Your heart is beating

На следующее утро меня разбудил неяркий свет солнца, пробивающийся сквозь тучи. Он мешал мне, неприятно улегшись полоской на прикрытые глаза. Сегодня была суббота и я хотела полноценно выспаться. Застонав, перевернулась на бок, пытаясь снова заснуть. Не тут-то было! Внезапно, мой телефон завибрировал. Но я точно помню, что никакого будильника не ставила, а значит это кто-то звонил. И зачем я кому-то понадобилась в такую рань?! Разозленная, хватаю телефон с тумбочки, нажав на "принять вызов", даже не глянув на определитель номера. Когда в трубке раздаётся знакомый голос, я от неожиданности подскакиваю в кровати. — О боже! – вскрикнула я. — Нет, это всего лишь я, – звучит мягкий смех. Смех Джаспера. — Откуда у тебя мой номер?! – напрягаюсь, задав этот вопрос. — Я его никому не давала! — Прямо никому? Ты забыла про мисс Николсон. — Мама?! — Я наведался к ней на работу и попросил твой номер. Твоя мама была так добра и воодушевлена, что, не раздумывая, написала мне номер на листке. — Не может быть... — Я не применял к ней свои способности, если ты подумала об этом. Они и не понадобились. — Для чего тебе мой номер? Вряд-ли ты захотел просто пожелать мне доброе утро. — Доброе утро, Тесса, – произнёс Хейл таким мягким голосом, что я могла поклясться, как он улыбнулся при этом. — Не только ради этого, ты права. Хочешь познакомиться с моей семьей? Я чуть не забыла, как нужно дышать. Видимо, молчала я долго, потому что Джаспер поинтересовался: — Всё в порядке? — Нет! — Боишься? – спросил вампир. — Да, – призналась я. — И это слишком неожиданно! С чего такое предложение? — Я подумал, тебе будет интересно. Разве нет? Если боишься оказаться среди вампиров... — Я боюсь не того, кем являются твои родственники, а... что могу им не понравиться, – объяснила я. — Они не удивятся, если ты приведешь меня? Они знают, что я в курсе про… — Они уже давно всё знают. У нас нет секретов друг от друга. Какие секреты, если Эдвард читает мысли, а Элис видит будущее? Действительно. Скрыть ничего не получится. — Так значит, это Элис увидела, что я приду? – решила проверить своё предположение. — Ты быстро догадалась. Это проблема? Я подумала и ответила спустя секунды три: — Нет. — Я знаю, что тебя интересует более подробный ответ, и обещаю, что на всё отвечу, как только ты согласишься. На самом деле, заманчивое предложение. Познакомиться с Калленами, увидеть, где они живут и чем занимаются... в свободное от охоты время. Не отрицаю, что мне было жутко интересно, но я никогда не думала, что мои фантазии могут стать явью. — Ну, так что? Ты согласна? — Ты и так наверняка знал, что я соглашусь. — У тебя всегда есть выбор. Я не хочу заставлять. Помнишь, что я говорил про способности Элис? Она может видеть несколько вариантов событий, но не всегда знает, какой именно сбудется. — Ладно, я согласна. Джаспер с облегчением выдохнул. Он так переживал, что я могу отказаться? Я тут же постаралась объясниться: — Но это только потому... — Что тебе всего лишь интересно, – договорил Хейл. — Никаких отношений, я помню. — Верно, – прикусила я губу. — Заеду за тобой через час. В полном смятении чувств я бросила трубку, слыша смех Джаспера, и со всех ног понеслась в ванную. Из зеркала на меня смотрела бледная девушка с кругами под глазами, взлохмаченными после сна волосами, горящими глазами и пылающими щеками. Быстро приняла душ, тщательно почистила зубы. Вернувшись в комнату, начала бегать из одного угла в другой, расчёсывая волосы и одновременно одеваясь. Нельзя было ударить лицом в грязь. Всё таки это первая официальная встреча с вампирами. Джаспер выразил желание познакомить меня со своей семьёй и я хотела оправдать ожидания. Свой выбор я остановила на бежевого цвета платье с длинными рукавами и закрытым вырезом. Выбрала туфли лодочки к нему в тон и сумочку-клатч. Немного завила волосы у концов, оставив распущенными. Макияж максимально естественный, убирающий лишь явные недостатки кожи: розовый блеск для губ, пудра, чёрная тушь. Постаралась хоть немного успокоиться, но без особого успеха. Всё внутри сжималось от нервов. Не так я думала провести субботу. За всеми этими сборами час пролетел незаметно. Раздался звонок в дверь. Я спустилась по лестнице, открыла дверь и замерла на пороге в нерешительности, сцепив руки. Джаспер окинул меня медленным, пристальным взглядом, от которого бросило в жар, и остановился на моём лице, изучая каждый штрих. — Я старалась одеться так, чтобы произвести хорошее впечатление, – произнесла я, с трудом выдерживая задумчивый взгляд вампира. Что он значил: всё на столько плохо? — Тебе удалось, – кадык Джаспера дёрнулся. — Правда? – пробормотала тихо. Джаспер мягко улыбнулся, подойдя ко мне и взяв за руку. От такого простого касания будто током прошибло. — Я никогда тебе не лгал, – тонкие пальцы поглаживали мои.— Ты выглядишь просто потрясающе. Целую минуту мы смотрели друг другу в глаза, пока я первая не отстранилась. — Может поедем? Чем больше проходит времени, тем у меня меньше храбрости. — Ты переживаешь, что не понравишься моей семье? — Именно. — На счёт Карлайла, Эсми, Эдварда и Элис можешь не переживать. — Всего-то и осталось, что самое сложное, – нервно рассмеялась я. — Розали и Эмметту я не нравлюсь. Особенно Розали. Я же вижу. — Не переживай, – повторил Джаспер. — Каждый в нашей семье уважает выбор другого. Мы выехали из центральной части Форкса. Река Калавах осталась позади, дорога повернула на север, а дома попадались всё реже, пока не исчезли совсем. Серебряный Порше петлял по туманному лесу, и вскоре асфальтированное шоссе кончилось. Джаспер уверенно вёл по лесной дороге, едва заметной среди папоротников. С каждым проеханным метром лес становился всё гуще. Через несколько миль деревья расступились, и мы выехали на поляну. Вокруг клубилась зеленоватая дымка, скорее всего из-за шести древних кедров, растущих вокруг дома. Могучие лапы упирались в стены и заглядывали в окна. Дом был величественным, стильным и очень древним. Светло-бежевого цвета, трехэтажный, он свидетельствовал об отличном вкусе его хозяев. Где-то невдалеке журчала река. Я представляла что-то мрачное, как замок на отшибе, но всё оказалось гораздо лучше и современнее. — Нравится? – улыбнулся Джаспер, заглушая машину. — Да... Если честно, я представляла другое. — Извини, мрачных старинных замков поблизости не было. Хейл открыл мне дверь, предлагая руку, и я взялась за неё, боясь, что без ощущения опоры могу занервничать ещё сильнее и упасть в обморок. — Готова? — Конечно, нет! Я судорожно вздохнула. — Помни, я рядом, – произнёс Джаспер, ободряюще приобняв за талию.  Мы прошли на террасу. Тяжелая дверь открылась. Ничего похожего на мрачное обиталище вампиров не имелось. Внутри было очень просторно, светло и уютно. На первом этаже был большой холл. Южная стена оказалась прозрачной, и я смогла увидеть раскидистые кедры и лужайку, спускающуюся к неторопливой реке. Главным украшением западной части дома была широкая лестница, ведущая на верхние этажи. Высокий сводчатый потолок, оштукатуренные стены, пушистые палевые ковры на деревянном полу. Да, у Калленов безупречный вкус. — Невероятно, – выдохнула я. — Здесь столько света и воздуха. — Ожидала отсутствие электричества и гробы при входе? – усмехнулся Джаспер. Слева от входа, на небольшом возвышении у чёрного рояля, нас ждали родители Джаспера – Карлайл и Эсми Каллены. С доктором Калленом я уже встречалась и не при лучших обстоятельствах. Это был день аварии. Как меня чуть насмерть не сбила машина Тайлера. Доктор Каллен осмотрел меня, был очень вежлив и добр. Ещё тогда я отметила его молодость и красоту. Рядом с ним стояла улыбающаяся Эсми. Я встречалась с ней впервые. Такая же бледная и красивая, как и все Каллены. У неё было тонкое лицо с высокими скулами и волны светлых кудрей чуть ниже плеч. Одеты Эсми и Карлайл довольно изысканно, в светло-бежевой гамме, сочетающейся с цветом стен и ковров. От них веяло спокойствием и дружелюбием. — Карлайл, Эсми, – обратился к ним Джаспер, — это Тесса Николсон. — Можно просто Тесса, – добавила я. — Добро пожаловать, Тесса, – Карлайл шагнул ко мне и протянул руку. Я без колебаний пожала её. — Здравствуйте, доктор Каллен. — Пожалуйста, зови меня Карлайл, – улыбнулся он, отойдя назад. Я неловко улыбнулась, кивнув. Затем ко мне подошла Эсми. — Очень рада с тобой познакомиться, – искренне проговорила она, потянувшись, чтобы заключить в крепкие объятия. Для меня это стало неожиданностью, но я также крепко постаралась обнять её в ответ, демонстрируя моё искреннее отношение. — Я тоже рада встрече, – сказала я. — Тесса! Ты наконец-то здесь! – раздалось радостное откуда-то сверху и я увидела, как Элис скатилась по ступенькам лестницы, остановившись прямо передо мной. — Привет! – она обняла меня за плечи. Лица Карлайла и Эсми вытянулись от удивления. Наверное, в их головах были такие же мысли как у меня: почему Элис принимает незнакомку как давно знакомую подругу? — О, ты вкусно пахнешь! – заявила Элис, вогнав меня в краску. — Элис, – Джаспер напрягся рядом со мной и я не поняла почему. Девушка с короткими волосами вызывала у меня больше всего доверия. — Брось, братец. Мы с ней подружимся, – вампирша сияла, как солнце. Дуновение ветра и рядом с Элис возник Эдвард. В серой тонкой водолазке с длинным горлом и тёмных джинсах. — Здравствуй, Тесса, – сказал он, подмигнув. С ним я уже была более менее знакома, поэтому и градус моей нервности снизился. — Здравствуй, Эдвард, – отозвалась я. Оглядевшись, честно произнесла: — У вас очень красиво и уютно. — Спасибо, – улыбнулась Эсми. — Мы рады видеть тебя в гостях. — Пойдёмте на кухню, – предложил Карлайл. — Мы готовим итальянский обед, – расплылась Эсми в довольной улыбке. Вампиры и готовили простую еду! Когда я вошла вместе со всеми на просторную и светлую кухню, то увидела Розали, готовящую салат, и Эмметта, нарезающего мясо. Здоровяк оторвался от своего дела и поднял большой нож, приветственно помахав им. Блондинка нахмурилась, закончив поливать салат оливковым маслом. — Ты ведь голодна, Тесса? – заботливо спросила Эсми. — О, да... я бы не отказалась, – пожала плечами. — Я лучше покажу Тессе свою комнату, – Джаспер взял меня за руку, а я подняла на него непонимающий взгляд. И тут раздался треск. Розали, которая держала стеклянную посуду с салатом, просто раздавила её в руках. Стекло разлетелось по деревянному паркету. — Замечательно! – зло воскликнула Розали. — Это же не ты готовил этот салат два часа, при этом пытаясь вспомнить, как сделать правильно, потому что в последний раз занимался готовкой сто лет назад! — Розали, – спокойно осадил её Джаспер. — Не стоит. Мы можем перенести обед на другой раз. Ты на взводе. Я заметила, что глаза Розали были блеклые, не такого насыщенного цвета, как у других членов семьи. Она слабо держала себя в руках. Похоже, ей нужна была... подпитка. Карлайл кивнул Джасперу и Хейл повёл меня обратно в холл. Обернувшись, увидела, как Эмметт что-то шепчет Розали, успокаивая её. Элис и Эдвард о чем-то тихо переговариваются. Эсми решила нас проводить до лестницы. С этого расстояния рояль, стоящий на небольшом возвышении, был ближе и я заинтересованно принялась разглядывать его. Столь явный интерес не остался незамеченным для Эсми. — Ты играешь? – спросила она, кивнув в сторону рояля. — Нет, что вы, – пробормотала я. — А из вас им кто-то пользуется? — Это рояль Эдварда, – пояснила миссис Каллен. — Он очень любит музыку. К слову, как и Джаспер. — Неужели? – я взглянула на молчаливого Хейла. — Это правда. Джаспер не рассказывал тебе, что умеет играть на скрипке? — Нет, – слегка обиженно протянула я. — Я бы с удовольствием послушала, так как сама люблю инструментальную музыку. — Мы пойдём, – Джаспер настойчиво потянул меня на ступеньки. — Эсми, присмотрите за Розали. — Эмметт с этим справится, – ответила миссис Каллен, не сводя с нас искрящихся глаз. Кажется, она была рада видеть нас вместе. По высоким ступеням мы поднялись на второй этаж. Деревянные перила были гладкие, как шелк. Цветовая гамма второго этажа совсем иная – стены обшиты деревянными панелями медового цвета, того же оттенка, что и половицы. Моё внимание привлекла деревянная рама на стене, которая была заполнена шапочками выпускников разного цвета: голубые, тёмно-синие, красные, бордовые, оранжевые. — Ничего себе! – потрясённо воскликнула я. — Да, шапочки выпускника, – блондин остановился, задержав на них взгляд. — Когда мы переезжаем с места на место, приходится заново учиться. — М-да уж, вечная школа – это не здорово. — Хочешь посмотреть комнаты? — Ещё спрашиваешь? Улыбнувшись, он повел меня по коридору. — Комната Розали и Эмметта, кабинет Карлайла, комната Элис, – показывал на закрытые двери Джаспер. В конце коридора я остановилась, уставившись на деревянное украшение на стене. Деревянный крест, темнеющий на фоне светлой стены. — Просто украшение, веселья ради или... — Он был сделан где-то в середине семнадцатого века, – пояснил Хейл. — Зачем он висит здесь? – поинтересовалась я. — Крест принадлежал отцу Карлайла. Он вырезал его сам. Когда-то крест висел на стене в приходе, где он служил. Посчитав в мыслях, я поняла, что кресту более трехсот пятидесяти лет. — Сколько лет доктору Каллену? – промолвила я, по-прежнему глядя на крест. — Он недавно отпраздновал трехсот шестьдесят второй день рождения. Карлайл родился в Лондоне примерно в 1640 году, незадолго до правления Кромвеля. Точнее сказать невозможно, даты рождения простолюдинов тогда не записывали. Он был единственным сыном англиканского священника. Мать умерла при родах, и Карлайл остался с отцом, человеком крайне нетерпимым. Когда протестанты пришли к власти, священник участвовал в гонениях католиков и представителей других религий. А ещё он твердо верил в существование зла и возглавлял облавы на ведьм, вампиров и оборотней. Услышав последнее слово, я замерла. С последними событиями я совсем выкинула из головы историю Джейкоба и Шэйя о том, что их племя произошло от волков. Если их рассказы о "хладных" оказались правдой, то может ли быть, что в  резервации Квилетов живут настоящие оборотни? Джаспер тем временем продолжил: — Они сожгли сотни невинных людей, потому что тех, на кого устраивались облавы, поймать куда труднее. Состарившись, пастырь поставил во главе рейдов своего послушного сына. Сначала Карлайл приносил одни разочарования: он не умел обвинять невинных и видеть дьявола в душах праведных. Зато он оказался настойчивее и умнее отца. Он нашел настоящих вампиров, которые жили среди нищих и выходили на охоту по ночам. Даже в те времена, когда чудовища существовали не только в легендах, выжить им было непросто. Вооружившись факелами и горячей смолой люди собрались у логова вампиров, которое обнаружил Карлайл. Наконец появился первый. Это был обессилевший от голода старик. Почуяв людей, он тут же предупредил остальных и бросился бежать, петляя среди трущоб. Карлайл, на тот момент двадцатитрехлетний, возглавил погоню. Старик мог легко оторваться от преследователей, но, по мнению Карлайла, он был голоден, поэтому внезапно развернулся и бросился в атаку. Сначала он напал на Карлайла, однако противников было слишком много, и вампиру пришлось обороняться. Убив двоих, старик убежал с третьим, а истекающего кровью Карлайла бросил на улице. Он знал, что сделает его отец. Тела сожгут, сожгут и всех раненых. Чтобы спасти свою жизнь, он доверился интуиции. Пока толпа гналась за вампиром, он полз в противоположном направлении. Карлайл нашел погреб с гнилой картошкой и скрывался целых три дня. Он сидел тихо, и его никто не обнаружил. Лишь когда жизни ничего не угрожало, Карлайл понял, кем стал. Я только и смогла, что выдохнуть потрясённое "О-о", отреагировав на такую историю. — Ты не видела ещё мою комнату, – напомнил Джаспер, вырвав меня из задумчивого состояния. Комната Джаспера Хейла оказалась маленьким раем для книжных любителей и ценителей комфорта. Как только я переступила порог, то сразу обратила внимание на книжные стеллажи до потолка, современные полки из чёрного дерева. На левой стене расположено большое напольное окно с простыми и изящными занавесками, которые легко раздвигались в стороны, открывая прекрасный вид на природу за окном. Через распахнутое окно проникал приятный хвойный аромат. Рядом со стеллажами стояло мягкое плетённое кресло с подушкой, которое так и звало присесть в него с книгой в руках, и закутаться в тёплый плед. Небольшое пространство выделено для рабочего стола с компьютером и односпальной кровати. Я подошла к стеллажам, проведя пальцем по книгам различных жанров, от классики до современных бестселлеров. Каждая книга выглядела как новая, говоря о заботливом и уважительном обращении с ней. В углу я заметила специальную подставку со скрипкой. Обернувшись, увидела, что Джаспер внимательно наблюдает за мной, прислонившись плечом к стене. — Сыграешь? – кивнула на скрипку. Слова были лишними, когда его руки ласково обняли инструмент. Скрипка ожила под опытными пальцами. Ноты пронизывали воздух, создавая мелодию, в которая пробуждала эмоции. Каждая нота, каждое вибрирующее движение скрипки, словно рассказывали историю человеческой души. Пронизывающие звуки наполняли пространство комнаты, проникали в самые уголки души. В этом мгновении время остановилось, и я погрузилась в пленительный мир музыки. Я, не отрываясь, смотрела на тонкие пальцы, с легкостью управляющие смычком. Резкие движения, сосредоточенное выражение лица, светлые волосы упали на глаза. Когда последние ноты затихли, Джаспер спросил: — Понравилось?  — Это было великолепно! Паганини? — Каприс номер двадцать четыре, – Джаспер любовно провёл пальцами по струнам и положил скрипку на место. Во времена Паганини скрипачи и педагоги для своих учеников часто писали упражнения и этюды для совершенствования техники. Иногда эти этюды называли "каприсами". Паганини исполнял свои каприсы с легкостью и блеском, поражая современником и вызывая слухи о том, что он продал свою душу дьяволу за право так играть. Скорость и точность рук изумляли, смычок будто высекал искры, а звуки доводили чувственных слушателей до обморока. Объяснение таланту, конечно же, было. Паганини с малых лет часами проводил за скрипкой. До изнеможения отрабатывал всевозможные приёмы. Отец часто запирал его с инструментом наедине, чтобы мальчик ни на что не отвлекался. Однажды подобная практика чуть не свела в могилу юного музыканта. Знаменитые двадцать четыре каприса Паганини создал для отработки различных техник. Сухие формулы словно заговорили и стали изящными виртуозными миниатюрами. У каждой – своё настроение. Мы обменялись взглядами – момент, который словами было невозможно передать. Музыка сплотила наши сердца, создав незримую связь, что напомнило о важности искусства и его способности связывать людей. — Как считаешь, – неловко отвела глаза, посмотрев в окно, — я понравилась твоей семье? Розали и Эмметт были уж точно не в восторге. Хейл нахмурился. — Не переживай из-за этого. Розали просто не в духе и отреагировала резко не потому, что она тебя всерьёз ненавидит. — Эмметт вроде бы выглядел дружелюбно настроенным. Ну, если так можно сказать, вспомнив, как он размахивал ножом... Джаспер рассмеялся. — Эмметт смирился, но по прежнему считает, что я сошёл с ума. А причина злости Розали ещё не только в том, что она... не утолила жажду, но и в том, что наш секрет узнал кто-то посторонний. Да и к тому же, её меньше всех устраивает... нынешняя ипостась. — В каком смысле? – переспросила я. — Ты человек, а она... вампир.  Поэтому Розали сильно ревнует. — Не верится даже, – прошептала я. — А Эсми и Карлайл?  — Ты и сама видела, что они тебя приняли. Для них главное, чтобы я был счастлив. Элис выражала свою радость больше всех. Ну, а Эдвард поддерживает меня во всём. Целую минуту мы молча смотрели друг на друга, пока Джаспер не предложил мне присесть в кресло, с явным намерением поговорить о чем-то серьёзном. — Ты выглядишь задумчивым, – отметила я. — Не без причины. Элис...  чувствует приближение гостей. Они знают про нашу семью и, скорее всего, захотят познакомиться. — Гостей? – приподняла брови. — Другие вампиры. Они не похожи на нас и охотятся иначе. Скорее всего, в город они соваться не станут, а вот зайти на нашу территорию... вполне могут. — И что тебя беспокоит? — Ты, – ответил Джаспер, присев передо мной на корточки. — Твой запах остался здесь и на нас. Поэтому до самого их отъезда я не спущу с тебя глаз. — Они могут... зачем им я? – выдавила слабо от страха. — Под охотятся "иначе" я подразумевал питаются человеческой кровью, потому что не хотят по другому и видят в этом удовольствие. Они легко могут заинтересоваться твоим запахом, задавая вопросы. — Понятно, – пробормотала я. — Из школы буду сразу идти домой. — И никаких поездок, – твёрдо настоял Джаспер. — Ни в Порт-Анжелес, никуда. По крайней мере, одной. — Когда ты успел стать моей мамой? – улыбнулась я. — С того момента, когда понял, что ты мне небезразлична. Сердце заколотилось в груди. Джаспер осторожно и медленно, будто боясь спугнуть, коснулся моей щеки, опустив потемневший взгляд на приоткрывшиеся губы. Но с мукой на лице, которая промелькнула у него на пару секунд, Хейл быстрым движением поднялся. Я постаралась скрыть разочарование. — Пойдем, – проговорил вампир, предлагая руку, — отвечу и на другие твои вопросы.