Циничный феномен.

В последние дни голова растерянного Фен Синя была окутана путами мягкой постели. Словно в объятиях нежной и любящей матери, которая жалеет своего ребёнка, который не хочет делать чего-то страшного, но необходимого в этот момент. Он не решался выходить на связь с кем-либо и бессмысленно проводил дни дома, как всегда прогуливая пары, но с уже более "серьёзной причиной", исследуя границы интернета и с каждой новой статьёй всё больше убиваясь от того, что в голове всё превращалось в одну густую кашу. Парень знал, что если попробует обратиться со своей проблемой к кому-либо из своих друзей, то скорее всего станет только хуже, так ещё и будет завален допросами о "подружке", которую они ждут от него уже третий год общения. В чём был толк этих ожиданий тот, конечно, не знал. Фен Синь даже не задумывался о любых взаимоотношениях такого рода, что уж говорить о том, что на самом деле просто привык к присутствию чужих половинок рядом, как к чему-то естественному, чему был яркий пример в виде Се Ляня и Хуа Чена. Но это не давало понимающему юноше быть осведомлённым настолько в делах, касающихся чувств и интима. Сны с разными фантазиями, главным объектом которых становился Му Цин и только он, начинали заполнять его голову с каждым днём, что он «бесстрашно» без "бес" прятался в своей комнатушке. Не в силах сдерживаться, каждый мокрый сон заканчивался тем, что Фен Синь вновь упивался плотскими утехами втихую наедине с собой. И это вводило его в ещё большее отчаяние. Но так не могло продолжаться вечно. Громкое уведомление на телефоне оторвало горующего от подушки прямиком в реальность и заставило обратить внимание на себя. Видя сообщение от Се Ляня, он на миг удивился, но тут же опомнился, понимая тот факт, что уже давно пропал и этого просто так не оставят. К его сожалению или к счастью, с ним всё ещё оставались его верные друзья. Поиски чего-то настолько постыдного в интернете смущали его, он нерешительно формулировал запросы в поисковой строчке браузера, но ничего путного не мог написать, а в мыслях он корил себя, невольно думая: «Я теперь.. Гей? Мне нравится Му Цин..??» - ошеломляющая мысль, заставила его вскочить с компьютерного стула и броситься к кровати, медленно садясь и хватаясь за свою кипящую голову. Фен Синь ненавидел париться о чём-то. Скорее он каждый раз с довольной улыбкой отпускал свои проблемы и относился ко всему проще, даже когда это было лишним, даже когда судьба уже бежала за ним, чтобы дать пинка под зад. И хоть судьба предстала в виде самого доброго и нежного человека, которого он знает, он лишь мог напряжённо выдохнуть, успокаивая себя мыслью: «Как хорошо, что это именно Се Лянь, а не кто-то ещё». Взяв в руки телефон и переходя по уведомлению в их чат в мессенджере, отчаянный мученик бросил взгляд на пришедшие сообщения.

14:04

Се Лянь: Ты в порядке? Се Лянь: Я видел тебя в тот день Се Лянь: Почему ты убежал? Вы снова поссорились с Му Цином..? Я беспокоюсь! Фен Синь: Всё хорошо Фен Синь: Наверное Се Лянь: Рассказывай, что случилось Фен Синь: Ну.. Тут такое дело Се Лянь: Тебе нравится Му Цин? Фен Синь: Что за вздор! Ни за что! Се Лянь: Уверен? А мне кажется, что да Фен Синь: Он же страшный грубиян, как он может мне вообще нравиться? Хах Се Лянь: Фен Синь, послушай. Я дал адрес Му Цину. Я хочу, чтобы вы поговорили. Помиритесь. Он скоро будет Фен Синь: Что? Фен Синь: Зачем ты это сделал? Фен Синь: Я.. Фен Синь: Я не готов с ним говорить! Се Лянь: Я обязательно перезвоню вам позже, окей? Ты всегда можешь набрать меня Фен Синь: Не надо, скажи ему не приходить Нервно набирая новое сообщение, Фэн Синь краем глаза заметил, что его собеседник уже вышел из сети. Ослабив хватку, он стёр набранное сообщение и откинул телефон в сторону. Казалось бы, Наследный Принц был для него баловнем судьбы, но он убедился, что это явление было самой настоящей кармой. Он был в ярости и в отчаянии одновременно. Вскочив с кровати, он начал мотать круги по комнате, раздумывая о предстоящем: «Чёрт, чёрт, чёрт... Он не может прийти сюда. Зачем ему здесь быть? Он же сам меня видеть не хочет! Но.. А что, если он придёт? Что мне ему сказать.. Да он же в ярости! Он от меня и кусочка не оставит..». Прошёл час. Прошёл второй. Кажется никто не ломится в дверь. Никаких дверных звонков. Телефон также молчит. Кажется обошлось. Фен Синь был отчасти рад такому исходу событий. Но долгое затишье заставило его почувствовать себя ещё более напряжённо. Стук настенных часов щёлкал по голове, а вокруг была гробовая тишина. От его разъярённых криков уже не осталось даже эха, хоть воспоминания и заставляли воспроизводить галлюциногенное глухое звучание эха где-то на уровне потолка. Прислушиваясь в тишину, эмоционально измученный парень вдруг расслышал тихие шаги, а дальше распознал в этих звуках пару несильных стуков в дверь своей квартиры. Испуганно разинув глаза, он осознал, что это точно ему не показалось. Тихо поднимаясь с места и буквально крадясь к двери как можно тише, словно вор, пытающийся слинять с места преступления, он опустил голову, пристраивая глаз на уровень дверного глазка и пытаясь разглядеть происходящее снаружи двери. Увидев недовольно стоящего Сюаньчжэня, сложившим свои руки на груди, будучи сильно нахмурившимся и топающим одной из ступней от раздражения. Резко юноша встал в более подвижную позу, разнял свои руки, и ещё больше нахмурившись, зарядил кулаком по дверному глазку, что хозяин квартиры от неожиданности испугался и свалился всем тушей назад, падая прямиком в сидячее положение и тут же ударяясь спиной об стену узкого коридора. Гость не заставил ждать себя, ведь услышав какой-то грохот за дверью, не стал распинаться и на повышенных тонах воскликнул тому: — Ублюдок, открой дверь, чтобы я мог прикончить тебя. Сейчас же. - Му Цин агрессивно дёрнул пару раз ручку двери, прежде чем снова грянуть в затишье. Фен Синь подорвался, быстро открывая дверь, несмотря на боль в спине, которая затормаживала и ослабляла его в целом. Он понимал, что сейчас главное, чтобы сумасшедшие соседи не повылазили из своих квартир и не упекли Сюаньчжэня в отдел полиции за попытки взлома квартиры, ради их собственного спокойствия. Он и сам был уже удивлён как не получил по шапке за свои вопли ранее, но сейчас это не имело никакого значения. Открыв дверь, ему не пришлось затаскивать бурного гостя внутрь, тот сам завалился внутрь, захлопывая за собой дверь и прижимая того к стене. На минуту они сомкнулись в напряжённой тишине. Фэн Синь разглядывал злую и нахмуренную мину друга, которая отдавала морщинами на лбу и устрашающим взглядом глаза в глаза. Квартирант решил нарушить тишину первым: — Я.. Я всё могу объяснить. - Поднимая руки вверх жестом "сдаюсь", Фэн Синь постарался смягчить углы, заставляя поумерить пыл того. Но долго он не смог держать зрительный контакт, ведь как только нахлынули воспоминания о всех пережитых ночах с заразительно пошлыми фантазиями, он взволновано отвернул голову в сторону, а его кожа на лице и шее заметно покраснела. Но для Сюаньчжэня это мало что значило, он посчитал это за естественную реакцию на своё придушение в сторону Фэн Синя. — Лучше бы тебе объясниться, пока я не избил тебя до полусмерти в твоей собственной квартире. - Оттолкнув того в сторону комнаты, сам гость ловким движением снял обувь, откидывая её в сторону. Пройдя дальше по коридору, он начал осматривать помещение вокруг себя. Он не стал комментировать, но по-злому цыкнув, приметив тот факт, что квартира была оснащена ремонтом, который так и отдавал запашком богатства: роскошная люстра, относительно высокие потолки, мебель выглядела почти как новая, а техника красовалась отличительными знаками брендов среднего ценового сегмента. Парень прошёл прямиком в комнату хозяина, нервно усаживаясь на край кровати в ожидании второго. Но в ответ последовала тишина. Прошла минута, но Фен Синь так и не объявлялся. Му Цин потерял всякое терпение и раздражённо выкрикнул в сторону коридора - Сука, ты там тащишься вообще?! Из-за угла, потемневшего за счёт нависшей большой тени над коридором, сверкнули хищные глаза. Му Цина это напрягло, но он не подал виду. Вскоре Генерал полностью показался и уже был почти около него, но тогда и пришло навязчивое напоминание о том, что он именно Большой Генерал и яркий пример почему. Парень тихо, но слышно тяжело дышал, смотря на Сюаньчжэня в упор. Удивлённые глаза Му Цина его не смущали, скорее больше провоцировали. Набросившись на того, Фен Синь впечатал того предплечьем в кровать, надавливая на ключицы, тем временем нависая над ним и отдавая весь выдыхаемый объём углерода прямо в шею Му Цина, необычно согревая и даже распаляя чужое тело. Стало невыносимо жарко. — Какого хрена ты делае... - Вскрик парня были перекрыты губами в поцелуе от его настолько же невменяемого друга. Удивление и возмущение на лице Сюаньчжэня давали понять его выпученные глаза со суженными зрачками. Но это всё, что ему удалось выдать, помимо "ворчаний", то есть, конечно же, мычаний в рот громилы. Как только тот навалился на недотрогу больше, он смог почувствовать огромный возбуждённый причиндал, прижатый к его телу через одежду. Страх охватил прежде смелого Му Цина. Он и помыслить не мог, что однажды его друг детства, которого он ненавидит и это взаимно, набросится на него, как животное, справляя с помощью него "нужду". Сильно толкаясь всеми возможными способами, настороженный парень мог только лишь слегка оттолкнуть того, прикладывая при этом не мало силы, прежде чем тот снова и с новой силой вопьётся в него, продолжая срывать с того одежду: серые джинсы вместе с чёрной водолазкой. Бесполезно было говорить о чём-то с этим пыхтящим огромным извратом, а сам Сюаньчжэнь чувствовал ярость изысканно приправленную отчаянием. Это впервые, когда ему хотелось рыдать от безысходности, но он даже этого не мог сделать, кроме как выдать грозный взгляд из слезившихся, полных ярости глаз. Он уже был без штанов, а его водолазка была почти полностью порвана в клочья, бельё же снято и откинуто куда-то в сторону, как и джинсы. Большая рука Фэн Синя небрежно и грубо схватила член Сюаньчжэня, то ли пытаясь подрочить, то ли всё-таки оторвать его ему. Достав свой возбуждённый причиндал из пижамных штанов, он прислонил его к чужому, обхватив своей объёмной рукой и ублажая их вместе. Дыхание обоих сбилось сильнее, Большой Генерал чуть ли не переходил на грубые стоны, в то время как Му Цин лишь пыхтел, пытаясь заткнуть свой рот, прикусывая свой язык, тем самым противясь физиологической реакции. Толком не испытав эрекции, он всё же чувствовал покалывающее щекочущее чувство от трения интимного места в горячих руках хозяина этой душной комнатушки, заполненной их сбивчивыми вздохами. Неожиданно сильные руки хозяина квартиры подхватили на первый взгляд хрупкое тело Му Цина, переворачивая спиной к себе. Одной рукой Фен Синь прижал того лицом в кровать, сдавливая ладонью шею у затылка и другой рукой ставя трясущиеся ноги Сюаньчжэня на колени. Выпяченная перед извращённым Генералом обнажённая задница, которая будто бы сверкала нежной кожей и завораживала взгляд смотрящего своими тонкими изгибами, переходящими в худые ноги, что были сжаты к друг дружке, а пальцы ног заметно сжимались следом, интерпретируя напряжение схваченного и прижатого к спальному месту. Пристроившись ближе, Фен Синь раздвинул пальцами руки ягодицу парня и плюнул слюной прямиком на задний проход. Почувствовав неприятную прохладу у себя в том месте, Поверженный Генерал вновь засуетился, бесполезно дрыгаясь на месте, лишь бы обратить внимание на себя, встревоженным голосом дополняя свои действия: — Стой. Прошу. Нет. Стой. Что ты делаешь? - Не услышав заветного ответа, испуганный Му Цин тут же почувствовал, как массивные пальцы руки Фен Синя оказались внутри его анального отверстия и непрерывно двигались, проталкиваясь с каждой секундой только глубже, что в свою очередь спровоцировало смешанные чувства непривычного нахождения чего-то внутри, которое вызывало лёгкое отторжение из-за инородного тела внутри. Сюаньчжэнь сморщился, пытаясь будто бы абстрагироваться от происходящего, но его мысли были здесь и сейчас, что он не мог даже вспомнить что делал вчера или зачем вообще пришёл сюда. Прервало мучительные мысли новое чувство, которое въелось ему прямо в голову, распространяясь волнами по всему телу. Холодный пот стал переходить в горячие температуры и отторжение превратилось стойкое давящее и как бы щекочущее чувство. Но такое напугало Му Цина только больше. Боль была ему роднее, ведь он мог точно знать и напоминать себе о том, что с ним происходит что-то плохое, чтобы негатив внутри него напоминал о несправедливости происходящего, как он и запоминал боль, оставленную обидчиками в прошлом, храня в голове мысли о своей самой большой мести им всем, этим глупым и отвратительным людям. Но что сейчас? Что он должен чувствовать? С новым толчком в его, расплывшееся от смешанных ощущений разума, в тело вошло кое-что покрупнее. Член Фен Синя был грубо вогнан в анал, насильно раздвигая стенки ослабленного тела. Пусть даже половины причиндала не смогло войти, но с каждой новой волной, приходящих пульсирующих ощущений, Му Цин вспыхивал, чувствуя каждой клеткой тела прилив крови к интимному месту, бессильно приняв в себя чужой орган. Тревога, ярость, отчаяние - что из этого он чувствовал сейчас? Его помутнённый рассудок не мог распознать. Да и в самом из самых трезвых состояний он бы не смог разобрать суть своих ощущений. Они где-то внутри скребли как кошки на сердце, заглушаясь следом физическими ощущениями. Он не чувствовал какого-то сильного возбуждения или просто его не распознавал, но ощущал как эякулят скромно капал и стекал медленно по его ногам вниз. Отдающая моментами острая боль от резкого толчка сменилась более медленным и раскрепощающим движением, которое можно было оценить как "очень даже терпимо", ведь то самое "инородное тело" наконец оказалось снаружи. Громкий выдох и последующий задыхающийся кашель. По спине красовалась разлитая сперма, но Му Цин не чувствовал почти ничего, лишь пытался в этот момент восстановить дыхание. В секунду разум захватил инстинкт самосохранения и, подхватив нижней голенью ногу Фен Синя, он резко повалил того на кровать, оказываясь теперь сверху него навесу, руками опираясь на постель. Ещё где-то минуту оба смотрели друг другу в глаза, находясь в ступоре, только оправляясь от произошедшего. Взволнованные глаза Му Цина бегали по комнате, не зная за что зацепиться. Увидев на полу кусочек своей одежды, он сорвался с места, надевая всё как попало, а затем выбегая прямиком из квартиры. Растрёпанный, грязный, с красными распухшими глазами, полными так и не проронившихся слёз, Сюаньчжэнь еле добежал до дома, запираясь на ключ, хватаясь за плечи обоими руки, делая жест объятия, параллельно скатываясь спиной по двери вниз, не в силах больше устоять на ногах. Сдержанные слёзы прорвались наружу и полились градом вместе с громкими всхлипами. Ещё долго он не мог успокоиться, слегка поддрагивая, пока не осталось больше сил плакать и он не уснул на полу, так и не добравшись до кровати. Видя непривычное для Фен Синя лицо Сюаньчжэня, всё прояснилось. Неописуемый словами взгляд словно пожирал его всю ту минуту, что они были совсем близко, буквально лицом к лицу, рассматривая чужие глаза совсем чётко, без возможности упустить хоть одну деталь. За головой Победителя не таилось ни одной мысли, эмоции или чего-либо, кроме пульсирующего органа и тела, охваченного усталостью. После того, как Му Цин подорвался и поспешно сбежал с места "сражения", Фен Синь смог окончательно осознать положение дел. Даже не сдвинувшись на миллиметр с лежачего положения, он стыдливо закрыл ладонями лицо, сжимая пальцы рук, касаясь прядей волос, что были уже растрёпаны и распущены полностью, а привычного хвоста не осталось. Нервно отдав смешок, разочарованно и раздражительно из его уст прозвучало громкое и протяжное: — Блять....