Не та бутылочка

      Даже не открыв еще глаза, Вики уже поняла, что не выспалась из-за гудящей головы и вялотекущих, неповоротливых мыслей. Был день и здешнее светило стояло в зените, подсвечивая даже сквозь прикрытые шторы. В любом случае, резко попадать из уютной дремы в реальность не было никакого желания: земные будильники давно не имели значения, обязанности советницы выполнять более не требовалось, а занятия в школе ангелов и демонов проходили редко и то в основном для демонстрации Чуме. Последней на глаза лучше было попадаться как можно реже, поэтому Вики постаралась найти и в самой безвыходной ситуации грядущего апокалипсиса свои плюсы — возможность насладиться собой, пока от нее ничего не требовалось.       Она с упоением потянулась, разминая затекшие конечности, и перевернулась на другой бок, подкладывая под себя руку. Куда же могла подеваться эта чертова подушка? Пожалуй, это была единственная проблема, если не вспоминать о всадниках.       В этот момент было хорошо и уютно, странно для такой ситуации. Вики провела руками по шее, груди бедрам, все так сладко отзывалось прикосновениям, что вызвало легкую взволнованность. Она улыбнулась от ощущения полнейшего удовлетворения, что сполна компенсировало пульсирующую боль в висках.       Одеяло сползло, и Вики натянула его обратно, кутаясь в нежную легкую ткань. Возможно, одна эта мысль и не подтолкнула бы ее к подозрениям, но ощущение происходящего внезапно стало более красочными: отсутствие привычного постельного белья, обнаженное тело, нечеткость воспоминаний и тяжелая голова, это все порождало скверные опасения и, однозначно, не несло ничего хорошего.       Проведя рукой по постели, девушка ощутила между пальцев длинные незнакомые на ощупь перья.       Вики не открывала глаза, специально медлила, пытаясь в голове собрать пазл, но ничего не получалось. Непонимание начало давить на голову еще сильнее, и на свой страх и риск девушка распахнула глаза.       — Твою мать! Нет же, ну нет… — это был тихий всхлип отчаяния, потому что перед ней лежал Астарот.       Кто угодно, только не тот, чьего назойливого внимания она так избегала. Как она вообще могла оказаться в чужой комнате, тем более рядом с Астаротом? Вики постепенно вытаскивала из памяти фрагменты того, как проводила вечер с Мими, распивая вино. Кажется, они вдвоем даже целовались, затем пришел Кристофер и его брат… Она закрыла рот ладонью: неужели они так напились, что в итоге оказалась в его постели? Такого просто не может быть, ни в каком состоянии она не могла бы сотворить подобное!       Виновник ее положения еще крепко спал, размеренно дыша, и, если бы Вики, будучи укутанной его крыльями, резко не дернулась, он бы не проснулся. Возможность уйти незамеченной свелась к нулю, потому что резкая реакция Вики заставила Астарота открыть глаза.       Он, в отличие от девушки, не был удивлен ее присутствию рядом с собой, а наоборот, его обыкновенно злые, пронизывающие холодной голубизной глаза смотрели изучающе, вопросительно. Он не двигался, а ждал чего-то.       Вики не сразу распознала за спокойным расслабленным лицом нервозность, которую выдавал подергивающийся кадык. Вероятно, он скрывал и учащённое тяжелое дыхание. Вики невольно опустила взгляд ниже: на напряженные мужские плечи и острые ключицы, красиво выделяющиеся на обнаженной крепкой груди.       Астарот был без одежды, и это заставило Вики покраснеть и отвести глаза в сторону, чтобы не дать ему возможность понять, что она рассматривала его. Внешний вид парня вызывал смешанные чувства. Он был, бесспорно, хорошо сложен и… привлекателен? Вики зажмурила глаза.       Только так от себя все равно невозможно было убежать, даже, напротив, в большей степени накалились нервные окончания. Учитывая, что Вики, по ощущениям, проснулась без белья, под одеялом у метиса также ничего не было. В памяти не всплывало никаких подсказок, и маловероятно, чтобы они разделись и просто уснули без…черт… они точно переспали. Вики еще раз внимательно прислушалась к себе, закусив кончик языка, чтобы не взвыть от безвыходности: та самая приятная истома, разливающаяся по телу и радовавшая ее чуть ранее, кричала о том, что у них был секс. Легкая усталость и потягивание в мышцах обозначали, что и не один раз.       Ее мимолетный взгляд все-таки не остался незамеченным, и губы Астарота вытянулись в улыбке, заставляя глаза с ехидством прищурится. Молчание двух обнаженных бессмертных, что проснулись рядом становилось нелепым, но никто из них пока не понимал, как стоит себя вести.       Вики была напряжена, и причина этого крылась не только в неожиданности и испуге. Она медленно, отстранялась назад, смещаясь к краю постели, чтобы быть не в такой пленительной близости, когда чувствуется все: и тепло, и дыхание, и даже взаимная наэлектризованность.       Она не успела отодвинуться на существенное расстояние, как Астарот обхватил ее вокруг талии, прижимая ближе к себе, разрушая все ее планы:       — Куда-то собралась?       Хотелось ответить, что подальше отсюда, но это было глупо и так банально, что Вики только толкнулась ладонями ему в грудь, но не добилась этим хоть какого-то результата, кроме еще большего смущения от ощущения его мышц под ладонями.       Астарот страдальчески закатил глаза, ему было весело, и он притянул к себе девушку ближе, оставляя жалкий сантиметр, так что если вздохнуть полной грудью, горячие и обнаженные тела, соприкоснулись бы, и обожгли друг друга. От этого было только сложнее унять колыхающуюся грудную клетку, и она отвернула голову, чтобы не смотреть на него:       — Отпусти! Ты голый!       — Ты тоже… — его голос звучал твердо и уверенно.       Подобное на несколько долгих мгновений привело Вики в замешательство. Она действительно усомнилась в своей памяти, ведь события предыдущего вечера были расплывчаты. Может быть, она уже какое-то время наслаждалась прикосновениями этого красивого парня? Возможно, она уже получала удовольствие от его близости?       Поверить в такое было легко, глядя на правильные черты лица, выделяющиеся линии шеи, уходящие вниз к расчерченной груди и животу, который Вики не видела, но догадывалась, что так оно и есть. Сейчас было легко, и одинаково невозможно, принимать Астарота, ведь единственно ясные воспоминания о нем касались их язвительных перепалок и его грубых приставаний, решительно ей отвергнутых, или уже не очень… Вики моргнула, отгоняя странные мысли, осознавая, что не понимает, каким образом могла оказаться в нынешнем положении.       — Я и ты… Мы ночью… — она осеклась, задавая вопрос, на который с большой долей вероятности знала ответ.       — Да, — колкий ответ расставил все по местам. — Так ты ничего не помнишь?       Его спокойный, и в какой-то степени убаюкивающий голос, вызвал у Вики приступ злости. Она не могла вспомнить как очутилась с Астаротом, и что было между ними. Не было ни единого намека на то, каким хитрым способом ему удалось затащить ее сюда, и это порождало с ее стороны агрессию.        Вики хотела задать миллион вопросов, но ведь это спровоцировало бы волну усмешек и предполагало совместное времяпрепровождение, даже если не в постели, то по крайней мере в одном закрытом помещении. И хотя Вики отметила про себя, что Астарот до сих пор не совершил ничего такого, что вписывалось бы в его поведения, это было не важно.       Она начала воинственно колотить по его груди, даже не задумываясь о том, что ее обычная человеческая сила должна была быть для Астарота просто смешной, но он, тем не менее, убрал руки с талии девушки и позволил ей отпрянуть. Вики, не ожидавшая столь скорой победы, отлетела на самый край постели и растерялась, чем и успел воспользоваться Астарот:       — Я бы на твоем месте этого не делал, — на его лицо вернулась издевательская усмешка. Он поднял одну бровь и добавил. — Еще одно движение, и я увижу тебя голой.       Вики наконец-то взглянула на ситуацию со стороны: она действительно могла свободно уйти, но тогда лишилась бы последнего укрытия — кончика крыла Астарота. Свои же крылья расправить она не могла, для этого в любом случае пришлось бы подняться на ноги и продемонстрировать обнаженное тело.       Вики нервно осмотрелась в поисках чего-то, чем можно было бы прикрыться, только одеяло, которое парень вряд-ли бы отдал просто так. Платья не было поблизости, а прикрываться подушкой было сомнительным решением. Девушка скривила от безысходности губы и прошипела:       — Отдай мне одежду немедленно!       Астарот уже знал, как бы сейчас поступила девушка, и Вики разыгрывала его план по нотам. С самого начала проходить все стадии принятия с этой упрямицей не хотелось, но в то же время было в этом и особое удовольствие. Почему-то он совсем не рассматривал возможность того, что в этот раз она все же не ответит взаимностью, ведь вчера, как казалось Астароту, они оба открылись друг другу.       Тем не менее, его темная часть характера преобладала над светлой. Он сделал максимально отрешенное лицо, потянувшись назад, собирая с пола остатки платья и тем самым без зазрения совести лишая Вики защиты.       Астарот успел подцепить ткань, когда девушка взвизгнула и дернула его за крыло на себя, вновь прячась за густыми черно-белыми перьями. Несмотря на закономерную боль и дискомфорт в суставе, вызванную резким движением, Астарот почти ликовал, подавшись на Вики несколько сильнее, чем в действительности следовало, и приземлился сверху нее:       — Ну вот, так гораздо интереснее…       Конечно, эта провокация была спланирована. Вики ощущала лишь мужское тело, бесстыдно прижатое теперь к ее голой коже без малейшей преграды между ними. Она моментально вспылила, истерично вспоминая сотни проклятий, которые хотелось выкрикнуть в эти циничные глаза, но она молчала, еле справляясь с волной жара, которая ее охватила. Она чувствовала его на себе: прижатые живот, бедра, эрекцию, которую Астарот не пытался скрыть, а нагло демонстрировал, наслаждаясь смятением и неконтролируемой ответной реакцией.       На самом деле, Астарот рассматривал каждую малейшую деталь в ней: расширенные зрачки с темнее очертившейся радужкой, глубокий вдох, так и оставшийся, кажется, без выдоха, жилки на шее, заигравшие от приоткрытых губ, пальцы, вцепившиеся в него, хотя слова кричали об обратном. Все это сводило с ума своей естественностью на фоне глупого сопротивления, хотя между ними все уже было многократно решено ночью.       Вики ахнула от нахлынувших эмоций, неправильных, постыдных, но таких острых. Тело, похоже, отказывалось следовать призывам разума и откликалось навстречу Астароту. Ведь каждый раз, когда Вики раньше оказывалась рядом с ним, она старалась как можно скорее удалиться и как можно дальше от раздражения, которое он в ней порождал. Теперь же, прижатая им к постели, она вынуждена была признаться сама себе, что это скорее было нервным возбуждением. Парень не мог оставить ее равнодушной, но девушка предпочитала не замечать этого.       Вики не в состоянии была больше выдержать его изучающий, насмехающийся взгляд, как будто она уже сдалась и он знал об этом. Она обратила внимание на платье, до сих пор зажатое в кулаке Астарота, и, не успев как следует подумать, спросила первое, что пришло в голову, только бы нарушить тишину:       — Почему оно порвано?       Вопрос только усугубил положение, Вики поняла это слишком поздно, и умоляюще вернула взгляд на Астарота, но тот не собирался ее жалеть:       — О, тебе так не терпелось его поскорее снять ночью, что…       — Хватит! Перестань! Это не может быть правдой! — Вики перебила его криком, граничащим по интонации с истерикой, и с упорством постаралась спихнуть его с себя.       Но Астарот только этого и ждал. Он избавился от ненужных остатков платья, до сих пор зажатых в руке, и схватил Вики за подбородок, фиксируя взгляд на себе, и, не давая сразу же поставить блок, ворвался в ее сознание. Скорее всего, она бы была не в состоянии противостоять, и парню в любом случае удалось бы проникнуть в мысли Вики, но все же подавлять сопротивление грубой силой и лишний раз ухудшать их хрупкие отношения Астароту не хотелось.       Девушка больше не дергалась, на нее обрушился шквал картинок, потому что Астарот все-таки не рассчитал силу воздействия, слишком напористо показывая события прошлой ночи, какими их увидел он. Она остолбенела от неожиданности, от калейдоскопа чужих эмоций и воспоминаний, водоворотом утягивающих ее во вселенную неведомого для нее мужчины.       Вики увидела себя со стороны: она сидела на парапете школьной галереи, красивая, раскрасневшаяся и почему-то в слезах. Она и сама не понимала, что происходило, но ощущала также и растерянность Астарота. Он был одновременно растерян, озадачен, утомлен, взволнован, даже зол и очень, очень сильно возбужден. Это необузданное и казавшееся таким естественным желание передалось и ей, сразу же насквозь пропитывая все органы чувств жадной похотью. Было странно, что Астарот, испытывая такую тягу, не набрасывался, а терпеливо и даже… заботливо вытирал ее мокрые щеки подушечками пальцев.       При этом сама она от нахлынувших чуждых эмоций хотела бы в тот момент прижать его к себе ближе, наконец-то соприкоснуться телами, впиться в губы требовательным поцелуем, переходя потом на линию подбородка и шею, оставляя за собой влажные следы и темные пятна, которые на следующий день будут служить доказательством вчерашней обоюдной страсти.       Вики остро ощущала, что это не ее эмоции, что девушка в глазах Астарота, которой она сама и являлась, воспринимает все иначе. Но, тем не менее, она не противится, не бежит, а дает своим поведением повод мужчине быть ближе.       Нетерпение разгоралось в ней все больше. Со стороны, хотелось поторопить этих тратящих впустую время двух незадачливых влюбленных… Что?!       Видимо, резкое движение вызвало смену воспоминания, и Вики моментально лишилась доступа к кислороду, потому что дыхание перехватило от интенсивности новых ощущений. Они с Астаротом, влекомые обоюдным и неоспоримо взаимным желанием, спешно избавлялись от одежды, чтобы как можно скорее соединиться телами. Вики затрясла головой, стараясь скинуть наваждение, потому что не было сомнений, чем завершилось их падение на кровать, сопровождаемое ненаигранными страстными поцелуями. По крайней мере, в глазах Астарота это выглядело именно так: она в его руках, кажется, совершенно искренне горела и желала близости не меньше его самого.       Сквозь морок чужой энергии девушку пугало, что видения возбуждали тело в действительности, повышая и без того высокий градус напряжения между ними. Вики понимала, что лежит абсолютно голой под Астаротом, который, в свою очередь, так же как и она, прокручивает все события прошедшей ночи. И он точно не был безучастным: его дыхание все сильнее обжигало шею. Рука еще не касалась, но уже опустилась в район бедер, замерев в миллиметрах от Вики.       Воздух наэлектризовался, не позволяя сделать глубокий вдох и заставляя дышать часто и мелко. Но самое главное, что Астарот продолжал давить своим твердым возбуждением ей в бок. Вики закусила губу от мысли о том, что, подвинься он хоть немного левее, его член тут же скользнул бы в ложбинку между ног, которые хотелось приоткрыть ему навстречу. Астарот был красив, и его подтянутое тело сверху не вызывало отторжения, наоборот, к своему изумлению, Вики подумала, что стоит расслабиться, отпустить предубеждения.       Она снова замотала головой, но оказалось, что и наваждения уже давно не было, картинки не мелькали перед глазами и это были ее собственные мысли об Астароте. Распахнула в ужасе глаза и встретилась с его, почему-то тоже немного испуганными и просящими. Если бы он, как обычно, в этот момент выглядел наглым или съязвил, сказал что-то, что задело бы за живое, Вики непременно бы оттолкнула его или хотя бы попыталась, но он безмолвно спрашивал ее разрешения, медленно ведя кончиками пальцев вниз по тонкой талии переходя на бедро.       Это вызвало оцепенение у Вики. Они как будто оба не хотели делать резких движений, чтобы не уничтожить этот момент. Пара не отводила друг от друга взгляд, который был полон желания, но даже так они не приближались для поцелуя, хотя Астарот еле сдерживал себя, чтобы не наброситься на приоткрытые в нерешимости и испуге губы.       Но он терпеливо ждал, осторожно заводя ладонь под бедро, легко приподнимая его. Вики неестественно долго задержала дыхание от волнения, оставаясь полностью беззащитной под ним, с разведенными ногами, открытая к любым его действиям.       Оба знали, что последует дальше, потому что их уже ничто не разделяло и не останавливало. Если бы Астарот только сделал бы всего пару движений, он бы сразу заполнил ее собой, и это вызывало дрожь. И в очередной раз прокрутив это в голове, Вики ощутила, как потекли капли горячей смазки. Черт, когда она успела захотеть Астарота?       — Ааахх! — ее первый выдох наконец пришелся на резкий рывок Астарота вперед, предвиденный, но все равно неожиданный.       Он оказался слишком громким, срывающимся на визг, толи из-за сбитого дыхания, толи из-за искрящегося ощущения единения, толи все-таки из-за ужаса. «Что же я натворила?» — крутилось в мыслях, когда Астарот уперся пахом ей между ног, войдя до самого основания.       Девушка хотела выразить протест и негодование, поэтому Астарот крепко заткнул ее рот ладонью, усмиряя непрекращающиеся вопли в такт его размеренным движениям.       Он чуть не выругался вслух, но вместо этого прошептал, уткнувшись носом Вики в шею:       — Ну уж нет, я не буду дважды проходить через всю эту херню.       Вики была в его руках и, судя по легкости, с которой член проник внутрь, сильно возбуждена. Она была в этот момент его, но все еще отрицала свершившийся факт. Как было бы просто отдаться страсти, если бы Вики помнила все, что между ними было ночью, или все же то был обман?       Астарот упрямо зарылся лицом в ее шею и продолжил неспешные поступательные движения, хотя хотелось сорваться на грубую еблю, о чем умолял сведенный спазмом низ живота. Он пытался подавить в себе этот порыв, обжигающее желание грязного секса, размеренно и даже нежно проникал внутрь Вики.       В это время тело девушки бросало в жар. Она действительно мычала от нахлынувших эмоций, но при этом приятные ощущения постепенно почти расплавили любые мысли, кроме тех, что касались ее тела. Разум затуманился и зациклился лишь на сгустке тянущих позывов между ног, которых было так мало. Хотелось большего.       Лицо Вики расслабилось в удовольствии, руки и ноги задрожали, прижатые Астаротом. Нужно было свести их у него на шее, притянуть бедра ближе, впиться ногтями, но он фиксировал ее, что и вызывало дрожь.       Она протяжно застонала. Звук был незаметный, приглушенный, но Астарот понял это по изменившимся вибрациям на его ладони. Ее реакция возбуждала его до предела, но он закусил язык, чтобы не сорваться, и приподнялся над ней.       Казалось, что Вики больше не имела ничего против: взгляд ее был полон удовольствия, а губы ласково касались его руки, без напряжения, без попыток укусить. Кончик ее языка скользнул по его коже. Она хотела, чтобы он продолжал?       Астарот постепенно начал приближаться к ее лицу. Но Вики опередила его, сама потянувшись губами навстречу. Она жаждала этого поцелуя, чтобы объединиться с Астаротом как можно больше и забыться, ловя каждое его движение, и вместе с языком подалась навстречу ему бедрами.       Он сразу же вовлек ее в жадный поцелуй, ловя теперь томные выдохи, которые издавала Вики. Астарот не стал терять время и врезался бедрами в девушку, задавая темп, сильнее быстрее прежнего. Наконец-то он мог себе позволить трахать ее так, как требовали инстинкты.       Влажная головка от размашистых движений периодически оказывалась у самого входа во влагалище, вновь и вновь создавая ощущение нового проникновения, доставляя обоим настоящее удовольствие.       Астарот опирался руками о кровать. Вики уже не сдерживая порывы прижала его ближе за шею, направляя в себя, скрещивая на спине парня ноги, ускоряя его темп, каждый раз подаваясь вперед навстречу. Она ощущала их секс, как первый раз, особенно остро и чувствительно, от чего приподнимала бедра, чтобы усилить натяжение спазмированных внутренних мышц, соприкоснуться побольше с мужской плотью и довести наконец себя до финала. Астарот на секунду оторвался от ее шеи со словами:       — Я уже понял, как тебе нравится. Но не торопи меня, а то я первый кончу.       Он тоже был на пределе, но старался не концентрироваться на все сильнее поглощающем его напряжение в яйцах, чтобы позволить сначала Вики получить удовольствие.       Вики успела вцепиться зубами в его губу, не больно, но немного оттягивая на себя и вовлекая в поцелуй. Астарот улыбнулся сквозь сплетение языков, когда она просунула между их телами руку, начиная помогать себе пальцами. Он тут же поднялся и присел, подхватывая Вики, и натянул на себя так, что ее бедра оказались у него на коленях, а голова безвольно опрокинулась на постель.       Это оказалось ошибкой, потому что Астарота моментально прошибло током, не оставляющим более возможности отсрочить оргазм, от вида распростёртой под ним Вики, в которую раз за разом заходил его член, блестя от остающейся на нем по всей длине влаги. Он уже понимал, что яйца вот-вот взорвутся спермой и зажмурившись положил ладонь поверх ее, усиливая давление на клитор, по которому Вики кружила пальцами.       — Тогдах-х не останавливайсях-хх-х…       С каким облегчением он услышал, как ее стоны сменились на рваные, частые, захлебывающиеся вздохи. Член уже успел почувствовать несколько сжиманий внутри нее, но как бы хорошо не было, надо было спрашивать о возможности кончить внутрь раньше, а сейчас следовало только резко выйти.       Астарот быстро отодвинулся, обливая внутреннюю сторону бедра Вики спермой, но не убрал пальцы, продолжая ласкать ее. Она хотела сжать ноги от интенсивности стимуляции, но мешал сидящий между ними Астарот, поэтому тело непроизвольно выгибалось и извивалось от каждого нового нажатия на клитор.       Несмотря на то, что, в отличие от Вики, он все прекрасно помнил, все равно кайф от обладания долгожданной девушкой был не менее оглушительным, чем в первый раз. Гораздо ощутимее даже физического удовольствия.       Вики затихла, все еще мелко дрожа от оголенных нервов. Она была в руках мужчины, полностью открытая для него после секса, но отвернула голову и не решалась поднять глаза. Было хорошо и непонятно одновременно: она же раньше так раздражалась от одного его присутствия. Возможно, это было не совсем раздражение?       Астарот приподнял Вики за талию, аккуратно сажая поверх и прижимая все еще подрагивающую девушку к себе.       — Вики?.. — он спросил тихо, никак не ожидая подвоха.       Но щека вдруг загорелась огнем от внезапной боли. Только через несколько секунд он осознал, что это была хлесткая пощечина и взвыл, потирая лицо:       — За чтоооо?!       — Ты меня изнасиловал! — Вики не вырывалась, но угрожающе подняла палец между их лицами.       Астарот закатил глаза, не веря, что эта девушка все еще не смирилась:       — В какой из многочисленных раз?       Теперь он смог перехватить ее руку налету и вместо удара положить к себе на плечо:       — И технически ты сама ко мне вчера приставала.       Он наконец поймал ее злой взгляд, так смешно выглядящий после того, как она буквально только что просила его не останавливаться и двигаться быстрее.              Маленькая, хрупкая, можно переломить без особых усилий, но несгибаемый стержень в характере неизменен даже в ситуации, когда она уже проиграла, когда сдала уже все позиции и полностью в его власти. Астарот ухмыльнулся: да, именно такую девушку ему хотелось.       Губы сами потянулись вперед к ее, скривленным и напряженным. Пусть кипятится, сколько хочет, так даже интереснее. Какая разница, если она в его постели и голая?       Но Вики и тут смогла его удивить, сама врезаясь в его губы и даже задевая передний край зубов своими. Она целовала жадно и взахлеб, сжимая ладонями его лицо и привстав, чтобы быть чуть выше.       Это было абсолютно так, как Астарот представлял себе в самых смелых фантазиях. Не про секс, а про то, как Вики сама к нему лезет, а он просто принимает ее желание.       Он погладил ее плечи, спускаясь двумя руками на грудь и ощущая их приятную тяжесть в ладонях. Вики как будто сама подавалась вперед, чтобы он сильнее сжимал ее, одновременно довольно недвусмысленно двигая бедрами.       — Ты что же, снова хочешь? — Астарот прошептал ей прямо в рот.       Она утвердительно кивнула, опускаясь по линии его подбородка к шее и кадыку.       — Тогда тебе придется меня как следует возбудить.       Астарот хотел тоже поиграть с девушкой, но она прижалась раздвинутыми ногами к его паху, сразу же вызывая легкий спазм. Небольшой после недавнего секса, но все же ощутимый.       — Ммм… — он подхватил Вики под ягодицы, впиваясь ногтями в кожу.       Интересно, когда она разрешит трахнуть ее сзади? Или будет противиться? Астарот улыбнулся своим мыслям, уносящим его к довольно развратным фантазиям об их будущих ночах. Но внезапно выпрямился и отпрянул от недоумевающей девушки, буквально оторвав ее от себя:       — Подожди, я возьму салфетку, — Астарот указал глазами вниз, — чтобы не было последствий.       Вики поначалу испытала неприятный укол изумления от того, что тот посмел прервать ее порыв, и с облегчением хихикнула, умиляясь внезапной и такой нехарактерной серьезности Астарота, заботе о ней. Она нежно, с благодарностью провела носом по его гладко выбритой щеке:       — Не волнуйся об этом и… — легкий поцелуй одними губами, — можешь не вытаскивать.       Одна мысль о том, что можно не опасаясь кончить в Вики сиюсекундно изменила его приоритеты и привела член в рабочее состояние, немедленно отгоняя всю кровь от головы вниз и отметая любые другие возможные варианты действий:       — Кажется, меня уже не надо возбуждать, — он без усилия опрокинул Вики обратно на себя, придерживая чуть поверх, чтобы та смогла скорее усесться на нем.       Казалось бы, чисто физически эта деталь не добавляла каких-то особых ощущений, но одновременно напрочь сносила крышу. В голове как будто переклинило от желания заняться сексом без каких-либо опасений, не высовывать член в последний момент, а расслабиться и наполнить ее семенем. В этом было что-то дикое, первобытное, делающее Вики полностью его во всех смыслах этого слова.       Рука девушки с плеч соскользнула по груди вниз к животу, от чего он инстинктивно напрягся от прикосновения и, главное, ожидания, что вот-вот она дотронется до самого чувствительного места. Вики не стала долго водить пальцами по прессу, обхватила плотным кольцом член у основания и сделала несколько поступательных движений рукой, убеждаясь в его твердости.       Наслаждаясь тем, как ловко скользит по стволу женская рука, приоткрывая головку, Астарот откинулся слегка назад и прикрыл веки, чтобы не поддаться желанию как можно грубее насадить на себя Вики. Парень сжал простынь вместо ее бедер и заставил себя подождать, пока она не наиграется с его членом. В конце концов, она сама довольно активно проявляла инициативу.       Он не смог отказать себе в удовольствии все же рассмотреть лицо Вики, когда понял, что та наконец направила член в себя, приставив головку ко входу. Твою мать, можно было бы поднять бедра наверх и сразу же оказаться внутри ее горячей, текущей плоти. Член дернулся в предвкушении, но Астарот сдержал себя, плотно сжав зубы и не выдав своего порыва.       Еще секунда промедления и Вики плавным движением опустилась на него, протяжно и низко простонав. Ее рот приоткрылся и слегка скривился, что не укрылось от Астарота и вызвало еще больший спазм в промежности. Он чуть было не сорвался, чтобы начать раскачиваться самому, но Вики заерзала, находя позу, в которой лучше всего бы ощущала его внутри себя и мягкими, плавными движениями начала двигать бедрами.       Астарот не сразу понял, что она уже нашла свой ритм. Ему было слишком медленно, слишком мало. Несмотря на то, что Вики каждый раз полностью садилась на него, прижимая весом своего тела к постели, хотелось дернуть ее на себя, вжать еще ощутимее, припечатывать руки к бедрам, чтобы потом услышать звук бьющихся друг о друга тел.       Но он терпел, следя за гипнотическими ритмичными раскачиваниями Вики, любовался тем, как она поглаживала свою грудь, оттягивала соски, запускала руки в волосы, мяла губы в отсутствии его ласк и все чаще спускалась пальцами к клитору, видимо, потому что не могла без этого достичь разрядки. Ее глаза стали время от времени закатывались наверх, а ритм превратился в рваный, а сами движения — дрожащими.       Он еще несколько секунд наблюдал, как девушка его мечты скачет на нем сверху без какой-либо помощи, насаживается на член двигая при этом бедрами, чтобы потереться о него посильнее, она требовательно гладит себя, все тяжелее опускаясь вниз и подрагивая внутри, когда головка упиралась на максимум.       Астарот сел прямо, отрывая ладони от простыней и обхватывая ими бедра Вики. Она остановилась, не двигаясь более под натиском его рук:       — Ммм? — ее дыхание беспощадно сбилось от прыжков на члене, а легкие почти обожгло кислородом, как только установленный ритм нарушился. Так что выразить свой вопрос иначе не получилось.       Кроме того, неожиданная пауза, хоть и принесла передышку, но при этом лишила ее нужной стимуляции, и Вики недовольно поморщилась, ерзая бедрами в меру возможности.       Эта деталь не осталась незамеченной, и Астарот приподнял подбородок, лукаво разглядывая растрепанную Вики сквозь поволоку ресниц.       Ему нравилось это все: она, ее тело, ощущения, чувства, пиздец, как нравились. Нравился ее запах, звук дыхания и стоны. Нравилось, как колыхалась ее грудь от прыжков, едва прикрытая рассыпавшимися кудряшками. Нравилось то, что Вики не стеснялась теперь наготы, забыла и вовсе перестала делать вид, что ей безразлично, что она что-то там контролирует. Кого? Себя? Его? Их?       — Теперь я сам, просто держись крепче за меня, — прохрипел парень, не замечая, что рот был постоянно приоткрыт и горло пересохло, раздираясь, как наждаком с каждым словом.       Он толкнулся в нее, одновременно прижимая сверху руками. Наверное, слишком сильно, но иначе было невозможно. Сердце бешено отсчитывало удары, разгоняя кровь, чтобы она поступала хоть куда-то, кроме как в промежность. И Астарот чувствовал эти удары в теле, в голове и двигался в такт с ними, быстро и резко приподнимая и опуская Вики на себя так, что она почти падала до основания члена.       Вики как будто не успевала стонать, почти безвольно уткнувшись в плечо метису, позволяя тому задавать скорость и угол вхождения. Вот-вот должна была наступить разрядка, потому что натяжение внизу живота стало единственно важным чувством, разливаясь приятными импульсами по всему телу.       Она быстро провела ногтями по спине, оставляя царапины вдоль позвоночника, задевая чувствительное основание крыльев, и вцепилась ему в волосы, скручивая и оттягивая пряди, сжимая их в кулаках.       — Шепфа! Ааахх! — Вики затряслась, ей, наверное, хотелось бы, чтобы Астарот остановился или хотя бы замедлился, позволяя более ярко насладиться оргазмом, сконцентрировавшись на сладких спазмах, сотрясающих ее всю, но тому в свою очередь было все равно.       Нет, ее стоны были, безусловно хороши, и невозможно было остановиться их выбивать. Но это все было уже на краю сознания.       Когда от обилия натекшей на тело смазки, раздавался развратный, мокрый шлепок, парень закатил глаза. Чувствуя конвульсию девушки, дрожь, пульсацию мышц на члене, ее кайф, все это приводило к тому, что он терял связь с реальностью, не замечая ничего, помимо желания кончить. Скорее. Сильнее. Глубже. Сейчас.       Вики уже обессиленно облокотилась на грудь Астарота, подчиняясь его фрикциям, тяжело вздыхая и до сих пор ощущая отголоски оргазма. А он мог двигаться только крепче и жестче, уже не считаясь с тем, что буквально, подбрасывал Вики на себе. Она бы слетела, если бы каждый раз с грубой силой он не припечатывал ее обратно, одновременно приподнимая и подкручивая свои бедра.       Терпеть напряжение становилось невозможно, надо было выпустить из себя накопившуюся сперму, распирающую до чертиков каменные яйца, на которые в дополнение ко всему давила Вики. Чувство, близкое к боли, смешивалось с эйфорией, и это срывало башню, превращая в животное.        — Бляя… Ну давай же! — единственное , что он смог прошептать, обращаясь к своему члену, прежде чем со всей дури последние несколько раз вмазаться в тесную и горячую девушку.       Финальный удар заставил его запрокинуть голову назад и закатить глаза. Не существовало вообще больше ничего, кроме как приятно и одновременно тягостно мучительно сокращающегося члена, раз за разом выталкивающего струю спермы внутрь Вики. Звенящая пустота в голове, только спазмы, концентрирующие на себе все нервные окончания, волнами накрывали тело.       Астарот нахмурился от того, что напряжение, столь долго желанное, затихало. Толкнулся еще несколько раз уже в свою собственную сперму, сочившуюся наружу, тем самым немного продлевая удовольствие. Парень застыл, точно так же, как Вики, уткнувшись ей в плечо.       Нужно было отдышаться, расслабленные мышцы теперь дрожали от сексуального марафона и в свою очередь мешали привести мысли в порядок. В отсутствии ясного сознания его заменяли бурлящие эмоции: бесконечная нежность, привязанность, тяга… любовь?       Астарот на этот раз простонал от безысходности, гулко, отчаянно. Он вовсе не рассчитывал, что будет настолько сложно, даже когда Вики рядом, он не был до конца уверенным в ее чувствах и после умопомрачительного секса.       — Эй, ты чего? — Вики приподняла его голову за подбородок, приятно поглаживая щеку прохладной ладонью. И когда она успела остыть? Астароту казалось, что он до сих пор весь горит.       Он отвел глаза в сторону, лишь бы не видеть ее хладнокровного лица, когда задал вопрос, стучавший внутри вместе с сердцем:       — Ты не жалеешь о-о… ну, о произошедшем?       Астарот запнулся, остро поняв всю глупость и неуверенность прозвучавших слов. Он сжал челюсть: "Ну какой же я кретин, вечно все порчу. Вот она скажет, что сожалеет, и что дальше?"       С одной стороны, сейчас было неподходящее время для подобных разговоров. Обладай Астарот большим терпением, он бы попробовал ненавязчиво пошутить или сделать комплимент. Только за минувшие сумасшедшие два дня Астарот лишился какой-либо выдержки, и ему жизненно необходимо было расставить все по местам сейчас.       С другой — его попытки общения и шуток до этого делали только хуже, возможно поэтому новый подход сработал и Вики не обрушилась на него потоком язвительных комментариев. Она продолжала ласково водить пальцами по лицу, соединяя родинки в замысловатые линии. Девушка пока не отвечала.       Давала надежду своим молчанием и им же изматывала последние нервы. Сгорала вместе с ним от страсти и через минуту оглушала ледяным спокойствием. Стонала до криков от удовольствия и не могла ответить на прямой вопрос. Астарот постепенно закипал и, доведя себя такими качелями до точки невозврата.       — Я больше не буду спрашивать! Я, блять, вчера чуть не лишился рассудка, пока ты мной крутила и играла в свои игры!       Вики с недоумением уставилась на него, округлив глаза и часто хлопая ресницами.       Астарот все больше закипал, глядя на это глупое выражение лица, продолжая что-то несвязно говорить об их отношениях, так и не сформулировав правильно главный вопрос.       — Ты что же, пытаешься признаться мне в чем-то таким образом? — Вики неожиданно перебила его тираду, окончательно лишая пути к отступлению. Твою мать, он так хотел, чтобы она ответила вместо тишины, а в итоге окончательно загнала его в угол. Что ж, сейчас или никогда:       — Я… мне кажется, ты мне нравишься.       Черт! Так и не решился! Но пусть пока будет так, не говорить же сразу, что влюблен, как полоумный.       Вики, впрочем, этого было достаточно. Она искренне улыбнулась его внезапной, обезоруживающей робости, хотя в сексе последнее, в чем можно было упрекнуть Астарота, так это в застенчивости.       — Хорошо.       — Что, хорошо? — такой лаконичный ответ был возмутительно непонятен для него.       Голос звучал ровно в отличие от внутренней бури эмоций. Что, вашу мать, означало это хорошо? О чем она думает своей красивой головой, что скрывает за голубыми глазами? Хорошо, я поняла тебя и мне все равно? Или это хорошо, я поняла тебя, а теперь дай мне уйти? Еще вчера во время их поцелуя он был абсолютно уверен в ее взаимности, но что если это все же была реакция на вино Кристофера?       — Хорошо, посмотрим, что из этого может получиться, — Вики заметила его смятение, хотя Астарот по-прежнему не смотрел на нее, именно это его и выдало. Вики, видя нескрываемое облегчение, появившееся на лице Астарота, потянулась к нему губами. Ей вообще-то хотелось меньше разговоров, потому что и так было кристально ясно, что этот метис сходит по ней с ума. Раньше она считала, что он просто хочет трахнуть бывшую советницу в силу самоуверенного и эгоистичного характера, но теперь все выглядело иначе.       Астарот предстал перед ней беззащитным, без брони надменности и спеси. Он спрашивал, волновался, ждал ответа и боялся услышать отказ, хотя так и не решился полностью открыться. Но это было и не нужно, Вики видела теперь его насквозь: слишком явными были его скачки настроения и бегающие нервно зрачки, расширяющиеся каждый раз, когда он задерживал на ней взгляд, слишком крепко он прижимал ее к себе, хотя сохранял отрешенное лицо, слишком много говорил, в конце концов, для того, кто просто хотел секса и ничего более.       Кроме того, она и в себе не без удивления обнаружила чувства к нему. Сидеть вот так вдвоем, обнаженными и ласкающими друг друга, сгорающими от страсти и вожделения, оказалось само собой разумеющимся. Откуда взялись и куда теперь пропали те постоянные раздражение и неприязнь? Переросли незаметно в зависимость, а зависимость — в более интересное и сложное чувство?       Но их новому поцелую не суждено было состояться прямо сейчас. Из коридора послышалась шумная возня, чья-то довольно громкая ругань, разбавленная весьма крепкими выражениями, а затем без предварительного стука дверь с грохотом распахнулась. Казалось, вошедший не ожидал, что она поддастся настолько легко и приложил слишком много усилий так, что древесина чуть не разлетелась в щепки.       Астарот крепче перехватил Вики, укрывая своими крыльями от посторонних глаз. На самом деле, он опасался, что на пороге мог стоять вездесущий Люцифер, который по распределению Чумы являлся до сих пор хозяином девушки. Хотя на пороге комнаты мог быть кто-угодно, даже гребаный Фенцио с каким-то распоряжением, потому что Астарот с запоздалой досадой вспомнил, что не запер вчера ночью засов, занятый раздеванием Вики и исследованием открывающихся частей ее тела.       К сожалению, это была Мими и чуть позади нее насупленный Кристофер. Он тянул ее за рукав, но та уверенно шагнула внутрь, нервно озираясь вокруг.       — Вики?! Ты тут? Что он с тобой сделал? Только скажи, и я испепелю на месте этого дегенерата!       Убедившись, что настоящей опасности нет, хоть демоница и сыпала угрозами, Астарот опустил перья ниже. Вики покраснела, вжимаясь в парня, что Астарот был даже немного благодарен непрошенному вторжению. Кристофер первый пересекся взглядом с братом и оценил ситуацию, верно интерпретировав их позу и виднеющиеся оголенные плечи. Он облокотился на дверной косяк и скрестил руки на груди, ожидая, когда же наконец его дьяволица поймет свою ошибку.       — … выдеру крылья и скормлю их субантрам! — продолжала Мими. — Оу…       Она застыла, как вкопанная, разглядев сквозь черно-белые перья силуэт подруги в слишком интимной близости от Астарота. Если кого-то из них двоих стоило спасать, так это его: настолько он был лохматым и с исцарапанными плечами. Мими неуверенно попятилась назад, но все же сохранила лицо, нисколько не выдав, что ожидала застать другую картину:       — Эммм… Привет.       — Привет, Мими, — сказала Вики, не отрываясь от своего метиса. — Я плохо помню, как мы провели вчерашний вечер. Надеюсь, все в порядке?       Демоница открыла было рот, но покосилась на Кристофера, на что тот несколько раз отрицательно покачал головой и кивнул, намекая, что им стоило бы уйти восвояси. Она проигнорировала заданный ей вопрос и спросила сама, все еще гневно разглядывая Астарота:       — Так у вас все хорошо?       — Вполне, — в разговор недовольно вмешался Астарот, явно демонстрируя интонацией, что в этой комнате есть лишние. — Что за хрень, Кристофер? Не пора ли вам обоим заняться своими делами?       Брат развел руками, безмолвно соглашаясь с упреком и признавая вину. Он действительно старался остановить Мими, но та была неумолима в желании спасти подругу. Это и привело их в комнату к Астароту, где, по мнению Мими, тот силой удерживал Вики.       Действительность кардинально отличалась от нарисованной картинки в ее голове: эти двое явно нашли ночью общий язык. Судя по отчетливому и головокружительному шлейфу похоти царящему в помещении, не останавливались до этого самого момента. На сексуальную энергию у Мими было чутье, ведь она демоница очарования и соблазна. Да и без особых способностей их раскрасневшийся, растрепанный вид, взгляды друг на друга и то, как Вики пряталась в руках одного из близнецов, не могло бы никого ввести в заблуждение.       Поэтому, когда Кристофер, потянул Мими за локоть на выход, она не стала противиться. Только угрожающе подняла палец и слегка наигранно сверкнула глазами, скрывая за этим некоторую неловкость от своей ошибки:       — Если что, я рядом! — и обратилась уже к Астароту, который, тем временем, продолжал буравить взглядом Кристофера. — А тебе я не доверяю! Попробуй только обидеть Вики!       — Мими, все хорошо, правда. Поговорим через… — она задумалась и с лукавым смешком уточнила, — попозже.       Вики почувствовала, как Астарот обнял ее под крыльями крепче. Этот жест был ей не до конца понятен: возможно, он опасался, что Вики его покинет, воспользовавшись ситуацией, а, может, наоборот, был благодарен за принятое при свидетелях решение остаться с ним. В любом случае, она отметила про себя, что испытала скорее облегчение, признав своими действиями их связь с Астаротом.       Демоница лишь коротко кивнула и, влекомая Кристофером, все-таки скрылась за дверью. Он аккуратно ее прикрыл и исподлобья с интересом взглянул на Мими. Та не могла признавать свою неправоту и только недовольно буркнула, расценив подобный взгляд, как издевку:       — Ну и что? Будешь теперь попрекать меня? Вперед!       Она повернулась к нему спиной, нервно разглядывая кончики своих ботинок, как будто там было что-то интересное.       — Даже не думал, — Кристофер не хотел ссориться на ровном месте и скорее был доволен, что инцидент был исчерпан и у брата все тоже сложилось, как надо.       Он приобнял ее, поглаживая по предплечьям в успокаивающем жесте, надеясь, что Мими быстро отойдет и они сменят тему с Вики на их собственные отношения. Но дьяволица снова его удивила:       — Так Астарот же ничего ей не рассказал! Она не знает, почему, — последнее слово она особенно выделила, — оказалась в его постели. Вики бы и близко его не подпустила, если бы не ты и твои зелья!       Она грубо дернула плечом, сбрасывая руку Кристофера, и чуть было не направилась обратно к подруге, если бы метис вовремя не остановил ее.       — Послушай, я знаю, что ты недолюбливаешь Астарота, но разве Вики выглядела несчастной?       Мими застыла, разглядывая серьезное лицо Кристофера. Он почти сразу ей во всем признался, когда они проснулись вместе, стоило лишь немного надавить. Демоница, так же как и Вики, не могла вспомнить деталей вечера. Но ее отношения с близнецом не были столь натянутыми, поэтому обнаружить себя в его постели не стало для нее трагедией.       Она позлилась лишь для вида, попутно выпытывая, что же произошло на самом деле. А вспылила только осознав, что и Вики попалась на эту удочку и, возможно, нуждается в спасении.       Это оказалось не так, и слова Кристофера заставили ее крепко задуматься, стоит ли, в самом деле, вмешиваться в постельные утехи подруги. Как будто это не она с демоническим задором советовала Вики как следует развлечься в чьих-нибудь крепких объятиях. Да, она не ожидала, что им станет Астарот… Но, в конце концов, весь вид Вики действительно свидетельствовал, что он оказался не промах и знатно постарался ночью. Мими хитро ухмыльнулась, моментально меняясь в лице:       — Ладно, пока я буду молчать, но пусть Астарот только попробует ее обидеть.       — Мими, они сами между собой разберутся. Иди лучше сюда… — Кристофер притянул ее к себе, вовлекая в бессчётный за утро поцелуй.       Он накрыл ее губы так, что скоро подогнулись ноги, а тело вдруг стало слишком тяжелым, чтобы удержаться без поддержки мужских рук. Пальцы сами скользнули в кудрявые волосы, направляя сухие, истерзанные за ночь губы к шее.       По ее коже порхали бабочки легких и быстрых поцелуев Кристофера, постепенно собираясь стайкой в животе. Она была счастлива здесь и сейчас, не истязая себя сомнениями или опасениями за будущее.       А что? Возможно, встречаться с двумя братьями не такая уж плохая идея?