Взгляд Ждущего и Вера Ищущего. Книга 2: Иной

*Автор* — Оставили выпивку в покое, грязные вы ублюдки! — заорал Джаспер, стоило ему подойти к бару. Бесхозные иные уже привалились к его запасам и нещадно их пожирали. — Совсем страх потеряли, гниды волосатые! — кроль хотел было броситься в драку, но его успел перехватить Яшка, сидевший тут же и попивавший спокойно чай. — Угомонись! — Я им щас угомонюсь! Я им морды их в цвет их крови разукрашу! Пусти! — Уймись. Или ты хочешь, чтобы тебя ещё и за драку привлекли? Сиди смирно, — не в меру сильный барашек усадил буйного короля на барный стул. — Сам подумай — им сейчас от пророка прилетит за то, что бар разворотили. — И то верно, — Джаспер глубоко вздохнул и попытался успокоиться. — Прости, я вывалил пророку всё подчистую. — Всё хорошо. Говорить правду сложно. Я в какой-то степени даже завидую тебе. — Хе-хе, не нужно. Для того, чтобы говорить правду, нужно лишь открывать рот и издавать звуки, соединяя их в слова. Собственно, именно так рождается и ложь… Эй, а ну поставь бочку на место! — Джаспер подскочил со стула, готовясь броситься в бой. — А не то что? — гоготнул ему один из иных. — Угомонились все! — вернулись пророк с Нариндером. Агнец после стольких откровений выглядел очень изнуренным. — Слушать сюда! Агнец вынес приговор всем вам! Белый барашек тяжко вздохнул, собрал оставшиеся силы и осмотрел присутствующих: — Во-первых, иные починят бар и возместят ущерб, которые устроили только что. Во-вторых, — и эти слова дались ему нелегко, — с этого дня я отменяю договорённость с вашим селением. Теперь вы являетесь частью культа и подчиняетесь моим правилам. А чтобы они соблюдались, я поставлю над вами руководство. Яша теперь ваш руководитель. После таких слов чёрный барашек подавился чаем и закашлялся. Впрочем, не только он был удивлен подобным высказыванием. — Вы же пошутили, пророк, правда? — иные сразу же вспомнили жуткие времена в своём мире. — М-мы исправимся, клянусь! — Довольно было времени для исправлений. Я достаточно лояльно относился к вам. Всех девушек, стариков и детей я забираю под своё начальство, остальные же, работоспособная часть населения, теперь будет под командованием Яши. Яша, — обратился пророк непосредственно к черному барашку, что уже отошел от приступа кашля после того, как подавился, — ты теперь отвечаешь за них. Сотворят что-то дурное — отвечать будешь ты. Я даю тебе право распоряжаться ими как хочешь. Наказывай их как сочтёшь нужным. Если возникнут проблемы, обратись ко мне или к старейшинам, тебе всё понятно? — Полностью. — Хорошо. Это моё решение. И оно не обсуждается! — и Агнец развернулся и побрёл прочь. То, что произойдёт дальше не его дело. В храме, обсуждая, что сделать с иными, у Нари и Агнца был следующий разговор: — Агнец, послушай, если ты их накажешь сейчас, это лишь усугубит твоё положение. Но оставишь без внимания — они почувствуют свободу и устроят вакханалию. Ты это понимаешь? — Да… Что ты предлагаешь сделать? — Усилить над ними контроль. Поставить кого-то, кто будет держать их в ежовых рукавицах. Уилмора того же. — У него и так много дел, — тяжко выдохнул барашек. — Есть у меня одна мысль, но она тебе не понравится… — Что ты хочешь сделать? — Я дам Яше возможность руководить его культом. Снова. — Ты… Ты это сейчас серьёзно? Он же… Он… — кот замер с открытым ртом, не в состоянии подобрать слов. — Он бесцеремонный, бестактный, властный и сильный? И сможет держать их в, как ты сказал, «ежовых рукавицах»? — Да, но… — Это прекрасная возможность посмотреть на то, чему он обучился за время нахождения здесь. Если что-то пойдёт не по плану, я вмешаюсь. — Как ты поймёшь, что всё пошло не по плану? — Я нашёл своего сторонника среди иных. Он будет мне каждый день докладывать, как обстоят дела в их общине. Подумай сам — иные всё ещё страшатся Яшу, даже несмотря на то, что у него больше нет божественных сил. Не считая того случая в швейном доме… Мы так и не поняли, что произошло, и повторится ли подобное… В любом случае я всегда смогу отстранить его от этой власти, если он попросит сам или не будет справляться. — Ты знаешь, он не попросит… — Именно поэтому я завёл внутри шпиона. Да, это жестоко. Но они слишком сильно меня взбесили. Вместо романтического ужина и приятного времяпрепровождения я должен решать их проблемы… — Тогда не стоит ли подумать о том, чтобы уменьшить его нагрузку? — Хм, возможно… Что предлагаешь? — Спросить Яшу самого. Ему и на кладбище копаться, и с иными возиться, и продукты доставлять… Это слишком большая ответственность! — Верно… Я спрошу его, какую из работ он хочет оставить. В остальном всё будет так, как я сказал. — Твоё слово — закон, Агнец. После этого они вернулись к бару, где иные почти устроили драку с барменом. После ухода барашка, Нариндер сел на второй целый стул и попросил Джаспера налить ему молочка. Кроль молча направился выполнять заказ. — Э, рогатый, ты думаешь, мы остались такими же послушными и преданными, да? Да ты теперь никто, маленькая рогатая сволочь! — начал возникать один из иных — тот самый женишок. — Джаспер, будь добр, налей кружечку хмельного, — голос Яши был как никогда низким и сиплым. Бармен, подав старейшине молока, поспешил выполнить просьбу и барашка — уж очень его тревожил этот омрачневший тип. — Что такое, язык проглотил? — пока что только оскорбления, выходить на бой против барана никто не решался, но многие стали улюлюкать и поддерживать задиру. Получив свою кружку пенного, Яша залпом влил в себя содержимое, глянул на задиристого иного одним глазом и… — Не ломай мне мебель, рогатый! — завопил на Яшу Джаспер, когда тот схватил за ухо выскочку и как следует приложил его о барную стойку, оставив хороший такой отпечаток на обеих поверхностях. Отшвырнув в сторону иных мятое тело, Яша рявкнул на них: — Молчать, оборванцы! Если уж свесили вас мне на шею, то будьте добры выполнять мои приказы. Я честно закрывал глаза на ваши выходки, но мне это уже порядком надоело! Если кто силой мериться вздумал — выходи, тоже приложу! — но желающих не было. Все глядели на шатающегося жениха с плоской кровавой мордой. — Вы двое, отведёте бунтаря в лечебницу. Остальные — ноги в руки и залатали бар живо! До вечера чтобы всё было в порядке или отправитесь за ним следом! Перепуганные до чертиков иные моментально бросились выполнять приказ бывшего пророка. Яша же недовольно пожевал жвачку, повернулся к бару и… А Джаспер уже поставил ему вторую кружечку. Так, на всякий. — Это было шикарно. Жутко, но шикарно, — бармен даже ушки прижал, перепугавшись из-за грозного голоса барана. — Я сам собирался с ними побежать всё чинить, если честно… — Извини, пришлось… К сожалению, в моём мире выживали либо трусы, либо предатели. Все остальные в бою зачастую погибали. А теперь представь себе культ из одних трусов и предателей — такое себе развлечение. — Согласен… Старейшина, а вы что скажете на это? — Я поражен, что они до сих пор тебя слушаются. Яша, пророк не успел, так что скажу тебе я — так как на тебе теперь лежит такая ответственность, как иные, мы решили снять с тебя некоторые обязательства по работе. — Отчего ж? — Следить за иными сложно и… — Я бы поспорил. У меня появилось более дюжины рабочих рук! — Иные не настолько работоспособны и… — Вы к ним подход не нашли, — барашек немного пожевал жвачки, переминаясь с ноги на ногу, и добавил: — Ко мне тоже не сразу подход нашли. — И то верно, — кивнул головой кот, лаская своё молоко. — Да, и ещё кое-что: если кто-то из иных пожелает перейти в культ ягненка, ты ни под каким предлогом не должен этому препятствовать. Это понятно? — Вполне. — Будем считать это исправительной колонией. Спасибо за молочко, Джаспер. — Обращайтесь. Нариндер ушёл, оставив кролю золотую монетку. Яша вновь сел за барную стойку и взял в руки кружку. — Ты как, здоровяк? — Странно себя ощущаю… Я вновь руковожу культом, но… — Большая ответственность. — Если бы. Разбойники они. Дурят, бесятся, наплевав на других. Пока они сильные — они непобедимы. А по одиночке слабые как тонкие веточки. Их переломать достаточно просто. — Тогда что тебя волнует? — Я боюсь… — Чего? — Что не справлюсь… Не потому что это ответственность… А потому что меня могут убить… — Вон оно что… Погоди секунду, — кроль полез рыться в своих запасниках пока не достал оттуда амулет черепушку: — Во. — И что это? — Череп. Агнец говорил, что эта штука один раз может защитить своего хозяина от смерти. Держи! — Ты что, это же ценная вещь! — Да ну. Тебе она куда нужнее, — Джаспер бросил взгляд на возвращавшихся с инструментами и досками иных, быстро сунул в копытце барашку черепушку и вернулся к своим барменовским делам. Конец дня прошёл спокойно. Даже ночью, когда все ушли спать, ни один иной не помыслил о чем-то дурном. А на утро обнаружили нескольких иных мертвыми. Ни следов насилия, ничего не было. Все сошлись на мысли, что они умерли от страха — сердечко не выдержало. Под руководством черного барана теперь было двенадцать существ, считая иного, лежавшего в больнице.

***

Иные закончили чинить бар, чем привели Джаспера в неописуемый восторг. Он радостно бегал вокруг, оценивая расширение: больше места для хранения готовой продукции, обновленная барная стойка, более крупный бар. Счастья ушастому не было предела! — Красота какая! — Я рад, что тебе нравится, — улыбнулся барашек. Глянув на работников, что столпились в отдалении, он отдал им следующий приказ: — За сегодня ваша задача снести стену, что вы возвели. — Но как можно! — Чтобы снесли! К зиме нужны дрова, ваш забор будет как раз кстати. Вперед, выполнять! Недовольно ворча и скалясь, иные всё же отправились выполнять поставленную задачу. — Слушай, Яшик, а приходи вечером, я тебя угощу за такой красивый бар! И своих иных приводи! — Так это они ж и разнесли бар, разве нет? — Так-то оно так, да у меня на вас другие планы. Пророк мне этого не сказал, но я считаю, что твоих парней нужно приучать к культурной выпивке, — кроль уже начал расставлять уцелевшие бочки и бутылки по местам. — Это как? — барашек облокотился о стойку, довольно проблеяв: эта была куда прочнее предыдущей. — Это не бухать в три горла, а вкушать, дегустировать и наслаждаться. Немного принять на душу, чтобы отдохнуть от тяжелого трудового дня. Что скажешь? — Хорошо, я их приведу. Но не смей их травить! — Ни в коем разе! Считай это моим подарком за расширение бара. — Хорошо. Мне пора идти. — Пока-пока!

***

Иные ворчали, снося забор. Частокол должен был их защищать, а всё вышло совершенно наоборот. Но кое-что поменялось с тех пор, как они прибыли в культ Белого Пророка, а именно — сам черный барашек. Он был тут же, сносил забор вместе с ними, уносил бревна на сушку, потом снова возвращался. Он не разговаривал ни с кем, только работал, да гонял отлынивающих. Впрочем, что ещё нужно было? Кто-то из особо диких решил полезть на барана с кулаками, да почти сразу получил по ребрам бревном. Даже сам барашек ошалел от того, насколько он стал хорошо управляться с такими большими и тяжёлыми предметами. С того момента к барашку никто не лез. А когда под вечер весь забор вокруг домиков иных был убран, барашек повел свою банду к бару. Иные перешептывались, переглядывались и не понимали, что происходит. А там щедрый на угощения и выпивку Джаспер устроил им небольшой дегустационный столик. — Надеюсь, вы объясните мне, что это такое, — тут же пришел и с побитой мордой женишок. — Все, кто хочет спать — может идти спать. Я не держу, — не глядя на женишка, ответил барашек. — А остальные? — А остальные будут себя хорошо вести, — к бару подошел Агнец. — Мне тоже интересно, что вы с Джаспером задумали. — А что задумали? Мне отгрохали такой шикарный бар! Я решил наградить работничков за это, — кроль крайне редко улыбался искренне. Но сейчас он сверкал всеми своими зубами. — Как я уже сказал: кто хочет спать — пусть идёт спать, — вновь повторил Яшка. Некоторые последователи робко перешепнулись и решили оставить всех, отправившись спать. С барашком осталось четверо, считая женишка — уж очень он хочет узнать, что такое устроят иным. — Хорошо, будем работать с тем, что есть. Сегодня я научу вас выпивать! — Джаспер достал несколько небольших кружек, пару бутылок и поставил это всё на самодельный стол из бочки и куска дерева. — Ха! Кто ж пить не умеет! — воскликнул женишок. — Ты, — ткнул в него пальцем Джаспер. — А как ещё объяснить ваше безумное пристрастие к органам друг друга? Не суть. Сегодня я покажу вам как правильно пить: вкушать, наслаждаться и дегустировать. Давайте начнем! Под чутким руководством Джаспера иные во главе с Яшей и Агнцем приятно провели время под крепким алкоголем и вкусной закуской. Спать иные отправились навеселе, но без мыслей о разрушении и насилии. Белый пророк тоже отправился спать, ведь алкоголь давался ему тяжело, хоть он и выпил меньше других. У бара остались только Яша и последователь с помятой мордой: — Слушай, у меня всё ещё есть вопросы. — Говори. — Ты же теперь не такой всемогущий, как раньше. Поэтому подкупаешь нас, да? Тебе это не поможет. — Дело не в том, подкупаю я или нет. Дело в том, через что я прошёл, находясь здесь. Я прочувствовал на своей шкуре разные способы взаимодействия с такими как я. Кто-то насилием, кто-то пониманием и поощрением, кто-то поддержкой, а кто-то — строгой выдержкой. Каждый по-своему реагировал и действовал. Не все методы мне нравились, не все были эффективны. Когда Агнец внезапно поставил меня во главе вас, я целый день думал, как я буду к вам относиться. Вернусь ли вновь на прежнюю дорожку или покажу себя с новой стороны? — И что решил? — Я не жалею, что приложил тебя тогда о стойку, нет. Тебе, порой, нужна трёпка. Касаемо всех остальных — их нельзя оставлять одних. Я буду приглядывать за ними, помогать адаптироваться, поощрять, насколько это возможно. Иной потупил взгляд. — А ещё я так и не знаю ваших имён. Вот твоё какое? — Ази. — Очень приятно, Ази. понимаю, что ты не доверяешь мне, но я всё равно буду стараться стать лучше. — Ты изменился. — Да? — Да. Только я не пойму как… — О, у меня был хороший учитель, — Яша улыбнулся, вспоминая Аима. Тот, кто поддерживал и направлял, защищал и оберегал, кто и сам порой мог вспылить, но потом искренне просил прощения. Впрочем, не только он был причиной того, что барашек поменял свои взгляды — он также вспомнил Чипа — добродушного гробовщика, что так ласково и открыто общался с ним. — Ази… Прости меня. — А? — иной ошалело глянул на черного барашка, что уставился в пустоту. — Я… Я натворил много всякого. И мне жутко за это стыдно. Прости. — Э, да ничего, правда… У, слушай, уже темно, я, пожалуй, пойду спать… — залепетал Ази, потихоньку уходя в сторону лечебницы. Когда иной отошёл достаточно далеко, Джаспер подошел к барашку и спросил: — Слушай, он ночует в лечебнице, пока его морда не заживет. Ты тоже? — Нет, я сейчас ночую в каморке на кладбище. — Рядом с Чипом? — Рядом с Чипом. Старику совсем плохо. Чую, скоро сам станет одним из… Не важно… — Сочувствую. — Нет, нет, не стоит! Правда. Он рад, что прожил такую долгую и приятную жизнь. И что подарил надежду и жизнь стольким молодым… Пожалуй, мне тоже пора спать. Спокойной ночи, Джаспер. И спасибо за угощение.