Поговорим о сладостях?

На улице всё ещё лежат сугробы, но ртутный столбик на градусниках понемногу ползёт вверх, обозначая приход весны. Совсем скоро растает последний снег, на деревьях появятся почки и мир снова зацветёт, принося в жизни людей маленького городка радость и уют. Юнги сидит в гостях у Хосока, кажется, впервые за всё время их дружбы. Младший никогда не приглашал друга к себе, объясняя это тем, что его мать не очень любит посторонних в их доме. На деле же, Чон просто не хотел показывать эту сторону своей жизни тому, кто стал в ней светом и теплом. Дом Хосока значительно отличался от маленькой квартирки Мина. Здесь будто не было семейного уюта и тепла. Стены были голые, без единой общей фотографии матери с сыном. Не было и детских фотографий Хосока. О том, что в этом доме хоть что-то живёт, говорил холодильник, в котором было немного еды, хоть Юнги и не понимал, как можно питаться одной лишь травой. О присутствии людей громче всего говорил второй этаж, где располагалась комната Хосока. Не смотря на морозную свежесть в комнате из-за постоянно открытого окна, здесь ощущалось присутствие живого человека. Старший был удивлен, узнав, что его друг настолько педантично раскладывает свои вещи по шкафам, выглаживает до идеального состояния и никогда не оставляет мусор в комнате. Хоть и казалось, будто это комната какого-то старого и серьезного бизнесмена, частичка младшего там все же присутствовала — фигурки KAWS, которые Мин часто видел на прилавках, пока жил в столице. — Не думал, что ты живёшь в такой чистоте и порядке. Твоя комната всегда представлялась мне солнечным беспорядком, — Юнги тихо смеётся и усаживает на кровать младшего, продолжая жевая орешки. — Это всё моё воспитание, — Чон смеётся и садится на стул, подъезжая на нем ближе к кровати, — мама всегда учила меня строгости и порядку в поведении. Представляла для меня лучшее будущее. — И кем же она тебя представляла? Врачом, наверное, как и все родители? — Нет, не угадал. Она всегда мечтала, чтобы я связал свою жизнь с балетом, — Чон заламывает пальцы и заглядывает в окно, где виднеются лучи всё ещё холодного солнца, — Я не очень люблю танцевать. Просто это... Мамина мечта, скажем так. Хосок не расскажет, что это не просто мечта. Он умолчит, что это навязчивая идея его матери, потому что она сама не смогла связать свою жизнь с балетом.                          🍬 Последний, заключительный этап набора в балетную труппу — взвешивания балерин. Сильный страх, сковывающий все тело и не дающий расслабиться. Каждая девушка раздевается догола и становится на весы, мечтая о том, чтобы стрелка показала идеальный вес. Были даже те, кто готов был состричь длинные косы, желая убрать лишние граммы. Но не позволили. Какая же ты балерина без длинных волос? Вот он, момент истинны. Томительные секунды до момента, когда жизнь может разделиться на до и после. — Чон не проходит. Можете собираться. Мир рухнул так же, как и все мечты о карьере, сцене и цветах после постановок, на которые уходят месяцы. Видимо, именно тогда у женщины случился надлом, именно тогда она увидела в своем сыне возможность продолжить то, чего она сама не смогла достигнуть.                    🍬 Юнги и Хосок ещё не долго сидят у последнего и болтают, иногда прерываясь на объятия, сопровождаемые мимолётным поцелуями. После того, что случилось в тот вечер в квартире старшего, никто из них двоих не знал, что говорить. Кажется, ещё не придумали такого языка, на котором они смогли бы объяснить всё то, что чувствовали и думали в тот момент. Они общались душой, глаза в глаза в полумраке комнаты с приглушённым светом. И каждый раз ответ сам находил их. Руки тянулись друг к другу, губы соприкасались, а тела сплетались воедино, будто души тянулись из груди, находя свое успокоение. Прошёл тот этап страсти, когда они обжимались в школьных туалетах, не в силах справиться с нарастающим желанием. Это никуда не делось, просто утихло, дав место спокойствию и теплу, обволакивающему пару. — Кстати, Хо, у меня же скоро день рождения, — старший переходит почти на шепот, желая сохранить атмосферу в комнате и не нарушать её своим громким голосом, — Я его не отмечаю обычно, но в этом году хочу пригласить тебя. — Конечно я приду! Сказал бы хоть заранее, я бы подготовил какой-нибудь серьезный подарок… Что я успею за неделю? — Чон театрально бурчит и легонько пихает старшего в плечо. — Приходи сам, не нужно подарков. Ты — мой самый большой и ценный подарок, Хосок-а.               🍬 Юнги безумно ждал этого дня. Ждал, потому что впервые за долгое время будет его отмечать. И не с кем попало, а с Хосоком. С его личным счастьем, теплом и сладостью. Видимо, не суждено Юнги стать счастливым в этот день. Придя в школу, Мин видит заплаканного учителя и тревогу в глазах одноклассников. Хосок ещё не пришёл, а он единственный человек, к которому Юнги обратился бы с вопросом, что здесь вообще происходит. В классе повисает напряжённая атмосфера, даже разговоры между учащимися не способны разрядить густой воздух, сквозь который дышится с трудом. Звенит звонок и в этот момент в класс влетает Хосок, весь запыхавшийся от явного бега, и быстро извиняется перед учителем, прошмыгивая на свое место, которое с самого начала закрепилось возле старшего. – Хён, что случилось? Все такие напряжённые, будто умер кто-то,– наконец отдышавшись, Чон раскладывает вещи на столе. – Я хотел у тебя спросить. Когда я пришёл, здесь уже было так,– «как» Мин и не договаривает. Это «как» видно любому, кто зайдет в их класс. Класс погружается в тишину, когда из-за своего стола поднимается учитель и становится в центре класса. Его красные глаза видит каждый ученик, но причину такого состояния понять никто не может. – Дорогие учащиеся... Руководство школы постановило, что на некоторое время наши занятия перейдут в дистанционный формат, так как...– дыхание сбивается, голос ломается, ощущение будто учителя разрывает изнутри потоком чувств, о которых он не может никому поведать,– Так как сегодня утром полиция обнаружила четыре трупа. Эти ребята были учащимися нашей школы, одна из них – Хан Сольхи, ваша одноклассница. Полиция настояла на том, чтобы временно вы не покидали свои дома без особой на то причины, пока ведётся расследования. И вот растаяли сугробы. Класс погряз в тянущей тишине. Она как топь, утягивает за собой каждую секунду и уже ты не можешь сделать вдох. Юнги чувствует, как его лёгких объяты пламенем и жаром, отчего сделать даже крошечный вдох физически трудно. Он видит, как к нему подлетает Хосок. Чувствует, как его трясут за плечи, но бесформенная топь утянула его сознание за собой.       🍬 Юнги просыпается в своей комнате. Голова побаливает, но чувствует себя он неплохо. Увы, потеря сознания в его случае не избавила от воспоминаний, поэтому он отчётливо помнит каждое слово учителя. Четыре трупа. Четыре школьника. Одна из них – его одноклассница. Этот март наступил с четырьмя подснежниками. Юнги знаком с полицией и их рабочими фразами, выражениями. Ему всегда нравилось, когда дядя рассказывал о своей работе, иногда привозил в участок. От него Мин узнал много интересного, даже задумывался над тем, чтобы самому стать детективом. А потом дяди не стало, как и мыслей Юнги о том, что полиция – это интересно и здорово. Из мыслей вырывает тихий и знакомый голос, который приводит в чувство: – Ты уже проснулся, хён? Как ты себя чувствуешь? – Вроде всё хорошо,– старший собирает пальцами одеяло у своих ног и поднимает голову на Чона,– говорят что-нибудь о произошедшем? – В интернете и на телевидении уже начали показывать всё, что случилось,– Хосок запинается, рассматривая своего хёна, который явно неважно себя чувствовал всего, что услышал,– Ты уверен, что хочешь знать подробности? Я беспокоюсь о твоём самочувствии.. – Всё в порядке, Хо. Что говорят? – Их всех нашли сегодня утром, когда сугробы окончательно протаяли. Полиция думает, что это маньяк или серийный убийца, потому что...– Хосок нервно дует свою губу, которую и так успел разгрызть за время, что старший был бес сознания,– Потому что все они были задушены предположительно галстуком, а вокруг них были разбросаны сладости, вроде конфет и шоколадок. – Что за извращенец. Нет же, он психопат!– Мин дышит сквозь плотно стиснутые зубы и кулаки сжимает до боли, пока постриженные ногти впиваются в мягкую кожу, оставляя после себя красные полумесяцы. – Тише, хён. Я волнуюсь, чтобы тебе не стало хуже,– Хосок обнимает его, успокаивая своим дыханием и теплом, которое готов полностью отдать Юнги, лишь бы тот почувствовал себя спокойно и в безопасности. – Я просто волнуюсь. Волнуюсь за нас и всех остальных,– Мин тяжело выдыхает и утыкается носом в шею младшего, медленно приводя себя в чувство. – Всё будет в порядке, Юнги. Полиция быстро найдет убийцу и разберётся с ним. А пока, тебе нужно отдыхать и набираться сил. Я попрошу твою тётушку заварить чай. 🍬 – Мам, я дома,– Хосок в ответ слышит лишь голоса из работающего телевизора и, сделав вывод, что мать снова уснула за просмотром дерьмового шоу, отправляется в свою комнату. Здесь всё ровно так же, как и утром. Как и вчера, и пару дней назад. Чон закрывает окно и становится перед шкафом, рассматривая себя в зеркало. Он начинает снимать одежду, тут же развешивая ее по местам, а запонки складывая в коробку и пряча на полке. Потянувшись к шее и сняв галстук, Хосок долго его рассматривает. Вглядывается в каждую маленькую деталь, которую все, кто его встречал сегодня, неосознанно запомнили. Запомнили и даже не заметили. Чон хмурится и открывает полку, где лежат галстуки, которые уже не подлежат носке. Сам же Хосок называет эту полку мусоркой. Закрыв дверцу «изгоев», он открывает ту, что выше. Там, аккуратными рядами, выложены другие хосоковы галстуки. Парень окидывает их хмурым взглядом и вздыхает, закинув голову назад и устремляя свой взгляд в потолок. «Нужно купить новых», – проскакивает в мыслях. Но об этом Чон подумает завтра. Сегодня он наполнит вазу со сладостями, что стоит на его столе, и отправится спать.