Бродячее семейство

В ту ночь на пятидесятом этаже Белл молча стоял и смотрел на Отохимэ. Она рассказала ему свою историю, не скупясь на подробности своего взросления. На самом деле Белл знал, что это не самая печальная история, которую он слышал, и Отохимэ сама это сказала. «Люди умирают каждый день, Белл», — сказала она, закончив. «Дети умирают, их родители плачут, а нам остаётся только жить дальше. Сколько наших друзей потеряли близких?» «…но это не делает то, что случилось с тобой, менее ужасным. Твой брат… он был твоей семьёй», — сказал Белл. Ото пожал плечами. «Это лишь доказывает, что кровь — это нечто незначительное. Лучше сосредоточиться на отношениях, которые мы выстроили для себя. Во всяком случае, таково моё мнение». После этого она не произнесла ни слова, и Белл не знал, что сказать. Вместо этого они молча сидели на поляне Подземелья. Издалека до них доносились голоса других искателей приключений, которые ложились спать и искали утешения у костров. Но двое искателей приключений сидели в темноте, бесшумно наблюдая за течением времени.

Внезапный шелест листьев заставил их вскочить и выхватить оружие, но Ото расслабилась первой. Она улыбнулась, и Белл заметил, насколько она устала. Эта лёгкая улыбка была создана, чтобы отпугивать потенциальных женихов. Но Белл увидел и нечто настоящее. На её лице была неподдельная радость, и даже он мог понять, почему. «Давно пора было тебя найти», — сказал Урасима Таро. «Остальные беспокоились о тебе». «А! Извини», — ответила Ото, почесав затылок. «Я просто рассказывала Белл сказки, и, похоже, время пролетело незаметно». Ура перевёл взгляд с одного на другого. Наконец он решил подойти ближе к Ото, которая тут же опустила голову ему на плечо. Она повернула лицо к Беллу, и он увидел в её улыбке бездну. «Белл, я чувствую, что сейчас заплачу. Не могли бы вы уйти?» — спросила она, её влажные глаза блестели в темноте. «Мне бы не хотелось, чтобы вам стало ещё хуже». Белл кивнул и ушёл. Он сделал вид, что не слышит ни всхлипов, ни плача, последовавшего вскоре за этим. Эльфы: В другой части леса Элвин понятия не имел, что происходит. Лефия подошла к нему, как всегда, очаровательно выглядя, и потащила за руку в темноту. Они покинули лагерь, не услышав ни единого человека или звука. Даже Филвис был в замешательстве и постоянно проверял, не ловушка ли это или не бродят ли поблизости монстры. «Эм, не могли бы вы мне сказать, куда мы идём?» — спросил Элвин.

Лефия молчала; единственным звуком, который она издавала, было топот ног по подлеску. Элвин попытался бы её остановить, но она была пятого уровня, а он — только недавно перешёл на четвёртый. Он ни за что не смог бы её остановить. «Слушай, Лефия, я бы пошёл за тобой куда угодно, ты же знаешь, правда? Но я хотел бы знать, куда я тебя пойду», — сказал Элвин. «Тсссс, не разговаривайте, пожалуйста», — сказала Лефия. Ещё через три минуты молчаливого шага они добрались до небольшой прогалины среди деревьев. На траве лежали одеяла, подушки и другие спальные принадлежности. Элвин посмотрел на кучу, а затем на покрасневшую Лефию, глядящую в землю. Она держала руки сжатыми перед собой и не двигалась. Взгляд Элвина вернулся к куче, чтобы рассмотреть лампы и подушки. К тому же, на траве лежала прекрасная простыня. «Э-э, Лефия, это значит то, что я думаю?» — спросил Элвин. Лефия немного подпрыгнула. «Нет! Это совсем не то!» — воскликнула она, её румянец выдавал гнев. «Я просто подумала… раз ты плохо спишь… мы могли бы спать вместе…» Она моргнула. «Но не так! Я просто имела в виду, что мы будем лежать рядом… чтобы помочь тебе заснуть». «Можем ли мы обняться?» — спросил Элвин с озорной улыбкой на лице. «Ни в коем случае!» — возразила Лефия. Полуэльф надулся. «Ну, это не весело. Что мне делать, если мне приснится кошмар?» Она закатила глаза. «Тебе больше не снятся кошмары, помнишь? Ты просто плохо спишь». Она указала на подушки. «А теперь ложись спать!»

Элвин закатил глаза, прежде чем лечь. Удивительно, но пол Подземелья оказался мягче, чем он думал. К тому же, Лефия подобрала все подходящие подушки. А простыни ещё и источали лёгкий цветочный аромат. «Ты их духами побрызгала?» — спросил он. Лефия избегала зрительного контакта. «Может быть». Она последовала за ним в импровизированную кровать. Медленно она устроилась на траве, следя за тем, чтобы юбка не запуталась. Затем она легла навзничь, прижимая простыни к лицу. Наблюдая за ней краем глаза, Элвин заметил, что она краснеет всё сильнее, а её мышцы, похоже, перестали работать. Он медленно положил руку ей на плечо и придвинулся ближе. «А что, если бы мы оба обнялись?» — предложил он. Лефия медленно и машинально кивнула. Она позволила себя обнять, и Элвин медленно вздохнул. Филвис сказала, что будет сторожить всю ночь. Она также добавила, что если он причинит вред Лефии, то снова будет покойником. Он закатил глаза и улёгся на ночь. Присутствие Лефии успокоило его, пока он лежал, надеясь избежать неизбежного. Лидеры: В одной из немногих палаток, где действительно что-то делалось, Финн разглядывал большую карту пятидесятого этажа. Рядом с ним сидели Риверия и Гарет, а вокруг стола разместились лидеры многочисленных фракций этого альянса. Амид, Шакти, Цубаки и Лили стояли за одним столом. Также присутствовали, но держались немного в стороне, Рауль и Аки. Последние пару часов они обсуждали, что будет дальше. Все были согласны, что на них нападут, пока первоклассные авантюристы будут в отъезде. Это означало, что им нужно было проработать детали дальнейших событий. Собрать столько капитанов и сильных личностей в одной палатке было не самой лучшей идеей. Все спорили о том, на чём сосредоточиться и какие отряды куда поставить. Цубаки считал, что кузнецы и обозники должны быть в центре, чтобы заботиться обо всех, кто в зоне досягаемости. Но Амид возразил, что они будут слишком далеко от целителей, которым нужно готовить лекарства и добывать всё необходимое для лечения людей. Это был один из сотни подобных разговоров. Лили потирала виски от надвигающейся головной боли. «Почему люди, которых здесь не будет, имеют право голоса во всем этом?» — спросила Лили вслух. В палатке воцарилась тишина. Финн ухмыльнулся, услышав её всплеск эмоций, и едва заметно кивнул, что видела только она. Шакти это не так развеселило. «Потому что это наша Семья, и ты будешь вести за собой наш народ», — ответила она. «Прости, что мы заботимся о них». Лили закатила глаза, поворачиваясь к капитану семьи Ганеши. «Только тебе нужно сосредоточиться на всём, что происходит внизу». Она указала на карту Урны Дракона. «Если ты будешь слишком много думать о том, что происходит здесь, наверху, то проиграешь там». Она ухмыльнулась. «Кроме того, если Лили не понравится то, что ты сделал, она просто всё исправит после того, как ты уйдёшь». Последовала пауза, а затем в палатке раздался тихий звук, похожий на звон колокольчиков. Все посмотрели на Святую Дею, которая хихикала, прижавшись к руке. Она кивнула. «Если говорить честно, я сделаю то же самое», — сказала она. Вскоре Гарет и Цубаки рассмеялись. Шакти лишь вздохнула и посмотрела на Финна.

«Ну, думаю, нам всем пора разобраться, что делать», — она ткнула большим пальцем в сторону Лили. «Оставим молодёжь здесь, чтобы они сами разобрались с остальным».

Финн кивнул. «У меня всё уже готово в отдельной палатке». Остальные обитатели комнаты молча смотрели ему вслед, пока он уходил. Вскоре за ним последовали и те, кто собирался спуститься вниз. Единственной, кого не забавляла сложившаяся ситуация, была Шакти Варма. Остались Лили, Аки, Рауль и Амид, стоящие вокруг стола с картами и схемами. «Лили уже набросала наиболее подходящий, по её мнению, строй, но всё ещё остаётся вопрос, кто куда пойдёт», — объяснила Бесстрашная. Её лицо изменилось, и теперь остальные трое склонились, слушая её план. «С нами три бойца пятого уровня». Она посмотрела на кошкодевочку и её мужчину. «Вот вы двое и Ипполита. Лили хочет поставить по одному из вас на каждом фланге. Рауль слева, Аки справа, а мисс Аиша в центре. Вы будете якорем, который будет держать линию». «Ты говоришь так, будто они не собираются нас окружать», — сказал Аки, подняв бровь. Лили кивнула, соглашаясь. «Вполне возможно. Эти ксеносы знают Подземелье лучше нас и, возможно, смогли бы зайти нам в тыл». Она постучала по карте Подземелья. «Однако даже если они атакуют с тыла, их силы будут значительно меньше. Они могут прокрасться лишь на такое расстояние». Её палец пробежал по карте. «Не говоря уже о том, что естественные укрепления защитят часть нашей позиции, если мы обоснуемся здесь. Остальное смогут защитить наши более сильные авантюристы». «Под предводительством Отохимэ Накамуры?» — спросил Аки. Лили кивнула. «Это моё предложение, но Лили открыта для предложений других». Аки покачала головой. «Она достаточно способна. Нужно лишь убедиться, что окружающие не отстают». Лили кивнула и повернулась к Амид. «А как насчёт тебя? Сработает ли это для твоих целителей? Кузнецы будут рядом с магическими мечами для защиты, но это всё. Ресурсов и так будет мало». Амид остановилась, обдумывая варианты. Она взяла один из маленьких деревянных жетонов, которые они сделали, чтобы символизировать войска. Тот, что она держала в руке, был жетоном её подразделения. Она повернула его, внимательно изучая. Затем положила обратно и кивнула. «Если мы в состоянии помочь всем, меня это устраивает», — сказала Святая Деа. «Что нам делать с магами?» — спросил Рауль. «Мы их разделим или будем держать вместе?» Лили открыла рот и заговорила. Завязался долгий разговор, который продлился всю ночь, до самого раннего утра, которое в недрах Подземелья считалось утром. Но сколько бы они ни планировали, ничто не могло унять ужасное чувство, которое нарастало. Приближалась их последняя битва. Герои: И вот, у самого входа в пол, на пути к пятьдесят первому, стоял мальчик. Он смотрел в темноту, не зная, что ждёт его в этой неизвестности. Он никогда не был так глубоко в Подземелье; он должен был продолжать спускаться, спускаться туда, где побывали только сильнейшие Семьи Орарио. И он собирался идти ещё глубже. Он был на пути к границам известного мира. Часть его разума понимала, что это были глубины даже для Зевса и Семьи Геры. Судя по тому, что Эйна нашла для него, его мама и папа, вероятно, не спускались так глубоко. Однако он был уверен, что его тётя Альфия побывала здесь. Судя по фотографиям, которые ему дали, он почти мог представить её стоящей на том же месте, что и он. Эта мысль успокоила Белла Кранела. Однако его размышления прервал шорох из кустов позади него. К счастью, шаги не были похожи на шаги монстра, и не были достаточно скрытными, чтобы быть попыткой кого-то напасть на него. «Привет, Белл», — сказала Айс своим монотонным голосом. «Что ты делаешь?» Белл даже не обернулся, чтобы взглянуть на нее. «Я просто… думаю о завтрашнем дне и обо всём, что произойдёт», — ответил Белл. «То есть, я знаю, что это война, и что это должно быть ужасно, но я также немного взволнован, понимаете?» Айс улыбнулась, потому что знала. В глубине души она всегда радовалась, когда они оказывались на новом этаже Подземелья. Трепет перед неизвестностью жил в каждом, независимо от возраста. «Не позволяй своему волнению взять верх над тобой, Белл», — предупредила Айс. «Даже если бы Искателей Солнца здесь не было, у нас бы всё было плохо. Это самые глубокие этажи Подземелья, и для вас всё движется очень быстро». Она оглянулась, нахмурившись. «Держись рядом со мной, понял?» Белл кивнул. Он смотрел на разинутый зев нижних этажей, не желая нарушать тишину. Но вдруг почувствовал что-то внизу, у себя под боком. Посмотрев вниз и влево, он увидел, как Айс протягивает ему руку. Её лицо было серьёзным. «Могу я… подержать тебя за руку?» — спросила она после свершившегося факта. Белл кивнул, не доверяя словам, которые вот-вот вырвутся из его уст. Он смотрел в пол, стараясь не дать эмоциям выплеснуться наружу. Он почти ожидал, что спину заболит от воздействия Лиариса. Но потом вспомнил, что это был Нео-Лиарис, основанный на его идеалах. Он краем глаза взглянул на девушку, которую любил. Теперь, когда эти чувства были реальны, это принесло ему некоторое утешение. «Ты будешь в порядке?» — спросила Айс. «Я видела, что случилось на тридцать седьмом этаже». Она замолчала, крепче сжав его руку. Наконец она снова заговорила: «Белл, будь осторожна… Я не хочу тебя потерять».

Белл покачал головой. «Ты меня не потеряешь, обещаю. То, что там случилось… это давняя проблема». Он оглянулся. «Помнишь, я рассказывал тебе, как мы с Рю упали на Глубокие Этажи?» Айс кивнула. «Думаю, этот опыт оставил на мне след». Свободная рука потянулась к груди, вцепившись в ткань одежды. «Всякий раз, когда я думаю о том, что там произошло, моё дыхание становится поверхностным, и мне трудно сосредоточиться. Но… потом я вспоминаю, что я выбрался. И что я могу выбраться снова и снова». Айс сжала его руку. Они стояли молча. Влюбленные: Наконец, на поляне сидели две души. Отохимэ перестала плакать и теперь лежала на земле, опираясь на плечо Урасимы. Он прижал её к себе, отталкивая собственное отвращение к своим фальшивым рукам. К счастью, Ото затихла. Он не хотел её беспокоить и искренне надеялся, что она уснула. Ей понадобится отдых перед предстоящими сражениями. «Эй, Ура». Ну вот, эта счастливая мысль ушла. «Я знаю, что сейчас, возможно, неподходящее время, но я хотел спросить тебя кое о чем», — сказал Ото. Она не двигалась. Вместо этого она положила голову ему на плечо. Казалось, она расслаблена, но Урасима чувствовал, как её рука сжимает металл. Он боялся, что её сила четвёртого уровня раздавит их, но потом вспомнил, что руки были такими же сильными, как и его статус. «Вы можете спрашивать о чем угодно», — ответил он. «Почему ты меня любишь?» Ура сидел молча. Прошла минута, потом пять. Он не пытался уйти от ответа; он просто хотел убедиться, что уделяет ему должное внимание. В конце концов, это был непростой вопрос, и его задавал самый важный человек в его мире. И, что самое главное, он даже не знал, с чего начать. Но в конце концов молчание затянулось. Волны страха, исходящие от Отохимэ, стали почти осязаемыми, и Урасима понял, что ему пора заговорить. «Честный ответ: я не знаю», — начал он. «Я могу рассказать тебе о тех же причинах, о которых рассказываю всем остальным: я люблю тебя за твою решимость и силу духа. Могу рассказать, почему многие считают тебя красавицей, подобающей богам. Я могу рассказать тебе об этом и о множестве других причин, но в конечном счёте я люблю тебя, потому что ты — это ты, до мозга костей». Наступила тишина. Отохимэ помолчала, прежде чем выступить с речью. «Вот почему, наверное, и существуют такие люди, как Диксен», — сказала она. «Потому что мы не можем сказать, почему. У нас нет слов, чтобы это выразить». Она подняла руку, чтобы повернуть его лицо к себе. «Но когда я смотрю на тебя и вижу, что ты стоишь рядом со мной, я понимаю, что чувствую». Он медленно приблизил лоб. «И я чувствую то же самое. Знаю, что мой ответ недостаточен, но он единственный, который у меня есть. Я люблю тебя, потому что ты — это ты. За миллион вещей, которые ты делаешь, и за всё, как ты себя ведёшь. Ты — мой свет», — закончил Урасима. Они сидели, и постепенно телохранитель почувствовал, что его принцесса что-то чувствует. Её тело дрожало. Он боялся, что это от гнева или печали, но, отстранившись, он увидел, что она улыбается. Она пыталась сдержать смех. «Какие же мы были глупые!» — закричала она, всплеснув руками. «Подумать только, всё это время мы сдерживались по такой глупости». Урасима склонил голову, совершенно растерянный. «Мы не стремились к нашей любви, довольствуясь тем, кем были, потому что думали, что любим друг друга только как господин и слуга», — объяснила Отохимэ. «И это было хорошо. Нам нужно было время, чтобы разобраться в наших новых отношениях. Но тогда почему мы всё ещё колеблемся?» Она указала в темноту Подземелья. «Есть шанс, что завтра мы умрём. Нас могут сожрать монстры. Я устала ждать, пытаясь понять, истинна ли наша любовь. Потому что правда в том, что мне просто нужно верить». Отохимэ посмотрела ему в глаза. «Ты мне доверяешь?» Урасима Таро моргнул. "Я делаю." «Тогда чего мы ждем?» Бойцы: Наконец, то, что в глубинах Подземелья считалось утром, наступило. Люди начали готовить завтраки, а обоз раздавал припасы. Ночные охранники сменились, и на смену пришла следующая смена. Командиры эскадронов следили за тем, чтобы во всех подразделениях всё шло гладко, а бойцы первого ранга докладывали своим лейтенантам о дальнейших действиях. В это время одна из них возвращалась на свой пост. Она встала из палатки, которую делила, и натянула снаряжение для приключений. Обернувшись, она увидела, что Микото делает то же самое. Харухиме не спеша полюбовалась рельефными мышцами своей девушки, издав довольный мурлыкающий звук. Этот звук привлёк внимание Микото, и, заметив, что Харухиме на неё смотрит, она покраснела. «На самом деле это не так уж и впечатляет», — сказала она. «О, это так. И твои — ​​мои любимые», — ответила Харухимэ. Пока они собирались, повисла уютная тишина. Им не нужно было разговаривать, ведь они прекрасно знали, что сделает другой. Когда всё было сказано и сделано, Микото уже собиралась уходить. Но прежде чем она успела что-то сделать, чья-то рука схватила её за рукав. Она обернулась и увидела серьёзную Харухиме.

«Мне нужно, чтобы ты пообещала мне кое-что», — сказала Харухиме. Микото улыбнулась. «Я вернусь к тебе, обещаю». Ренар покачала головой. «Это не то, чего я хотела. Ты должна пообещать мне, что не потеряешь контроль». Микото моргнула. «Что ты имеешь в виду?» «Нельзя терять контроль и позволять другой стороне взять верх», — повторила Харухимэ. «Ты должна это пообещать». Микото кивнула. «Обещаю, я буду контролировать». Харухимэ улыбнулась. «Я люблю тебя». Самурай покраснел. «Я тоже тебя люблю». Дикие дети: На другом конце пола Элвин почувствовал, что просыпается. Он хотел сесть, но на грудь легла незнакомая тяжесть. Она была довольно тёплой. Когда он поёрзал на травянистом полу, что-то, не являющееся одеялом, тёрлось о него. Он провёл по нему руками и наткнулся на что-то гладкое. Оно оказалось одновременно мягким и скользким. Он снова пошевелил рукой, и она запуталась во что-то. «Это волосы?» — спросил Элвин. «Филвис, что это на мне?» Призрак не ответил. Элвин полностью открыл глаза, ища своего спутника. То, что лежало на нём, было скрыто под одеялами, и его разум был слишком сонным, чтобы осознать происходящее. Когда он нашёл Филвис, взгляд мёртвой эльфийки был устремлён в землю. Её призрачная кожа была такой же красной, как и глаза. Вес, лежавший на нём, сдвинулся. Он также вздохнул. Постепенно кусочки головоломки сложились воедино. «Филвис… это Лефия на мне». Она кивнула. «Без одежды?» Еще один кивок. «Мы…» Кивок. «…ты смотрел?» «Нет, ты животное!» Её внезапный крик заставил его вздрогнуть. От этого Лефия резко проснулась. Впервые увидев лицо Элвина, она улыбнулась. Но затем её мозг заработал, и он почувствовал её руки на своём торсе. Когда она осознала произошедшее, Элвин почувствовал, как её тело застыло. Рот её был открыт, а лицо побелело. Элвин пытался придумать, что сказать, чтобы ей стало легче, но она отстранилась. «Ты бродяга! Соблазнитель! Ты абсолютно похотливый монстр!» Лефия подобрала одеяло, чтобы попытаться укрыться. Но когда она это сделала, тело Элвина оказалось на виду. Она снова замерла, осознавая вид Элвина перед собой. Филвис замер, моргнув. Элвин сквозь подушку на коленях. «Слушай, я согласен, что я был… похотлив… но для этого потребовались двое», — ответил Элвин. «Я вообще не слышал твоих жалоб». «Это потому что…» — Лефия запнулась, вспоминая прошлую ночь. «Ах! Теперь я не смогу выйти замуж! Я осквернила святая святых эльфийской свадьбы!» Она закрыла лицо руками. Утопая в своём явном стыде, она забыла, что держит одеяло. Поэтому она не заметила, как оно упало на пол. Филвис упала навзничь, её призрачное тело пролетело сквозь дерево. Элвин просто смотрел. «Ты… самое прекрасное, что я когда-либо видел в своей жизни». Руки Лефии взлетели к телу. «Перестань пялиться!» Авантюристы: Когда все проснулись, Финн созвал всех на собрание. Кузнецы, сторонники, авантюристы, маги и другие собрались перед большим камнем. На вершине стоял Храбреец, Гарет и Риверия рядом с ним. Остальные первоклассные авантюристы собрались вокруг него. Его копье сияло в искусственном свете Подземелья. «Слушайте все», — начал он. «Пора вам всем понять, что произойдёт дальше. Мы с другими лидерами погрузимся ещё глубже». Он указал копьём на всех пятого и шестого уровней. «Наша задача — спуститься и найти Короля Искателей Солнца. Мы убьем его и любого другого лидера, которого встретим по пути. Надеюсь, без их лидеров остальные отступят или разбегутся». Он обвёл взглядом искателей приключений. «Но не заблуждайтесь, вы все в такой же опасности. Вы будете здесь, чтобы отвлечь на себя большую часть сил Искателей Солнца». Среди собравшихся воинов послышался тихий ропот. Слова «ловушка» и «приманка» зазвучали всеобщим голосом, и ужас охватил всех. Финн ударил древком копья по камню, снова привлекая к себе всеобщее внимание. «Не буду приукрашивать: это ловушка», — ответил Финн. «Но я бы её расставил, если бы не верил в твои способности. Когда-то Орарио правили две великие семьи в его расцвете. Но разве это вершина?» Раздалось несколько пробормотавших «нет» и покачивающих голов. «Неужели это всё, чего мы можем достичь? Всё, к чему мы можем стремиться?» Еще больше «нет», громче и выраженнее. «Будем ли мы самодовольны или постараемся стать ещё более великими, чем мы сами?» — Он протянул руку в воздух. «Сгниют ли наши кости здесь, в недрах Земли, или мы завоюем себе место на небесах?» «Небеса!» Громкий ответный грохот сотряс пещеру. Финн улыбнулся, глядя на это сборище глупцов и мечтателей. Каждый из них был искателем приключений, которого он был готов назвать союзником. «Меня здесь не будет с вами, но наши битвы и то, за что мы сражаемся, останутся прежними!» — крикнул Финн Деймне. «И я клянусь, что вернусь, как только сам убью Безумного Короля Тифона». Он улыбнулся. «Если, конечно, вы не перебили Искателей Солнца». Толпа рассмеялась, и Финн не стал этому препятствовать. Но затем его лицо снова стало серьёзным. Он поднял руку, призывая к тишине, и вскоре она наступила. Но будьте осторожны. Присматривайте друг за другом и за спиной того, кто стоит рядом. Здесь нет семейных линий, только одна группа с единой целью. А теперь идите к командирам отрядов; они скажут вам, куда идти дальше. Финн закончил свою речь, и все присутствующие дружно закричали «ДА!». Он спрыгнул со скалы, и толпа вокруг него рассеялась. По мере того, как он шёл, авантюристы выстроились рядом с ним. Первыми были Риверия и Гарет, которые уже уладили последние свои проблемы. Последнее, что сделала высшая эльфийка, – обняла брата. Брат и сестра молча постояли, прежде чем отстраниться. Они кивнули друг другу. После Гарета и Риверии остальные руководители Семьи Локи выстроились в строй. Первыми шли Тиона и Тионе, энергия близнецов заставляла их дрожать на месте. Следом шли Бете и Лефия. По какой-то причине маленькая эльфийка-маг не могла смотреть никому в глаза. Следующими к ним присоединились Шакти и Цубаки, возглавляя контингент членов Семьи Ганеши. В целом, руководители Семьи Ганеши были сторонниками. Точно так же, как Риверия и Лефия были и магами, и целителями. Цубаки заботилась о снаряжении. Они шли к пустой пасти на пятьдесят первый этаж. Некоторые хотели оглянуться на своих союзников, но все сопротивлялись. Добравшись до прохода на следующий этаж, они обнаружили, что их ждут последние члены отряда. Это были Белл Кранел, Рю Леон и Айс Валленштайн. Эти трое были нетерпеливее остальных, их снаряжение уже было готово. Их доспехи были начищены, а за оружием всю прошлую ночь следил Вельф (он никому не позволял смотреть на них). Финн остановился и посмотрел Беллу Крэнелу в глаза. Юноша кивнул ему, и Храбрец кивнул в ответ. Белл пристроился позади него, в центр отряда. Рю и Айс встали по бокам, определив себе место в строю. Паллум предпочёл ничего не говорить этим искателям приключений. Они знали свою задачу и ответственность, лежащую на их плечах. Вместо этого они двинулись в темноту. Стратег: Лили стояла на вершине скалы, наблюдая за работой окружающих. Авантюристы из разных Семей работали рука об руку, чтобы укрепить оборону. Маги обсуждали между собой схемы атак, пока кузнецы и помощники готовили самые необходимые припасы. Лили рассчитала силы, и у них было всё необходимое, чтобы пережить затяжную битву. Даже их позиция оказалась более надёжной, чем казалось на первый взгляд. Лили использовала свою магию, чтобы осмотреть местность, и обнаружила множество укрытий. Это было похоже на крепость, возведённую в недрах Подземелья. Отряды занимали позиции в узком пространстве, пока командиры флангов занимали позиции опорных пунктов. Айша ясно дала понять, что она не стратег и не лидер. Она будет сражаться всеми силами, но кто-то другой должен быть готов отдавать приказы. Именно поэтому Лили назначила Дафну в авангард. Аки с лёгкостью взяла командование на себя. Кошкодевочка была хороша, пожалуй, третья по силе после Финна и Лили. Но ведь был ещё Рауль. Бесстрашная не стыдилась признаться, что Высшая Послушница её беспокоит. Но когда она высказала эти опасения Аки, та лишь улыбнулась. «Он тебя удивит», — сказала она. Лили очень на это надеялась. Когда наступил полдень, и все поели, над полем боя воцарилась тишина. Затаённое дыхание. И в ответ на тишину раздался оглушительный рёв. Паллум подняла глаза, и слова Афины и Александра Македонского зазвенели в её ушах. Вот он, момент, когда Лили заслужила своё место в их пантеоне. Соперник: И тут, в глубине Подземелья, огромный чёрный минотавр взял себя в руки. Его одурачило это ужасное создание, называвшее себя Королём. Астерий оперся на топор, дыхание вырывалось из его носа. Он сжал его ещё сильнее, когда мысли, полные ярости, затуманили его разум. Гигантский бык взревел и побежал по Подземелью. Он с нетерпением ждал этой битвы. Его рёв разнёсся эхом, отражаясь от стен, и лишь одна мысль ответила. Он не мог ни говорить, ни взаимодействовать; он мог лишь наблюдать. Он был застрял здесь, слишком упрямый, чтобы быть поглощённым Подземельем, но слишком слабый, чтобы найти дорогу домой. Он помнил о тяжёлом падении в последние мгновения своей жизни. В конце концов, дух решил, что жалкое существование здесь, на глубоких этажах, станет его покаянием. Так он заплатит за свои грехи. Но, не найдя себе лучшего занятия, он последовал за чёрным минотавром. Он чувствовал, что необходимо чудо. Маэстро: И наконец, в Городе Подземелий воцарилась тишина. Гильдия затаилась в страхе, что Фрейя предпримет какие-нибудь действия, пока её главные союзники будут в отъезде. В это время маленькая богиня изо всех сил готовилась к неизбежному удару. Она работала с Призраком Гильдии, чтобы создать нечто, что могло бы дать им преимущество. К счастью, удара не последовало. По крайней мере, прямого. Когда всё вокруг было погружено в тени, в ночи вокруг Сумеречной усадьбы можно было разглядеть неясное пятно. Оно промелькнуло слишком быстро, чтобы оставшиеся спутники Локи успели его заметить, и не задержалось достаточно долго, чтобы его можно было поймать. Это было лишь мимолётное движение, и ничего больше. За всем этим наблюдал режиссёр этого трагического фарса. Маэстро, создавший всё это, словно Богиня, смотрел в душу своего Одра. Он очистится благодаря её замыслу и со временем поблагодарит её за это. В конце концов, эта война была не ради ксеносов или искателей приключений. Всё, чего она достигла до этого момента, было ради её любимого. Всё ради Белл Кранел.