Энтропия Лунной сонаты

— Между ними точно что-то есть, я уверен. Минхо сидит напротив Чонгука, держа в руках полупустой пивной бокал. Над верхней губой парня осел тонкий слой белой пенки, оставшейся после хмельного напитка. Младший говорит громко и четко, и от этого Чону становится малость некомфортно. Будто кто-то из сидящих рядом людей поймет, о чем и о ком идет речь, и тогда двух сплетников всенепременно выведут на чистую воду. Ли делает последний глоток, запрокинув голову и разом опустошая бокал, улыбается уголками губ и прикрывает глаза, выражая полное удовольствие от вкуса и температуры пива. — Ты скоро свой добьешь? — Ли взглядом указывает на бокал в руках старшего, а после быстро сменяет фокус внимания на самого друга. — Залпом осилишь? — На слабо меня берешь? Чонгук улыбается, на глаз оценивает, хватит ли выдержки выпить содержимое стакана, еле заметно выдыхает, собираясь с силами, и повторяет тот же маневр, который буквально минуту назад проделал парень с фиолетовыми волосами. Управляется за три больших глотка и громко ставит пивной бокал на круглый деревянный стол, самодовольно улыбаясь и ловя взгляд знакомого своим. — Хоро-о-о-ош! — кричит Ли, и, кажется, его возгласы доносятся до дальней стены бара. — Так вот, о чем это я... Я видел, как они после рабочей смены обнимались у служебного входа. Это не просто так! — Боже... А ты во всем видишь романтический подтекст? — Поспорим на десять тысяч вон? — Нет. Угомонись, маленький шиппер. — Ты просто знаешь, что проиграешь, — Минхо откидывается на стуле назад, опираясь на него спиной, и совсем не скрывает, что пытается манипулировать другом. — Пусть будет так, — смеется в ответ Чон. У Чонгука долгожданный выходной. Первый день из имеющихся двух. Это совсем немного, если задуматься, но почему-то парню кажется, что за эти два дня сделать можно столько, сколько за всю жизнь не успеть. И совсем не важно, что с вероятностью в 99% брюнет просто будет бездельничать, уставившись в экран смартфона, лежа на матрасе в своей квартире. Ли вытаскивает старшего из дома одним единственным аргументом – сегодня последний день его отпуска, и нужно это печальное событие как-нибудь вместе отметить, а лучшего способа, чем выпить пива в баре, наверное, не существует. И поспорить с этим было очень сложно. Можно сказать, что невозможно. Мягкий свет из окон бара врезается в ночную мглу улицы, безжалостно разрывает её обсидиановое пространство, становясь почти что единоличным источником маленького островка среди нескончаемого океана сумерек. Чон вдыхает теплый, в какой-то степени даже душный, воздух, выходя за двери заведения, и тут же слышит щелчок зажигалки в руках младшего. Никотиновая зависимость — страшное дело. Отходит в сторону в попытке убежать от назойливого сигаретного дыма и довольствуется тем, что почти не ощущает противного запаха. Ловит на себе взгляд Минхо и его слабую улыбку и улыбается в ответ. Ли запрокидывает голову, устремляя взгляд на ночное небо, на котором, как и всегда, не видно ни единой звездочки, и выпуская очередной клуб дыма изо рта. Держит сигарету между средним и указательным одной руки, другую засунув в карман и сжимая лежащую там черную зажигалку. Откуда-то издалека доносится музыка и чей-то голос то ли из микрофона, то ли из громкоговорителя. — Пошли туда сходим? Может, будет что-то интересное? Чонгук в ответ пожимает плечами, на что младший закатывает глаза и утвердительно кивает, приняв решение за двоих. Музыка становится громче, и теперь парни прекрасно видят, откуда она доносится. Парк неподалеку от бара полон людьми, снующими то там, то тут, а над их головами мягким теплым светом горят маленькие фонари гирлянд. Повсюду стоят палатки со всякой всячиной от еды до сувениров, и в каждую из них хочется заглянуть. Как минимум из простого человеческого любопытства. — Это из чего сделано? Из золота что ли? — возмущается Минхо, стоит ему отойти от палатки с сахарной ватой. И ладно бы парень делал это тихо... Брюнет смеется, стыдливо опуская голову вниз, а после оглядываясь по сторонам в желании убедиться, что никто не обратил на них внимания. — Нет, серьезно, куда такие цены драть? — не унимается Ли. Воздух вокруг буквально пропитан ароматами еды на любой вкус, и от этого аппетит разыгрывается не на шутку. Молодые люди натыкаются на непримечательную палатку с корн-догами, переглядываются и в немой связи друг с другом по очереди заказывают по одной штучке. Вежливо благодарят продавца и с довольными улыбками неспешно удаляются, разглядывая горячее блюдо в своих руках. Минхо широко раскрывает рот в порыве откусить половину корн-дога сразу же, и расстраивается, когда старший закрывает стрит-фуд ладонью. — Обожжешь язык. Подожди немного, потом ешь. — Ладно... есть в твоих словах доля разумности. Чонгук смеется, кладя руку на чужое плечо, и дует на корн-дог в попытке остудить его хотя бы немного. Откусывает сосиску в тесте из кукурузной муки и тихо мычит, почти неслышно, наслаждаясь вкусом. Ли следует примеру друга, и откусывает тоже, издавая непонятные возгласы наслаждения. — Это божественно. — Мгм, — соглашается брюнет, потеряв возможность полноценно разговаривать из-за набитого едой рта. Духоту незаметно сменяет собой чуть прохладный и приятный ночной ветер, мягко касающийся тыльной стороны ладоней и шеи, и этого вполне хватает, чтобы у Чона замерзли пальцы. Не совсем типичное для парня явление, но в последнее время происходящее довольно часто. Возможно, из-за сбитого режима, вечной изнуряющей работы и плохого питания. Узнавать это у Чонгука не было никакого стремления, и именно поэтому юноша отложил этот вопрос на запыленную полку со всеми мало волнующими мыслями и проблемами. Минхо выхватывает из чужой руки уже пустую палочку, на которой несколько минут назад была аппетитная уличная еда, чтобы выкинуть её в ближайшую мусорку, и нечаянно касается ладоней друга, тут же широко раскрыв глаза от удивления. — Ты замерз что ли? — Нет, все нормально. — А почему тогда руки такие холодные? — Не знаю, — безразлично отвечает старший, наблюдая, как Ли быстрыми шагами семенит к урне. Минхо возвращается буквально через несколько секунд, тут же высовывая руки из карманов легкой куртки. Парень точно не замерз, но так он чувствовал себя намного комфортнее. — Давай сюда. Погрею. Чонгук не сопротивляется, вытягивает свои ладони навстречу чужим, и ощущает, как их тепло медленно отдается замерзшим пальцам. Младший аккуратно сжимает руки Чона в своих, подносит к лицу и осторожно дует широко раскрытым ртом, впуская в тесное пространство теплый воздух. Брюнет смущается и совсем не пытается этого скрыть, тихо смеется и опускает голову вниз, зажмурив глаза. — Будешь ржать — я тебе окурки в рот засуну, — говорит Ли, смотря на друга снизу-вверх, из-за чего взгляд кажется еще более устрашающим. Старший мигом делает серьезное лицо и выпрямляется, поджав губы и отчаянно пытаясь затолкать смех обратно, вызывая у Минхо улыбку, которая скорее больше похожа на оскал довольствующегося чужим страхом диктатора, чем на улыбку приветливого молодого человека. Пальцы Чонгука постепенно отогреваются, и когда угрожающий пару минут назад парень это замечает, он отпускает чужие руки, сразу же веля засунуть их в карманы, чтобы не пришлось повторять подобную процедуру снова. — Да, а то люди уже, наверное, думают, что мы влюбленная парочка. — Не дай бог. На вопросительный взгляд брюнета Ли отвечает коротко, не смотря в глаза и продолжая прогулочный шагом идти вдоль дорожки, по бокам ограниченной бордюром: — Ты не в моем вкусе. Чон на подобное заявление смеется и толкает друга в плечо, заставляя слегка сместится в сторону на мгновение. Оглядывает окружающее пространство, медленно вертя головой и подмечая носящихся то там, то тут детей, нежащихся влюбленных, громко хохочущих подростков, аккуратно выстриженный газон и гармонично вписывающиеся во все это деревья с тонкими стволами и только-только пробудившимися от зимнего сна листьями. Весна в этом году как будто пришла слишком поздно, или зима и вовсе еще не отступила окончательно. Кто-то осторожно касается плеча, заставляя молодого человека выбраться из омута мыслей. Чонгук быстро оборачивается, ища источник тактильного контакта и видит перед собой блондина среднего роста в черной кожаной куртке и черной водолазке. Чимин на этот раз один, что совсем на него не похоже. Парень машет ладошкой и мягко улыбается, смотря в чужие темно-карие глаза. Ощущения, схожие с гипнозом, хоть и Чон на себе такого никогда не испытывал. — Здравствуй, — с губ Пака не сходит улыбка, и, если честно, так смотреть на него куда приятнее. — Здравствуйте. — С кем гуляешь тут? В гордом одиночестве? — пианист смотрит по сторонам, будто пытаясь найти кого-то, похожего на компанию младшего, и быстро возвращает взгляд на мягкие черты чужого лица. — С другом, — брюнет кивает в сторону стоящего неподалеку Минхо, который остановился у газона и увлеченно печатал что-то на экране смартфона. Старший поворачивает голову, чтобы понять, на кого указывает Чон, кивает и улыбается чуть шире. На носу парня сидят очки в черной оправе с закругленными углами, и видеть его таким, мягко говоря, непривычно, несмотря на то что чаще всего Чимина Чонгук видит только на билбордах и фотографиях. Волосы идеально уложены, а не торчат во все стороны или собраны в маленький хвостик почти что на макушке. Совсем не так, как на занятиях. — Понял. Хорошего вечера вам. Кстати, выглядишь сегодня невероятно, — говорит Пак и широко улыбается, от чего глаза его отдаленно становятся похожими на полумесяцы. И губы его, как и всегда, увлажнены гигиенической помадой. Хоть что-то в нем стабильно. Блондин слабо сжимает рукой чужое плечо и уходит в другую сторону, обернувшись напоследок и помахав ладошкой на прощание. Чонгук в ответ неуверенно машет тоже, пытаясь скрыть смущенную улыбку. Минхо наконец отрывается от смартфона и догоняет друга, смотря на уходящего незнакомца. — Это кто такой? Выглядит чересчур модным... — Просто знакомый. — Красивый просто знакомый. Чон кивает в ответ почти безучастно, смотрит вслед своему репетитору, пропуская мимо себя шквал несвязанных мыслей, забывая каждую из них через мгновение. Осматривается по сторонам и наконец сдается, достав из кармана джинсов смартфон и нажав на иконку камеры. Фотографирует лампочки гирлянд, светящиеся теплым желтым, навевающие ощущение уюта и какой-то эфемерной безопасности, и убирает гаджет обратно. Парни обходят почти весь парк в отчаянной попытке найти незанятую лавочку и проваливаются с треском, потеряв всякую надежду посидеть еще немного. Несмотря на поздний час людей вокруг не убавилось, а потому смысла в дальнейших поисках, вероятно, не было, что заставило друзей прийти к выводу, что сама Вселенная дает им знак. Пора расходиться по домам и готовиться к завтрашнему дню. Минхо обнимает старшего на прощание, обещая увидеться через пару дней. Если не на прогулке или в гостях, то на работе уж точно. Достает из карманов сигареты и зажигалку и уходит в сторону автобусной остановки. Чонгук еще какое-то время наблюдает за удаляющейся фигурой, а после разворачивается и быстрым шагом идет по направлению к своему дому, решая, что отличным завершением этого вечера будет прогулка в компании музыки. Распутывает наушники на ходу, изредка поглядывая перед собой, чтобы не наткнуться на кого-нибудь из идущих навстречу. Включает прослушанный до дыр плейлист и подпевает себе под нос любимые песни. Вспоминает о сделанной в парке фотографии и загружает её в истории в Инстаграме в порыве поделиться щепоткой красоты с теми немногими, кто подписан на аккаунт. Постепенно Чон уходит в свои мысли, плывущие мягким потоком в его голове, и так или иначе приходит к тому, что именно сейчас срочно необходимо вспомнить произведение, которое он начал учить с Чимином. И которое они играли в «четыре» руки, хотя по факту в две, но не то чтобы этот факт был очень важным. Наслаждается видом ночного города, пестрящего огнями вывесок, пока не заворачивает на соседнюю со своей улицей, где освещение было скорее чудом, чем привычным явлением. Чувствует, как в кармане джинсов вибрирует смартфон и достает его, чтобы проверить, кто прислал сообщение. “j.m.p_ отреагировал на вашу историю: Вау... из тебя бы вышел прекрасный фотограф”. Чонгук читает сообщение, улыбается уголками губ и лайкает его. Открывает клавиатуру и понимает, что не знает, что написать в ответ, будто все слова разом вылетели из головы. Тупит взгляд в экран и отправляет первое, что показалось более-менее сносным. jeonjk97: “Можете записаться ко мне на профессиональную съемку, только думайте быстрее, у меня много клиентов” j.m.p_: “С радостью побуду для тебя моделью ;)” Чон тихо смеется и не может сдержать появившуюся на губах улыбку, лайкает сообщение собеседника и отправляет короткий ответ, снова не найдя в своих мыслях чего-то в достаточной степени приемлемого. jeonjk97: “Договорились” Блокирует экран смартфона, продолжая держать его в руке, делает шаг за шагом по длинной избороздившейся временем лестнице вверх, и с лица его не сходит легкая спокойная улыбка. Брюнет смотрит на ночное небо, совсем не усеянное россыпью звезд, на неполную луну, одинокую в бескрайнем пространстве неба. Где-то в районе солнечного сплетения клокочет крохотный клубочек радости, медленно разливающейся по всему телу, подобно сердцу, разгоняющему кровь по организму. Зерно душевной легкости, которое занесло под грудную клетку случайным потоком мыслительного ветра. И если бы хоть кто-то мог дать Чонгуку ответ, откуда взялся этот ветер, парень непременно бы постучал в двери домов, в окнах которых все еще горел свет, напоминающий островки надежды в непроглядном океане ночи. И если бы хоть один человек, знавший ответ, выкрикнул его из створок распахнутого окна, то Чонгук непременно бы закрыл уши, чтобы никогда этот ответ не узнать.