Энтропия Лунной сонаты

Солнечные лучи в этот день как-то по-особенному касаются поверхности земли, разогревают воздух до приятной духоты, ощущающейся в каждом новом вдохе, от которой за время холодов успеваешь прилично отвыкнуть. Тепло стремительно проникает под кожу, будто впитываясь нежным пламенем в каждую клеточку, и во всей этой жаре чувствуется выигранная летом война против морозной и неприветливой зимы. Первый летний день мая, как бы бредово это словосочетание ни звучало. В голове Чонгука начинающийся шторм мыслей и предвкушений. Скоро придет лето, сменит наступившую так незаметно весну, и тогда расцветающее древо жизни под грудной клеткой, которое обычно зовется душой, нальется соками. Кажется, в гонке на мотоциклах Чон успешно сокращает расстояние между собой и своим главным соперником — временем года, которое парень так остервенело ждал — и совсем скоро пересечет финишную черту первым. Планы на эти три месяца жары и в самой малой степени детской беззаботности сами проникают под черепную коробку, и не то чтобы кто-то пытался им помешать. Нужно обязательно купить вентилятор, потому что в безветренные дни с температурой выше двадцати градусов выживать в стенах квартиры совершенно невыносимо; съездить куда-нибудь с Минхо, потому что вечно сидеть в барах или дома, изредка выбираясь на прогулку, если честно, удручает; поднакопить по возможности денег на одну из заветных (и, главное, вполне себе осуществимых) мечт; попытаться хоть немного отдохнуть и расслабиться. И что-нибудь еще, что еще не успело проскользнуть в разум молодого человека, но обязательно это сделает, только чуть позже. Первые нотки расслабленности, по правде говоря, чувствуются и сегодня, пускай это и никак не связано со скорым теплым сезоном. Долгожданные выходные и немного скрашивающие свободный день планы. У Чимина кончился последний в этом месяце концерт, и это становится основополагающей причиной провести занятие в этот день и намного раньше обычного. И Чонгуку кажется предельно хорошей новостью, что в этот раз старший не забыл о существовании Интернета и не позвал ученика в ресторан или куда еще, чтобы договориться о дне визита. Чон появляется на пороге чужого дома за пару минут до назначенного времени с легкой черной ветровкой, перекинутой через плечо, и остается слегка смущенным пристальным взглядом блондина. Пак не рассматривает младшего с ног до головы, его взгляд не бегает по лицу, совсем наоборот — сосредоточен на одной конкретной точке. Или на двух, потому что чуть позже Чимин замечает, что сегодня его ученик пришел в футболке без рукавов. Через широкие вырезы на их месте слегка видно очертания ребер и груди, и, нужно сказать, тело Чонгука в весьма и весьма неплохой форме. — Что? — растерянно спрашивает Чон, не выдерживая более на себе подобного взгляда. — Ты не говорил, что хочешь сделать пирсинг. В пространстве прихожей на несколько секунд повисает пауза, в течение которой каждый думал о своем. — А должен был? Чимин молчит, неловко прокашливается, и, кажется, в голове его поселяется убеждение, что он только что сказал какую-то глупость. — Справедливо. Проходи наверх. Чонгук смеется и послушно поднимается на второй этаж, не проронив ни слова. Старший провожает ученика взглядом и, когда понимает, что чужого силуэта больше не видно, мотает головой, будто пытаясь вытряхнуть стыд, успевший поселиться в голове. Все занятие проходит как обычно, за исключением нескольких непривычных вещей. Взгляд Пака сегодня более рассеянный, чем обычно, и репетитор словно почти не следит за действиями брюнета. Смотрит то на проколотую совсем недавно бровь, то на оголенные мужские руки. И мало того, что Чону безумно идет подобный пирсинг, у него еще и, как оказалось, очень красивые руки (и речь не только о проработанных до эстетического наслаждения мышцах). Пальцы младшего явно выглядят музыкальнее, чем пальцы учителя. Тонкие и достаточно длинные. Чонгук неплохо справляется с первыми двумя отрывками произведения, которые он, по всей видимости, успел отточить до доступного на его уровне автоматизма, но с последней у парня возникают заметные трудности, и Чимин не упускает шанса указать на это. Играет сам, позволяя ученику следить за движениями рук, объясняет, как и на какую клавишу нужно нажимать, почти что разжевывая всю информацию, какую только может донести. Повторяет нужную часть несколько раз разным темпом, а после играет все произведение. Своего рода контрольный выстрел. — Ты должен быть здесь нежнее, Чонгук, понимаешь? Не нужно со всей силой жать на клавиши, тут это вообще ни к месту. Плавно, нежно. Чон в ответ кивает в знак понимания, пробует сам, и получается у него не превосходно, но уже лучше, чем было до этого. — Тебе нужна постоянная практика. Я не просто так отдал тебе синтезатор. Ты занимаешься? — По мере возможности, да. — Как часто? — Стараюсь играть каждый день, но иногда бывают… упущения. Блондин понимающе вздыхает, и в этом вздохе Чонгук читает еще кое-что. Этого недостаточно. — Вы сегодня какой-то задумчивый, господин Пак. Очень непривычно видеть Вас таким. Чимин встречается взглядом с брюнетом, пытается усмотреть издевку в чужих темно-шоколадных глазах, но терпит поражение. В коньячных отливах на солнечном свете проглядывается только констатация факта и по какой-то причине в данный момент легко считываемая душевная доброта. — Работа всё никак не выходит из головы, — отшучивается старший, мягко улыбаясь и получая ответную улыбку, — но спасибо за заботу. Чон прыснул от смеха, одобрительно кивнул и поднялся со своего места. И в его голове это занятие останется одним из самых расслабленных из всех, что уже успели пройти. Правда, причины для этого ощущения особо не было. Парень просто это чувствовал.

***

Чонгук замечает Минхо, сидящего за одним из установленных на улице столиков около кафе, издалека и не может сдержать улыбку, расползающуюся на губах. Так всегда происходило, и это было в ряду тех самых вещей, объяснения которым молодой человек никогда не мог найти. Старший подсаживается на соседний стул, бьет фалангой пальца друга по кончику носа, и тот, вкладывая максимальную угрозу в свой жест, замахивается рукой. Чон проигрывает первый, разражаясь смехом. Парни решают заказать по бокалу пива и токпокки, чтобы перекусить. Упругое тесто в сладко-остром соусе ложится на язык, как влитое, и оба друга мычат от удовольствия, будто этот прием пищи для них – первый за весь день. Брюнет хватает палочками еще один тток, кладя его в рот и тут же захватывая палочками куриное яйцо и омук, предварительно обмакнув в соусе. И если в этом мире есть что-то лучше, чем токпокки с бокальчиком прохладного пива — Чон Чонгук ни за что в это не поверит. Парень отодвигает пустую тарелку подальше от себя, облокачиваясь на спинку стула, допивает остатки алкогольного напитка из кружки и облизывает верхнюю губу: — Это просто божественно. — Я согласен. — Еще по бокальчику? Старший размышляет над чертовски привлекательным предложением буквально мгновение, скорее для приличия, и довольно кивает в знак согласия, и на лице Минхо появляется такая же довольная улыбка. Ли вскакивает со своего места и возбужденным шагом направляется внутрь кафе, не спросив о чужих предпочтениях. Просто потому что и так знает, какой ответ бы был. Юноша с фиолетовыми волосами, с которых уже заметно вымылась краска, терпеливо ждет свой заказ и, получив в руки два пивных бокала, вежливо улыбается персоналу, благодарит и направляется на выход, смотря под ноги, чтобы не споткнуться о что-нибудь. Например, о свою же ногу. Не особо обращает внимание на то, что происходит вокруг, и именно это решение играет с ним злую шутку. Минхо совершенно не замечает парня перед собой и врезается в него. По ощущениям, сила удара схожа со столкновением двух грузовиков на трассе. Парень поднимает испуганный взгляд на жертву происшествия, замечая растекающееся по светлой свободной футболке желтоватое пятно от пива. — Твою ж мать… — вырывается само собой от подобного зрелища. — Ты что, совсем слепой?! Голос незнакомца очевидно возмущенный, и взгляд его такой же. Мягкий, почти олений, разрез глаз кажется теперь слишком агрессивным, и, возможно, в других условиях это бы никаким образом не отразилось на Ли, но сейчас внутри перемешались стыд, неловкость за собственную неуклюжесть и страх перед последствиями. — И-извините, пожалуйста. Правда, извините. Во взгляде незнакомого молодого человека не меняется абсолютно ничего, в нем все так же читается возмущение и злость, и от этого становится еще более стыдно. — Простите. Возьмите мой номер. Напишите или позвоните мне, договоримся о… — парень продолжает разглядывать некрасивое желтое пятно на светлой ткани, совсем позабыв все слова. — О возмещении ущерба. Шатен обреченно вздыхает, но, кажется, успокаивается, хоть и совсем немного, и раздраженно записывает чужой номер в контактную книгу на смартфоне. Вскидывает вопросительный взгляд на виновника происшествия. — Мне записать Вас как «чел, который пролил целый бокал пива на мою новую белую футболку»? — А, да. То есть, нет. Минхо. Ли Минхо. Хотя, Ваш вариант тоже подходит. Минхо всеми силами пытается сгладить ситуацию, и глупые шутки будто сами вырываются из него, как и неловкий смех. И совсем непонятно, становится от этого хуже или лучше. Незнакомец трясет смартфоном перед чужим лицом, поджимает губы и кивает, невнятно бормоча себе под нос и уходя к барной стойке. Виновник чужого испорченного настроения обреченно вздыхает, предчувствуя новый уровень неловкости, направляясь туда же. Он ведь не может вернуться к другу с одним бокалом пива на двоих. — Ты чего так долго? Очередь? — Нет, я просто идиот и врезался в какого-то парня. Пролил на него половину кружки, пришлось сглаживать конфликт. — Надеюсь, ты не уединялся ни с кем в туалете. — Идиот. — Ты уже так про себя говорил. — Это и к тебе тоже относится, — недовольно бурчит Минхо, протягивая один из бокалов старшему, на что тот молча улыбается и отводит взгляд. — Наверное, потребует кучу бабла за это. — Заткнись. — Хочешь, чтобы я тебя обнадежил? Ладно, он просто позовет тебя на свидание. Минхо не отвечает, только закатывает глаза, отпивая алкоголь из кружки, оставляя на верхней губе тонкую пленочку пены. Резко отрывается от напитка, ставит бокал на стол и возбужденными от интереса глазами смотрит на хёна. — Кстати, слышал, что открылось новое интернет-кафе? Надо туда сходить как-нибудь, устроим двойное свидание. Там сто процентов полно классных и красивых девчонок. — Да, будет круто устроить двойное свидание. Я с какой-то незнакомкой и ты с тем парнем, которому испортил вещь. Что скажешь? — Что я тебя ненавижу. Чонгук смеется, и разговор плавно перетекает на отвлеченную от случившегося тему. По горлу приятной прохладой растекается напиток с хмельным вкусом, и под черепную коробку впервые за долгое время проскальзывает наблюдение, что сегодняшний закат безумно красив в своих мандариновых переливах пурпура с тонким цинковым полотном и золотым шаром в центре всей этой безупречной композиции. По-настоящему летний закат в первый летний день мая, как бы бредово это ни звучало.