Бродячее семейство

Отохимэ знала, что она чудовище, и внутри, и снаружи. С тех пор, как проявилась её проклятая магия, она поняла, что это знак от Божеств, что она чужая. Что-то внутри неё было тёмным и сломанным, что невозможно исправить. Но она знала, что сдаться – значит проиграть, и ненавидела проигрывать почти так же сильно, как ненавидела себя. Поэтому маленькая девочка боролась, боролась и боролась. Она проливала кровь мужчин, как свиней, и крушила мечты простолюдинов по приказу своего ублюдка-брата. Она решила не быть жестокой, но это не означало, что она права. Поднявшись на ноги, Принцесса Драконов размышляла обо всем, что с ней случилось. Все путешествия, которые она совершила, люди, которых она встретила, и семья, которую она создала, пронеслись в ее памяти. Встав, она оглядела поле боя. Она вспомнила, как видела этого гигантского чертова дракона Ксеноса, как он отшвырнул ее в сторону, словно она была ничтожеством. Это существо не собиралось быстро сдаваться, и, вероятно, убьет ее и всех ее друзей. На секунду она подумала найти Ура и бежать. Монстр-Рексы исчезли, и все опасные монстры уже здесь. Они могли бежать. Но эта мысль продлилась всего секунду. Потому что она знала, что это неправильно. Она знала, что если ей суждено умереть, то на своих условиях. Она хотела умереть, сражаясь за тех, кого любила. «Ах, я рад, что ты проснулся». Отохимэ обернулась и увидела перед собой Святую Дьяволицу. Её волосы были растрепаны, а на обычно чистой коже был слой пота. Амид глубоко вздохнула. «Ты нам нужна. Этот дракон Ксенос, Настро, прорывается сквозь наши ряды», — сказала целительница. «Аиша, Анакитти и ещё несколько человек изо всех сил пытаются сдержать его, но их уровень не будет длиться вечно». Она прищурилась. «Нам нужен дракон, чтобы сражаться с драконом». «Я не хочу», — ответила Отохимэ, глядя в пол. Она знала, что ведёт себя как ребёнок, но ничего не могла с собой поделать. Отохимэ Накамура не хотела быть драконом. Она не хотела быть героем, принцессой или каким-то другим громким словом. Она хотела быть искательницей приключений и жить жизнью, которую сама выбирала и планировала. Она хотела найти друзей, признаться в любви парню, которого любила, и остаться одна после этого. Отохимэ Накамура не хотела, чтобы кто-то пришёл и спас её; она просто хотела друзей и семью. «Сейчас наши желания не имеют значения», — строго ответила Амид. «Сейчас, ради людей на этом этаже, которые рассчитывают на нас и всех остальных, мы должны сделать всё, что потребуется. И для этого потребуется дракон». Как только Амид закончил говорить, по лесу пробежал шёпот золотого сияния. Оно окутало Дальневосточную принцессу, и она ощутила знакомое чувство повышения уровня. Отохимэ с изумлением посмотрела на своё тело. «Я думала, Харухимэ уже раздала повышения уровня… если бы она сделала это на максимум, то потеряла бы сознание», — сказала Отохимэ, почти обращаясь к самой себе. «Да, я уверен, что сегодня она решила постараться, потому что знала, — ответил Амид. — Она знала, что ты — наш лучший шанс». Руки Отохимэ сжались в кулаки. «Она доверилась мне, да? Тогда мне лучше ответить». Она взглянула на Амида. «Тебе лучше уйти отсюда. Моя последняя мысль — об этом монстре; я не могу позволить тебе отвлекать моего внутреннего зверя». Амид кивнула и побежала обратно на поле боя. Она собиралась исцелить всех, кого сможет, и сделать всё, что сможет. «Великая Разрушительница, ты – пожирательница миров». Отохимэ размышляла о том, как получила эту силу, и о боли, которую она причинила. «Ты, кто хочет очистить мир от чистого и нечистого, умоляю тебя, дай мне частицу своего облика». Оглядываясь назад, она понимала, что это, по сути, было самое злое, что есть в этом мире смертных. И частица этого зла была в ней. «Позволь мне вселить истинный ужас в тех, кто взглянет на меня». Она была чудовищем, но она сделает всё возможное, чтобы спасти тех, кого любила. «Позволь мне стать той, кто сожжёт мир. Чёрные крылья, окутайте меня!» Большинство людей говорили, что чувствуют силу, используя магию, но Отохимэ чувствовала лишь боль. То, как её кожа и мышцы разрывались на части. «Сожги этот мешок плоти и дай мне свою истинную чешую!» Она заплатила такую ​​цену за то, что была чудовищем, за то, что пыталась притвориться, что может быть кем-то другим. «Предвестница гибели! Дай мне свою силу!» Ее разум наполнила одна последняя мысль: убить Дракона Ксеноса, Настро, или умереть, пытаясь это сделать. "ФОРМА ДРАКОНА!" С верхними уровнями: Рюу устала. Её рука с мечом отказывала, а эти монстры продолжали наступать. Она знала, что должна спасти Мари, иначе всё остальное будет напрасно. Не говоря уже о том, что Белл доверил ей это, и она не хотела его подвести. Эльфийка на секунду отступила. Вокруг неё шестые уровни Семьи Локи держали строй, но даже они выказывали признаки усталости. Пятые уровни Семьи Ганеши тоже вносили свой вклад. Это дало Рюу время отступить. Она убрала свой деревянный меч и два коротких меча. Вместо этого она вытащила свой Клинок Ветра Кроццо и меч, сделанный из Удэуса. Вместе они были Штормом и Тенью, отражая более жестокие и опасные стороны личности Рюу. «Эй, Цубаки, дай мне большой!» — крикнула Тиона, перекрывая шум. Цубаки безумно ухмыльнулась, её лицо покрылось потом. Она полезла в большую сумку с оружием, которую стащила на самые нижние этажи. С кряхтением она вытащила то, что сначала показалось ей огромным клинком, но рукоять продолжила движение. Затем из сумки выскочил второй клинок, прикреплённый к первому. Тиона раскрутила над головой свой новый «Урга» – само по себе ничего особенного, но тут же полетели искры. Молнии рикошетили наружу и испепеляли всех врагов вокруг. Но затем она коснулась кончиком клинка камней, и земля застыла. Улыбающаяся амазонка, казалось, испытывала особое волнение от своего нового клинка и смогла уничтожить монстров. Эта атака заставила драконов Вальганга и остальных монстров подземелий вздрогнуть. Рюу видел это, и эльфийка поняла, что это её единственный шанс. Принцесса фей рванулась вперёд, словно порыв ветра. Шторм запел, и клинки ветра разбросали её врагов. Когда они подошли слишком близко, Тень метнулся вперёд и пронзил их сердца. Эльфийка позволила всем эмоциям испариться. Её мысли были только о следующем убийстве. И о том, как достичь цели. В конце концов, её Капитан отдал ей приказ. «Ветер Клинок!» Рю взмахнула Штормом и Тенью, образовав перед собой крестообразную конструкцию, и два порыва ветра вырвались наружу. Маленькие монстры были разрублены пополам, но более опасные драконы, похоже, не получили серьёзного урона. Но их снова отбросило назад. Рю рванула вперёд, прижимаясь к полу. Её навык, «Аэромана», активировался, и оружие обрело особое синее свечение. Когда один из драконов подошёл слишком близко, Рю не успела его уничтожить. Магическая стрела вылетела и пронзила зверя. Рю оглянулась, чтобы кивнуть Лефии и поблагодарить её, прежде чем возобновить атаку. Раненый монстр был идеальной возможностью. Она проследила за ним до конца, зная, что он приведёт её к Мари, русалке. После пары опасных встреч с монстрами, нескольких неудачных порезов и синяков, Рю наконец увидела то, что искала. Там было большое чашеобразное сооружение, высеченное в камне. В нем плескалась вода, и внутри неприятно сжималась Мари. Ее вид заставил Рю остановиться. У русалки было больше порезов, чем у эльфа, и каждый был кровавее и сырее предыдущего. Бедняжка плакала, сидя там, с кляпом во рту. И пока Рю смотрела, тот же дракон, которого она ранила, с грохотом подбежал к русалке и укусил ее за руку. Мари запрокинула голову, пытаясь кричать или плакать, но ничего не вышло. Бедняжка продолжала плакать, пока дракон высасывал все больше ее крови. Честно говоря, Рю даже не понимал, как ксенос всё ещё жива. Потеря крови, должно быть, истощала её, и выглядела она так, будто вот-вот упадёт в обморок. Как и почему она ещё держится, Рю не мог понять. Но эльфийка недолго оставалась неподвижной. Не успела она опомниться, как её ноги уже скользили по полу. В конце концов, Мари стала ещё одним человеком, столкнувшимся с несправедливостью. Как только Вальганг закончил выпивать из Мари всю её целебную кровь, мечи Рю пронзили её голову. Зверь упал на землю; один из драконов был окончательно мёртв. Следующим движением Рю сорвала кляп с пасти русалки. Ксенос вздрогнул от страха, пытаясь спрятаться в её маленькой каменной чаше. Вокруг неё бушевала битва, но Рю опустила оружие. «Всё в порядке, я друг Белла. Он послал меня сюда, чтобы спасти тебя», — сказала она. «Ты же Мари, верно?» Русалка неуверенно кивнула, позволяя себе посмотреть Рю в глаза. «Ты знаешь Белла?» — спросила она. Рюу кивнул. «Ты обещаешь не причинять мне вреда?» Рю прижала руку к сердцу. «Клянусь, я не причиню тебе вреда на могилах самых близких друзей». Мари медленно выпрямилась. На её лице играла лёгкая улыбка, она всё ещё сомневалась, можно ли доверять эльфу. Рю огляделся, держа клинки наготове. К сожалению, она не знала, как в одиночку доставить этот огромный каменный горшок союзникам. Огромное количество монстров означало, что она не сможет нести его в одиночку. «Похоже, тебе не помешает помощь!» Нога пронеслась мимо лица Рю и врезалась в ближайшего монстра. Она проломила ему череп, и Тионе Хайрут отдернула ногу, теперь покрытую кровью монстра. «Мы с тобой можем нести эту штуку, пока моя сестра обеспечивает защиту», — сказала Тионе, указывая на стоявшую неподалёку Тионе. Другая амазонка была словно ребёнок в кондитерской со своей новой магической Ургой. Она использовала её безрассудно, высвобождая короткие, слабые разряды электрической и ледяной энергии. Тиона переместилась к краю котла. «Хватайся за другую сторону, и давайте отнесем эту девушку обратно к капитану!» — крикнула Тионе, поднимая ее. Мари упала, когда чаша опрокинулась. Рю бросился к ней, чтобы схватить её за бок, и они вдвоем начали неловко ползти обратно к своим союзникам. Время от времени монстры, оказавшиеся слишком близко, попадали под заклинания или попадали под оружие дальнего боя. Было даже несколько случаев, когда Рю и Тионе самим приходилось отбиваться от монстров. Тионе отделалась глубокими ранами на животе, а Рю срезало плоть с плеч. В конце концов, двое бойцов добрались до круга. Они тащили Мари за собой, пока остальные искатели приключений смыкали ряды. Тиона была последней, кто встал на место. Они чуть не выронили ванну, сползая на неё от изнеможения. Они дышали глубоко, прерывисто, уже принимая зелья. Гарет, достаточно оправившийся после битвы с безумным монстром Сципио, вышел на передовую, чтобы заполнить пустоту, оставленную Рю и близнецами. С возвращением Тионы дела пошли на лад, но Финн выглядел недовольным. «Остался ещё один», — сказал паллум. «Мы не знаем, где тролль. Как его звали?» Рю выдохнул. «Его зовут Браги. И меня тоже беспокоит его невзрачность. Он не особенно умён и опасен, но, судя по всему, довольно свиреп». Грохочущий стон разнёсся по пещерам и туннелю, словно сам собой возникая из ниоткуда. Авантюристы приготовились, пока Мари подносила свои открытые раны к Тионе и Рю. «Давай! Я не хочу снова попасть в плен!» — сказала русалка. Рю и Тионе неловко и нерешительно присосались к руке русалки. Они мгновенно почувствовали, как силы возвращаются к их конечностям. Это произошло как раз вовремя, потому что топот ног становился всё ближе и ближе. С бойцами: Элвин не понимал, как они вообще живы. Настро возвышался над ними, его драконоидное тело было чёрным монолитом силы. Вокруг было множество порезов, конечно, но общий урон был минимальным. Повышение уровня давно сошло на нет, так что единственными бойцами, способными сражаться, были Аиша и Аки. По их оценкам, Настро был твёрдого седьмого уровня. К счастью, со временем, которое Аиша и Аки выкупили, к битве присоединилась новая поддержка. Маги, бойцы дальнего боя и целители были готовы помочь. «Нам нужно сделать перерыв», — сказал Аки. «Если мы продолжим в том же духе, мы выдохнемся, и всё». Аиша фыркнула, и они оба отступили на шаг. «Это здорово, но как, по-твоему, мы найдём на это время?» — спросила амазонка. «Мы бросим остальных на смерть». Аки вздохнул: «Нет, но нам нужно что-то придумать». После её слов раздался оглушительный рёв. Он прокатился по полу, заставив многих низкоуровневых авантюристов заткнуть уши. Аиша и Аки подняли оружие в защитную стойку, проклиная своё невезение, но Урасима Таро, которого швырнуло на скалу, был обеспокоен больше всего. «Всем отступать!» — крикнул он. Безрукий искатель приключений схватил всех, кого смог, и растащил в сторону. Элвин сделал то же самое, а Аи и Аки последовали за ним, но медленнее. Они не до конца понимали, что происходит, но доверились суждениям своих союзников. Настро же, в свою очередь, стоял в растерянности. Он не сделал ни малейшего движения, лишь осторожно понюхал воздух. Аише показалось, что он пытается понять, друг это новое чудовище или враг. Но эта отвлечённость и погубила его. На гигантского дракона Ксеноса налетел ещё один двуногий дракон. Они кувыркались по травянистой равнине, царапая и кусая друг друга. Настро сумел оттолкнуть другого дракона, воспользовавшись его превосходящей силой, и взмыл в воздух. «Это тот, о ком я думаю?» — спросил Аки. Урасима кивнул, его лицо помрачнело. «Она вся сияет золотом, а вдобавок к её драконьей силе, она сражается на шестом уровне. Сейчас самое время, если мы хотим немного перегруппироваться. Я останусь и присмотрю за ней». Айша и Аки ухмыльнулись, но кивнули. Они начали собирать искателей приключений, собирая тех, кто был наиболее ранен. Затем целители принялись за дело, чтобы остановить сильное кровотечение. К Лили были отправлены гонцы. Аки отправил кого-то на передовую, чтобы проверить, что происходит между Раулем и Хоррой. Всё это время они не спускали глаз с неба. Драконы летели в воздухе. От взмахов их огромных крыльев по полу пробегала рябь. Они на мгновение раздвинулись, прежде чем оба раскрыли свои зияющие пасти. Пламя вырвалось наружу и слилось в воздухе. Жар был невыносимым, и многие из последних летающих монстров, казалось, плавились на месте. Однако чудовище Ксенос оказалось сильнее. Его пламя прорвало пламя Отохимэ и врезалось в Принцессу Драконов. Её отбросило, и она покатилась по земле. Скалы содрогнулись, когда она приземлилась. Настро погнался за ней, стремительно снижаясь к земле. Отохимэ успела опомниться и отскочить в сторону. Её хвост обвился вокруг руки Настро. Пока Ксенос всё ещё был в шоке и удивлении, Ото натянула руку дракона. Затем она рванулась вперёд, разрывая мышцы монстра. Размахивая пастью вперёд и назад, принцесса изуродовала его. Но тут Настро свободной рукой отбросил Отохимэ в сторону. Она врезалась в деревья. Настро прыгнул вперёд и наступил Отохимэ на грудь. Она вскрикнула от боли, и её драконоидная грудь чуть не прогнулась от давления. «Ты жалкая имитация!» — взревел Настро. «Ты думаешь, что сможешь меня победить! Я — Король Драконов!» Его изуродованная рука безжизненно висела сбоку, поэтому он схватил её здоровой рукой за шею. Затем Настро начал сжимать её. Мощный рёв дракона Отохимэ становился всё слабее и слабее, больше похожий на хрип, чем на дыхание. Как бы она ни боролась, казалось, она не могла вырваться из этого удушающего захвата. «ОТОЙДИ ОТ НЕЕ!» Словно стрела баллисты, Урашима Таро врезался в гораздо более огромного и сильного дракона. Тот почти ничего не сделал, лишь немного ослабив давление на драконью пасть Отохимэ. К счастью, меньший размер Уры позволил ему уклониться от многих атак монстра. Его металлические руки едва находили опору, но он идеально умещался в пояснице Настро. Дракону пришлось затрястись, чтобы попытаться сбросить искателя приключений. Это наконец-то заставило его соскочить с горла Принцессы Драконов. «Вот и выход!» — закричала Аиша. Они с Аки пытались восстановить силы, насколько это было возможно. Но они видели, как Отохимэ стремительно падает на землю, и понимали, что у них мало времени. «Маги, заклинания готовы!» — взревел Аки. Лишь около дюжины магов смогли спастись с поля боя; Элвин был одним из них. Остальным пришлось бороться с неумолимым потоком монстров, который, казалось, никогда не остановится. К счастью, Рауль победил Хорру, и Аки почувствовала, что перевела дух, в котором, как она и не подозревала, она нуждалась. Передовые линии монстров были полны хаоса, и они атаковали как друзей, так и врагов. Передовая линия авантюристов дрогнула; всё больше и больше из них падали. Но Лили сказала им не беспокоиться об этом. Им нужно было сосредоточиться на борьбе с этим чудовищным созданием по имени Настро. «Живое оружие, убирайся!» — крикнула Аиша. Урасима Таро послушался. Он спрыгнул со спины монстра, годы тренировок позволили ему избежать взрыва и оттолкнуть Отохимэ в сторону. Она всё ещё находилась в форме дракона, а значит, не могла использовать зелья. "ОГОНЬ!" По команде Аки маги дали волю. Какофония магических взрывов сотрясла пол, сосредоточенных в одной точке. Ура, поваленный на землю взрывной волной, подполз к своей возлюбленной. Он погладил её по голове дракона. «Тебе нужно вернуться в прежний облик», — сказал Ура. «Ты нам всё ещё нужен, а значит, нам нужно, чтобы ты исцелился прямо сейчас». Дракон издал низкий рокот, ткнувшись чешуйчатой ​​мордой ему в руку. Голос её звучал хрупко: бой явно вымотал её. «Пожалуйста, вернись. У меня есть для тебя зелья», — взмолился Урасима Таро. «Ты отрубил ему одну руку; ты выполнил свою работу». Говоря это, он услышал чьи-то шаги. Рычание Отохимэ стало громче, и Ура, обернувшись, увидел, что перед ним стоит Святая Дьявола. Она несла оружие Отохимэ. Она кивнула, бросила его недалеко от себя и вернулась в бой. Ура снова повернулся к своему сердцу и попытался улыбнуться. Он чувствовал, как оно дрожит. «Я знаю, люди думают, что нам нужен дракон, что дракон — наша лучшая надежда, но это неправда». Он погладил её по морде. «Дракона побеждают, и он теряет контроль. А ведь это лишь малая часть того, кем ты являешься». Он поцеловал его в морду. «Я знаю это, потому что ты — моя сила, Отохимэ Накамура. Ты — мой свет в тёмных уголках мира. Ты носила меня на своей спине и учила сражаться. В тебе есть свирепость, которую никто не сможет отнять. И теперь я знаю, что ты нам нужна больше, чем любое глупое заклинание. Так что, пожалуйста, вернись ко мне. Избавься от этого глупого дракона; дай мне мою принцессу, величайшую воительницу, которую когда-либо создавал Восток». Весы начали отступать. С партнерами: Айс и Белл почти не встретили сопротивления на пути вниз. Честно говоря, это сбивало с толку. Айс подумала, что Тифон попытается как-то ослабить их. К тому же, у неё было такое чувство, будто она что-то забыла. «Белл, если со мной что-то случится, продолжай идти», — сказала она. Белл остановил свой стремительный бег, чтобы оглянуться на нее. «Этот монстр должен умереть, и ты должен это сделать», — ответила Айс. «Эту войну нужно прекратить». Словно по команде, по коридору раздался грохот. Пройдя пятьдесят девятый этаж, они увидели, что битва с полудухом изменила его. Прежняя замёрзшая тундра исчезла, сменившись землей, похожей на джунгли. Именно здесь Айс и Белл искали Тифона. Видимо, Король Ксеносов не хотел затягивать их слишком глубоко. Айс вытащила «Отчаяние» из ножен. Клинок словно загудел, словно предвкушая битву и радуясь ей. Сквозь густые заросли джунглей, расталкивая их, словно ветки, пробирался дракон. Это был огромный зверь, без сомнения, самый большой из всех, что Белл когда-либо видел. Айс прошептала одно слово. «Кадм». Дракон, который был эквивалентом пола, тяжело двинулся вперёд. На его шее красовался комично огромный ошейник-ингибитор монстров. Айс шагнула вперёд, подняв клинок в защитную позицию. «Белл, иди», — сказала Айс. «Встретимся у Тифона». Она видела, как он колеблется. Он хотел остаться и сражаться. Ей нужно было доказать, что с ней всё в порядке. Поэтому она напала первой. «Пробудись, Буря». Эти слова были молитвой к матери. Ветер, сияющий белым, окутал её. Вместе с ним она предстала перед Беллом, словно ангел. Её клинок и тело пронеслись мимо Кадма, оставив глубокую и сокрушительную рану. И это был ещё не конец. С шёпотом на ветру Ариэль вонзилась в рану чудовища. Она вырвалась наружу, причиняя ещё больше разрушений. «Белл, со мной все будет в порядке», — сказала она, улыбаясь своему партнеру. Мартовский Заяц уставился на нее, разинув рот от удивления. «Айс… Кажется, я просто влюбился в тебя». Он повернулся и побежал. Его охота всё ещё продолжалась. Айс почувствовала, что улыбается, услышав его слова. «Он всегда убегает от меня». Она повернулась к дракону. С Драконом: На пятидесятом этаже Настро продолжал сеять хаос и разрушение среди альянса авантюристов. Магическая атака на секунду оглушила его, и теперь он обильно истекал кровью, но этого было недостаточно. Возможно, им удалось бы истощить его до смерти, будь у них ещё тысяча авантюристов и неделя времени. В сложившейся ситуации им нужно было найти способ прикончить эту чёртову тварь. Айша и Аки были рядом, их клинки плясали в руках. Где бы ни была Харухиме, она каким-то образом продолжала двигаться. Уровни продолжали возвращаться к своим целям. Высоко в небе Элвину показалось, что он увидел Микото. Чёрный Ворон, должно быть, кричал, кто ещё в бою. После исчезновения Отохиме и Урасимы, кошкодевочка и амазонка остались единственными, кто мог нанести реальный урон. Маги готовились к новой атаке. Идея состояла в том, чтобы оглушить этого ублюдка, чтобы Аиша или Аки смогли нанести смертельный удар. С её магией Элвин поставил на Ипполиту. К сожалению, Настро это заметил. Он почувствовал, как маги начали заклинание, и повернулся к ним. И в ответ на, должно быть, жалкую попытку контратаки, он просто взревел. Его рёв отдался в их костях. Большинство упали в обморок. Несколько человек побежали. Почти все они обделались. Лишь один маленький полуэльф устоял. «Это все, что у тебя есть, придурок?» — спросил Элвин с самоуверенной ухмылкой. Дракон, казалось, воспринял это как личное оскорбление. Он снова взревел, и Элвин снова не отступил. Полуэльф в тот момент буквально ничего не чувствовал. Рёв дракона не действовал на него. В конце концов, Звездочёт не чувствовал страха. То, что он считал проклятием, наконец-то оказалось полезным. «Не зазнавайся», — сказал Филвис. «Он сейчас на тебя бросится». Элвин кивнул. Он присел, готовясь к прыжку. Дракон расправил крылья; в следующее мгновение он уже почти настиг его. Однако разум полуэльфа был ясен, и он отпрыгнул в сторону. И, к счастью, наконец-то представилась возможность. Безумный бросок дракона означал перенапряжение сил. Ему нужно было время, чтобы восстановиться после столь стремительного броска. В этот момент появились Аки и Аиша. Их клинки врезались в спину дракона мощными двуручными ударами сверху вниз. Они пронзили его основание, прямо сквозь крылья. Настро взревел от боли. Дракон стоял и смотрел на двух искателей приключений. Над полем боя повисла тишина. Аки и Аиша приготовились увернуться, но было уже слишком поздно. Хвост и одна здоровая рука дракона оторвали их от земли. Скорость и свирепость атаки парализовали их. А затем их швырнули на землю. Ксеносы продолжали вдавливать этих гордых первоклассных авантюристов в грязь. А остальной альянс был вынужден наблюдать. В конце концов, всё остановилось. Они оба безвольно упали на землю, словно куклы. Настро поднял голову, и, казалось, рассмеялся. Его смех наполнил уши всех присутствующих. У них был сломан позвоночник; Элвин знал, что это конец. Они сдерживали зверя как можно дольше и нанесли как можно больше урона, но он продолжал. Он истекал кровью из тысячи, но не падал. «Смотрите, как вы терпите неудачу, слабаки!» — крикнул Настро, впервые заговорив. Звук его голоса резал уши Элвина. «Вы — ничто! Вы — лишь бледные подобия великих существ! Вы — всего лишь тень тени былых героев!» Элвин приготовился, приняв оборонительную позицию, но он понятия не имел, что ему делать. Со Стратегом: Микото приземлилась на холме, где располагался Командир. Звуки боя стали гораздо громче, чем в начале дня. Враг приближался. В объятиях Микото была Харухимэ. Последнее повышение уровня совершенно истощило её. Помощь от Энчантенко больше не придёт. «Что мы можем сделать, госпожа Лили?» — спросила Микото. «Чёрный Ворон» доложил о тыловой зоне, и «Бесстрашный» чуть не сдался. Эти чёртовы твари были слишком сильны! «Передай Вельфу, пусть выведет свои магические мечи на передовую. Кузнецы и сторонники выиграют время, чтобы последний из четвёртых уровней смог сразиться с Настро», — сказала Лили. Она начала проверять свою баллисту, закреплённую на руке. Лили зарядила в неё магический болт, а ещё один мешочек с дротиками повесила на бедро. «Лили присоединится к Вельфу и будет держать оборону», — приказал Бесстрашный. «Передай святой Деа, что сейчас время для отдыха разума. Нам нужно поднять на ноги как можно больше наших сильных искателей приключений. И пусть они начнут отступать». Микото нахмурилась. «Отступить? От всего этого?» Она указала на разруху вокруг. По правде говоря, Микото ужаснулась. Ей хотелось только схватить Харухиме и улететь отсюда. Но она знала, что попытка сделать это — верная погибель. В конце концов, она находилась на пятидесятом этаже. Даже попытка выбраться самостоятельно была самоубийством. Лили вздохнула. «Тогда скажи Святой Дьяволице приготовиться к последнему бою у повозок с повозками. Расположи повозки вокруг и прикажи повозкам приготовиться. Скорее всего, они будут последними». Она посмотрела в сторону туннеля, ведущего вглубь Подземелья. «Нам нужно уничтожить как можно больше из них, и, надеюсь, это будет тот огромный чёртов дракон». Микото кивнула, уже готовясь улетать. «У нас есть шанс?» — спросила Микото. И тут, к ее полному изумлению и удивлению, Лили ухмыльнулась. «Конечно, есть». Она оглядела поле боя. «В Орарио живут три принцессы. И одна из них у нас!» С Героем: Белл ненавидел то, что бросил Айс. Это разбивало ему душу так же сильно, как и то, что он оставил Мари. Часть его кричала, чтобы он развернулся и вернулся. Но он понимал, что это глупость. Единственный шанс — отрубить голову змее. И все они знали, что это он. Он первым подружился с ксеносами. Именно он прибежал к ним за помощью и защитой. И самое главное, они стали его друзьями прежде всех остальных. Эта война была сценой; Белл теперь это знал. Каждый боец ​​с обеих сторон был всего лишь актёром, выбранным Фрейей. Каждому была дана роль и сценарий, которому нужно было следовать. Это был всего лишь заговор безумной женщины, которая хотела снова сделать своего возлюбленного героем. Белл убьёт этого Тифона и спасёт свою душу, или погибнет в борьбе. И, несмотря на все трудности, у Белла не было другого выбора, кроме как подчиниться её козням. Такова была его судьба. Его мысли замерли, когда он чуть не вылетел головой вперёд на большую открытую поляну. И на этой поляне стоял трон, от вида которого его тошнило. Он был целиком сделан из костей искателей приключений и их оружия. Все они были перемешаны и превращены в пародию на трон Урана. А на нём восседал Король Монстров. И Белл теперь понял, с чем столкнулся. Тифон был, наверное, восьми футов ростом, а может, и выше. У основания он был похож на скелет. Он был окутан клубящимися чёрными испарениями, от него исходил тёмный туман. А под ними виднелись кости цвета ночи. Казалось, всё вокруг притягивалось к нему, чего Белл никогда не испытывал. Это было, мягко говоря, сокрушительное присутствие и тяжесть. «Значит, ты, должно быть, Белл», — сказал Тифон. Его голос был подобен густому мёду, намазанному на хлеб. Он прокатился по Мартовскому Зайцу, заставив его поднять ножи. «Ну, погодите, наша первая встреча, и вы хотите подраться?» — спросил король. «Надо хотя бы пообщаться. В конце концов, мы теперь почти как старые друзья». Белл моргнул, не понимая, о чём говорит. Но затем детали тела Тифона начали складываться в единое целое. Некоторые его кости напоминали клинки, а другие словно светились фиолетовым на свету. А ещё были его пульсирующие красные глаза. «Джаггернаут», — ответил Белл. «Ты — Джаггернаут». Тифон пожал плечами. «Ты наполовину прав. Я тоже наполовину Удэус, особенно тот, которого твоя стерва-подружка одолела в одиночку. Видимо, моим двум бывшим половинкам не понравилось, что вы одолели их в одиночку. В конце концов, они должны были быть самыми опасными созданиями, когда-либо рождёнными в Подземелье. А ты их уничтожил». Он встал, и Белл с трудом сдержалась, чтобы не вздрогнуть. «И из их источника ненависти и злобы родился я». Тифон развел руки, и Белл увидел на их концах острые, как бритва, отростки. Затем из его груди выхватил огромный чёрный клинок. «И я буду твоим убийцей, Белл Крэнел». Кролик проклял себя, как дурак, пытаясь сражаться с этим чудовищем в одиночку. Ему следовало дождаться Айс! Или хотя бы Рю и Финна! Кого угодно! Но, стоя здесь в одиночестве, он бы погиб. Но вот раздался топот копыт. Монстр и искатель приключений остановились. Как один, они обернулись на шум. Звук становился всё громче и громче, и Белл хищно усмехнулся. Каким-то образом, каким-то образом, его молитва была услышана. Сквозь деревья прорывался чёрный минотавр. Он врезался головой в Тифона. Гигантский скелет вонзил клинок в землю, чтобы упереться, но тот откатился назад. Однако минотавр не довёл дело до конца. Он просто встал и выхватил боевые топоры, висевшие у него на спине. «Он не твой, и ты не можешь его убивать», — сказал Астерий. «И ты заплатишь за то, что устроил мне засаду, гнилая тварь». Черный минотавр даже не оглянулся. «Сражайся со мной, Белл Кранел! Давай уничтожим эту мерзость!» — он выдохнул через нос. «В конце концов, единственный, кому позволено убить тебя, — это я!» Белл улыбнулся, как безумный. Он подошёл и встал рядом со своим соперником. «Ладно, Астерий! Давай его уничтожим!» С драконами: В этот момент Настро с ликованием набрасывался на авантюристов. Кое-где встречались очаги сопротивления, но ничто не могло устоять на его пути. Это был настоящий пир, и он им наслаждался. Он затоптал одного авантюриста и приготовился сразить другого, когда его внимание привлек громкий пронзительный свист. Дракон, всё ещё истекающий кровью от многочисленных ран, обернулся и увидел перед собой маленькую женщину. В руках она держала странное копьё с острым наконечником. «Я тебя узнаю», — сказал Настро. «Та девушка, которая первой попыталась со мной подраться. Было весело тебя разнести в пух и прах. Ты вернулась за добавкой?» Девушка осталась верна себе и пожала плечами. «Ты угрожал моей любимой, поэтому я убью тебя». Настро рассмеялся. «А ты? Что ж, я с радостью приму вызов. Тогда дуэль?» Она наклонила голову, обдумывая свою просьбу, прежде чем кивнуть. «Хорошо, тогда только я и ты». Она крикнула своим спутникам, которые странно на неё посмотрели. Затем тот, что с зелёными волосами, рассмеялся. Он кивнул, собрал остальных и убежал. Тот, что стоял рядом с ней, со смешными металлическими руками, лишь закатил глаза. Девушка поцеловала его, погладила по лицу и, похлопав по попе, отпустила. «О, твои союзники тебя бросили?» — спросил Настро. «Типичные жалкие людишки». Девушка снова пожала плечами. «Либо они просто верят в мою победу». Она покрутила копьём. «Кстати, я подумала, тебе стоит знать: меня зовут Отохимэ Накамура». Настро кивнул. «Что, никаких замысловатых титулов? Я думал, вы, люди, все их любите». Отохимэ нахмурилась. «Нет, можешь просто называть меня Отохимэ». Настро согнул руки, чувствуя, как его пронзает волна боли. По правде говоря, этот бой оказался гораздо опаснее, чем ему хотелось. Эти людишки оказались опаснее, чем он предполагал, но с этим нужно было покончить. «Ну ладно, начнем?» — спросил он. Отохимэ кивнула, и Настро ринулся в атаку. Без крыльев он застрял на земле. Но всё же он был быстр. Каким-то образом девушка, казалось, предвидела это. Она двинулась в сторону раненого бока и уклонилась от атаки. Однако это был не единственный приём Настро. Его кнутообразный хвост обвился вокруг её талии, но девушка по имени Отохимэ лишь скользнула ногами по земле, уклоняясь от удара. Настро отступил назад, расстояние сократилось, и он снова взглянул на эту маленькую девочку. «Ты забавно дерешься», — сказал он. Она пожала плечами. «Мой дядя научил меня смешному». Затем они продолжили. Настро, несмотря на многочисленные раны, наносил мощные, неуклюжие атаки. В ответ Отохимэ двигалась изящно и скрупулезно. На взгляд Настро, она двигалась словно танцовщица. Она всегда опережала его атаки на шаг, но не дальше. К счастью, её грациозные движения делали её атаки слабыми. Она не могла быть сильнее четвёртого уровня. И, к счастью, это забавное золотистое свечение больше не появлялось. «Пора положить этому конец», — закричал Настро. После того, как Отохимэ снова ускользнула от его хвоста, он опустил больную руку. Она зацепила её копьём, и лезвие глубоко вонзилось. К сожалению, копьё застряло в его плоти. Вывернувшись, Настро вырвал копьё из её хватки. Он потерял руку, но только что выиграл битву. Он схватил копьё здоровой рукой. «Интересная вещь, но в конечном итоге бесполезная», — сказал он. Затем он сломал его надвое. Отбросив сломанные половинки, он посмотрел на непокорную девочку, барахтающуюся в грязи. Может быть, она пыталась уползти? Но когда она снова повернулась к нему лицом, он не увидел никаких признаков отступления. Он всё ещё видел огонь битвы в её глазах. «Я дам тебе это, прежде чем ты умрёшь», — начал Настро. «Сегодня ты заслужил моё уважение». Затем его хвост пронзил её живот. Он вошёл спереди и вышел сзади. Он поднял её над землёй. «Жаль, что ты не доживешь и не сможешь этим насладиться». С принцессой: Отохимэ опустошила свой разум. Какая-то её часть услышала шутку Элвина. Но всё её внимание было приковано к этому моменту. Пока Настро продолжал хвастаться, она вытащила из рукава клинок своего бисэнто. Вид того, как он ломается, разорвал её сердце пополам, но, к счастью, он раскололся лишь на две части. И, что ещё важнее, клинок остался цел. Да, её грудь пронзили ножом, и на ней всё ещё виднелся десяток других ран, но сейчас это не имело значения. Отохимэ вздохнула и закрыла глаза. Она сосредоточилась на ощущении клинка в руке. Рот наполнился кровью, но она не обратила на неё внимания. Всё тело ниже пояса болело, но она постаралась не обращать на это внимания. Медленно и неторопливо она поднесла обе руки к сломанной рукояти оружия. Она открыла рот, и кровь хлынула наружу. Настро притянул ее к себе. «О, что это? Последние слова?» Он притянул её ещё ближе. Отохимэ теперь чувствовала его запах, его драконий смрад грозил заглушить её чувства. Она кашлянула кровью и наклонилась вперёд. «Понял». Обе руки взметнулись вверх, прежде чем опуститься по диагонали. Она орудовала клинком, словно мясник тесаком. В этот момент не было ни грации, ни техники. Вместо этого была лишь ярость. Принцесса Драконов была в гневе. Она злилась на своего ублюдка-брата, стерву Фрейю, на своего никчемного отца, который ничего не сделал, чтобы помочь ей, и больше всего на себя, за свою слабость. В этот момент весь многолетний гнев, копившийся в Отохимэ Накамуре, нашёл выход. Маска глупой Принцессы спала, и осталась лишь маленькая девочка, злящаяся на весь мир. Клинок вонзился в шею Настро, словно деревянный. Удар был резким, но дезориентировал дракона Ксеноса. «Отохимэ!» Этот звук был ей так же знаком, как биение её сердца. Она обернулась и увидела стоящего рядом Урасиму. Он ничего не сказал, но в его взгляде она увидела источник силы. Отохимэ вздохнула, и гнев исчез. Она сжала пальцы вокруг лезвия и подняла его. Настро посмотрел на неё, его глаза были полны злобы. И Отохимэ не почувствовала ничего, кроме жалости. Он никогда не узнает, что она сделала, каково это – быть любимой. Как радостно иметь партнёра, который будет рядом вечно. «Мне жаль», — сказала она. Затем клинок снова опустился, начисто рассекая шею Настро. И вот она отпустила его. Смутно она осознала, что кричит, и последнее, что она чувствовала, — это тёплые металлические руки Уры, обнимающие её.