Не та бутылочка

             Мими мягко обхватила Кристофера за запястье и потянула за собой, вовлекая в объятия и попутно спиной отступая к приоткрытой ванной. Было очевидно, что желание Кристофера должно наконец спустить с поводка все их накопившиеся желания. Она не просто хотела, жаждала поскорее остаться с ним наедине, поэтому была благодарна неожиданным словам подруги:       — Я, пожалуй, выйду в коридор, — Вики встала с пола и направилась к двери, ведущей в общие пространства академии.       Мими эгоистично не уточнила, зачем та так спешно приняла решение убежать, решив, что им с Астаротом пришло время самостоятельно разобраться, пойти ли на поводу у чувств, которые были очевидны, похоже, всем, кроме них самих, или безвозвратно все испортить.       Вики перекинула волосы на бок, закрутила их, чтобы не мешались, и расправила от складок платье. Это не помогло, потому что оно уже слишком сильно помялось от долго сидения в неудобной позе, и по всей юбке давно поползли многочисленные заломы, но жест выдавал на самом деле попытку отвлечься от нервозности, привести мысли в порядок.       Впрочем, заметить это было некому, потому что Мими и Кристофер были полностью увлечены друг другом, а не нюансами поведения кого-либо еще. Астарот же, когда Вики встала, увидел лишь красивые, плавные движения изящных рук, и длинные ноги, стремительно направляющиеся к двери. Первые давно должны были бы обнимать его голые плечи, настойчиво впиваясь в кожу ногтями, а вторые же должны были бы обвивать его торс, крепко вжимаясь и переплетаясь за спиной, делая девушку доступной для любых ласк. Только теперь Вики удалялась, вновь оставляя его наедине с фантазиями, с чем Астарот не готов был мириться. Точно не сегодня. На эту ночь у него были другие планы.       Астарот дернул головой, отгоняя временное оцепенение после окончания того нелепого задания с Мими, и подскочил наверх, устремляясь вслед Вики, которая дергала за запертую ручку, пока не нашла на цепочке ключ рядом с дверью.       — Подожди, я с тобой! — Астарот крикнул ей вдогонку и на несколько мгновений задержался в дверном проеме, чтобы перекинуться взглядом с братом.       Кристофер обернулся, когда услышал, что тот тоже уходит вместе с Вики. Близнецам не нужны были произнесенные вслух слова, все было ясно и так. Они оба оставались со своими девушками, и возвращаться в комнату к брату Астароту не стоило. Он, едва заметно, кивнул и скрылся за дверью, которая от его неловкого непреднамеренного движения, подгоняемая сквозняком, хлопнула столь сильно, что Мими вздрогнула в руках Кристофера.       — Теперь мы одни, — то ли утвердительно, то ли вопросительно сказала она.       — Да.       — Астарот не вернется?       — Не думаю, — покачал головой Кристофер.       — А если да? — не унималась Мими.       — Я запру дверь.       Пока Кристофер возился с замочной скважиной, не сразу сумев попасть в нее из-за спешки, Мими плюхнулась на край кровати, пружиня на мягком матрасе. Ей было смешно:       — Хах, не слишком-то ты беспокоишься за брата.       Справившись, Кристофер приблизился к девушке, соприкасаясь с ней ногами и ухмыльнулся, нежно разглядывая свою демоницу:       — Ты, кажется, тоже не переживаешь о Вики.       Мими еще немного откинулась на руках назад:       — Ей давно пора расслабиться, пусть даже и с Астаротом.       Кристофер оперся одним коленом на простыни и поставил руки по обе стороны от Мими, вынуждая ее полностью упасть на локти и беря в импровизированный капкан.       — Тебе он по-прежнему не нравится? Он же мой близнец, — метис был так близко от лица Мими, что приходилось скорее шептать. — А то мне показалось, что ты получала удовольствие от последнего задания?       Мими вскинула подбородок навстречу парню, нисколько не сопротивляясь, его неспешным действиям.       — Не говори ерунды, — приоткрыла рот, демонстрируя край верхнего ряда зубов с острыми небольшими клычками. — И вообще, можешь уже поменьше болтать.       Кристоферу не нужно было намекать дважды. Он очень требовательно ворвался в ее открытый и ждущий его рот, чтобы снова языком показать свои намерения в отношении девушки.       И, хотя он старался не спешить, чтобы сделать их первый раз правильным, поцелуй вышел слишком напористым. Чувствовалось, как он отчаянно хочет, пытаясь даже языком завладеть ей, как можно глубже.       Мими закрыла глаза, наслаждаясь моментом, как только могла, но, когда окончательно кончился воздух, как будто бы Кристофер напрочь позабыл о том, что вообще иногда даже бессмертным нужно дышать, легко надавила, отстраняя влажные от поцелуя губы.       Кристофер сначала замер, на секунду испугавшись, что что-то могло пойти не так, но тяжело вздымавшаяся грудь Мими и ее блестящие глаза, устремленные на него, говорили об обратном.       — А как же, задание, Крис? Чего ты хочешь? — она шептала сквозь сбившееся после поцелуя дыхание.       — Я все сделаю сам. Ты просто ложись, — он слегка прикусил ее губу, оттягивая на себя несколько раз.       Свободная рука, которой он не опирался о кровать, спустилась ниже, ослабила шнуровку топика, позволяя Мими глубже вдыхать, но не задержалась на груди, а проследовала к ее кожаным брюкам. Кристофер двумя пальцами ловко расстегнул на них застежку, в то время как Мими уже стягивала с его плеч никак не поддающуюся и застрявшую в итоге в локтях рубашку.       Мими жалобно вздохнула, когда, к своему неудовлетворению, перестала ощущать на себе приятный вес мужского тела. Кристофер приподнялся, чтобы окончательно справиться наконец с рубашкой и, резко потянув за шлёвки, неожиданно медленно полностью снял с нее брюки.       Отбросив более не нужную деталь одежды на пол, Кристофер не сразу вернулся обратно. Он будто собирался что-то сказать, но в итоге только улыбнулся, внимательно изучая тело Мими.       Она знала, как хороша, ей не было причины чего-то стесняться, поэтому Мими почти физически наслаждалась тем, как темный, с поволокой взгляд Кристофера исследовал ее ноги, ведь обычно она не надевала юбок, задержался на тонких трусиках с перекрещенными лямками, изучил плоский живот, перешел к приспущенному топику и остановился на лице.       Мими безошибочно чувствовала, как надо действовать, как будто звериные повадки соблазнения были у нее с рождения. Она прикусила губку и ладонями провела по топу в поисках застежки.       Даже не прикасаясь к Кристоферу, она все больше возбуждалась от его глаз, неотрывно следящих за тем, как из-под слетевшей одежды высвободилась грудь, немедленно покрываясь мурашками от вечернего воздуха, кажущегося прохладным после длительного ношения не дышащей латексной ткани.       От Кристофера не укрылось, как два нежно-розовых соска заострились, красиво преобразив форму и без того привлекательной небольшой груди. Он много раз представлял, как коснется ее белой кожи, насколько нежной и мягкой она окажется, как будет покрываться пятнами под его руками.       Реальность оказалась даже лучше, чем было в мечтах, потому что, когда одна ладонь обхватила одно упругое полушарие, губы сомкнулись на другом соске, вбирая в себя затвердевшую горошину.       И лучше всего были даже не ощущения от тела Мими, хотя ее вкус и запах были поистине восхитительными, а то, что она застонала. Этот стон прокатил волну возбуждения, граничащего с болью, по телу Кристофера, заставляя член напомнить, что ему слишком тесно в брюках и их пора хотя бы расстегнуть.       Пока он возился с пуговицей, Кристофер улыбнулся, нечаянно задев зубами чувствительную кожу груди, сильнее, чем следовало бы, от чего девушка дернулась и хлопнула его по спине:       — Эй, не кусайся!       Кристофер лизнул больное место:       — Мммм… Я буду нежнее.       Сказанное было правдой. Не смотря на то что тело жаждало быстрой и грубой разрядки, все остальные инстинкты подсказывали, что таким образом демоницу не завоевать, по крайней мере не сейчас.       Он медленно спускается по животу, оставляет влажную прохладную дорожку на коже, только что лишившейся тепла его прижатого тела. Удобнее перехватывает ее бедра и скользит по внутренней стороне, поглаживая и при этом постепенно шире раздвигая колени Мими.       Она прекрасно понимала, что именно собирался сделать с ней Кристофер. Он еще во время своего задания прошептал, что больше всего хочет узнать, почувствует ли он вкус малины только во время поцелуя или между ее текущих ножек тоже. И надо сказать, жаждала ощутить его язык там и гораздо глубже внутри себя ничуть не меньше, тем более, Кристофер уже добрался большим пальцем до промежности, круговыми движениями водя им поверх белья и изучая распаленное выражение лица Мими. Ей хотелось, чтобы он немедленно стащил с нее трусики и нашел языком клитор, мелкими частыми движениями доводя ее до истомы, но демоница привыкла быть главной, ей претила даже мысль растекаться так сразу перед парнем:       — Крииис… и все же, я должна исполнить желание.       Он уже очерчивал языком краешек белья, слегка поддетого пальцем:       — Это и есть мое желание, ты же знаешь.       Мими погладила его по кудрявой макушке, разделяя ноготочками волосы на множество проборов:       — Но ведь я должна сделать тебе приятно.       — Ты сделаешь мне приятно, если получишь удовольствие, — Кристофер почти коснулся языком приоткрытых половых губ Мими, ведь ее ноги были по-прежнему широко расставлены, своим шепотом вызывая в ней внутреннюю дрожь. Только у девушки было свое видение их отношений.       Она опустила ладонь с его непослушных кудряшек по вискам ниже, нежно касаясь его гладко выбритой щеки.       Кристофер замер, зачарованный и скованный волей Мими. Он все понимал, но был не в состоянии противостоять ее истинному демоническому дару. Причем его собственные побуждения не ломались, а как будто мягко подменялись другими, вложенными в его сознание извне.       Он не сопротивлялся, зная заранее, что это бесполезно, но глубоко внутри пообещал себе, что демонице придется ответить за свой поступок в дальнейшем. Кроме того, вместо того, чтобы отстраниться, как того опасался Кристофер, она, напротив, вынудила его поменяться местами, грациозно оседлав мужские бедра, как наездница породистого скакуна.       Кристофер усмехнулся бреду, который полез в голову на тему верховой езды, но Мими несколько раз так развратно качнулась на нем, поглаживая груди, с которых наконец полностью стянула через голову топ, что он не против был бы взять несколько препятствий.       Действие внушения постепенно ослабевало, и метис мог даже при небольшом усилии разбить его окончательно, но наказание демоницы предпочел отложить на потом, потому что та в одних трусиках так настойчиво терлась о член, что мешать ей было бы преступлением.       Кристофер потянулся к уже расстегнутым и прекосившимся брюкам, чтобы приподнять поясницу и освободиться от них. Он с облегчением выдохнул, когда наконец-то одежда перестала сдавливать невыносимо упирающийся в нее стоящий орган:       — Оооох…       Мими с пошлым прищуром уставилась на его член, и он ее, судя по языку, облизнувшему засохшие от поцелуев губы, не разочаровал. Кристофер вытянул руки, чтобы схватить ее за бедра и насадить на себя, окончательно ставя точку в том, кто из них главный.       Но стоило ему коснутся ее, как Мими соскользнула вниз, приземляясь на пол между его напряженных ног.       — Мими! — его пропитанный негодованием восклик неожиданно громко разорвал молчание между ними, заставив девушку перевести взгляд с мужской эрекции, поднимающейся ровно напротив ее лица, на Кристофера.       Она невинно пожала плечами, попутно ведя ладонью по направлению к паху:       — Все-таки это должно было быть задание для тебя.       Кристофер приподнялся на локтях, думая, что схватит неугомонную демоницу за плечи и перекинет под себя на кровать, но в итоге только безвольно опустил голову обратно на матрас, потому что губы Мими сомкнулись на головке, сметая любые другие ощущения в теле и голове, кроме желания скорейшей разрядки.       Демоница не спешила, она провела кончиком языка вниз и вверх по стволу, увлажняя его и рассматривая реакцию Кристофера, который умоляюще свел брови. Его изнемогающее лицо будоражило нервы Мими, и желание ласкать его усилилось в разы.       Кристофер протяжно застонал, надеясь, что та все же продолжит доводить его до желанного оргазма:       — Ми-миии…       Убедившись в его покорности, она решила исполнить то, чего он хочет, и снова втянула в рот головку, активно посасывая и водя языком.       Кристофер еще раз взглянул на девушку, и она между его ног была крышесносной картиной. Розовая головка то появлялась, то исчезала вновь внутри ее красивого ротика, блестящая от слюны и естественной смазки.       Только этого было теперь мало, его пальцы с силой сжались в кулаки, комкая белые простыни, чтобы не накрыть ее голову и не вжать до отказа в себя, достать до горла, грубо трахнуть в рот, как он это делал с любыми другими девушками всю прежнюю жизнь.       Но раньше было все равно, а теперь он сомневался, как она отреагирует. Мими же, наоборот, ждала, когда Кристофер наконец проявит больше настойчивости, поэтому правильно поняла его неосознанное движение бедрами навстречу ее губам, сразу же вбирая член полностью в рот.       Его мышцы подрагивали в томительном нетерпении. Член налился кровью настолько, что думать хоть о чем-либо другом стало невозможным. Ладонь, не повинуясь более замолчавшему голосу разума, легла на распущенные волосы Мими, слегка сжимая их и задавая тем самым идеальный для Кристофера темп движения головой.       Она иногда отстранялась, чтобы посильнее вдохнуть, но парень тут же надавливал снова, ощущая, что вот-вот закончит:       — Мими, я скоро.       Толчок.       Еще один.       Кристофер не сдержался и выгибался бедрами навстречу ее движениям, уже чувствуя нарастающее сладкое натяжение в паху:       — Я сейчас… Ах… Не останавливайся…        Хотел было расслабить руку, чтобы демоница сама приняла решение, оставаться ли на его члене или нет, но вместо этого при первых пульсациях маниакально сжал ее затылок, припечатывая головку максимально глубоко в горло. С громким стоном, походящим и на восторженный крик, и на плач раненного одновременно обильно кончил прямо ей в рот.       Тело обмякло, получив свою столь желанную порцию удовольствия. Кристофер закрыл глаза и ослабил наконец судорожно сжатые пальцы, позволяя девушке подняться. Он слышал звук того, как Мими проглотила сперму, затем языком сняла последние оставшиеся капельки, вызывая своими действиями последние спазмы половых органов.       Голова была пуста от мыслей, тело — от спермы. Первая отказывалась думать, второе не могло шевелиться. Только сердце все еще бешено билось. Возможно, именно оно подсказывало, что сейчас решится истинное отношение Мими к нему: отпрянет она или нет, рассердится, что грубо использовал или… ее губы не в воображении, а на самом деле накрыли его, после того как она по-кошачьи мягко взобралась выше по его торсу.       — Ммм…       Кристофер не вполне доверял пока ласковой реакции демоницы и с осторожностью отвечал на поцелуй, который все же медленно разгорался. Слишком медленно по мнению Мими:       — Что с тобой? — она немного разочарованно отстранилась от своего метиса, щекоча его лицо распущенными волосами.       Кристофер уже почти окончательно пришел в себя, и на место романтической рефлексии пришло воспоминание о том, как Мими бессовестно использовала на нем свой дар. Он обхватил ее талию, пересчитывая пальцами вступающие позвонки на спине, и твердым голосом сказал:       — Все хорошо. Но никогда, слышишь, никогда, так больше не делай!       Мими сперва решила, что он шутит, и игриво откинулась на нем назад, поглаживая себя по груди:       — Не делать как? Так, например? — она покрутила все еще острые соски, нагло разглядывая его вновь загорающиеся возбуждением зрачки. — Или, может быть, ты о том, как буквально изнасиловал только что мой рот?       Мими наигранно тяжело вздохнула и хотела было слезть с Кристофера, но тот резко ее дернул на себя, к чему она была не готова и неприятно хрустнула шеей:       — Ты чего?!       — Никогда не используй силу против моей воли! Ты меня поняла? — Кристофер, однако, совсем не шутил.       Он успел достаточно вновь завестись от ее провокационных действий и одновременно разозлиться. Одной рукой сильно сжал ее запястья, чтобы она не имела возможности вновь спутать его разум, а второй подтолкнул за ягодицы, вынуждая буквально упасть себе на лицо, попутно натягивая тесемку трусиков так, чтобы они открыли скрытое под ними.        Мими только пискнула от неожиданности, смешанной с удовольствием, когда мужской язык глубоко проник в нее. Обычно, ее изучали там более аккуратно и нежно. Кристофер же исследовал складки почти грубо, уверенно двигая языком внутри и вынуждая только постанывать и искать ртом воздух от наслаждения.       — Малина, — он на секунду отвлекся, чтобы сообщить ей о своей верно подтвердившейся догадке.       Но уже в следующее мгновение Мими громко взвизгнула, безуспешно сжимая ноги от слишком ярких эмоций, вызванных тем, что Кристофер с характерным звуком втянул ртом клитор и зажал между губами. Впрочем, это продлилось недолго, потому что он тут же опрокинул ее безвольное тело на спину, подминая под себя всем весом. Она хотела было обнять Кристофера за шею, но он сразу вновь перехватил ее запястья, удерживая на этот раз над головой:       — Даже не думай!       Мими было хорошо, даже слишком, но она впервые видела его настолько жестким, по крайней мере с ней. Это слегка пугало новизной, но больше скорее заводило ее демоническую натуру:       — Я не подозревала, что ты умеешь быть таким…       Кристофер опустился к ней, оставляя колючие поцелуи на лице и шее и шепча сквозь них:       — Разве ты хоть раз попыталась узнать, каким я могу быть? Какой я на самом деле?       Его колено настойчиво толкнуло ее ноги, раздвигая их пошире и открывая доступ члену. Мими уже чувствовала эрекцию, твердо прижимающуюся ко входу в себя, и дышала все чаще, ожидая, что Кристофер вот-вот наполнит ее, но он почему-то ждал.       — Крис? — Мими не знала, как ответить на его предыдущий вопрос, да и не хотела сейчас думать о сложном. Она призывно потерлась о его стояк, вызывая внутри себя еще больший спектр сексуального напряжения.       Парень же навис над ней, внимательно изучая раскрасневшееся лицо:       — Ты поняла меня?       Мими удивленно уставилась на него круглыми глазами, растерянная от подобной серьезности.       — Ты поняла, что не надо так больше делать?       Она часто закивала, соглашаясь, но ему было недостаточно:       — Скажи!       Мими дернула затекшими кистями, и ответила:       — Да поняла я, поняла! Ах, да… да…       Ее выгнуло в дугу под Кристофером, когда он, не дожидаясь, когда она договорит, вставил в нее член по самое основание, прижимая с силой к матрасу и разнося по телу вместе с кровью эйфорию.       Он и сам был не в состоянии превозмогать больше возбуждение, когда прямо под ним просяще и немного испуганно, что тоже по-своему заводило, извивалась обожаемая девушка.       Не так он представлял себе их первый раз, но как только ее стоны и вздохи заполнили комнату, все стало неважным, кроме того, что его член в данный момент находился внутри Мими и ей это невероятно нравилось.       Ощущения от ее узкой дырочки накрыли с головой, оставляя лишь возможность размашисто двигаться сверху девушки, каждый раз крепко вдавливая ее в кровать, постепенно наращивая темп по мере усиления ее криков.       — У тебя такое красивое тело… — хрипло вырвалось у Кристофера.       Он уже не держал ее, забыв обо всех недопониманиях и сконцентрированный только на ритмичных поступательных движениях, снова и снова скручивающих от кайфа мышцы внизу живота. Сместив руки ниже и уперевшись ими о кровать по обе стороны от демоницы, он смог трахать ее не только жестко, но и быстро, от чего кровь с бешеной скоростью ударяла в виски, выгоняя из головы любые мысли, кроме ощущений на члене.       Мими же слабо обняла его за плечи. Она уже только еле шевелила губами, тихо и рвано вбирая воздух, потому что была на грани оргазма: мышцы влагалища сжались в ожидании разрядки, а сознание полностью сконцентрировалось на одной точке, которой она пыталась максимально соприкоснуться с входившим в нее снова и снова членом, ускоряя приближения взрыва внутри себя.       — Оооох… — Кристофер замедлился, ощущая, как Мими в один миг напряглась и расслабилась всем телом, только продолжая подрагивать с шумными, хриплыми стонами в его объятиях.       Ее внутренние мышцами до умопомрачения приятно крепко сжимали член. Несколько толчков во все еще сокращающееся влагалище, и Кристоферу пришлось резко выйти из нее, чтобы успеть кончить не внутрь, а на живот, оставляя горячие следы спермы, как отметины на теле.       Кристофер упал в изнеможении на Мими, ничуть не заботясь о том, что они оба испачкаются. Ее продолжало слегка трясти от пережитого удовольствия, от волнения, от напряжения мышц, от целого букета чувств.       Наверное, нужно было что-то сказать, после секса, но слова не шли ни к одному из них.       — Ты… — тихо попробовала Мими.       — Что? — устало, с усилием переместился на спину Кристофер, высвобождая девушку из-под веса своего тела.       — Не знаю, не был таким.       — Каким? — он продолжал вытягивать из нее фразы, нисколько не помогая разобраться в чувствах.       Мими не могла найти подходящий ответ, и Кристофер повернулся к ней, уперевшись головой о кулак и разглядывая ее изящную фигуру:       — Думала, я всегда буду теряться и смущаться рядом с тобой?       — Возможно, — она улыбнулась и потянулась к нему за поцелуем, чтобы прекратить зашедший в тупик разговор и поскорее вновь насладиться телом друг друга.       Прежде, чем ответить, он слегка отстранился, вызывая недоуменный вопрос на лице Мими:       — Я погорячился сегодня, но это не значит, что ты можешь впредь безнаказанно воздействовать на меня.       Девичьи руки уже скользили по его груди и животу, без сомнений зная, как перенаправить мужские мысли в иное русло. Кристофер вздохнул, прижимая демоницу крепче к себе:       — Тебе мало?       — Да, новый ты нравишься мне даже больше, — Мими вместе с ответом прильнула ближе, закидывая на него ногу и наконец дотягиваясь до губ тягучим поцелуем, обрывая какие-либо дальнейшие рассуждения с его стороны почти до самого рассвета.       Когда только забрезжили первые лучи солнца, Мими уже крепко спала, в изнеможении даже забыв укрыться одеялом, что с заботой сделал за нее Кристофер. Он тоже устал, но никак не мог заставить себя закрыть глаза, все разглядывая и гладя девушку, изводя себя мыслями о том, что утром все может измениться. Но и над ним сон, спокойный и глубокий, все же вскоре взял верх, оставляя их двоих в объятиях друг друга как минимум до завтра.