Пять веков рабства

      Тьма укутала несчастных заключённых своей холодной шалью, а тётка-тишина завела неслышный монолог. Никто не решался прервать её. Никто не мог вставить слово.       Роджер изредка поднимал потухший взгляд и скользил им по тёмным углам, прислушивался к тяжёлому дыханию Саржи и вглядывался в смутный силуэт Аро. Бушующие в голове мысли поутихли, оставив после себя лишь пустоту — одинокую и тихо завывающую дурным ветром, как в тёмном зимнем лесу, где не ступала нога разумной твари.       Этажом выше всё ещё кто-то вскрикивал, но уже не так часто. Со временем голоса становились всё тише, звучали реже и где-то совсем далеко. В какой-то момент они начали звучать так редко, что каждый из них заставлял невольно вздрагивать.       Роджеру казалось, что это никогда не закончится, и он так и останется узником в этом мрачном и тихом безумии, постепенно сходя с ума. Но судьба оказалась милосердна — крылан услышал лёгкие пружинистые шаги где-то вдалеке. Сердце на миг замерло. Появилось неожиданное желание растянуть заключение подольше, но шаги спокойно и точно чеканили секунды, неся своего хозяина всё ближе к запертой двери.       Ро судорожно огляделся. Никто из его «сокамерников» даже не поднял головы, когда в замке повернулся ключ и дверь со скрипом распахнулась.       — ¡Santos salvadores! ¡Qué reunión, amigo mío! — прозвучал приятный бархатистый бас. Роджер не сразу узнал его обладателя, но всё мгновенно прояснилось, когда этот голос стальным звоном зазвучал в голове: — Встать! Негоже товару разговаривать с «элитой» лёжа!       Крылан не успел опомниться, а его тело уже поднялось с пола и выпрямилось по стойке смирно.       — Р-роджер! — прозвучал за спиной испуганный голос Саржи.       Ро хотел обернуться и ответить, но тело полностью перестало слушаться — крылан не мог даже лишний раз вздохнуть.       — От... пустите!.. его!.. — Голос заклинателя дрожал и обрывался, но звучал непривычно громко.       Роджер взглянул на вошедшего. В дверях стоял высокий смуглый мужчина с зачёсанными набок длинными чёрными волосами и смешной козлиной бородкой. Его глаза, похожие на пару мерцающих углей, одновременно притягивали к себе неким волшебным огнём и отталкивали испепеляющим отвращением ко всему живому. Но сейчас тот жар был направлен на кого-то конкретного... Взбешённый взгляд был устремлён на Саржу.       — Ох, — мужчина перешёл на французский, — мсье, как неожиданно! Неужели такая преданная шавка оказалась простой помойной крысой? Неблагодарный! Мсье Ашиль подарил тебе будущее, а ты растоптал его! Ты подвёл своего господина! Предал его! Какой позор!       — Ты называешь это будущим?! — взревел заклинатель — до этого Роджер слышал его голос таким лишь единожды: — Да лучше бы я сдох в тех трущобах! Вы хоть знаете, что творите?! Проклятые культисты! Живодёры! Считаете себя лучше других?! Думаете, вы имеете право распоряжаться чужими жизнями?! Да сгорю я в Аду, если это окажется правдой!       Роджер не мог поверить в то, что действительно оказался свидетелем этих взбешённых воплей. Культисты? Живодёры? Ро ещё никогда не слышал, чтобы кто-то так смело выражался прямо в глаза «элите».       — Сгоришь, мсье, обязательно сгоришь. — Мужчина довольно ухмыльнулся и, направившись к выходу, приказал крылану: — За мной!       Роджер не мог сопротивляться. Он слышал гневные хриплые восклицания Саржи, слышал, как в дальнем углу закопошился Аро, слышал грохот захлопнувшейся двери... Слышал, но не мог ничего сделать. Тело двигалось вперёд, словно марионетка в руках умелого кукловода.       «Нет! Оставь меня! — Роджер след в след шёл за мужчиной, изо всех сил стараясь освободиться от невидимых нитей. — Что, чёрт возьми, тебе от меня надо?! Почему снова ты?!»       — Как же мир тесен. — Эта фраза вогнала крылана в растерянность. — Возможно, мы будем видеться чаще, чем тебе бы того хотелось.       «Что?.. Что это значит? Он... хочет купить меня? Или станет моим надзирателем?..»       Пока Ро размышлял, не заметил, как оказался перед знакомой пошарпанной дверью — дверью в кабинет Казби.       — Стоять! — скомандовал мужчина и, одёрнув приталенный мундир, зашёл в кабинет, выпустив оттуда запах сырых залежавшихся бумаг.       «Какого чёрта? А этот сумасшедший ему зачем?» — Роджер прислушался, в надежде разобрать хоть что-то, но за дверью было тихо — ни голосов, ни пружинистых шагов, ни шуршания бумаг.       Лишь спустя пару минут еле слышный шорох, похожий на боязливые попытки кролика выглянуть из норы, прорвался сквозь вязкое болото тишины.       — D'accordo! — ударил по ушам чересчур радостный возглас. — Я рад, что мы смогли понять друг друга, amigo mío!       — Мсье Эзио, вы просто не представляете насколько меня выручили. — Натянутая улыбка показалась из-за двери.       Роджер попытался поморщиться, наблюдая, как двое мужчин выскользнули из кабинета. Оказалось, что за время, которое крылан провёл взаперти, Казби успел привести себя в порядок. В этом статном, элегантном мужчине с трудом можно было разглядеть того сумасшедшего ублюдка, устроившего на Роджера охоту под проливным дождём. Второй же — Эзио — ничем не уступал. Как раз наоборот, на фоне управляющего он выглядел ещё более вычурным.       — Ну чтож, тогда я немедленно отвезу ваш подарок сеньорите Нерезе. Она будет вне себя от радости! — Он отвесил учтивый поклон и, хищно взглянув на Ро, зашагал по коридору. В голове крылана прозвучало уже знакомое: — За мной!

***

      Не стоит говорить о той панике, что царила в мыслях и душе несчастного, идущего за своим кукловодом. Это чувство невозможно описать или понять тому, кто не ощущал чего-то подобного. Чувство, когда ты полностью теряешь контроль над своей жизнью, когда ты не можешь сделать лишнего шага или сказать слова, когда ты просто плывёшь по течению в полном неведении. Захлестнёт тебя волной горя или вынесет на тёплый берег? Утонешь ли ты в своём страхе или выплывешь несмотря ни на что?       А что бы сделали вы? Как поступили, если бы великая Судьба подкинула такой «подарок»? Сколько бы вы протянули? Ведь ничего нельзя знать наверняка... Куда вынесет упрямое течение? Когда начнётся очередной шторм? Когда роковой водоворот утащит на самое дно?..

***

      Из транса Роджера вывел оглушительный выстрел. Он пронёсся по коридору, словно цунами, унося с собой все раздумья. Сердце замерло в груди, по телу пробежал озноб... В душе что-то протяжно завыло, пробуждая задремавшую память. Роджер вновь вспомнил ту роковую ночь — ночь, когда пало одно из древнейших семейств крыланов... Его семейство...       Прозвучавший выстрел эхом раздавался в голове, напоминая о трусливом бегстве. От этих мыслей на душе стало невыносимо гадко. Роджер чувствовал, как по его венам растекалась жгучая ярость. Он был готов прикончить Эзио на месте и броситься навстречу выстрелу, но лишь бледные, искусанные в кровь губы слегка подрагивали в попытках обнажить клыки.       А ноги тем временем уносили крылана всё дальше, и тихое эхо уже не звучало. Разум постепенно начал наполняться новыми, уже более мрачными, мыслями... В кого стреляли? Кто стрелял? Попал ли неизвестный в свою цель? Роджер не мог даже предположить. Любые попытки это сделать приводили к одной единственной мысли: «А что, если стреляли в Саржу?»       Крылан обводил коридоры туманным взглядом, стараясь забыться и просто не думать ни о чём, но всё вокруг заставляло вновь возвращаться в жестокую реальность: одинаковые портреты ещё совсем молодого «хозяина» смотрели равнодушным, почти мёртвым взглядом, скрипящие половицы напоминали время, когда Веррат ходила следом и, будто специально, наступала на них... И где же сейчас была эта похотливая дама?       Роджер шёл за своим кукловодом, всё яснее понимая, куда он держит свой путь. Эти узкие давящие коридоры вели прямиком к тому месту, на которое так долго Ро мог лишь молча смотреть — к выходу из ненавистного поместья.       Крылан мысленно сжал кулаки. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь желание броситься вглубь поместья — навстречу выстрелу — окажется сильнее старой ненасытной жажды свободы? Роджер был не в силах понять своих чувств. Это всё ещё казалось ему бредом, но он ничего не мог с собой поделать. Каждый шаг, приближающий к выходу, дополнял отсчёт... Отсчёт до полной неизвестности.       Вот уже и поворот, ведущий к выходу. Сердце заколотилось с немыслимой скоростью, готовое лопнуть в любой момент. Вокруг было подозрительно тихо. Только бешеное биение сердца и лёгкие пружинистые шаги...       «Все уже разошлись? Но я не мог быть в том подвале настолько долго! — Роджер попытался успокоиться, но как только в поле его зрения попало распахнутое окно, внутри что-то перевернулось. — Нет! Быть этого не может!»       Впервые в жизни алые лучи уходящего солнца вызвали у Ро не восхищение, а дикий страх. Крылан внезапно понял, что весь день провёл в том ужасном трансе. И, кто знает, смог бы он вырваться из него если бы не Саржа и... Патрик?.. Даже спустя столько времени звонкий голосок младшего брата не забылся. Или это только казалось?       Роджер не мог этого объяснить, но ему хотелось верить, что любимый маленький братишка помогает ему даже после смерти. Наивно? Возможно, но когда весь мир против тебя, любой, даже самый тусклый, огонёк света может подарить веру в лучшее.       Роджер мысленно вздохнул и отвёл взгляд подальше от угнетающих лучей. Вместо них перед глазами встали двери выхода. А ведь ещё утром Роджер проходил через них с почти полной уверенностью в успехе. И вот он снова здесь. И вновь он делал шаг за пределы поместья.       Где-то совсем рядом заржала лошадь, наверное, одна из тех красавиц, что стояли в конюшне. Да... Вероятно, она увидела знакомое лицо и решила поприветствовать друга. Роджер не разделял этой радости. Сейчас ему определённо было не до этого.       — Садись! — Настойчивый голос Эзио врезался в виски. — Живее!       Роджер не успел понять приказа, но его тело быстрым шагом уже направилось к цели: отливающий серебром экипаж с синими бархатными сидениями, в который была запряжена та самая серебристая кобыла.       «Хозяин этого чуда сама оригинальность!» — Ро фыркнул про себя и огляделся, насколько это было возможно.       Эзио натянул улыбку, поймав раздражённый взгляд своей марионетки:       — Можешь двигаться, но если встанешь, я в ту же секунду заставлю тебя удушиться собственными руками.       После этой фразы тело крылана расслабилось, но желания пуститься в бегство не пришло. Кто знает, может то была не пустая угроза. Рисковать было слишком глупо, по крайней мере Роджеру так казалось.       Эзио запрыгнул в экипаж следом и сел напротив. Противная самодовольная ухмылка ещё шире расползлась по его лицу. Роджер чувствовал всё ликование нового ублюдка, так неожиданно настигшего его. Один только взгляд горящих в предвкушении глаз выводил из себя.       — Andiamo! — с волнением воскликнул Эзио. — Voglio arrivare alla tenuta più velocemente! Señorita Nereza sarà deliziata!       Возничий что-то небрежно буркнул мужчине в ответ, и экипаж тронулся. Роджер, в силу незнания языка, лишь поморщился и отвёл взгляд. Как оказалось, тело всё ещё не до конца слушалось его, но по крайней мере теперь он мог отвернуться. Впрочем, он пожалел об этом почти сразу.       Когда экипаж уже выезжал с территории, Роджер увидел, как пара крепких мужчин тащили что-то из поместья. Из любопытства Ро начал приглядываться и заметил то, что шальной пулей добило скулящее сердце.       Мужчины небрежно, словно мешок с овощами, тащили бездыханное тело... Тело того, кто жил лишь ради спасения чужих жизней. Того, кто, несмотря на риски, сотни раз пытался вызволить из этого проклятого места совершенно незнакомых ему существ. Того, кто помог сбежать Андрею, и кто пожертвовал жизнью ради попытки побега Роджера... Тело Саржи...       Весь мир застыл. Перед глазами встал образ молчаливого молодого парня с печальными, пропитанными болью сотен существ глазами, которые своим тёплым изумрудным светом вывели из тьмы. Образ изгоя, готового в любой момент прийти на помощь.       Роджер схватился за волосы и, уткнувшись лбом в колени, почувствовал, как из глубины души вырвался отчаянный крик. Крылан чувствовал, как болело горло, и как по щекам бурными реками текли обжигающие слёзы, но не слышал ничего. Ни ржания испуганной лошади, ни рёва Эзио, пытавшегося подчинить его своей воле. Даже собственный протяжный вой не долетал до чутких ушей. Весь мир погас. Последнее родное существо исчезло из жизни крылана...

***

      Кто знает сколько прошло времени перед тем, как Роджер наконец пришёл в себя. Когда он поднял взгляд, была уже глубокая ночь. Эзио дремал напротив, без остановки бормоча что-то себе под нос. Экипаж неспеша ехал по земляной дороге под тихое фырканье лошади.       «Это мой шанс!» — промелькнуло в голове.       Роджер бросился к двери и... И ничего... Как только крылан поднялся с сиденья, тело онемело и рухнуло обратно на прежнее место.       «Сволочь! Как ты можешь управлять мной во сне?! Это невозможно! Ты ведь даже ничего не сказал!»       Десятки бранных фраз посыпались на спящего ублюдка. Роджер не помнил, чтобы когда-либо кого-то так бранил. В голове даже вспыхнула мысль, что Присцилла за эти слова дала бы пощёчину, и не важно, что они были посланы не ей. Эта дама никогда не любила брань. Даже когда она сама ругалась, придумывала не обидные, а даже в какой-то степени ласковые прозвища и выражения.

***

      Время, проведённое в пути, тянулось невыносимо долго. Роджер не мог ни спать, ни думать. Он просто лежал, не в силах даже пошевелиться, и смотрел на проплывающие мимо поля и лесочки. Местная природа не вызывала никаких эмоций. Это казалось Роджеру странным, но он не мог ничего сделать. Ему было абсолютно всё равно.

***

      К утру экипаж наконец добрался до места. Роджер понял это далеко не сразу, ведь за всё время поездки видел немало садов, а ворота каким-то образом не заметил — возможно, он всё же задремал. Эзио же, напротив, к этому времени уже пребывал в неописуемом волнении. Он то и дело высовывался в окно, дабы посмотреть далеко ли ещё ехать. И в один из таких разов он воскликнул что-то на своём языке и хлопнул ладонью в стену, за которой сидел возничий.       Экипаж ускорился, и крылан наконец заметил причудливые кусты, цветущие определённо не по сезону. На дворе стояла середина осени, а буйство красок было невообразимо велико. Впрочем, Роджер лишь мельком оглядел всё то великолепие и равнодушно фыркнул, переведя взгляд на метающегося от окна к окну Эзио, который продолжал что-то взволнованно выкрикивать.       И вот экипаж остановился. Лошадь устало заржала и стукнула копытом о землю. Заклинатель вновь что-то выкрикнул, но в этот раз выскочил наружу.       — За мной! — прозвучало в голове крылана.       Тело напряглось и подняло своего владельца с сиденья, окаменевшие ноги шагнули за пределы экипажа, и Роджер наконец увидел белокаменное здание, чем-то напоминающее крошечный замок с множеством башенок и балкончиков.       — Эзио! — прозвенел тонкий девичий голосок с одного из усыпанных цветами балконов.       Роджер с трудом смог поднять взгляд настолько высоко, чтоб увидеть обладательницу столь прекрасного голоса: на одной из многочисленных башенок, оперевшись на украшенные цветами перила, стояла бледная девушка с чёрными, как смоль, локонами. Роджер не мог разглядеть её лица, но издали ему показалось, что девушка до безумия похожа на Валю — самую младшую из его сестёр. Сердце ёкнуло. Крылан зажмурился и набрал в лёгкие побольше воздуха. В горле вновь встал огромный ком.       Тем временем барышня о чём-то оживлённо беседовала с Эзио. Её голос звучал журчанием кристально чистого родника. Он успокаивал и казался настолько знакомым... родным... что Роджер не мог отделаться от сравнения с Валей.       — За мной! — вновь прозвучало в голове, и Роджер направился следом за заклинателем.       Эзио провёл крылана через цветущий сад прямиком ко входу в замок. Небольшие, по сравнению с масштабами «замка», двери распахнулись, и девушка, не так давно стоявшая на балкончике, встретила прибывших тёплым взглядом горящих янтарём глаз.       — Я рада вас приветствовать! — защебетала девушка на французском, сияя улыбкой. — Эзио, что заставило вас вернуться так рано? — она говорила с заклинателем, но её сверкающие глазки уже крепко вцепились в лицо крылана. — Вы ведь уезжали с матушкой... Она не с вами?       — Простите, что застал врасплох сень... мадмуазель Нереза. — Эзио учтиво поклонился. — Мадам прибудет через пару дней... Я очень спешил передать вам подарок! — Он сделал шаг в сторону, открывая Роджера любопытному девичьему взору.       Сердце Ро вновь поймало бешеный ритм. По-детски наивный взгляд молодой девушки скользил по исхудавшему лицу, вглядывался в алые глаза, застывал на веснушках-сердечках. Такой тёплый. Полный жизни и любви к ней. Взгляд невинной маленькой души, ещё не успевшей окунуться в грязь окружающего её мира.       Роджер нервно сглотнул и отвёл стеклянные глаза. Неужели ему повезло? Может эта малышка сжалится над несчастным рабом? Сотни мыслей вновь закружились в голове январской вьюгой. Говорят, на войне все средства хороши. Можно ли было сказать так в данной ситуации? Впрочем, это не столь важно. Главное, что надежда на побег не угасла.       — Какой он милый, — шепнула Нереза и, встав на цыпочки, легонько дотронулась до шеи крылана.       — Мадмуазель...       — Ни слова больше! Проходите! — засуетилась девушка. — Ах! Нужно будет привести его в порядок! Нет, нет! Сначала пусть отдохнёт! — Она мельком взглянула на перепачканные одежды Ро и замотала головой: — Всё же стоит привести его в порядок. Нельзя, чтобы он разгуливал в таком виде!       — Доверьте это мне, — поклонился Эзио. — Приношу свои глубочайшие извинения за то, что не подумал об этом раньше.       — Не стоит, — хихикнула Нереза. — Вверяю это дело вам! Можете захватить с собой пару слуг, если так угодно.       — Благодарю, мадмуазель...