Взгляд Ждущего и Вера Ищущего. Книга 2: Иной

*Нариндер* Кровь на твоих руках, брат… Фраза прочно засела в моей голове. Мы вновь оказались в пустой деревянной комнате. Но на этот раз дверей было две. Одна должна была вести прочь, другая — дальше по воспоминаниям. Чёрный сказал, что это не ловушка, и что он точно вернёт нас домой, если мы захотим. Но я послушал Яшу, и мы направились дальше. О, а это похоже уже на мой храм. Только… Не могу объяснить, что не так. Будто бы смотрю на отражение своего храма… И архитектура та же, и цвета, и украшения. Но всё другое… Это была небольшая по меркам храма комната для игр. У меня была такая же. Здесь мы собирались с братьями и сестрой, играли в шахматы, домино… Отвлекались от дел. Ах, приятные воспоминания… Котёнок сидел, игрался с куколками. Рядом лежала алая корона. Игры были очень жестокие… Даже по моим меркам… — Брат! — в комнату к играющему котенку вошел Шамура. — Играешь? — Да! — Во что играешь? — он присел рядом с котёнком, глядя на его игры, покачал головой: — Нариндер, почему ты их мучаешь? — Потому что я для них Бог! На, на, получи, еретик! — схватив одну из кукол, котёнок стал агрессивно бить ею по полу. — Как думаешь, для чего это воспоминание? — вдруг спросил меня Яша. — Не уверен. Чтобы показать что-то важное? Яш, каким ты помнишь Арасета? — Каким я его помню… Сперва он показался мне милостивым божеством, что решил спасти меня от смерти. Но после… Когда я познакомился с ним поближе, я понял, что он — манипулятор, злостный агрессор. Всё, что есть в мире, он считал своей собственностью. Всё, что ему нравилось, он забирал себе. Алчный, жадный, хитрый и трусливый божок. Таким я его помню. — Ты поэтому так злился, когда мы с Агнцем приняли его под свою опеку? — Да. Не знаю, может он действительно изменился. Но… Не знаю. Я подумал, что будет правильным извиниться за свои методики воспитания, потому и пришёл ночью. Не уверен, что это была хорошая идея, однако же я этого не сказал. — Я рад, что ты исправляешься, но больше не буди никого по ночам. Стоит это делать только в экстренных случаях и когда жизни угрожает опасность, понимаешь меня? — барашек закивал головой. — Что ж, давай посмотрим, что тут может быть интересного. В этот раз портал оказался прямо под нами. Боль. Головная боль. Жутко ноющая головная боль… Это воспоминание, о котором Арасет не хотел делиться со мной. Именно поэтому у меня так ноет голова? «О, это не самое страшное, что ты увидишь здесь, котёнок», — Чёрный на самом деле считает меня блохой или что? Почему он такой вредный? «Продолжай идти, котёнок. И, может быть, дойдёшь до конца». До конца… Мне достаточно выйти из воспоминаний, которые хозяин пытается скрыть до воспоминаний про смерть. Там наверняка Алый сможет меня вытащить. Следующее воспоминание меня немного отрезвило. Это было воспоминание… Очень похожее на моё. Это… Моё заточение…. — Брат мой, — Шамура… — Я бесконечно раздосадован тем, как ты себя ведёшь. Ты имеешь право голоса, но ты слишком сильно зависим от своих сил. И ты слишком сильно вредишь народу! Прости, но мы решили, что тебе придётся отказаться на время от сил Алой Корорны. — Да ни за что в жизни! — завопил Белый котёнок, носясь по достаточно большой клетке. Судя по всему, эта клетка могла спокойно сдерживать силы Алой Короны внутри себя. Эх, если бы и меня в своё время посадили в что-то подобное… я бы, может быть, посидел, подумал над своим поведением, и всё закончилось бы хорошо… — Ты будешь сидеть здесь, пока не поумнеешь. Если ты не хочешь меня слушать и прислушиваться к тем, кто умнее и старше, то придётся вдолбить в тебя мысль таким жестоким и негуманным способом. Прости меня, брат… — Не извиняйся над ним, дорогой братец! — Калламар. Он стоял тут же. — Маленькому пора уже показать, как и что делается в нашем мире. Он слишком уж зазнался! Прости меня, Нариндер, но тебе пора понять, что за свои слова и свои поступки нужно отвечать! — Я не собираюсь отвечать за свои поступки! Боги не извиняются! А я и есть бог! Я Бог Смерти! И вы все мне подчинитесь! Мня вдруг подорвало водоворотом черно-алого цвета. Воспоминание обрывается здесь и продолжается дальше. Я не был удивлен, увидев своего белого двойника в цепях уже в мире Небытия. Он кричал и вопил, проклинал всех вокруг. Один за другим стоящие перед ним епископы покидали Небытие, пока напротив него не остался только Шамура. — Брат мой… — Убирайся, предатель! Лживое божесво! Иуда! — плевался кислотным ихором белый бог. Я стоял в стронке, рядом с Яшей, глядя на это безумие. — Я был таким же, — тихо произнёс я. Рогатый повернулся в мою сторону, молча моргая. — Я был зол, обозлён на весь свет, но… Пойми, у меня была история совершенно другая… Я понимал, что Смерть — часть пути. И ничто не может быть бессмертным, даже сама Смерть. Однако же я был бессмертен, и этот парадокс давал мне надежду жить. Братья и сестра верили, что мир должен меняться, что старые догмы подлежат уничтожению, что на смену старого придёт новое и… И что Смерть тоже должна меняться… Я был против этого. Я пытался объяснить им, что Смерть не изменна. Как и Жизнь — это лишь часть отрезка времени. Насколько бы сильными мы не были божествами, мы не в состоянии изменить самого понятия времени. Увы и ах. Мы лишь идём с ним в ногу, не отстаём. А кто отстал, то остались в памяти истории или потерялись из неё вовсе. Кто-то стал прахом. Кто-то — потерялся в складках прошлого, а кто-то навсегда останется в памяти потомков… — Что ты имеешь в виду? — Кто не успел за временем — те уже умерли. Смерть — показатель того, что Жизнь развивается. И этого нельзя изменить. Я –Бог Неизбежного, неизменного, Вечного. — Арасет считал иначе. Он считал, что раз является Богом Смерти, то это эму нужно было решать, кто умрёт, а кто будет жить. — Вот как… Тогда я понимаю, почему его заперли. Однако, это не умаляет того факта, что ты считаешь его чудовищем. — Обожди. То ли ещё будет. Мы прошлись с барашком вдоль мира Небытия, слушая завывания Белого Бога и скрежет цепей. Навевает грустные воспоминания… — Как ты себя чувствовал, когда оказался здесь? — спросил меня Яша. — Одиноким. Я почувствовал, как меня предали и оставили одного гнить в этой тюрьме, — я вдруг остановился. — Подожди… Мои воспоминания… Что с ними не так… — А? Что такое? — Мне всегда казалось, что это я был противником изменчивости, всегда считал, что нужно держаться старых обычаев… Почему же сейчас я вспоминаю совершенно другое? — я ужаснулся… Неужели мои воспоминания — фальшивка? — Ох, Нари, мне стоило бы перед тобой извиниться. — голос Алого. — В своё время я немного подпортил твои воспоминания, чтобы… Чтобы выбраться поскорее, но только всё усугубил. Ты уж прости… Скорее всего, ты узнаешь много нового не только о белом Боге, но и о себе самом. — Демоны… Когда ж вы угомонитесь! «НИКОГДА, ЖАЛКАЯ БУКАШКА!» И почему я не удивлён. — Алый, сколько мы можем тут находиться? — Сколько сочтёте нужным. Время в сознании под управлением демонов длится в сотни раз быстрее, нежели в мире смертных. Ваши тела ещё не успели коснуться земли, а вы уже вон соклько всего совершли! Тогда я хочу сесть и немного поразмышлять над тем, что произошло. Я осторожно опустился на белую материю мира и задумался. Барашек сел рядом, оглядываясь по сторонам. Он не лез с вопросами, за что отдельное ему спасибо. Итак, что же на самом деле правда? Смерть — вещь нерушимая, неизменная и Вечная, как и сама жизнь. Мы все владельцы своей и чужих жизней, мы можем укоротиь жизнь любого живого существа, но Боги могут сделать кое-что отличное от возможностей простых смертных. Я… Пытался что-то изменить? Но что? Воспоминания не давались. Их всё пытались перекрыть яркие вспышки, явно навязанные мне кем-то другим. Моими собственными мыслями? Согласен ли я с тем, что Смерть неизменна, сейчас? Да. А тогда? Каким было моё прошлое мировоззрение? Я… — Смерть должна измениться… Всё в жизни должно меняться, и Смерть — тем более. Старые догмы должны быть разрушены… На их месте должно появиться нечто новое… — я говорил это, но… — Это не мои слова… Но почему они в моей голове? — Это мои слова… Мне пришлось так поступить, Нари прости… Сколько бы ещё времени тебе потребовалось, чтобы, наконец, исполнить мою Судьбу? Ты должен был попасть в мир Забытых, а там уже наречь кого-то из смертных своим пророком. Мне… Мне ужасно жаль! — Захлопнись! Ты привил мне не мою волю, заставил меня гнить здесь, воспользовался мной и моими чувствами! — Я бесконечно сожалею… — Сожалеешь? Да после подобного ты мне по гроб жизни обязан! Черный, тебя это тоже касается! — услыхав хихикающего мекого демона, я немного даже вспылил. — Лживые вы создания. — Нари, мы можем обсудить это позже! Вам лучше поскорее искать выход! Только потому, что я хочу сломать тебе лицо. Я этого не сказал, но уверен, что демоны меня услышали. Порталом в следующее воспоминание стал… Портав из мира Небытия в мир живых. Иронично. Культ Черного пророка… Я видел его лишь однажды, но образ его запечатлелся у меня надолго. Рассмотреть как следует обстановку у меня не вышло — у меня скрутило живот, запульсировала кровь в голове, а всё моё нутро сжалось. Я зашёлся жутким кашлем, отхаркивая густые куски крови. — Пора уходить, — Яша, который был в лучшей форме, чем я, взглядом искал выход. — Скорее всего он в скелетном замке. Идём, скорее! — Стоять, смертные! — я с трудом поднял голову. На нас усавились… Странные существа с копьями… Они все состояли из белой материи с красныыми глазами. Их оболочки двигались и шевелились. Глаза застилает туман, почти ничего не вижу! — Нари, бежим! — баран схватил меня за руку и потащил за собой. Борясь сам с собой, я бежал за ним. — Что это? — сплёвывал я кровь. — Думаю, это то, о чём предупреждал Алый. Это стражи сознания. Они не пустят нас дальше. Но мы должны поспешить! В храме есть потайная дверь в подвал, она наверняка выведет нас отсюда! И Яша меня всё вёл и вёл. Я спотыкался, падал, через черную плёнку едва различал, что происходит. Но то, что разбирал, крепко засиживалось в моей памяти. Арасет был повсюду. Всюду воспоминания, связанные с его нахождением здесь… Но вот мы внутри неостроенного храма. Яша, как и сказал, отворил дверь в подвал и втянул меня внутрь. Немного зрение пришло в себя. Мы будто оказались в совершенно другом месте… — Похоже на пыточную… — задумчиво пробормотал барашек, ведя меня вдоль нескончаемго коридора из еловых веток. То тут, то там я замечал Арасета рядом с другими жителями, которых он истязал и мучил… Среди нескольких я угадал очень знакомые черты… Но Яша всё тянул меня и тянул в самую глубь. Становилось всё темнее и темнее, пока я совсем не перестал видеть. И только крепкое баранье копытце всё ещё меня держало. — Яша… Ты же можешь оставить меня здесь и навсегда забыь об одном из самых серьёзных своих противников. Так почему ты не поступишь так? — А разве я могу? Ты сделал для меня очень многое — ты принял меня в этот культ, терпел мои выходки, помогал адаптироваться. Да что говорить — до сих пор помогаешь. И это та малая часть, которую я могу для тебя сделать. Но на самом деле есть ещё одна причина — я хочу знать, что за этой дверью. Мне самому никогда не удавалось открыть её… Может, получится у нас вместе? Мы остановились. Я попытался проморгаться, но… Но вихорь подхватил нас, расцепил руки и утащил куда-то вдаль… Очнулся я лёжа на земле. Вокруг, насколько хватало глаз — бескрайнее алое небо, зеленая травка и полная тишина. Ни свиста ветра, ни пения птиц, ни жужжания насекомых… Ничего… Я поднялся, осмотрелся. Яша сидел и пялился на меня. — Ты как? — Жив, всё в порядке… Где мы? — я обернулся и ужаснулся. Такой двери я ещё не видел. Огромная дверь из костей, черепов и кожи, сотни метров в высоту, плотные замки и угрожающий вид. За ней было явно что-то очень плохое… — За этой дверью — самые сокровенные тайны Белого Бога. Перед дверью — портал обратно. Войдя туда вы не сможете вернуться, пока не дойдёте до конца. И… это может оказаться смертельно опасным… Я стоял перед дверью. Тяжко вздохнул, повернулся к барашку: — Ну что. Ты хочешь узнать его самый страшный секрет?