Темная Роза

      Драко чувствовал, что его жизнь стала походить на разбитую чашку, разломленную на множество осколков.       Как только дверь за Ноттом закрылась, Драко, не видя ничего перед собой, почти переходя на бег, направился в свою комнату. Плевать на Рождество. Ему нужно побыть одному и подальше от банкетного зала, где могут быть Розье или Тео.       Он не знал, сколько времени прошло, но стук в дверь его комнаты означал, что достаточно для того, чтобы заметить его отсутствие. Мама бы послала за ним эльфа, а значит, это кто-то из гостей.       Открыв дверь, он увидел перед собой нахмуренного Теодора. Драко поспешил закрыться, но парень выставил ногу, пресекая попытку. Не было сил сопротивляться его напору, и Драко отошел вглубь комнаты.       — Драко, нужно поговорить, — серьезно начал Теодор.       — Нам не о чем разговаривать. Уходи.       — Я не уйду, пока ты не услышишь меня.       — Ну, что ты еще не успел мне сказать из того, что я должен знать?       — Я понимаю, что ты очень разочарован. Но Василиса не виновата в этом.       — Но она же могла рассказать сразу! Зачем она меня оставила в такой безвыходной ситуации?       — Ей так же не дали выбора, Драко. И я уверен, что она очень сожалеет о том, что тебе пришлось столкнуться с этим. Но злиться на неё не имеет никакого смысла, — Тео опустил взгляд на свои ботинки. — Если ты ищешь кого-то, на ком можно выместить своё гнев, то злость нужно направить на Люциуса. Ведь это его действия привели к тому, что вы с Василисой оказались в таком положении.       Упоминание отца кольнуло сердце. Из-за ошибок Люциуса он стал Пожирателем Смерти, и из-за него же существует контракт! Из-за него страдает не только Драко, но и мама, ведь именно ей приходится терпеть в доме свору Пожирателей и Темного Лорда, который сделал из Малфой-Мэнора свою штаб-квартиру. Мама всегда старалась скрывать свое страдание. Она боролась с трудностями, вынужденная жить среди таких опасных людей.       И все это из-за отца.       Оставшись в мучительной тишине после ухода Нотта, он осознал, что его судьба уже не принадлежала ему. Она была запутана в паутине интриг, предательства и Темных сил.

***

      Драко шагал по темным коридорам Хогвартса, где каждый его шаг вызывал призрачное эхо. Леденящий ветер проникал сквозь каменные стены замка, словно предвестие чего-то страшного. В его сердце бушевала тревога, а взгляд отражал мрачные тени.       Что-то было не так. Факелы мерцали призрачным светом, а в воздухе витала напряженная энергия. Драко огляделся, пытаясь понять, что происходит. Вдруг, он заметил магла, связанного веревками, стоящего на коленях посреди коридора.       Сердце Драко замерло. Он подошел к маглу, тем не менее, не зная, как он сюда попал. Магл был в панике, глаза его наполнились страхом. Драко, не контролируя себя, поднял свою волшебную палочку, и тут началось что-то ужасное. Слова заклинания вырывались из его губ, как языки огня, и направлялись прямо в магла.       — Круцио! — как будто чужим голосом выкрикнул Драко.       Крики магла заполнили воздух, когда на него обрушилось могущественное проклятие. Тело магла искривлялось от боли, вопли разрывали воздух. Драко продолжал мучить его, не в силах опустить палочку.       Но затем произошло нечто странное — его облик начал меняться.       Магл стал обретать другие черты — темные волосы, холодный взгляд, таинственная улыбка. Голос стал женским, и крик приобрел зловещий оттенок. Драко, оцепенев от ужаса, не мог оторвать взгляда от происходящего.       Вместо магла, корчась от боли на полу у его ног, лежала Василиса Розье.       — Драко! Нет! Пожалуйста! — кричала Розье, но Драко был зачарован страхом, неспособный сделать что-либо. Ее тело исказилось в муках, а крики становились все отчаяннее.       Все это было слишком реальным, слишком мучительным. Вдруг Розье посмотрела ему в глаза, и в тот момент он понял, что стал объектом своего же кошмара.       И внезапно, в мгновение ока, Драко очнулся. Его ладони были холодными и потными, а сердце все еще бешено колотилось в груди. Он осознал, что находится в своей постели в Мэноре, что Василиса Розье жива и невредима. Кошмар был лишь сновидением, который его мучил. Драко вздохнул, пытаясь изгнать из своего разума последствия этого ужасного сна.       Каждую ночь ему снилось, как он пытает маму, друзей или Розье. Его сердце билось громкими ударами, испытывая смесь отчаяния и страха. Он боялся, что эти ужасные сны вскоре станут реальностью.

***

      Он уже зашел в поезд, вместе с остальными студентами и по привычке направился к купе, в котором Драко обычно сидел с друзьями.       Пальцы дрожали, когда он медленно приближал ее к двери, но в последний момент он остановился. Там, внутри, его ждали те, кого он желал видеть меньше всего — Розье и Нотт.       — Черт возьми, — прошептал Драко, сжимая руку в кулак. Он закрыл глаза, пытаясь внутренне собраться. В его душе бушевали эмоции, словно шторм на море.       В голове Драко кружились мысли, как пчелы в улье. Память о словах, сказанных в ярости, мерцала перед его глазами. Он осознавал, что его отношения с Василисой Розье стали сложными и запутанными, как Запретный Лес. Он чувствовал, как ее присутствие магнитом тянет его в купе, но одновременно отталкивает фальшивостью, созданной контрактом. Сквозь стекло купе проникали приглушенные звуки разговоров, и Драко отчетливо слышал ее смех.       Наконец, глубокий вдох, и Драко решительно отпустил дверь, отступив назад, пройдя дальше по коридору, в самый конец вагона. Без сомнений он открыл дверцу. Блейз положил голову на колени Дафны, которая о чем-то сплетничала с Пэнси, в то время как младшая Гринграсс тоскливо поглядывала в окно. Услышав, что дверца открылась, она первая заметила в проходе Драко.       — Привет, Малфой, — обратив внимание всех на вошедшего, сказала Астория. — Тут уже нет свободных мест.       — Появится. Будь хорошей девочкой и свали отсюда. У Нотта и Розье как раз много свободного места, — раздраженно выплюнул Драко.       — Что ты себе позволяешь, Малой?! — крикнула Дафна, готовая защитить сестру.       — Все в порядке, Даф, — Астория, выходя из купе, прошла мимо Драко, не встречая его взгляда. — Все лучше, чем сидеть с этим психованным. Встретимся в Хогвартсе.       В то время как Дафна была готова продолжить спор, Драко занял место рядом с Пэнси, которая тут же придвинулась к нему ближе, словно ничего не произошло. Ее приближение вызвало у него дискомфорт, но Драко старался не обращать на это внимания.       — Вот и наш принц вернулся на свое место, — произнесла Паркинсон, подмигивая Драко. — Похоже, ты наконец-то осознал, что девушка из русской глуши неподходящая пара для тебя.       Драко, сидя рядом с Пэнси, чувствовал, как ярость кипит внутри, но он старался сохранить спокойствие.       — Пэнси, не начинай, — прошипел он, сдерживая свои эмоции.       Она лишь усмехнулась, словно наслаждаясь своими словами, и уже открыла рот, чтобы продолжить, но Блейз оборвал Пэнси, обратившись к Драко с вопросом.       — Что случилось, Драко? — спросил Блейз, улыбаясь своему другу. Улыбка не сулила ничего хорошего, ведь мулат не терял ни единой возможности подколоть окружающих, особенно Малфоя. — Неужели ты злишься, что Тео за время каникул сумел завоевать сердце Розье?       Драко повернулся к нему, лицо его выражало безразличие, но внутри бушевала буря эмоций. Он не желал обсуждать свои чувства или связи с Розье перед другими, но в то же время не мог просто так молчать, особенно перед Забини.       — Смешно, Блейз. Просто оставь это, — ответил Драко холодно, не желая вдаваться в разговор о девушке или о своих чувствах.       Блейз и Дафна обменялись взглядами, понимая, что в комнате царит напряженная атмосфера. В то время как поезд медленно двигался вперед, купе наполнилось молчанием, которое как будто замедляло время, подчеркивая сложившийся разлад.       Под щебетание девушек, которые продолжили болтать, как только поняли, что Малфой не собирается раскрывать подробности своего настроения, в голову то и дело приходила мысль: «Что они делают вдвоем в одном купе?». Но стоило его мозгу нарисовать самые смелые картинки их времяпрепровождения, как Драко напоминал себе, что ему должно быть все равно. Его это больше не касается.       Поезд подъехал к Хогсмиду, и Драко, вздохнув, вышел на перрон. Зимний воздух Шотландии охладил его лицо, но в тоже время принес свежесть и чистоту. Заснеженные крыши замка высились перед ним, и он почувствовал, что возвращение в Хогвартс — это как возвращение к нормальной жизни, даже если «нормальность» здесь относительна.       Драко вошел в гостиную, обнаружив в ней лишь старшекурсников, разогнавших младших. Его взгляд невольно направился в дальний угол, где стояли Нотт и Розье. Василиса тоже заметила его и, не колеблясь, направилась в его сторону.       — Малфой, между нами возникло некоторое недоразумение, и я хочу это исправить, — проговорила Розье, словно читая заученную речь. — Давай поговорим?       — Нам не о чем говорить, — сухо ответил Драко, пытаясь сохранить спокойствие.       — Но Драко!       Когда Василиса коснулась его руки, чувство тепла ее прикосновения казалось кратким мгновением счастья в серой реальности Драко. Он ощутил, как ее пальцы легко скользнули по его коже, волнуя струны его души. Но этот краткий момент счастья был сокрушительно разрушен, когда он резко оттолкнул ее.       — Отцепись от меня, Розье! Не знаю, что ты там себе напридумывала, но я не собираюсь тратить на тебя свое время! — произнес он с холодной решимостью.       Боль, словно огненная стрела, пронзила его сердце. Взгляд Драко был наполнен мукой, пытаясь скрыть ту боль, которую он себе нанес. Чувства, кажущиеся фальшивыми и созданные контрактом, толкала его на отчаянные поступки.       Плевать, что половина факультета видела эту сцену! Он не может позволить, чтобы им управляли чувства, тем более не его собственные. Драко, стараясь сохранить хладнокровие, продолжил свой путь через гостиную, словно ничего не произошло.       Он чувствовал на себе взгляды и слышал шепот среди студентов, но высоко поднятый подбородок и холодное выражение лица свидетельствовали о том, что он не собирается поддаваться давлению внешнего мира. Драко отвергал мысли о том, что он может поддаться фальшивым чувствам, и в то же время в глубине души что-то тянуло его назад, к Василисе Розье.       Сквозь густой слой эмоциональной брони Драко продолжал свой путь, не поддаваясь волнению, хотя внутри бушевала гроза. Он был решителен не позволить слабостям взять верх, даже если это означало отказ от того, что, возможно, было единственным настоящим в его жизни.

***

      Этой же ночью Драко, избегая патрулировавших коридоры школы Филча и его кошку, пробрался в Выручай-Комнату, где его уже заждался старый и все еще сломанный исчезательный шкаф.       Его стремление починить этот шкаф было уже на грани сумасшествия. Несмотря на непрекращающиеся неудачи, Драко не мог отпустить идею восстановления шкафа, который стал ключом к его секретному плану. Каждое заклинание было направлено на одну цель — вернуть старому артефакту его прежнюю магическую силу.       — Гармония Нектере Пасус.       Он открыл дверцы, ожидая увидеть ничего — снова. Но, к его удивлению, из шкафа вылетела маленькая птица, заполняя густую тишину звонким пением. Легкий ветерок поднял пыль вокруг.       Теперь, когда шкаф был восстановлен, Драко чувствовал, как этот неожиданный момент стал символом его упорства и настойчивости. Птица продолжала петь, и в этом звучании Драко услышал обещание перемен, которые теперь он был готов принять.