Свобода, похожая на смерть

Аарон Хилл припарковал свой байк у четырехэтажного заброшенного здания. Сара слезла с железного коня, задрав голову, вглядывалась в темные проемы окон: — Что здесь раньше было? Хилл напряг память: — В тот год… кажется музыкальная школа или что-то вроде того. Блондинка кивнула своим каким-то мыслям и продолжала будто под гипнозом смотреть на здание. И только сейчас Хилл понял, она всматривается не в заброшенное строение, Сара смотрит куда-то вглубь себя. Ее голубые глаза заволокла дымка воспоминаний. И судя по складке между бровей — не самых приятных. — Ты в порядке? — спросил Хилл, следя за девушкой. Сара моргнула, натянула улыбку, сменила тему: — Так, куда ты меня привез? Он задумался, а можно ли дать этому общее название? — Ну… — усмехнулся мужчина — Я и сам до конца не понял… О’Нил видя его неловкость, не смогла сдержать смеха и задала следующий вопрос: — Хорошо, зачем ты меня сюда привез? — делая акцент на слове зачем, приподнимая брови, спросила девушка. Хилл покрутил головой и заметив небольшую неоновую вывеску, кивнул: — Вишня позвал. — Нас двоих? — блондинка сложила руки на груди, показывая своим видом — недовольство. Аарон закатил глаза, взял ее за руку и буквально потащил за собой, Сара сопротивлялась только для вида. — Тебе когда-то говорили, что у тебя дурной характер? Просто невыносимый! А сколько мы знакомы? Два дня? — говоря это, он периодически оборачивался на спутницу, следя за ее реакцией. Та была явно рада, играя на его нервах. Аарон продолжил: — Я приехал за тобой, разве этого недостаточно? Мужчина остановился и притянул девушку к себе. У них была значительная разница в росте, Саре, что бы поддерживать зрительный контакт, пришлось задрать голову. Он тонул в ее голубых омутах, она терялась в его темной бездне. Два дня, большой ли это срок, что может выйти из этого мимолетного знакомства и мимолетное ли оно? Сара, опустила голову, глухо произнесла: — Мне важно знать, что для тебя все это не на одну ночь… Аарон прикоснулся к ее подбородку, снова обращая взгляд девушки на себя: — Я не буду обещать тебе вечной любви и смерти в один день. В моей жизни было много, очень много пустых и однообразных серых дней. И меня давно не интересует связь на одну ночь. На лице девушки тут же расцвела улыбка, она встала на носочки и прижалась к его губам своими, даря жаркий поцелуй: — Исчерпывающий ответ, — мурлыкала блондинка между поцелуями. Парочка подошла к ступенькам, ведущим вниз к массивной двери, и через мгновение они оказались в помещении. Аарон, оглядываясь, удивленно присвистнул: — Не может быть! — В чем дело? — тут же отозвалась Сара. Хилл не ответил ей, он во все глаза разглядывал то, что Вишня небрежно назвал «зал игровых автоматов», это было настоящее казино. Не смотря на подвальное помещение, в зале было много света и пространства. Стены были выкрашены в нежно-бежевый цвет, на них находились светильники в виде подсвечников, которые теплым светом озаряли все вокруг. Пол был устелен темным паркетом. На первый взгляд игровые автоматы были новыми и притягивали взгляд. Так же был стол для покера, рулетка и бильярд. Черные кожаные диваны и маленькие кофейные столики того же цвета. И конечно же — бар с барной стойкой и огромным количеством бутылок, которые тесно стояли на стеклянных полках, переливаясь всеми оттенками. В зале находилось чуть больше десяти человек, кто-то играл в бильярд, кто-то негромко переговаривался, на Хилла и его спутницу ровным счетом никто не обратил внимания. У Аарона перехватило дух, он словно ребенок в Диснейленде. Даже в самые спокойные дни за решёткой, он не мог мечтать, что когда-то вновь окажется в подобном месте. И все это будет принадлежать его другу. Хилла распирали восторг и гордость за Вишню. — Эй, парни, он пришел! — раздалось откуда-то из глубины зала и все разговоры тут же смолкли. Все головы смотрели в сторону вошедших. — Это что байкеры? — шепотом, боязно спросила Сара, прячась за спиной Аарона. — Нет, это Черные Драконы. — на выдохе ответил Хилл, не в силах сдержать улыбки. Приветствия, восклицания, и все, кто находились в казино, двинулись в их сторону. Аарона обнимали, жали руки, хлопали по плечам, кто-то даже пытался поднять его на руки. Он смеялся, и пытался соотнести все эти лица с давно забытыми именами. — Хилл. Хилл. Хилл. — скандировали собравшиеся. Вишня вышел из толпы и привлек к себе внимание, в его руках была черная сумка: — Ну что? Черные Драконы вновь обрели своего лидера? Ответом ему послужили басистый гомон и громкое «ура». — Я, как правая рука… — начал Вишня. — И левая нога, — хохмил Тернер, за что получил предупредительный толчок под ребра. — Я, как правая рука лидера банды, имел честь… — И все что движется! Толпа драконов опять взорвалась хохотом, Майкл не унимался, но в этот раз Вишня отвесил ему поклон и продолжил: — Короче, все эти ебаные долгие годы, я хранил эту вещь, — он достал из сумки черную кожаную куртку. Ту самую. С золотым драконом во всю спину. Символ власти, символ лидерства. В те времена, для этих людей она была чем-то вроде ключей от города. Аарону она досталась по праву. Он смог сломить прежнего лидера и доказать всем членам банды, что именно он достоин этого статуса. Хилл считал ее слишком вычурной, надевал ее буквально пару раз, все остальное время — она висела в шкафу его квартиры. Тут же в голове возник вопрос: Вишня сохранил куртку? Как? Ведь квартиру громили? — Историческая хуйня! — выкрикнул Бурый и банда снова поддержала его. — Ну что Хилл? Станешь нашим лидером еще раз? — спросил Джек, уже немолодой член банды. Аарон усмехнулся: — Я словно стою у алтаря… — он прикрыл веки и на выдохе произнес, — Предложение, от которого я бы прежде не отказался, но сейчас… — и следующее предложение звучало горько и отчаянно, — Я на условно-досрочном, а это… Вишня не дал ему договорить, подойдя к Аарону, он положил ему руку на плечо и крепко сжал: — Мы понимаем, просто прими эту куртку в знак нашего уважения. И под аплодисменты, свист и поддерживающие выкрикивания, Хилл скинул свою куртку и принял из рук верного дракона — другую. — До чего хорош, — нежно смотря на Хилла, промурлыкала Сара. Тот, не стесняясь толпы, притянул блондинку к себе, обнимая за талию. — Спасибо, для меня это очень важно! Спасибо, что сегодня вы здесь. — А это звучит как тост! — крикнул Вишня. — Все к столу! — командовал Майкл. Толпа двинулась за ним. Сара осталась стоять на месте. Аарон заметил: — Что опять? — закатил глаза Хилл. Блондинка пожала плечами, оставив вопрос без ответа, внимательно следила за драконами. — Ты в безопасности рядом со мной, тебе нечего бояться, — вкрадчиво произнёс Хилл. — Да, я знаю, но. это ваша ночь, вы много лет не виделись, — бормотала Сара, кажется впервые за их короткое знакомство, она не пыталась капризничать и показывать свой крутой нрав. Хилл оценил это: — Я хочу, что бы ты была тут, — просто ответил мужчина и повел ее к столу, где все уже ждали их. Аарон смотрел на все блюда и закуски на столе, их было много. Слишком: — Скажи мне, что Рейчел не готовила на этот стол? — обратился он шепотом к Майклу, стоящему рядом. — Нет, заказывали в кафе. Хилл облегченно прикрыл глаза, еще не хватало, что бы миссис Тернер тратила силы на готовку для драконов. — Сара, что будешь пить? — обратился Тернер к единственной девушке в баре. — Сок, — без раздумий ответила она. — Мама морс сварила, будешь? — Буду! — Все таки готовила! Одновременно произнесли Сара и Аарон. Тернер лишь развел руками: — Ты же ее знаешь… Майкл принес из-за барной стойки прозрачный стеклянный графин с темно-малиновым напитком и высокий стакан. Сара сделала глоток и прикрыла глаза от удовольствия: — Нереально вкусно! Через пару минут, когда бокалы были наполнены, Вишня громко спросил: — Ну что, старик, толкнешь речь в своем стиле? — он слегка ударил друга в плечо. Тот усмехнулся, пылкие, мотивирующие речи не были его коньком, и в камере он часто жалел, что не говорил нужным людям — нужных слов: — Что ж, драконы своих не бросают, и вы это мне доказали. За Вас! — За Аарона! — За Хилла! — За Босса! Звон стаканов, бокалов и каждый сделал по глотку своего напитка. Они наперебой разговаривали, смеялись, вспоминали прошлое, драконы рассказывали о своей судьбе, и о судьбе тех, кто больше не с ними. Аарон слушал это все с тоской в сердце, так много было упущено, много дней, событий. Есть ли хоть малейший шанс наверстать упущенное? Ход его мыслей прервали. — Эй, босс, а что пьет твоя спутница? — спросил Том, последний из тех, кто примкнул к драконам. Хилл дал возможность ответить Саре самой: — Морс, который приготовила миссис Тернер, — она очень нагло смотрела Тому в глаза. — Слушай, у меня тут есть кое-что поинтересней, хочешь попробовать? Аарон видел и слышал двусмысленность всего происходящего, но на этом этапе решил не вмешиваться. — Ну, удиви меня, — так же дерзко ответила блондинка, при этом чувствуя себя в безопасности, она верила словам Аарона. Ее не обидят. Толпа в очередной раз поддержала это все — улюлюканьем, Том ушел к бару и вернулся оттуда с бутылкой наполненной темной и мутной жидкостью. Майкл тут же поставил чистый стакан перед девушкой. Перед тем, как отпить, Сара понюхала содержимое стакана и сделав два маленьких глотка, заключила: — Полная хрень! — Что? — сокрушался Том. Драконы смеялись. — Ты просто ни черта не понимаешь в напитках собственного производства! — негодовал он. — Научи его. — просто, но достаточно властно произнес Хилл. — Что? — в ужасе спросила Сара. Аарон обратился ко всем собравшимся, именно эта его манера была знакома драконам. Если босс произносит слова медленно, вкрадчиво — значит всё выполнится беспрекословно: — Сара профессиональный бармен и ей есть, что вам показать. — Я тебя убью! — возмущённо шептала девушка, толкая его бедром. — Пусть не у кого из здесь собравшихся, не будет сомнений, что ты лучшая! — он склонился, чтобы оставить поцелуй на ее виске и шепотом произнес, что-бы слышно было только ей, — Скажи спасибо, что я не рассказал о том, как классно ты раздеваешься у пилона. О’Нил толкнула его в грудь и гордо задрав голову, пошла к барной стойке, кто-то из драконов следовал за ними, кто-то вышел на перекур. Вишня спросил у Аарона: — Бильярд? Хилл кивнул, и они направились к столу. — Быстро ты обзавелся подружкой, — произнес Вишня, натирая кий мелом. — Да как-то само вышло, — ответил Аарон, смотря, как Сара в компании драконов, под их смех и громкие разговоры, орудовала с ингредиентами. — Что знаешь о ней? Вишня, не отрывая взгляда от черного шара на столе, начал: — Сара О’Нил, двадцать два года. Приехала в Сентфор полтора года назад. Чуть больше года живет в квартире Итана, оплачивает во время, жалоб от соседей нет, мужиков в дом не таскает. — Откуда знаешь? — недоверчиво спросил Аарон, отправляя шар в лузу. Вишня скривил лицо: — У Итана соседка хуже любого коменданта в студенческом общежитии, всегда знает, кто, куда и зачем, пошел и пришел. Сара даже знакомых девушек домой не приглашает. Сам понимаешь, Сентфор город маленький, будь у нее дурной шлейф — местные бы знали. — Просто стриптизёрша, — буркнул Аарон. Он никогда не позволял себе фантазировать на этот счет. Какую бы девушку он хотел видеть рядом, когда освободится. И даже проведя ночь в дороге домой, не думал об этом. Сара, как первый весенний цветок, появилась в его жизни как что-то само собой разумеющееся. И пока его все устраивало. Ее непростой характер, ее любознательность, но ее работа… есть ли еще там что-то, кроме танцев? Вишня хохотнул: — Об этом мало кто знает, — и уже серьёзно добавил — Об этом, кстати, тоже. — Ты о чем? — спрашивал Аарон холодно, безапелляционно Вишня крепко задумался, да, Хилл его друг, он за ним и в огонь и в воду, но есть тайны, которые ему не принадлежат. Он чертыхнулся: — У всех есть прошлое, так? И у меня и у тебя, оно так себе… — Допустим, ты к чему клонишь? –насторожился Хилл, сужая темные глаза. Вишня задумался, взвешивая все «за» и «против». Зная Аарона достаточно давно, зная все его пунктики и принципиальность, решил озвучить: — О’Нил бывшая наркоманка. В этот момент Хилл бил по мячу, но после услышанного, сила его удара стала настолько мощной, что мяч вылетел за пределы стола. Грудь Аарона высоко поднималась от дыхания, его взгляд стал тяжелым. Он в упор смотрел на Вишню, молча ожидая продолжения. — Она состоит на учете у местного нарколога, посещает встречи. Об этом знаем только мы с Итаном. У него была интрижка, не то с медсестрой, не то с ассистенткой этого доктора. Она и проболталась, когда брат рассказал кому сдает квартиру. Хилл отвернулся от стола и в упор смотрел на блондинку, которая делала уже третий коктейль, под внимательные взгляды драконов. Она смогла их заинтересовать не только милым личиком, но и своим талантом. Почувствовав его взгляд, Сара оторвалась от коктейля и приветливо помахала пальчиками, Аарон лишь поднял уголок губ. — Не руби с плеча, — попросил Вишня, — Всем нужен второй шанс. — Посмотрим. — безразлично бросил Хилл и пошел курить на улицу. Черная и тягучая словно мазута злость растекалась в его душе. Ему хотелось крушить, ломать, рвать. Одно из его правил: не допускать в свое окружение наркоманов. Хилл убежден — бывших не бывает. Мысли в голове гудели и жужжали, жалили не давая трезво смотреть на ситуацию. Бросить бы эту девчонку тут и на пушечный выстрел не подпускать к себе. Или вернуться и как следует узнать у нее, о чем она думала, в свои то годы, пробуя эту дрянь. Но черт возьми, он то тоже не лучше, не из-за «обычной» жизни он оказался там, где оказался. — А вот ты где! — Сара вышла из казино и переполненная самыми светлыми чувствами подлетела к Аарону. — Фух, я как будто еще одну смену отработала, — улыбалась блондинка, — Кто мне ее оплатит? — Вишня, — просто бросил Хилл, — Я домой, ты со мной? Девушка чувствовала неуловимую перемену в его настроении и чуть опешив спросила: — Что-то случилось? — Нет. Хочу хотя бы эту ночь провести дома, — взяв себя в руки ответил он и направился к байку. Хорошо, а парни? — идя за ним спросила Сара. — У них сегодня праздник, пусть веселятся.

***

Настенный бра тускло освещал комнату. Аарон курил в кресле, не сводя глаз со спящей девушки. Было уже около 8 утра, а он так и не сомкнул глаз. Они приехали домой, Сара по хозяйски достала из его шкафа рубашку и отправилась в душ, предусмотрительно попросив не беспокоить ее. Хилл выполнил просьбу, и уже когда сам вышел из душа, обнаружил Сару крепко спящей в его постели. Так он и просидел возле девушки почти 4 часа, не находя ответов. Сара начала переворачиваться во сне, подминая одеяло под себя и закинув на него ногу, тем самым оголив бедро. Рукава на рубашке были закатаны, Аарон встал с кресла и внимательно рассмотрел сгибы ее локтей. На них были видны небольшие шрамы от постоянных инъекций. Хилл сглотнул колючий ком в горле и потянул вверх подол импровизированной сорочки, на внутренней стороне бедра тоже были следы. Он зажмурил глаза, ему больно, оттого что он видит. Всем этим отметинам — нет места на юном теле. — Твою мать, Сара, что же ты с собой делала? — шепотом, чуть ли не скуля, спрашивал мужчина пустоту. Ему нужно было на воздух, он собрал вещи, прикрыл за собой дверь и отправился на просыпающиеся улицы. Аарон съездил до заправки, залил полный бак, потом заехал в магазин и купил все на что падал глаз. Хотя еды дома было достаточно. Набив два пакета продуктами, вернулся в квартиру. Сара все еще спала. Решение в его голове так и не возникло. И он решил начать с самого простого — правды. Уж если она совала свой нос и ходила за ним по пятам, пусть будет готова к встречному допросу. Блондинка проснулась через полчаса, зевая она пришла на кухню, где Аарон пил кофе, так и не удосужившись разобрать пакеты. — Доброе утро! — потягиваясь протянула девушка. — Доброе, — кивнул мужчина, решив использовать мягкую «технику допроса». — Хочешь я приготовлю завтрак? — Сара заглянула в пакеты. — Хочу. — А что хочешь? Сонный вид добавлял ей очарования и невинности. Хилл боролся с самим собой: начать этот разговор или оставить все как есть? Раскроется ли она ему хоть когда-то? — Правды. — спокойно и уверенно произнес мужчина и в упор посмотрел на ее руки, точнее на отметины на них. Сара сразу же растеряла остатки сна и быстро опустила рукава рубашки: — Все в прошлом, поверь мне! Он мотнул головой: — Неубедительно. О’Нил начала глубоко дышать, ее голубые глаза метались по кухне в поисках зацепки. Слезть с темы, сменить разговор… Что угодно, вот только как, если тебя чуть ли не лицом ткнули в твое прошлое? — Ты хотела правды от меня, ты ее получила, будь добра, отплати мне той же монетой. А если нет, дверь знаешь где. Аарон говорил ровно, спокойно, уверенно, хотя все его нутро кипело, ему хотелось подойти к ней, взять за плечи, как следует встряхнуть девчонку и спросить у нее, не говорили ли ей родители, что наркотики это очень плохо. Сара кивнула и жуя губы спросила: — Можно мне умыться? — получив кивок от Хилла, скрылась в ванной комнате. Ее небыло минут двадцать, Аарон уже решил, что она просочилась в канализационную трубу или еще что похуже… Сара же, все это время под журчание воды, глотала слезы, собирала все мысли в одну кучу и за одно и свою душу. Эту историю в полной мере, она не рассказывала даже на собраниях группы. Блондинка вышла, закатав рукава и собрав волосы в хвост, села напротив и начала рассматривать лак на ногтях: — Правда — это сложно. Хилл не торопил. В полной тишине они просидели десять минут. Девушка кивнула, встав из-за стола и начала доставать продукты из пакетов, от части чтобы унять нервозность, от части что бы не смотреть на мужчину и не видеть его реакции. Сара набрала в легкие побольше воздуха и начала рассказ, который прежде никто не слышал, ей придется заново все это пережить. И рассказать это кому-либо еще она не сможет. — В день нашей первой встречи, ты спросил, откуда я, помнишь? — Да, Вайоминг, — не напрягая память ответил Хилл. Она кивнула. — Короче, мои родители очень влиятельные люди в городе и за его пределами. У отца своя фабрика по изготовлению алкоголя, мама владеет сетью продуктовых магазинов. Фамилия О’Нил имеет очень большой вес. Очень. — Сара перевела дыхание и продолжила, при этом начала готовить сэндвич. — Я родилась с золотой ложкой во рту. У меня всегда были лучшие платья, куклы, подарки, был даже пони, — она горько усмехнулась. Аарон видит, как тяжело ей дается эта исповедь и не перебивает. — Я жила с ощущением полной вседозволенности, брала самое красивое яблоко, откусывала один раз и тут же выбрасывала. Всех моих нянь, репетиторов, тренеров и учителей увольняли по одному щелчку моих пальцев. Блондинка подошла к кухонному гарнитуру и щелкнула кнопкой на чайнике, достала все необходимое для утреннего кофе. — Родителям я была не интересна, у них у каждого давно была своя жизнь. Брак, семья, ребенок — были всего лишь формальностью. Все ее действия шли вразрез с ее словами. Говорила она отрывисто, отрешенно, готовила — аккуратно, скрупулезно. Сара поставила перед Аароном тарелку с сэндвичем и кружку с кофе, и сама сделав глоток из кружки с трактором и впервые посмотрев Хиллу в глаза, сказала: — Ешь, разговор долгий, — сама подошла к окну, открыла его и закурила. Хилл отправил в рот кусочек и продолжил внимательно слушать. — Если услышав все это, ты думаешь, что я была ужасным ребенком, ты ошибаешься. Я была просто чудовищным подростком. В ее словах звучит горечь, отчаяние, злость, обида. Аарон запретил себе подходить к ней, хотя очень хотелось обнять эту девушку, что бы ее внутренний ребенок понял — ее слышат и понимают. — В шестнадцать — улетные вечеринки и первый алкоголь, в семнадцать — первый косяк, в восемнадцать я плотно сидела на хмуром. Так плотно, что за дозу была готова отдаться прям в эту же секунду. Говорю и самой от себя тошно! — зло бросила Сара, из голубых глаз брызнули слезы. Хилл прикрыл глаза, каждое слово этой хрупкой девочки, разбивало ему сердце и выжигало душу словно кислотой. Его юность тоже не была сладкой. Улица — плохой учитель. Но он мужчина и все события его жизни толкали Аарона к краю, на котором он и оказался. У Сары же все могло быть по другому. — Родители не замечали или не хотели замечать, — чуть сиплым голосом продолжила Сара, — Мой друг… хотя какой он мне друг… — опять горькая усмешка, — Тим, он подсадил меня, в очередной из наших загулов, денег не было, а доза была очень сильно нужна, он… он убил девушку, прямо на моих глазах… Правда, что таилась в ней — прозвучала. Громко, шокирующе. Блондинка рухнула на пол в истерике, рыдая в голос и хватаясь за голову. Это уже было выше сил Хилла и он сел рядом с Сарой, прижимая к себе, нежно гладя по спине, голове, плечам, что-то не разборчиво бормоча, стараясь успокоить. Когда истерика утихла, Аарон увел ее из кухни, налил ей стакан воды, в аптечке нашел успокоительное. — Боже, храни Бетти, — пробормотал он. Сара без лишних вопросов выпила стакан воды, Хилл проводил ее в ванную, где она умылась. Придя в себя, она продолжила свой рассказ, они сидели на полу комнаты у дивана и девушка все также находилась в кольце рук Аарона. Голос был бесцветный и глухой: — Я шла по статье, как соучастница, но меня это не волновало, каждый раз закрывая глаза, я видела её… Эмму, так звали ту девушку. Дома ее ждал сын, а экспертиза установила, что она была беременна в момент убийства, — всхлип, — А меня уже не волновала моя судьба. Конечно, вмешались родители и меня из соучастницы перевели в свидетели. Я видела Тима на всех очных ставках и судах, его глаза были пусты, ни раскаяния, ни сожаления. Он убийца, хладнокровный, безжалостный, и наркотики тут не причем… его посадили, меня отправили на принудительное лечение. Родители заплатили семье погибшей полмиллиона и оборвали со мной все связи. После реабилитации я бежала куда глаза глядят, надолго нигде не останавливаясь. В Балтиморе прошла курсы бармена, после оказалась в Сентфоре. Хилл испытывал смешанные чувства, его не оттолкнула и не испугала эта правда, но имел ли он право, чуть ли не насильно вытягивать ее из О´Нил? Неожиданный звонок в дверь, заставил обоих вздрогнуть. — Кто это? — испуганно спросила девушка. — Не знаю, — хмуря брови отозвался Хилл, и оставив Сару, пошел открывать дверь. — Неожиданно, — искренне улыбаясь произнёс Аарон, смотря на незванного гостя. Дерек Никсон, что есть силы подавил в себе желание закатить глаза и так же искренне улыбаясь ответил: — Шериф Никсон отправил с инспекцией, ей богу, может ему усыновить тебя? Столько переживаний… — Проходи, — пригласил его Хилл. — Это все формальность, — бормотал Никсон, доставая протокол из папки — Но все же лучше, чем инспекция не благополучных семей, та ещё драма. — Аарон, все в порядке? — Сара выглянула из комнаты. — Да, все нормально, это… — он замешкался, — Сын моего старого друга, он работает в полиции и будет инспектировать меня, это условие досрочного освобождения. Сара кивнула и скрылась. Мужчины уставились друг на друга. — Даже не знаю, от чего я в шоке больше, от того, что ты назвал Джонатана старым другом, или оттого что у тебя уже есть девушка, — он хитро прищурил зеленые глаза, — Мэм, у вас все в порядке? Мне показалось или вы плакали? Хилл скорчил гримасу. — Визит хоть и формальный, но наблюдательность — часть моей работы, — самодовольно произнес Дерек. Он ничего не имел против Хилла, но озабоченность отца этой личностью, особенно последние пару недель, подбешивала. Будто Аарон новый Мессия, не меньше. Сара появилась перед ними уже в своей одежде: — Не переживайте, это мое обычное состояние лица, вот бы тактичность была частью вашей работы, — съязвила О’Нил, — Чай или кофе? — Да, пошли на кухню, — Аарон указал куда идти и на ухо Саре шепнул, — Одеваешься ты быстрее, чем раздеваешься. — У тебя дома целый коп, а ты все о своём, — с наигранным раздражением бросила девушка. Сара приготовила три кружки кофе и сделала ещё сэндвичей, и обращаясь к Дереку спросила: — Я могу остаться? Тот пожал плечами: — Если у мистера Хилла нет от вас секретов — Даже если бы и были… — буркнул под нос Аарон, Сара лишь лукаво улыбнулась. Коп продолжил: — Условное освобождение несет в себе ряд простых установок, выполняя которые можно продолжить свое пребывание на свободе, — он свел брови и строго посмотрел на Аарона, Хиллу невольно стало не по себе, Дерек чертовски напомнил ему своего отца, — Еженедельная явка в участок для отметок, под уважительную причину для неявки попадают две категории — болезнь и смерть, на обе требуются справки. Так же постоянное место проживания… С этим проблем нет, работа, если в ближайшие дни мы не получим рекомендательное письмо с работы, будем вынуждены направить документы для профильного ориентирования… — Подожди, — перебил Хилл, — А лавка миссис Хилл? Я планировал работать там. — Да, отец говорил, заедешь в участок, возьмешь рекомендательное письмо у него. — А сейчас ты не мог его взять с собой? — раздражался Аарон. — Нет. Дома тебя могло не быть, ты мог изменить планы на жизнь, шериф Никсон слишко завален работой, — перечисляя все это, Дерек методично загибал Хилл закатил глаза, коп продолжил: — Также, главным условием досрочного освобождения является запрет на общение с бывшими заключенными, с которыми вы вместе отбывали Аарон зло улыбнулся: — О даааа, любой контакт с бывшими «друзьями», — он делает кавычки в воздухе, и продолжает уже отчаянно, — По тюрьме, обернется для меня смертью. Сара всю их беседу сидела словно безмолвная тень и только сейчас подала голос, обращаясь к Аарону: — Что? — перевела она растерянный взгляд на Дерека, — Он же несерьезно? Никсон красноречиво приподнял брови и едва мотнул головой. — О Боже… — паника сквозит из ее слов, она прикрыла рот ладонью. Хилл спросил: — Есть что-то еще? Дерек в два глотка выпил остывший кофе и поднялся на ноги: — Нет. — Тогда я провожу. Уже в самых дверях, находясь одной ногой в подъезде, Дерек очень открыто посмотрел в темные глаза Хилла и так же открыто и честно произнес: — Мой отец верит тебе как себе, он дорого заплатил, когда тебя посадили, прошу тебя, не подведи его сейчас. Аарон хрипло отозвался: — Сделаю все, что в моих силах. Никсон кивнул и вышел. Вернувшись на кухню, Хилл обнаружил Сару с нечитаемым вырожением лица. — Ты все слышала сама, рядом со мной небезопасно, — просто бросил он, закуривая сигарету, — Если решишь прекратить наше знакомство, я все пойму. Сара кивнула и с полными слез глазами, спросила: — А что насчет меня? Ты ведь тоже все слышал… Ей страшно, она боится услышать, что он не готов быть с такой как она, что ему противна она и ее прошлое. Это было так глупо прикипеть к человеку за пару дней, так странно, но Саре хотелось идти за ним, куда бы он не следовал. Последние пару лет ее жизни были не очень счастливыми. От слова совсем. О’Нил была одинока, в ее жизни не было близкого человека, того с кем хотелось бы смеяться, делиться мыслями, просто быть рядом. И она сама выбрала этот путь, жить тихо, скрытно, не подпускать людей, не открывать им душу. Но Аарон, он такой же как она, и это не отталкивало, не пугало, а наоборот притягивало. Хилл наконец-то подал голос: — Есть условие, — Сара решительно кивнула головой на эту фразу, — Прошлое должно остаться в прошлом, это касается нас обоих, я не буду лезть в твое, а ты постараешься не ворошить моего. О’Нил судорожно кивала головой, смахивая слезы: — Спасибо… — Иди ко мне. Сара оказалась у него на коленях, его руки гладили ее спину и голову, она нежно касалась губами его небритой щеки. Они сидели в полной тишине, обнявшись, возможно не до конца осозновая с какими сложности и травмами друг друга столкнутся, но это их мало волновало в данную минуту. — Мне нужно в лавку миссис Хилл, — шепнул брюнет. — Можно я с тобой? Мужчина по-доброму хмыкнул: — Куда я теперь без тебя?

***

Восторженное «Вау» — первое что произнесла Сара, переступив порог антикварной лавки, рассматривая товар, который был у нее на пути: — Как тут все самобытно… мне нравится! Ее детский восторг заставил Хилла улыбнуться: — Надеюсь генеральная уборка тоже тебе понравится. — Я сложностей не боюсь, — смело заявила блондинка, — С чего начать? — Найди документы, накладные, журналы инвентаризации, — предложил он девушке, а сам скинув куртку, пошел искать ведро и тряпки. Целый час, Аарон протирал вещи от пыли, попутно сортируя их и отвечая на вопросы Сары, которая не поднимала головы от документации. — Все! — блондинка рухнула на софу, массируя веки, — У меня буквы перед глазами пляшут, меняемся. — Хорошо, — Хилл сел рядом, оглядел все вокруг и печально заявил, — Даже не знаю, есть ли в этом хоть какой-то смысл. Бабушка жила этим магазином. — его лицо озарила теплая улыбка, — Для каждого товара в магазине у нее была история, обязательно добрая, светлая. Сара коснулась его лица заглядывая в темные глаза: — Я уверена, именно таким человеком и была твоя бабушка. Аарон смотрел в ее голубые глаза и не мог понять, чем он заслужил это все? Его ждали в Сентфоре, ему дали шанс все начать сначала. Друзья остались преданы и верны ему, у него была крыша над головой, а рядом самая необычная девушка на свете. Разве такое бывает с такими как он? Волшебство этого момента грубо прервали, двое, толкаясь и смеясь ввалились в лавку. — Ух-ты, какие вы одинаковые! — удивленно произнесла О’Нил, до этого не видевшая братьев-близнецов вместе. Вишня скривился: — Брось, я симпатичней. — И скромнее. — кивнул Итаан, делая два шага в сторону Аарона, — Ну здравствуй, с возвращением домой. Хилл улыбнулся. Он помнил, братья не ладили, мало общались и видеть их вместе было необычно, но приятно. Итан и Аарон обнялись. — Не ревнуй, пупсик, — сладко мурлыкнул Аарон Вишне, тот показал ему средний палец. — Рад видеть тебя, братец все уши прожужжал, ей богу, как будто я сомневался в твоем существовании. Аарон то, Аарон это… — Ой, да заткнись уже, — перебил его Вишня. — Это ты все заткнуться не мог. Сара и Аарон с улыбками на лицах наблюдали за их перепалкой. — Сара, твоя соседка оборвала мой телефон своими звонками, переживает, что ты не появляешься дома. Блондинка закатила глаза: — Скажи ей, что я умерла, а на днях зайду к ней за сахаром, может и она помрет. — Неее, принцесса, такие долго живут, — лениво протянул Вишня, рассматривая свое отражение в антикварном зеркале. — Принцесса? — хором переспросили Сара и Аарон, девушка с удивлением, мужчина с недопущением. — Ага, не я же живу под пристальным присмотром старой ведьмы, — пожимая плечами ответил Вишня. — А тебе бы не помешало, — не удержался от реплики Итан. — Слушай ты! — завелся Черный Дракон. О’Нил и Хилл не смогли сдержать смеха, слушая уже второй спор близнецов. Сквозь смех, Хилл смог спросить: — Какой черт вас сюда принес? Итан спохватился и начал свое повествование: — Я разговаривал с Рейчел, она мне поведала о твоих сомнениях насчет этого магазина. Я готов оказать всестороннюю помощь, скорее всего стоимость товаров выросла, я бы мог помочь с переоценкой, есть знакомые реставраторы, может быть будет уместно передать что-то в музей города, конечно не бесплатно. — Отлично, Итан, большое спасибо, — искренне улыбнулся Аарон. — Ещё пока не за что — ответил улыбкой тот и махнув на брата, — А этот может мебель потаскать. — Не на-чи-най — зло, по слогам бросил Вишня. Сара хохотнув пошла к витринам с украшениями: — Итан, можешь рассказать мне об этом кулоне? Хилл видит, как блестят ее глаза и вместе с братом Вишни идет туда. — Я прочла о нем в описи, но данных нет, — сияла блондинка, — Он красивый! — Да, — внимательно изучая сквозь стекло, ответил Итан, — Аарон, есть лупа? Хилл пошел за прилавок, головой кивая Вишне на ведро с мутной серой водой, тот закатил глаза: — Будет сделано, босс. Тем временем, О’Нил акуратно извлекла кулон и передала в руки Итана, тот навел на него увеличительное стекло. — Ага, бронза, достаточно простая работа, но это не отменят его ценность, видите эту гравировку? Сара уставилась на медальон, а Хилла в этот момент что-то отвлекло, как будто кто-то смотрел на него. Он перевел взгляд ища Вишню, но тот только вышел из подсобного помещения и нес в руках ведро, смотря под ноги. Хилл резко обернулся на окно магазина. Чутье никогда не подводило его, не подвело и в этот раз. Черный Ниссан стоял на той стороне улицы, его стекла были наглухо затонированны, окно, находящееся за водительским креслом, опустилось немного вниз, оттуда высунулось дуло автомата. — Вишня! Ложись! — не своим голосом заорал Аарон, хватая Сару за руку и отталкивая Итана. В ту же секунду раздалась автоматная очередь…