Результативный симбиоз

      "Я вхожу!" - пророкотал кто-то снаружи и снова бабахнуло. Гарри едва успел отползти от двери к дивану и Дадли, когда Дурсли сбежали со второго этажа в ночных рубашках - дядя с двустволкой наготове - а дверь рухнула на песок и редкие доски пола.       - Добрый ночер! - весело и громко пробасил незнакомец в проёме. Гость был так высок, что, чтобы войти в дом ему пришлось довольно сильно нагнуться, и в толщину явно не уступал дяде Вернону, он был в огромном тёмно-коричневом плаще и сапогах, у него были всклокоченные густые и длинные чёрные волосы и под стать этой гриве объёмная борода, глаза его были маленькими практически чёрными и блестящими, он весело улыбался, сжимая в правой руке комично маленький нежно-розовый зонтичек какой-то очень старомодной модели, он определённо не работал на Всецикл.       - Уходите немедленно вон, сэр! Пожалуйста, - крикнул в ответ дядя, - Я вооружён и…       Незнакомец со словами «замолчи мерзавец! Не порть мне поздравление!» вырвал из рук дяди Вернона ружьё и, легко согнув его ствол, швырнул его в угол.       - Гарри!... С одиннадцети…летьем тебя! – сказал незнакомец, повернувшись к мальчикам, - Я… Тут это. Торт изготовил. Он, может, помялся, но, уверяю, он такой же вкусный.       - Спасибо, - пробормотал Гарри, наблюдая, как незнакомец ищет по карманам плаща торт, вытаскивая из них всякую всячину, включая огромный железный чайник и котёл, - Извините… Но не могли бы вы… представиться. Просто я вас, если честно, впервые в жизни вижу, а вы… знаете меня и по имени, и в лицо, - Гарри старался говорить как можно вежливее и спокойнее, хотя спокойство сейчас сохранять было трудно.       - Я – Рубеус Хагрид. Все зовут «Хагрид», - ответил Хагрид, вытаскивая из одного из карманов мятую коробку из тонкого картона и вручая её Гарри, - Хранитель ключей и замков Хогвартса, - Гарри открыл коробку, внутри действительно был порядком помявшийся торт ярко-розового цвета с зелёными разводами на верху, видимо, это было поздравлением, - Ты ведь уже знаешь всё о Хогвартсе, не так ли.       - Нет, - с опаской сказал Гарри.

***

      Следующие несколько минут Гарри переваривал новую информацию... и происходящее вообще: во-первых, по словам Хагрида, Гарри был волшебником (логично, но почему оно называется именно так?); во-вторых, родители Гарри не погибли в автокатастрофе, их убил Волан-де-Морт - тоже волшебник, как Гарри и Хагрид, и родители Гарри, но злой; этот же Волан-де-Морт пытался убить и Гарри, но не смог и исчез (ну теперь-то стало отчасти понятно, что это за повторяющиеся кошмары...); в-третьих, странные письма без обратного адреса были из Хогвартса, а Хогвартс был школой для волшебников, и Гарри был каким-то образом записан туда с рождения, и, похоже, выбора между Хогвартсем и Стон-вол хай у Гарри не было; в-четвёртых, Дурсли были в курсе всего с самого появления Гарри на их пороге, причём они с чего-то уверились, что суровым - по мнению Гарри, даже жестоким - обращением с магическим ребёнком можно вытравить из него всю магию. В-пятых, похоже, волшебники не считают превращение чужого сына в свинью - пусть и неудачное, ограничившееся только отросшим хвостом - чем-то, если не в порядке вещей, то допустимым в ходе ссоры точно (а может, маги друг друга постоянно просто в ходе какого-нибудь разговора, допустим, заклинают).       Когда крики стихли, Дурсли оставили надежду как-то повлиять на Хагрида, а Дадли смирился с тем, что расколдовывать его, по всей видимости, не будут, Гарри наконец-то вскрыл конверт из Хогвартса (на этот раз в адресе значилось "высокая лачуга посреди шторма"). В конверте было несколько листков плотной бумаги разного цвета: белый был чем-то вроде извещения для будущего студента, второй желтоватый - списком необходимых и желательных школьных принадлежностей, а светло-малиновый - билетом на поезд.       Гарри засунул в конверт список с билетом и, развернув и расправив извещение, начал его читать (должен же Дадли узнать, что его кузену такое важное слали всю неделю!): - Дорогой мистер Г. Дж. Поттер, с превеликой радостью извещаю вас, что вы наконец-то читаете это письмо и мне больше не придётся с ним страдать! были зачислены в школу чародейства и ведьмовства Хогвартс. К письму прилагаются список необходимых к покупке школьных принадлежностей, рекомендуем немедленно с ним ознакомиться, и билет на экспресс-поезд до замка Хогвартс (если к билету не будет пояснений по нахождению платформы - обратитесь к сотруднику, доставившему вам письмо: в его обязанности входит рассказать вам это). Учебный год начинается первого сентября текущего года. Пожалуйста отправьте сову или другую почтовую птицу с извещением, что вы всё получили (в вашем случае, можно ничего не писать). Желаю вам всего наилучшего, искреннее ваша проф. М. Макгонагалл, заместитель директора, преподаватель транфигурации. - Лили прислали точно такое же, - процедура тётя Петуния, - все были так взволнованы... - Гарри, там ещё на обороте, - тихо сказал Дадли. Гарри перевернул листик и дочитал. - Хорошего августа… и покупок… Дальше тут что-то совсем нечитаемое… - Гарри отвёл глаза от бумаги и вздохнул.       Он точно не мог сказать рад он сейчас больше всем этим новостям или напуган. Единственное, что сейчас было ясно – он устал. И хочет спать. И как следует осмыслить все рухнувшие за этот кусочек ночи данные он в эту саму секунду не в состоянии. Хагрид между тем уселся на диване, что окончательно вывело из строя, и выудил из одного из своих карманов кусок желтоватой бумаги - точь-в-точь на такой же был список школьных покупок – и за ней уже из другого кармана настоящее птичье перо, длинное и полосатое, и баночку с чернилами и начал почти навесу царапать, по всей видимости, сообщение об успешной доставке письма кому надо. Видимость, правда, была паршивая и Гарри со своего места, в уголке возле зажжённого Хагридовым зонтиком камина, смог рассмотреть только «доставил», «проблем» и «Как там погода?». Закончив писать, Хагрид свернул письмо в тонкую трубочку, перемотал ленточкой из кармана, откуда была извлечена бумага для письма, положил на стол и достал из ещё одного кармана нечто, что можно было описать, как комок металлически серых растрёпанных перьев размером с шестимесячного котёнка. Хагрид с силой встряхнул это недоразумение, и оно, кажется, включилось. Или проснулось. Из непонятного комка оно превратилось во что-то в общем похожее на сплюшку с серыми глазами. Особенных признаков жизни, кроме бешеного вращения глазами - что у настоящих сов совершенно невозможно из-за особенностей строения черепа - «сова» не проявляла, она только вяло висела в руке Хагрида, пока он не поднёс к ней письмо. В этот момент она тут же распахнула клюв и очень широкий рот (Гарри показалось, что в эту пасть бы свободно пролез его кулак), Хагрид засунул письмо в «сову» - та плотно сжала челюсти, когда трубочка совсем скрылась где-то внутри неё – и, подойдя к окошку, выбросил птицу в бушующий шторм со словами «Не выключись там». - Хагрид, - тихо и немного испуганно сказал Гарри, - Это… Это была сова? - Нет, - Хагрид мотнул головой, - Ну не совсем сова, - и добавил, - Она и худшую в погоду летала.

***

      Сегодня Гарри не снилось ничего: ни смертей, ни магии, ни математики. В первые минуты после пробуждения, лежа под какой-то тяжёлой тканью, Гарри подумал, череда безумных событий всплывших в его голове была воспоминаниями о кошмаре несколькидневной давности: не было ни писем, ни сумасшедшего бегства от непонятно чего, ни великана с тортиком… Сейчас чья-то рука быстро и аккуратно сдёрнет с него одеяло, над головой будет белый потолок, с четырёх сторон – тускло-серые стены, а возле его кровати буду стоять два всецикловских психолога… Гарри моргнул, втянул носом странный запах исходивший от того, что его укрывало: какие-то травы, тыква, химикаты… сухарики для животных и шоколад.       «В «сумасшедших конторах» везде пахнет или антисептиками или ничем и таких тяжёлых одеял у них для живых людей нет – я не в изоляционной палате и не дома»       Гарри пошарил руками вокруг себя в поисках края «одеяла» - нашёл нечто вроде огромного рукава – значит, он под чьей-то курткой – а потом и край кое-как. Выползши из-под тяжёлого великанского пальто, Гарри удостоверился, что ему ничего не приснилось: Хагрид спал рядом, на диванчике, вернее, остатках диванчика, Дадли поблизости не было – должно быть, наверху с родителями – а в окошко лезла серая «сова»…       "Не сон" - мысленно повторил Гарри.       Сова, тем временем, залезла наконец в окно и принялась неистово вопить на Хагрида и, добившись его пробуждения, села на пол и обмякла и затем свернулась в клубочек.       - Дорого утра, Гарри!       - И вам...       - Давай, лучше на "ты", - предложил Хагрид, - А-то... мне как-то странно...       - Хорошо, - ответил Гарри.       Сейчас Хагрид уже не казался ему настолько жутким, и это его стеснение даже умиляло. И располагало к себе, чего уж скрывать. Возможно, это был первый такой выход за ребёнком в семью магглов и обычно шлют кого-то менее выдающейся внешности.       - У нас сегодня... Занятой день: будем тебе к школе покупать всё, что полагается. Письмо не потерял?       - Нет, - Гарри достал из кармана брюк конверт и, приоткрыв его, проверил содержимое: все три листка на месте.       - Ну тогда идём, значит. Тебя не укачивает, кстати?       - Нет...       Гарри быстро сунул конверт обратно.       - Хагрид... А как ты сюда добрался? У тебя есть что-то летательное?       - Не с собой. Я сюда, конечно, прилетел. Но не так. Я на Лифте.       Вышли из дома. На спокойной воде тихо покачивалась лодка, в принципе, Хагрид мог бы туда влезть, на берегу валялось несколько смятых веток и кустиков, которые ночью вырвало ветром, только они напоминали о том, что шторм вообще был. Хагрид достал из самого маленького из своих карманов серенькую пластмассовую на вид штуку, похожую на парковочный ключ от машины с тоненькой короткой антенной и одной единственной большой белой кнопкой. Хагрид поднял руку с ключом в небо антенной и вдавил кнопку, раздался еле слышный противный писк и на них словно надвинулись со всех сторон тёмно-серые стены, свет потускнели почти пропал, а откуда-то из воздуха послышался тихий шелестящий голос:       - Пожалуйста, назовите цель отправки.       - Э-эм... - Хагрид был, кажется, потрясён не меньше Гарри, - Где-то возле "Дырявого котла"...       - "Где-то" за пределами магического квартала или нет?       - Где-то... в шагах в... В общем, я хочу показать Гарри, где он есть. Понимаете?       Секундная пауза.       - Принято. Переброска инициирована.       Гарри показалось, что земля под ногами - хотя это были уже совсем не камешки того островка, а что-то чёрное и совершенно гладкое - стремительно понеслась вверх вместе с ними, будто они находятся в кабине очень быстрого лифта, которая несётся к верхнему этажу небоскрёба... Ни звука, ни движения воздуха, только тишина и осознание стремительного перемещения... И всё кончилось. Внезапно и резко. Гарри вдруг просто осознал, что они с Хагридом стоят где-то между домами, а вокруг разносятся самые обычные, наверное, звуки города: чьи-то шаги, машины гудят и урчат, кот мяуклул, чей-то удаляющийся разговор...       Хагрид поёжился и спрятал прибор в карман.       - Уже в третий раз, а всё не привыкну к этому.       - Это у вас такой аналог общественного транспорта? - шёпотом спросил Гарри.       - Не совсем. Это Их штука. Мы обычно летаем... На разном. Но это я тебе потом расскажу. Или ты сам увидишь.       "Интересно, он о тех же говорит?"       Спрашивать Хагрида, на этот счёт сейчас было не кстати, Хагрид вытащил Гарри на улицу и решительно пошёл вперёд, оглядывая здания в поисках чего-то, что должно было привести к "Дырявому котлу". Через пару минут они к нему вышли. "Дырявый котёл" оказался... таверной. Такое определение Гарри казалось более подходящим для старого обшарпанного трёхэтажного деревянного здания покрытого чёрной краской и облезающим лаком, на пыльной вывеске красовался котёл, из нескольких дыр в котором, обильно изливалось что-то зелёное и пузырящееся, приглядевшись, Гарри заметил, что пузырьки двигаются. Это была магия, очень маловероятно, чтобы волшебники украшали свои вывески голограммами или гибкими жидкокристаллическими экранами.Хагрид распахнул дверь и Гарри вошёл.       Внутри бар был ещё антуражнее: под потолком висели керосиновые лампы, за пыльными деревянными столами сидели люди в балахонах и очень старомодной одежде века этак позапрошлого, кто-то гладил огромную бородатую неясыть, сидевшую на столе (эта, в отличии от совы Хагрида, выглядела живой), пахло пылью, табаком, спиртным, мясной подливкой, заварным кремом и, к радости Гарри, различался слабый запах чая. Пожилой лысеющий бармен широко улыбнулся Хагриду.       - Тебе как обычно? - приветливо спросил он.       - Нет. Не сейчас, Том. Я при исполнении, так сказать. Помогаю Гарри с покупками.       Том повернулся к Гарри и уставился на него так, словно увидел решение всех своих жизненных проблем, его улыбка растянулась ещё шире, а дрожащий голос произнёс:       - О боже... Гарри Поттер собственной персоной. В моем баре, - он с трудом верил своему счастью.       А Гарри в следующую минуту страшно захотелось отсюда сбежать, потому что люди того сорта, что жали ему руки или кланялись, а потом куда-то исчезали прежде, чем один из Дурслей мог предъявить им за приставание к чужим племянникам, теперь бросились оказывать ему почести всей комнатой. За полторы минуты Гарри успели попожимать руки человек сорок, как ему самому показалось, кто-то умудрился пообниматься, кто-то предложил Гарри отобедать, несколько женщин представились Гарри, и он тут же забыл, как их зовут... Всё кончилось громогласным "Мы торопимся!" Хагрида, Гарри был ему безумно благодарен. В конце комнаты перед проходом в следующую, Гарри представился профессор Квиррел, волшебник лет сорока, высокий, одетый довольно современно по сравнению с остальными посетителями, его голова была плотно обмотана серым бинтом, поверх бинтов был наброшен капюшон мантии. Профессор Квиррел показался Гарри довольно нервным: он слегка заикался и постоянно старался не смотреть Гарри в глаза, да и руку жать не полез. Он преподавал ЗоТИ (защиту от тёмных искусств) и, кажется, был только рад тому, что коллега и будущий ученик спешат за покупками.       В другой комнате, поменьше, было совсем пусто, если не считать одного единственного бетонного на вид стола. Одна из стен этой комнаты состояла из ярко-красных кирпичей. Хагрид подошёл к этой стене и после полуминутного разглядывания кирпичей, которые он, похоже, считал, ткнул кончиком зонта в еле приметную щель где-то в середине – стена забурлила давно засохший и схватившийся цемент промеж кирпичей пришёл в движение вместе с самими кирпичами, в середине этого цементоворота появилась сначала щёлка, потом дырка размером в лицо Дадли, потом дырка пошла вверх и вниз, расширяясь… И наконец в стене образовалась огромная арка, в которую мог бы проехать автобус или пройти Хагрид с дядей Верноном, стоящим на его голове. Арка вела на вымощенную камнем широкую улицу, по обеим сторонам которой стояли всевозможные магазины, манившие к себе красочными живыми вывесками, яркими цветами и необычными формами самих зданий и удивительной странностью в общем.       - Добро пожаловать на "Диагональ" аллею! – торжественно сказал Хагрид.       "Диагональ" аллея напоминала ТРЦ (или ТРК) под открытым небом. Только там ещё был огромный банк Гринготтс и несколько гостиниц. И одно из многофункциональных отделений Всецикла, причём выглядело оно абсолютно так же, как выглядели его "собратья" в других частях Лондона: серый гладкий параллелепипед с окошками и несколькими входами. У главного входа так же красовался символ организации - фигура вроде двух букв "G" соединённых загогулиной, нижняя буква была перевёрнута и отзеркалена, результат напоминал странный глаз с парой огромных ресниц. В этом "глазу" и зрачок имелся, довольно неровный эллипс, почти круг. На токшоу, которое Гарри когда-то смог посмотреть вместе с Дурслями, представитель всецикловского руководства утверждал, что "этот глаз" - это и галактика с чёрной дырой в центре, и глаз, который созерцает и изучает вселенную, и разум... Когда началась реклама, дядя важно встал перед теликом и зачитал семейству семиминутную лекцию о логотипах, символизме и высоких смыслах ради высоких смыслов.       Сейчас Гарри видел в странном глазе именно галактику.       - ...А деньги мы возьмём в Гринготтсе, - бодро сказал Хагрид, - Как раз посмотришь, на что это похоже.       Гринготтс идеально вписывался в общую изогнутую картину: он представлял собой громоздкое пятиэтажное здание, как будто покосившееся под своим весом и важностью, колонны у играющих золотом ворот главного входа тоже были кривоватыми. По сторонам от них стояли двое очень похожих на людей существ. Они были низенькие - на пол головы ниже Гарри - с короткими конечностями и длинными носами, ушами и когтистыми пальцами, у них были совершенно чёрные глаза. Их красная с золотым форма была очень похожа на форму портье из фильмов про отели конца прошлого века.       - Гоблины, - представил сотрудников банка Хагрид и тихо добавил, - Очень умные и жадные, честно говоря, с ними нужно осторожно.       За воротами оказался коридор с чередом высоких длинных столов по бокам, за ними сидели гоблины в старомодных смокингах и занимались, видимо, оценкой драгоценностей и ведением банковских книг. В середине зала, следовавшего сразу за коридором, Гарри поднял голову и обнаружил над собой огромную люстру размером с хороший вместительный диван, люстра ослепительно сверкала хрусталём, а может, и чем подороже, и золотом, она свисала с потолка на длинной толстой золотой цепи - если такое грохнется на голову, то от "везунчика" останется только фарш. Таких тут было ещё штук пять.       В конце помещения за столом ещё выше боковых сидел гоблин и... что-то читал с планшета. С планшета! И посреди этого магического... окружения... Гарри был удивлён. И очень рад такой, на первый взгляд, неуместной картине.       - Добрый день, значит, - сказал Хагрид, глядя на гоблина, последний оторвался от планшета, быстро выключил его и серьёзно уставился на Хагрида.       - Директор Хогвартса желает снять наличные?       - Мистер Гарри Поттер желает снять наличные, - ответил Хагрид, стараясь держать официальный тон, - и ещё кое-что... Это уже профессор Дамблдор хочет.       - Хорошо. Ключ мистера Поттера при вас?       - Да... - Хагрид замялся и зашарил по карманам.       На стол гоблина полетели упаковки сосисок, карты, сухари, какое-то печенье... наконец ключ нашёлся в одном из самых маленьких карманов. Хагрид протянул его гоблину и сгрёб остальное к себе. Потом, хлопнув себя по лбу, всучил гоблину конверт, очень похожий на тот, что Гарри прислали из Хогвартса, только адресатом тут значился какой-то не указанный комитет Гринготтса. Гоблин тут же сунул письмо в стол, включил планшет, что-то яростно напечатал и бросил в сторону Хагрид очень неприязненный взгляд. В эту же секунду из-за двери, практически сливавшейся со стеной, выбежал ещё гоблин, одетый посовременнее и выглядевший поприветливее.       - Крюкохват вас сопроводит.       - Следуйте за мной, - проскрипел Крюкохват, распахивая дверь, из которой он только что вышел, - и постарайтесь не отставать.       Узкий коридорчик вёл к спуску к подвальным этажам, который представлял из себя длинную очень широкую лестницу с пандусами по краям и без перил. Освещение здесь составляли огромные огненные шары, плавающие под самым потолком. Первый подвальный вёл к чему-то вроде фуникулёрной станции и огромной глубокой шахте, уходившей, наверняка, на десятки километров под Лондон. Внизу тускло мерцали металлические струны рельс.             Крюкохват потянул за рычаг в стене, где-то в шахте что-то взревело и на огромной скорости к ним выскочила маленькая шестиместная вагонетка с суставчатыми зажимами, которыми она крепко вцеплялась в рельсы, вместо колёс. Крюкохват схватил один из стоящих неподалёку фонарей, вскочил в вагонетку и приглашающе махнул рукой на оставшиеся сидения.       - Можно в этот раз помедленнее, - умоляюще протянул Хагрид, - Я могу доплатить за...       - Извините, - с безразлично вежливостью ответил Крюкохват, - У нас всего одна скорость.       Гарри сел в середине, Хагрид - в конце, все взялись за подлокотники, и вагонетка понеслась вниз.       Это было самая захватывающая и приятная поездка в жизни Гарри. Воздух обтекал их, волосы развевались, адреналин бил в мозг, а всё окружающее стремглав неслось перед глазами, при этом оставаясь поразительно чётким, хоть скриншот делай (интересно есть ли у волшебников технологии, чтобы такое сделать?..). Хагрид же выглядел так, словно вот-вот упадёт в обморок, он зажмурился и изо всех сил сжимал подлокотники. Гарри хотел было спросить, всё ли с ним в порядке, но передумал: Хагрид пока не выглядел способным к коммуникации.       Наконец – через три минуты, если точно - вагонетка остановилась напротив углубления в каменной стене, в котором виднелась массивная металлическая дверь, как в бомбоубежище. Крюкохват с ключом подошёл к двери и, нащупав замочную скважину, провернул в ней ключ. Послышались щелчки, гоблин поспешно отбежал от двери и Хагрид потянул её на себя. Хранилище было полно денег, золотых слитков, каких-то длинных ящиков и шкатулок…       «Главное - всё это не потратить сегодня же…» - подумал Гарри.       Он нагрёб себе с семьдесят галлеонов - золотых, пятнадцать сиклей – серебряных и пару десяток кнатов – бронзовых. В цифровом виде, по заверению Крюкохвата, волшебники денег не держали и держать не могли, но у Гринготтса было своё приложение, через которое можно было делать с содержимым своего хранилища всё, что клиент пожелает (если, конечно, у клиента есть куда устанавливать и телефон обработан специальными многокомпонентными чарами, чтобы интернет работал даже в местах с высоким магическим напряжением).       Потом съездили к ещё одному хранилищу. Здесь защита была определённо серьёзнее: какой-то магический аналог биометрического замка на двери и чары, которые должны были затянуть внутрь любого, кто посмеет подойти достаточно близко и не является сотрудником банка. Внутри этого неприступного помещения лежал… маленький пергаментный пакетик, который Хагрид отправил в один из своих карманов и сказал, что пора идти.       После банка они решительно двинулись за покупками. Сначала в книжный, в котором, помимо учебников и справочников, было немало и художественной литературы и комиксов. Но Хагрид ясно дал Гарри понять, что покупать сверх программы они не будут после того, как мальчик бросился к многообещающим на вид «Контрпроклятиям». Вслед за книгами набрали канцелярии – несколько перьев, чернильниц и рулонов пергамента. Шариковых ручек тут не наблюдалось, тетрадок или амбарных книг тоже. Были прыткопишущие и диктовочные перья, но они в список не входили, как и перьевые ручки, которые тут, к радости Гарри, нашлись, правда за бешеные, на первый взгляд, деньги.       Затем, была аптека, точнее магазин с принадлежностями и ингредиентами для зельеварения и зельями. Всё прошло так же, как с книжным: никаких дополнительных котлов, инструментов и требухи, только то, что значится в списке базовых ингридиентов для школьников. К счастью, на весы никаких ограничений не было. Затем, Хагрид потащил Гарри мимо «Всё для квиддича» и толпы детей к астрономической лавке, где они купили атлас, карты для заполнения и телескоп без подставки. Потом подошли к ателье мадам Малкин с «мантиями на все случаи жизни».       - Тут давай сам. Я пока схожу… Кое-то себе куплю, - с этими словами Хагрид ушёл, и Гарри остался наедине со зданием...