Пять веков рабства

      Мрачную комнату окутало пеленой страха. Каждое существо, каждый камешек дрожал от предвкушения приговора, который вынесут уже через пару минут. Совсем скоро все эти существа разлетятся по всему свету и, возможно, больше не встретятся. Это настоящая лотерея... Попадёшь ты к коллекционеру странностей, к помешанному охотнику или мяснику? Всё решает случай... Всё решают чужие деньги и желания... Тебя никто не спросит. Ты товар. Животное. Вещь...       — Я так рад... — надрывающимся голосом скулил Май, всё крепче прижимаясь к Роджеру, будто пытаясь слиться с ним воедино. — Я рад... Рад... Спасибо... Крылан был не в силах даже подумать о том, чтобы помешать ему. Было невыносимо больно смотреть, как тот, кто так ярко сиял при первой встрече, сейчас буквально готов смешаться с грязью, исчезнуть, раствориться прямо на этом месте, лишь бы не попасть в руки «торговцев».       Роджер набрал полные лёгкие воздуха и прижал мага к себе. Так тепло... Май уткнулся в его грудь, и Ро почувствовал, как два мокрых пятнышка расползлись по рубахе. Весь мир погас, окутанный дымкой безразличия. Что вообще творилось вокруг? Сколько существ осталось в комнате? Ушли ли те люди за дверью? А может, они ещё не вошли? Или они забыли про свой товар? Роджер бы отдал за это что угодно. Но нет...       Крылан, сквозь белый шум в ушах, услышал тяжёлые шаги. Они звучали, как отсчёт до казни, как нелепая издёвка палача, что потешает публику. Но ведь отсчёт всегда врёт... И вот, как лезвие топора над хрупкой шеей, шаги затихли прямо перед носом.       Роджер бросил дрожащий взгляд в сторону и увидел в метре от себя дорогие чёрные сапоги. Они ликующе блестели начищенной кожей. Их точно готовили к празднику... Уголки губ невольно поползли вверх, изображая причудливую ухмылку. Крылана бесил сам факт того, что кто-то готовился ко дню его продажи, как к великому параду в честь победы в столетней войне.       «И чего ты стоишь, скотина?! Чего ждёшь?! Нравится смотреть, как кто-то загоняет себя в могилу в твой "великий праздник"?!» — Роджер прижал Мая к себе так крепко, как только мог. И почему он это делал? Они едва знакомы, но бешеное биение чужого сердца заставляло скалить клыки.       — А мосье Ашиль не лгал, — хрюканье, в коем с трудом можно было различить французские фразы, кувалдой ударило по ушам. — Он действительно отхватил себе кг'ылана! Восхитительно!       — Ашиль?.. — передёрнулся Май и прошептал, осторожно подползая к уху Роджера: — Тебя купил Ашиль?! — Его дрожащие пальцы вцепились в рубаху Ро, царапая бледную кожу. — Эта вонючая тварь — твой владелец?       «Ашиль?.. — В голове словно щёлкнул ржавый рубильник. — Как я мог так быстро забыть это имя?..»       — Эй! — Тяжёлая рука схватила крылана за грудки и потащила вверх, принуждая алые глаза узреть усеянное мерзкими морщинами лицо. — Что этот пг'едатель тебе шепчет?       Роджер, молча вглядываясь в противную рожу мужчины, который больше напоминал сального добротного хряка, оскалился сильнее. О, боги, как хотелось разорвать в клочья эту наглую морду, что смеет оскорблять того, кто скрасил ужасные часы заточения... Но сильная хватка огромной ладони не позволяла даже повернуться.       Липкое болото отвращения смешалось со сковывающей тело беспомощностью. Крылан отхаркнул оставшуюся в пересохшей глотке слюну и плюнул прямо в язвительно прищуренный глаз «свиньи».       Хряк взвизгнул и отшвырнул Роджера в сторону. На секунду крылан смог ощутить свободу, но уже в следующий миг по затылку жгучим вязким пятном растеклась боль.       — Скотина! Мег'ское животное! — Хряк носился из стороны в сторону, брезгливо вытирая вязкую слюну со своей морды.       Роджер, несмотря на медленно стекающую по шее кровь, смотрел на развернувшееся перед собой шоу с ликованием. Раньше он никогда бы не подумал, что плюнуть кому-то в лицо может быть настолько приятно. Впрочем, раньше такого желания никогда не появлялось. Разве что в приливах гнева, когда Андрей чудил, да и то, даже тогда это желание не было настолько сильным, чтобы воплощать его в жизнь.       — Ой зря... Ой зря... — причитал Май, успевший перекатиться на спину и уткнуться затылком в стену. — Ой не к добру... Ой дурак...       Роджер недовольно фыркнул, в ответ на панику мага. Что может сделать эта пафосная свинья, наряженная в «карнавальные побрякушки»? Кинет в другой угол? Плюнет в ответ? Думать об этом было крайне занятно.       — Дг'янь! — Хряк подлетел к крылану и схватил его за горло, перекрывая кислород. — Если бы я не знал сколько ты стоишь, то пг'икончил бы на этом самом месте и сказал, что ты издох от жажды! Мег'ский выг'одок! — Он замахнулся и со всей дури ударил здоровенным кулаком в живот Роджера.       Крылан проскулил от нахлынувшей боли, а его тело, пронзённое фантомным клинком, сжалось само собой.       Роджер, оставленный крепкой хваткой на произвол судьбы, рухнул на землю, чувствуя, как боль медленно поглощает его мысли, пожирает последние капли смелости и загоняет рычащую ненависть в дальний угол сознания.       «Доигрался, — промелькнуло в голове. — Чего я вообще ожидал?..» — Он закрыл глаза, чувствуя, как постепенно его накрывает пеленой отчаяния...

***

      — Братик ты снова уснул?.. — в голове вновь прозвенел тонкий детский голосок, напоминающий журчание весеннего ручейка. — Братик Ро, ты так и будешь спать? Ты хочешь ко мне? Тебе рано ко мне... Тебя братик Анди ищет. А если он ищет, то ты должен найтись... Братик Ро, я не сержусь... Только не надо ко мне идти! Слышишь?! Мне такой подарок не нужен! Мне не нравится! Проснись! Братик! Проснись!       Алые глаза распахнулись, открывая своему обладателю абсолютно пустое помещение. Вокруг ни звука. Звонкий голосок Патрика стих так же неожиданно, как и появился, сменившись звенящей тишиной.       — Какого чёрта?.. Где все?.. — Роджер медленно сел и откинулся на стену, держась за висок. — «Остался только я? — Он медленно обвёл туманным взглядом пространство, не в силах понять что произошло. — И как долго я тут валялся?»       Впервые за несколько часов выдалась возможность как следует оглядеться по сторонам, не натыкаясь на чей-то прожигающий до костей взгляд. Впрочем, ничего нового крылан не заметил: мрачные голые стены из камня, местами поросшие увядшим мхом, да одна единственная дверь из тёмного дуба — вот и всё «богатство» данного помещения. «Пусто... — Ро невольно усмехнулся: — Неужто меня оставили "на десерт"? Можно ли это принять за комплимент?»       Пока крылан отвлекал себя от боли в разбитом затылке, за дверью зазвучало еле слышное насвистывание. Такое знакомое...       Роджер застыл, словно статуя. Где-то в начале того самого темного коридора, через который Ро попал сюда, хлопнула дверь и, дополняя мелодию свиста, застучали тяжёлые размеренные шаги. Медленно, но верно... Медленно, но верно они приближались, заставляя вздрагивать от каждого скрипа, каждого стука отлетевшего в сторону камешка.       Один короткий миг тянулся, как бесконечно длинные рассказы всезнайки-Кристофера. Казалось, кто-то специально замедлил время, лишь бы подольше понаблюдать за одиноким заключённым: как от страха и предвкушения расширяются его зрачки, как колеблется его серая рубаха от сумасшедшего биения сердца, как вздымается его грудь от редких и тяжёлых вздохов...       Роджер не мог пошевелиться. Всё тело внезапно парализовало, словно кто-то закатал его в железо. Вот и еле уловимый скрип дверных петель. Вот и тёмный силуэт выплыл из мрачной пустоты коридора. Крылану казалось, что сердце вот-вот лопнет от нагрузки бесчисленных ударов. А силуэт всё приближался и приближался, словно хищник, который крадётся к беззащитной жертве. Иронично... Тот, кто совсем недавно охотился за зверьём посреди ночи, сейчас попал на их место...       — Здравствуй... И снова здравствуй... — русская речь весенней капелью зазвенела в голове Ро. — Провёл всех... Как ловко ты провёл всех... — Из темноты начало показываться печальное лицо Саржи. — Прости... глупого... мальца... — выговорил он и протянул руку крылану.       «Прекрати! — Роджер вопил про себя, чувствуя, как тело перестаёт его слушаться. Никогда и ни к кому у Ро не было настолько смешанных чувств. Он совершенно не знал как воспринимать те слова, что так часто повторяет Саржа. Кто знает, может это просто наглая ложь, а может ему действительно жаль и его принуждают к действию силой. — Чёртов колдун! Прекрати! Перестань! Это моё тело! Моё!» — Крылан бегал мутным взглядом по возничему, не в силах пошевелиться.       — Вставай... — протянул Саржа.       Роджер почувствовал, как его тело покорно подаётся вперёд. Мысли вновь начали гаснуть, оставляя лишь сладкий шёпот. Шёпот... и что-то ещё... Что-то звонкое... Оно звучало где-то далеко, находясь за стеной из нахлынувшей тишины. Оно пищало в подсознании, скрипело где-то в тёмном углу. Но Ро не мог разобрать и слова. Шёпот возничего звучал в сотни раз громче неизвестного писка.       Слушая речи Саржи, крылан сам не заметил, как оказался в совершенно незнакомом месте. Роджер переводил из стороны в сторону вялый взгляд, но глаз не мог ни за что зацепиться. Два алых огонька бесцельно блуждали во тьме, не находя пристанища. Они скользили по вещам, но не могли понять что это, изучали мрачные углы, не в силах уловить их содержимого, плавали по закоулкам и развилкам, но не могли даже приметить в какую сторону был сделан поворот.       Знакомый шёпот тем временем перерос в мягкий и спокойный поток непонятных звуков, но для Роджера разница была незаметна. Он просто шёл куда-то, словно в тумане, не замечая ничего вокруг: он не видел длинных коридоров, не замечал алеющего солнца, что иногда мелькало в огромных окнах, не слышал скрипа ржавых дверных петель и не чувствовал дрожащей кисти, которая сжимала его предплечье. Весь мир исчез. Весь мир стал сладким свистом, что до сих пор звучал в подсознании.       — Прости...       Звук еле слышной французской речи вывел Роджера из транса. Крылан вздрогнул и как ошпаренный отскочил назад, но стоило ему это сделать, как на шее затянулась стальная удавка.       Тело пробило болью осознания. Роджер поднёс дрожащую кисть к своей шее, и тонкие пальцы уткнулись в ледяную сталь. На тонкой шее огромным и совершенно неуместным грузом повис тяжёлый ошейник, от которого прямо в руки Саржи уходила толстая цепь. Ро впился взглядом в возничего. Хотелось бы возненавидеть его всей своей бессмертной душой, но один только взгляд в глаза полные горя заставлял засунуть свою ненависть поглубже.       Как взгляд человека, который поступал так, мог быть настолько пропитан горьким сочувствием? Как взгляд последнего мерзавца мог смотреть с такой болью? Каким образом он мог вызвать вину? А главное — за что? За то, что попался? За то, что «другой»? За то, что не человек? За что?       Роджер поморщился от противного склизкого чувства — от осознания, что столько веков ненавидел кого-то родного, но сейчас не мог возненавидеть того, кто отчасти виновен в происходящем.       «Сволочь...» — оскалился Ро.       — Правильно... Правильно, что ненавидишь, мосье... — еле слышно шептал возничий.       Роджер вздрогнул. Кто в здравом уме будет радоваться, что его ненавидят? Крылан поднял взгляд, и его сердце ёкнуло. Лицо Саржи сияло широкой улыбкой. Сияло, словно только что он исполнил свою заветную мечту.       «Что за?.. — Роджер поморщился. — С каких пор меня начали окружать психи?» — Значит в порядке... — проговорил возничий, не повышая голоса... — Если ненавидишь, значит в порядке... — Он потянул руку в темноту и звякнул цепью, куда-то её прицепив. — А теперь... А теперь... жди... — Он взглянул в сторону, и улыбка медленно сползла с его лица.       Тяжёлые шаги вновь зазвучали, но в этот раз уходили всё дальше и дальше, унося с собой груз непонимания.       «Ждать... — Ро повёл крылом, — чего?»       Вдруг, гул аплодисментов ударил, словно первый гром, заставив душу крылана пожелать выйти из тела навстречу умершим предкам.       «Что за?!» — Ро оглянулся на звук, и перед глазами предстал вид на огромный роскошный зал. — Putain de merde...       Роджер рефлекторно отшатнулся назад, звеня тянувшейся за ним цепью, и начал судорожно бегать глазами по рядам.       Громадных размеров помещение было битком забито. Множество мужчин и женщин, облаченных в самого разного рода чёрные одеяния, стоя аплодировали кому-то. Звали кого-то на том самом языке, с коим крылан познакомился ещё на рынке.       И тут, словно появившись из воздуха, на небольшую сцену вальяжной походкой выплыл высокий статный мужчина. Он был облачён в мантию, подол которой волочился по полу, не поспевая за своим владельцем. Тёмная, как грозовое небо, ткань мерцала хищными переливами звёздных огней, а карнавальная маска с пышным, как львиная грива, мехом скрывала лицо.       Постукивая низким каблуком, мужчина проплыл через всю сцену и застыл где-то в её центре. В зале воцарилась мертвая тишина. Десятки хищных глаз, глядящие сквозь узкие щели чёрных звероподобных масок, устремились на «ведущего». Он же в свою очередь, раскинув руки, подобно орлиным крыльям, громогласным рёвом объявил что-то гостям. Пусть от низкого баса и звенело в ушах, но Роджер так и не смог понять ни слова. Неизвестный говорил всё на том же, непонятном крылану, языке.       — ... Ашиль!.. — в суматохе фраз прозвучало знакомое имя. — ... мсье Ашиль!..       Чувства и мысли Роджера спутались в один тугой клубок. Безумный страх намертво переплёлся с едким и жгучим любопытством. Ро пробежался взглядом по рядам. Весь зал, казалось, разом затаил дыхание. Никто не думал даже пошевелиться, вздохнуть... Да что там... Даже отвести ошалевшего взгляда от сцены!       «И где он? Его ведь позвали?»       Роджер огляделся по сторонам, и от увиденного по телу пробежал озноб. Алый взгляд скользнул по массивному занавесу, обвёл узоры цепей на стенах и в конце концов оказался в одном из дальних углов. В том самом, от взгляда на который с лица Саржи сползла улыбка.       В глубине комнаты, сливаясь с обволакивающей темнотой, проглядывал мутный силуэт...       — Мсье, так ты француз! — голос Ашиля навалился на плечи Ро многотонным грузом. — Ну нет, тот отброс говорил с тобой не так... — Тяжёлые шаги несли ухмыляющегося ублюдка сквозь тьму. — Откуда же ко мне прибыла такая редкость? — Ашиль вплотную приблизился к крылану. — Ты не представляешь сколько лет я искал подходящее существо... — Пусть мерзавец ростом не доходил Роджеру и до плеча, один взгляд огромных карих глаз заставлял чувствовать себя жалкой букашкой, маленькой полёвкой у лап грозного тигра. — Как же долго я пытался угодить хозяину...       Крылан поморщился и отступил на полшага назад.       — И кто посмел дать тебе столь низкий ранг? Столь редкому товару! — Ашиль подобрал с пола тяжёлую цепь. — Выжечь бы мерзавцу глаза! Всё равно ничего не видит! — Он медленно, перебирая звено за звеном, подтягивал Ро к себе. — Ты почти и-де-а-лен. — Загорелое лицо исказилось в злобной насмешке. — Жаль, что не вышло сохранить твоего белобрысого собрата...       В тот момент весь мир рухнул. Роджер упал на колени, со звоном натягивая цепь, и почувствовал, как дикий крик, что так долго сидел где-то глубоко внутри, подступил к горлу. Всё тело накрыло приступом дрожи. Воздух внезапно стал пропадать.       — Андрей... — полилась родная речь вместе с едкими, словно кислота, слезами.       Ро поднял взгляд на Ашиля, и в груди испепеляющим пламенем вспыхнула звериная ярость. Крылан стиснул острые клыки и вскочил на ноги, раскинув небольшие перепончатые крылья в стороны.       — Ох, тише, тише, зверёныш... Спокойней... — небрежно отмахиваясь, смеялся ублюдок.       — Racaille!       Не успел Роджер сдвинуться с места, как в голове вновь прозвенел голос, но в этот раз не знакомый, чужой. Он звучал звонко и чётко, отчеканивая каждый слог, как золотую монету:       — Стоять! Жалкое животное!       Тело застыло как вкопанное. Конечности потяжелели, словно к ним приковали пару огромных камней. Этот звенящий в ушах голос был полной противоположностью нежного шёпота Саржи. Он беспощадно бил по барабанным перепонкам, насильно сковывая незримой цепью. Несмотря на всё это, разум оставался кристально чист.       «Сволочь! Отпусти! — вопил Ро про себя, не в силах открыть рта. — Скоты! Чёртовы ублюдки!»       — Мсье Ашиль, вы в норме? — зазвучала французская речь.       — Сеньёр... — Ублюдок почтительно поклонился. — Благодарю вас, но ничего бы не случилось. — Он улыбнулся всеми зубами. — У меня есть свой заклинатель.       — Тот слабак, что не может даже удержать зверьё, не бормоча себе под нос? Не смешите! — Он махнул рукой и залился низким бархатистым смехом. — Как бы он не лишил ваш товар воли, мсье. — Изящная кисть очертила в воздухе полукруг и застыла у груди. — Чтож, в таком случае разрешите откланяться. — Лёгкие неслышные шаги зазвучали за спиной крылана. — Замечу, ваши товары были лучшими в этом году.       — Gracias, Señor. — Вновь поклонился Ашиль.       Ро, до сих пор не освободившись от цепей злосчастной речи, метнул яростный взгляд на ублюдка.       — Какое везение, мсье. — Холодный взгляд плавно опустился на сверкающие гневом искры. — Как считаешь?       Роджер, чувствуя, как оковы слабеют, оскалился.       — Как мило, — хмыкнул Ашиль. — Но, боюсь, произошло недопонимание... Тот гад наглейшим образом сбежал, как только я заполучил его в свои руки. — Он поднялся на цыпочки и провёл ладонью во бледной щеке крылана, обводя схожие с сердцами веснушки. — Ты его знал? Он был тебе дорог?       «Сбежал? Вот так просто? Просто сбежал?.. — Из глаз вновь хлынули слёзы. — Слава Спасителям...»       — До-орог... — ехидно протянул Ашиль и щёлкнул Ро по носу. — Как бессовестно он тебя бросил, не считаешь?       Клыки стучали, желая выпустить ядовитые фразы в лицо ублюдка:       «Скотина! Заткнись! Заткнись!» — Закрой свой грязный рот, сукин ты сын!       Ашиль застыл, позволяя довольной гримасе медленно проявиться на угловатом лице:       — Готов поклясться, что ты меня обругал... Давай, повтори на французском, дабы я смог узнать насколько ужасен!       «Гадство...» — Холод пробежал по спине, заставив дрогнуть небольшие крылья. — Ладно, довольно игр. — В одно мгновение лицо ублюдка приняло прежнее самодовольное выражение. — Хозяин уже заждался свой подарок... А я заждался своей награды! Саржа!       Роджер вздрогнул и, к своему удивлению, заметил, как из темноты, скрипнув ржавыми дверными петлями, робко выплыл силуэт.       — Мосье Ашиль... Я здесь, мосье Ашиль...       — Отлично! Доложи хозяину, что его главный экспонат наконец прибыл!       — Да, мосье Ашиль... — Он скромно поклонился и вновь исчез во тьме, скрипнув дверью.       — А мы пока подготовимся, — сверкнул сладким предвкушением взгляд Ашиля, и ублюдок вновь натянул цепь.

***

      — Ну чтож... — Ашиль в насмешке скривил лицо. — Теперь, мсье, мне не стыдно подарить тебя хозяину.       Роджер отвёл отрешённый взгляд. Короткая стрижка, скромный, но аккуратный наряд, чем-то похожий на те, которые Ро носил дома, да пара потрёпанных сапог — вот и вся «подготовка».       — И куда пропал весь твой пыл? — усмехнулся ублюдок. — Неужто те ругательства — это всё, на что хватало твоего гнева? — Он взял своей смуглой рукой тонкое запястье крылана, и в тишине щёлкнул замок железного браслета. — Неужели мне настолько не повезло? — Второй щелчок, и руки Ро оказались тесно скованы короткой цепью.       «Ублюдок... — Роджер прикрыл глаза и сдвинул брови. — Ты хочешь, чтобы я разорвал тебя? Тогда сними это дрянное заклятье!»       — Мосье Ашиль... Хозяин ждёт, мосье Ашиль... — сквозь скрежет ржавых петель пробубнил Саржа.       — Отлично! Я сейчас же отправляюсь, а ты отведи этого безвольного негодяя. — Ашиль махнул подолом своего плаща и удалился в темноту.       «Если бы я мог шевелиться, то ты бы уже лежал в углу с прокусанной шеей!» — фыркнул Ро, бросив на ублюдка хищный взгляд.       — Да, мосье Ашиль... — прозвучал заученный ответ, перед тем как довольная ухмылка скрылась за дверью. — Старый ублюдок... — в пол голоса добавил Саржа, и его тяжёлые шаги зазвучали эхом в опустевшем зале.       «Что он сказал? — Роджер, и без того лишённый возможности говорить, окончательно потерял дар речи. — Он?!»       Из темноты показалось каменное лицо заклинателя. Он медленно подходил ближе, не направляя мутного взгляда на крылана. На его щеке красовалась свежая пощёчина. «Что случилось?» — немой вопрос застыл в глазах крылана.       Заклинатель подошёл почти вплотную и поднял взгляд, который затягивал на дно своего бледного зелёного болота.       — Зачем? — дрожащим голосом выдавил Саржа. — Зачем заговорил на французском?.. Не отвертишься... Теперь ведь не отвертишься...       Роджер открыл рот в попытках что-то сказать, но заклинатель прикрыл его ладонью:       — Молчи... Просто молчи... — Он убрал руку и заглянул в алые глаза. — Воды... Тебе давали воды?..       Крылан, до конца сомневаясь стоит ли отвечать, еле заметно покачал головой.       — Скоты... — протянул Саржа и плавным движением перевёл руку к поясу. — Не слушают... Никогда меня не слушают... — Он отцепил небольшую фляжку от ремня и, откупорив крышку, протянул её Роджеру.       Крылан медленно оглядел заклинателя, перевёл взгляд на фляжку и стиснул губы, не желая принимать столь подозрительный дар.       — Молодец... — улыбнулся Саржа. — Молодец... Хорошо... Но с моей всё хорошо... — Он отпил из фляжки, после чего вновь поднёс к губам Ро. — Хорошая... Она хорошая...       Крылан недоверчиво приоткрыл рот и почувствовал, как живительная влага смочила горло. Никогда ещё простая вода не была настолько вкусной...       — Не пей... Если кто-то даст, не пей, — твёрдо заключил Саржа, цепляя пустую фляжку обратно на ремень. — Понял?..       Роджер еле заметно кивнул.       — Прости… А теперь прости… Приказ… Таков приказ… — печально протянул заклинатель, и в голове крылана вновь прозвучал приятный нежный шёпот: — Идём…