней, ведь во тьме можно было разглядеть силуэт бутылки вина! Да даже двух бутылок вина! Хуа это удивило. «Кто в здравом уме оставит вино здесь? Может, это ловушка?» — задумался он, а затем застыл, стараясь не шевелиться. Слева послышался тихий шорох и рычание. Из кустов выглянули две собаки, явно недовольные ночным визитом. Ноги подкосились, и Хуа был готов упасть, но он держался одним Коэлестивским благословением и лишь стоял в ужасе. Не то чтобы он так боялся собак, просто в обычной ситуации они не показывают всем своим видом, что сейчас напрыгнут и разорвут тебя в клочья, а эти как раз так и выглядят. Дёрнувшись от громкого рыка одной из собак, Хуа аккуратно повернул голову к Юншэну, а тот, оказывается, уже допивал первую бутылку вина, совсем не замечая собак. Первое прикосновение с тихим «господин» успешно проигнорировали, на второе уже зло промычали и отмахнулись, а на третий лёгкий толчок и уже более громкое «господин!» принц наконец обратил внимание, перед этим зло цокнув. Заметив две пары свирепых глаз, Юншэн задумался. Пока Хуа пребывал в шоке, ему резко впихнули в руку вино, и Бао помчался прочь, пожелав удачи Хуа. Тот тоже понял, что ему лучше бежать, и рванул в противоположную от принца сторону. Собаки гнались за ним по большой территории, всё звонче гавкая и рыча, будто они не звери, а какие-то неописуемые твари с огромными пастями и кучей зубов в несколько рядов. Впереди путь не был виден даже с фонарём, а сзади за Хуа гонится его возможная смерть. Что делать? Одни Коэлестисы знают! Эти существа ещё и до такой степени громкие, что свет вновь загорелся и хозяин дома появился на пороге. Хуа сразу заглушил фонарь, но псины всё так же со своим громким лаем преследовали бедного парня. Всё, что смог придумать Мэй Ли в тот момент, — это лишь выбросить всё из рук и изо всех сил бежать к забору, который наконец-таки появился на горизонте. Кто-то резко схватил его и потянул вбок, отчего с обрывающимся криком Хуа потерял равновесие и свалился на своего спасителя. Парень, спасший Хуа, не останавливался и как можно скорее бежал вдоль стен, а затем шмыгнул в кусты. Всё произошло не так громко, как могло показаться, но собаки всё ещё держали след. Резкий мужской голос подозвал собак к себе и заставил их заткнуться. Пока со стороны входа в пристройку слышалась брань, если честно, Хуа уже даже орать был готов, но парень всё ещё держал Хуа, больно зажимая тому рот. Всё, что смог издать Хуа, это жалобный и прерывистый стон. Если бы он не узнал на своем рту руку в перчатке принца, то Хуа бы уже заревел. Это и вправду был Юншэн! Неужели он спас своего приближённого? Но всё, что Бао сказал, когда опасность миновала, это: — Ты вино-то не потерял? Чёрт! Зачем ты его выкинул? Эх, блядь, я надеялся, ты притащил его с собой. — Коротко вздохнув, Юншэн отпустил Мэй Ли и медленно пополз в сторону забора. Вдруг послышался более громкий крик того разъярённого мужчины: — Чёрт бы тебя побрал, Юншэн! Вновь воруешь, падла ты такая? Ах ты… — Далее Хуа не желал слушать, ведь он уже наслушался всякого шума. У Хуа появилось предположение. Принц, возможно, не в первый раз ворует вино? Хотя это, скорее, не предположение, а неоспоримый факт! Теперь Хуа огорчился. В таком-то возрасте воровать и пить алкоголь? Это же ненормально! Почему король ничего с этим не сделает? Хотя раз принц это принц, то он мог бы и потребовать себе вина, а не воровать. Значит, ему уже закрыли доступ к алкоголю? Но что-то пошло не так. Парни тихонько перебрались через забор, и из мыслей Мэй Ли вывел упавший на него Юншэн. Сначала Хуа испугался, но быстро отличил обычный сон от смерти. Белое бедствие просто вырубилось и сладко спало на своём приближённом. «Фу… от него вином несёт… бе», — пронеслось у Хуа в голове. Вскоре ругань утихла, и спустя пару минут свет потух. Видимо, хозяин винокурни ушел спать, но это не имело значения, ведь Хуа уже успел оттуда свалить. : *･゜ﾟ･*☆: *･゜ﾟ･*☆: *･゜ﾟ･*☆: *･゜ﾟ･*☆ Конечно, от служанок было много вопросов, но Мэй смог отвертеться от всех и довести принца до его покоев. Теперь приближённый знал, где его комната, но как-то ему это ничего не дало. Как оказалось, вся беготня продлилась достаточно долго, ибо прямо сейчас уже светало, и, когда Хуа упал на кровать, было утро. «Как же я устал… чёрт», — напоследок подумал он и уснул. — Мэй Ли Хуа! Живо просыпайся и идём, — командным тоном сказал Вень Мин. Он стоял над кроватью измученного Мэя и строго смотрел на него. Черноволосый парень кое-как встал и жалобно посмотрел на генерала. — Уже вставать?.. Я только лёг. А куда собираться? — непонимающе промямлил он. — Не знаю, чем ты занимался ночью, но сегодня ты мне нужен: тебя надо ввести в курс дела и провести небольшую пробную тренировку. Давай, переоденься и пойдём. Я тебя жду. — И после этих слов Вень Мин удалился из комнаты. Хуа упал обратно на кровать и начал размышлять о том, что вообще случилось. Сегодняшняя ночь подзабылась парню, и поэтому он не сразу понял, почему так плохо спал. Под конец, вспомнив о том, что его ждут, Ли быстро встал и побежал собираться. ~ Вень Мин с Мэй Ли шли по улице, направляясь к месту тренировок. Хуа кое-как очнулся и мог что-то да воспринимать. В этот момент раздался крик. Он был не женский точно, хотя разобрать с первого раза невозможно. Прозвучал второй, третий. Крики сопровождали звуки хлёстких ударов. Хуа насторожился и стал осматриваться по сторонам, на что Вень посмеялся. — Ах да, я забыл, что ты совсем недавно у нас. Можешь особенно не обращать внимания, но если очень хочешь понять, что это, то пошли. — Вень Мин ухмыльнулся. Его позабавила ситуация, а вот его подопечного — совсем нет. Мэй Ли взяли за руку и потащили в несколько ином направлении. Перед Хуа открылась неприятная картина. Посреди небольшой площади высился столб — за него цеплялся прикованный, болезненно согнувшийся парень. На его спину падал, рассекая кожу, хлыст высокого мужчины в кожаном плаще. Наказание? Утром? За что уже? Слишком много вопросов, но пара вещей привлекли Мэй Ли и приковали его взор к парню. Ярко-зелёные волосы, которые будто сияют на солнце. Спина вся окрасилась кровью. Как долго его били?! Ли хотел уже рвануться, остановить мужчину, но ему не позволили. — Почему? — невольно вскрикнул Мэй, задавая этот вопрос Вень Мину. Почему его так наказывают? Почему у него кровь? Почему? — Не трогай их, а просто жди. Поверь, это заслуженно. — И Вень Мин продолжил наблюдать. Вскоре к мужчине подбежал какой то блондин. Он был в халатике с пометкой «L» — видимо, лекарь. Он что-то прокричал, отчего мужчина отвлёкся и хлыст прилетел прямо лекарю в живот. На этот раз дёрнулся Вень, и вскоре он сам уже пошёл к парням, а Мэй, конечно, за ним хвостиком. Лекарь от удара сжался, но всё равно не остановился и освободил бедного зеленоволосого парня. Тот с грохотом рухнул на землю и остался лежать. Рядом уже стоял мужчина, который лишь наблюдал, а затем заметил пришедших. — Вень Мин. Я думал, ты только посмотришь и уйдёшь. Что-то случилось? Есть дело? — поинтересовался мужчина. Он выглядел спокойным и устрашающим для Мэй Ли, поэтому тот спрятался за Венем, а затем стал осматривать зеленоволосика. — Люциан. Я понимаю, ты ведёшь наказание Хиты, но прошу, впредь будь поаккуратнее. Я не потерплю, если ты ещё раз так ударишь Нилана. — Вень Мин подошёл и кулаком заехал Люциану в живот, отчего тот слегка согнулся. — Это предупреждение. — Я понял, я уже извинился. В следующий раз буду аккуратнее, — проговорил спокойным тоном Люциан. Хуа ещё раз бросил на него взгляд. Это шатен в шикарном теле. Высокий, с ярко-голубыми глазами. На взгляд ему ответили вопросительным хмыком. Мэй Ли сразу отвернулся к зеленоволосому. Насколько Хуа понял, это — Хита. Интересное имя. Жалко его. Мэй аккуратно проверил пульс у Хиты, а то мало ли. Блондин улыбнулся. — Не бойся, он живой. Уж от этого он не помрёт, привык уже. Ты же Мэй Ли? Рад с тобой познакомиться. Как ты мог услышать, я — Нилан. — Парень протянул руку и потрепал Мэй Ли по голове. — А? Да. Хорошо, да. Я тоже рад. — Лёгкая улыбочка мелькнула у Мэй Ли оттого, что его погладили, а потом, вздрогнув, он вновь перевёл взгляд на Хиту. Тот что-то промычал и кое-как пошевелил руками. На спине, на удивление, почти не было ран! Кровь вся будто испарилась, лишь пара капель осталась, впитавшись в наложенные бинты. Он опёрся на руки и неловко встал на колени, послышался хруст. Спина, руки — всё хрустит, будто он живой скелет. Хуа чуть отполз от него и стал наблюдать. — Сука… ах! Люцик, за что ты так с моим телом? Я хоть и мазохист, но не до такой степени, чтобы меня долбили на протяжении часа! — недовольно промямлил Хита. Он осмотрел всех и застрял взглядом на Мэй Ли. Сразу завис и непонимающе посмотрел на него: — А ты кто? — Я?.. Я… это… Хуа. Вроде приближённый принца. Наверное. — Мэй, поднявшись, спрятался за Веня. Глаза Хиты загорелись, он вскочил и сразу прильнул к Хуа, разглядывая его и улыбаясь ему. — Ты, что ли? Стой, а разве ты не должен был быть простым воином? Ну и ладно. Я так хотел с тобой познакомиться! Слухи в Тайян быстро распускаются, о тебе многие уже наслышаны! Ха-ха-ха, я — Хитуджэ Лисо, самый прекрасный воин ранга «A». Меня частенько называют Хитой, но я не обижаюсь, я обаятельный романтик и сердцеед. — В этот момент ему прилетел подзатыльник от Люциана. — Ты, блядь, обаятельный романтик Хита, вали лечись, иначе прямо сейчас я проведу второе наказание, — грозно проговорил он. — Злой, злой Люцик. Надеюсь, наказанием будет свидание, а после — страстный секс на столе… — В этот раз Хите прилетело по лицу. — Замолчи, ничтожество. — И Люциан, отвернувшись, стал удаляться. — У меня и без тебя проблем дохрена. Хита рассмеялся и вновь упал на землю. Его действительно смешила обстановка, а Хуа же, наоборот, она чуть смутила. Нилан тоже усмехнулся и поднял Хиту. — Гений-романтик, не доводи Люциана, пожалуйста, я не всегда могу оказаться рядом и остановить его. Пойдём, давай, тебе нужен отдых, — строго сказал Нил и потащил Хитуджэ за собой. — Вень Мин, я потом приду к тебе и поболтаем, хорошо? — Хорошо, ловлю на слове, — с улыбкой ответил Вень и, выдохнув, когда все ушли, пошёл по направлению к складу. — Так, отвлеклись, можно и за работу приняться. ~ Мэй Ли всучили деревянный меч — ну, по крайней мере, это на него похоже. Какая-то палка, если сказать проще. Пока он осматривал своё новое оружие, к нему подошёл Вень Мин. Он отлучался, сказав, что это по делу. Вернулся он, тоже держа подобную палку в руках. — Итак, я хочу увидеть всё, что ты умеешь. Как мне потом доложил один воин, с которым ты разговорился, ты хорошо владел ножом. Нож отчасти похож на меч, так что некоторые выпады могут быть схожи, но не до конца. Вень Мин кинул Хуа деревянный нож; тот сразу принялся осматривать его и пробовать в движении. Поняв, что это очень удобная модель, Мэй слегка улыбнулся, а затем перевёл взгляд на Веня. — Мне стоит показать, что я могу? Хорошо. — Мэй поудобнее взял нож и, встав в нужную позицию, начал показывать движения, которые выучил ещё в детстве по наставлению отца. Он был бы рад забыть его и всё, что с ним связано, ведь именно из-за него и его страсти к воинам жизнь как-то пошла под откос. Отец Хуа сбежал из дома, где было два его сына и дочь, которых он посмел бросить с его бедной женой. Он очень любил воинские штучки, сражения и прочее, даже стал обучать старшего сына и добился хорошего результата. Это задело и среднюю дочь с младшим сыном — Хуа. Дочь он хотел научить сражению с клинками, но та быстро устала от тренировок, за что получила презрение от отца и пару слов о том, что она слабачка и такой её никто не полюбит. А что было с Хуа? Ему ни меч, ни клинки не подошли по возрасту, ну, по крайней мере, по мнению отца. Тот всучил ему нож и стал его обучать. Мэй не ощущал интереса к сражениям, поэтому выходило лениво, и через пару месяцев отец забил на него. Его золотом был старший сын, который весь пошёл в него интересами. Но когда отец сбежал из дома, мать психанула и прогнала и старшего за отцом, а дочь забрала в свои лапы и стала растить её «как настоящую женщину», по её мнению. А на Хуа забила. Есть и есть, будет мешаться — ему влетит. Мэй Ли любит свою мать, но не всем сердцем. «Спасибо и на том, что не била меня», — пронеслось в его голове. ~ — Неплохая работа, Мэй Ли. Ты быстро учишься, схватываешь на лету, это очень хорошо. На сегодня закончим: уже вечер, да и по тебе видно, что ты вот-вот свалишься без сознания, — посмеялся Вень Мин, а ведь он прав. Мэй уже на пределе, и сил хватит только на то, чтобы дойти до комнаты. Когда его наконец отпустили, он медленно побрёл в замок. Сначала поужинать, а потом — спать. Войдя в комнату, он увидел сияющий костюм для сражений и тренировок, а также пару вещей для образа. Сколько же здесь всяких висюлек и блестяшек… Сразу видно, кто делал, ведь похожие побрякушки украшали плащ красноволосого генерала. Ну что уж поделать? Раз дали, надо взять. Раздевшись, Мэй увалился на кровать и крепко-крепко уснул. На следующий день его вновь разбудили…