Свобода, похожая на смерть

Свист пуль, звон битого стекла, запах пороха. Хилл одной рукой прикрывал голову, второй крепко сжимал локоть О’Нил. — Аааааа, сука! — слышит Аарон крик Вишни, и молится всем богам, чтобы друга не ранили. Сара, которую он утянул на пол, лежит рядом, свернувшись калачиком, руками прикрывая голову, дрожа всем телом. На светлых волосах девушки капли крови и крошки стекла. Пока выстрелы продолжаются, Хилл не может поднять голову и посмотреть на Итана. Все закончилось, так же как и началось. Быстро и неожиданно. Звук удара чего-то металлического об асфальт, визг шин, крики людей с улицы. — Сара, ты цела? — хрипло спросил Аарон, не решаясь встать. Та, лишь всхлипнув кивнула, не убирая рук от головы. — Вишня? — Сука! Сука! Сука! — орал брюнет. — Жив, — он чуть повернул голову и взглядом уперся в ботинки другого брюнета — Итан? Тишина. Аарон приподнялся на локтях и двинулся в его сторону, под весом его тела осколки трещали и ломались, с улицы были слышны крики, где-то завыли сирены. — Эй, Итан, слышишь меня? Тишина. Хилл в панике поднялся на колени и пополз еще ближе, распахивая полы его куртки: — Нет, нет, нет, — сбивчиво шептал он, осматривая и ощупывая его тело, следов от пулевых отверстий не было видно, как и крови. Хилл приложил пальцы к его шее. — Что с ним? — подползая спросил Вишня, держась за левое плечо, его правя ладонь была в крови. Аарон шумно выдохнул через нос и сжимая челюсть, ответил. — Без сознания. — Эй! Вы тут живы? — в дверном проеме, точнее в том, что от него осталось, появилась голова. У разбитых окон собирался народ. — Да, вызовите скорую, — бросил Хилл и устремил свое внимание на Итана, слегка ударяя его по лицу, — Очнись, слышишь! — Аарон? — тихо позвала Сара. Он посмотрел на нее, девушка сидела среди осколков, ее руки и лицо были в крови, несмотря на полученные ранения, смотрела О’Нил на него, ее подбородок дрожал, указательным пальцем, с которого капали алые капли, девушка указывала на Хилла: — У тебя кровь… Мужчина непонимающе смотрит на блондинку. Кровь у него? Не может быть, он не чувствует боли. Смотрит на тыльные стороны рук, ноги, и только сейчас начинает ощущать жжение где-то в боку. Аарон прикладывает руку к этому месту, ладонь тут же становится мокрой и теплой. — Твою мать, Хилл, ты ранен, — в ужасе шепчет Вишня. Аарон в упор смотрит на Сару, переводит взгляд на братьев, Итан начинает приходить в себя. — Все живы. — он улыбнулся и только тогда позволил себе потерять сознание.

***

Сирены его патрульного автомобиля выли, заглушая мысли в голове. Кровь отлила от лица, ладони крепко сжимающие руль, были липкими от пота. Джонатан проводил внеплановую летучку, участились сообщения о беспорядках на окраине города, когда в кабинет влетел бледный дежурный и сообщил о стрельбе на пересечении второй и пятой. Его бойцы оперативно покинули переговорную, что-то не хорошее кольнуло Джоната, он обратился к диспетчеру: — Что за место? Хоть и сам уже знал ответ на этот вопрос. — Антикварный магазин, сэр. Ужас накатил волной. — Пострадавшие есть? Тот лишь кивнул. — Хилл… И вот он уже вбегает в вестибюль единственной больницы города, на его пути один из патрульных. — Докладывай! — стараясь скрыть волнение, командует Шериф, — Сколько пострадавших? — Четверо. Джотанатан шумно вдохнул: — Матерь Божья, почему так много…. кто? Патрульный открыл блокнот и начал озвучивать записи: — Братья Шепард, у Итана травма головы и сломанные ребра, говорит, когда все началось, его оттолкнули и он с высоты собственного роста упал и ударился, — патрульный перевернул лист и продолжил, — Этот второй… который из драконов, пуля прошла по касательной, задела плечо, рану обработали на месте, зашивать не стали. Обоих доставили в больницу для тщательного осмотра. — Дальше, — Никсон не изменился в лице, но на секунду почувствовал облегчение. Оба брата живы. Патрульный перевернул лист блокнота и продолжил доклад. — Сара О’Нил, множественные порезы лица и рук, травма лодыжки, девушка стояла на линии огня, чудом осталась жива. Шериф прикрыл веки, вспоминая, кто-то сегодня уже произносил это имя. Точно. Дерек. Его сын утром был на квартире Аарона, после инспекции прибыл с докладом, Хилл дома, жив, здоров, обзавелся подружкой. Сарой О’Нил. — Что с Хиллом? — сглотнув колючий ком, спросил Джонатан. Патрульный замешкался: — Слепая пуля… Холодок пробежал от макушки до поясницы Шерифа города: — Жив? — Да, вошла не глубоко, пулю извлекли, его заштопали. Никсону не понравился этот глагол, но он промолчал: — Свидетели? Патрульный вновь кивнул и перевернул лист бумаги: — Все говорят одно и тоже, черный Ниссан, тонированные окна. Номеров нет. Стреляли метко, целью был антикварный магазин, среди очевидцев пострадавших нет. — Что с оружием? Из чего стреляли? — АКМ, калибр семь с половиной. — Так быстро определили тип? — свел брови Джонатан. — Автомат бросили у магазина, отпечатков нет, серийного номера тоже, баллистики забрали на проверку, не светилось ли где-то оно еще. Машину ищут. Джонатан погрузился в мысли. В лавке было четверо, если откинуть Хилла, как основную и очевидную мишень, то кто? Итан Шепард? Нет, тот невинен как первый снег в декабре. О’Нил? Имя ему вообще не о чем не говорит… надо пробить девчонку. Вишня? Вариант не плохой, он опять занял игорную нишу, по городу давно ползут слухи о его казино, но он работает тихо, не афишируя, только для своих. Если целью был он… Никсон посмотрел на подчиненного: — Отправь патрульных к дому Тернеров, убедись, что с ними все в порядке, Майкла доставь в отдел. Поставь дежурных охранять раненных. Обязательно следить за квартирой Хилла и антикварной лавкой, — он не рад мысли, которая родилась у него в голове, но чем черт не шутит. — И найди мне Эндрю Гарсия, по кличке Бурый, у него автомастерская рядом с торговым центром, скажи, шерифу Никсону нужна его помощь. Патрульный кивнул и скрылся. К Джонатану приблизился доктор: — Добрый день, шериф, — Добрый ли, — буркнул тот, пожимая руку врача, — Я могу с кем-то из них поговорить? — Да, почти со всеми, только Хилл спит, мы понаблюдаем за ним, троих отпустим сразу, Хилла возможно завтра вечером, — он указал рукой куда следовать. Большой бело-голубой холл был разделен плотной тканью, Никсон отодвинул штору, четыре койки, четверо пациентов. Вишня лежал в белой майке и хлопковых больничных штанах, одна его нога была согнута в колене, правая рука закинута за голову, в ней он крутил сигарету. Будто он не в больнице, а на пляже в шезлонге. Левое плечо было плотно перебинтовано. Рядом Итан, чуть бледный, с перемотанной головой и в корсете, веки прикрыты. Хилл, в больничной ночнушке, в руке система, на груди датчики, на мониторе сердцебиение. Только у его кровати подобный аппарат. Девушка, на лице не меньше пяти тонких пластырей, обе кисти перебинтованы, она в упор смотрит на свои руки. По щеке бежит слеза. — Ооо, Шериф города Сентфор, — лицо Вишни озарила улыбка, он приложил ладонь здоровой руки к виску, отдавая честь, — Служить и Защищать, а как насчет того, чтобы разрешить мне курить в палате? — Шутить можешь, значит, мозг не задет, — просто ответил коп. Итан приподнялся на подушках, придерживая сломанные ребра, морща лицо: — Мне пора вступить в банду, а то больно часто я страдаю рядом с Драконами, — он вспомнил случай, как его похитили и держали в заложниках. — Вот у кого задет мозг, — негодовал Вишня. Джонатан обратился к единственной девушке: — Здравствуй, Сара, меня зовут Джонатан Никсон, как ты себя чувствуешь? Девушка кисло улыбнулась, поднимая перебинтованные руки вверх: — Я же бармен… как мне работать? Вишня приподнялся на локтях, смотря на девушку и хитро улыбнулся: — Пустяк, возьмешь больше смен у шеста. Сара не обиделась на его подкол, лишь грустно пояснила: — У меня вывих стопы, — она указала на зафиксированную в лангету ногу. Вишня, хмуря брови, серьезно произнес: — Прости, Принцесса, не хотел обидеть. Джонатан еще раз обвел взглядом собравшихся и обращаясь к Вишне спросил: — Что произошло? Тот пожал плечами: — Выходил из подсобки, Аарон крикнул ложиться. Засвистели пули. Джонатан перевел взгляд на Итана, задавая ему тот же немой вопрос. — Мы втроем стояли у витрины с украшениями, осматривали медальон. Аарон что-то крикнул Вишне, сильно толкнул меня в грудь, я упал, ударился головой об металлическую подставку для зонтиков…. очнулся, когда все закончилось. — Сара? — Все так и было, мы близко стояли к окну, Аарон схватил меня за руку и потянул на пол. Шериф кивнул, реакция Хилла спасла всех троих и его самого: — Сколько было выстрелов? — Не меньше десяти, — еле разлепляя веки, сипло произнес Аарон. Все уставились на него. Он сжимая челюсть, приподнялся на подушках: — Черный Ниссан, новый, я таких не видел, в машине точно было двое, стреляли с пассажирского. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Никсон. — Как будто из меня достали пулю, — хмыкнул Хилл и обернулся к Саре, — Ты как? Она лишь кивнула, поджимая губы. Аарон обратился к братьям: — Парни, а вы? — Я в норме, у Итана задет мозг. — хохмил Вишня. Итан закатил глаза: — Выпишите его, или отключите от аппарата жизнеобеспечения. Все собравшиеся глухо хохотнули. — Что вы вчетвером делали в лавке? — О шериф… — начал томно Вишня — Пошутишь про групповушку, сама тебя пристрелю, — перебив шипела Сара. Дракон изображая досаду обратился к Итану: — Это что так очевидно? — Да, брат, ты предсказуем, — «утешил» Итан. — Мы просто пришли к Аарону, хотели помочь, — уже без шуток ответил Вишня и как-то печально улыбнулся. Повисла давящая пауза, Аарон порвал ее: — Да уж, помогли, каждый из вас мог схлопотать по две пули, — звучало зло и отчаянно. — Да брось, — зевнул Вишня, — Не впервой. — Говори за себя, — парировал Итан. Опять смешки. — Аарон, я должен задать тебе пару вопросов, — намекал Шериф на то, что поговорить нужно наедине. — Спрашивай, мне скрывать нечего, — устало отозвался он. Никсон подумал, оглядел всех присутствующих: — Хорошо, ты вернулся три дня назад, что-то странное произошло с тобой? Хилл улыбнулся и ткнул указательным пальцем в Сару. — Эй! — возмутилось девушка. Опять смешки. — А если серьезно? Может, поступали угрозы, звонки? С кем ты успел пообщаться? Хилл прикрыл глаза. Он три дня в городе. Три. Для человека в жизни которого очень долгое время все дни были как один, эти три излишне событийны: — Вишня встретил меня на вокзале, отвез в дом Тернеров. Потом присоединился ты и твой сын, после, я поехал кататься по городу, во дворе дома столкнулся с Бетти и ее детьми. — открыл глаза и весело добавил, — Вряд ли кто-то из ребятни Бетти желал мне смерти. Шериф закатил глаза, Хилл продолжил: — В баре встретил Бурого и Сару. Утром был в участке, в обед у Рейчел, до вечера дома… нет ничего подозрительного. — Подожди, — вмешалась Сара, — В тот вечер в баре, на тебя наехал Бен Колинз. Может это он? — Бен Колинз? — переспросил Вишня, морща нос, будто учуяв что-то вонючее, — Этот алкаш и импотент? Я вас уверяю, в последние годы он не держал в руках чего-то тяжелее, чем его дряхлый сморщенный чле… — Вишня! — одернул его брат. Никсон строго посмотрел на Хилла. — Что? Мне теперь о всех кто на меня косо смотрит сообщать. — Если ты не понял, в тебя стреляли, — вкрадчиво и недовольно объяснял коп, — Как ты думаешь, человек который отправил тебя за решетку, рад, что ты на свободе? Они боролись взглядом, Хилл сдался первым: — Хорошо, хорошо, вчера вечером я был в парикмахерской, потом в магазине, там встретил Люка. — Моринга? — удивился Итан и обменялся красноречивым взглядом с братом. — А это проблема? — уточнил Хилл. — Нет, — ответил за братьев Никсон, — Как он вел себя? Аарон ни секунды не сомневаясь, ответил: — Нормально, приветливо. — Он был один? — спросил слишком подозрительный Вишня. Хилл начал злиться: — Боже, не знаю, что не так с Люком? Все трое мужчин молчали. Обдумывали услышанное. Итан подал голос: — Люк покинул город через пару недель, после твоего заключения. — И не появлялся тут все это время, — продолжил Вишня. Хилл слабо соображал и не видел связи: — Вы че всерьез думаете, что во всем виноват Люк Моринг? Шериф покачал головой: — Нет, Аарон, просто это большое совпадение, которое мне не нравится, — прошелся по палате, смотря себе под ноги, — Хорошо, что еще было вчера и сегодня? Хилл развел руками: — Встретился с парнями, ночью были дома, утром пришел твой сын. Никсон в упор смотрел на Вишню: — Мне нужны имена всех, кто был с вами. — Да брось! — чуть ли не выл Дракон, — Это бред! Я парням доверяю! — Я не доверяю! — рявкнул Джонатан, но тут же взял себя в руки, — Я вызвал Бурого в участок, хочу чтобы он послушал о чем шепчутся Драконы. — Нет! — Вишня буквально подскочил с кровати! — Это крысятничество! Никсон отмахнулся: — Посмотри на себя, на своего брата и своего друга! — Коп на каждого указал рукой, — Мне плевать, чем там занимаются драконы, но мне не плевать, что они говорят про Хилла и про его возвращение! Вишня откинулся на кровать, шумно выдохнув: — Пусть Хилл и решает. Бывший лидер банды посмотрел на Итана, на Сару, вспомнил Рейчел. Сейчас речь шла не о членах банды, сегодня под обстрел попали невинные люди, и если это дело рук драконов, он должен знать. — Пусть будет по твоему, Джонатан. Никсон кивнул, сухо попрощался и вышел. В палате наступила тишина, вскоре, один за другим, пострадавшие провалились в сон. Аарон проснулся от шуршания одежды и приглушенного диалога, открыл глаза. Резкая боль тут же пронзила простреленный бок, голова гудела. — Ты как? — сухо спросил Вишня, переодевшийся в свою одежду и готовый к выписке. — Жить буду, но такими темпами недолго, — Хиллу хотелось разрядить обстановку, беседа с Никсоном закончилась не на самой приятной ноте. Вишня не отреагировал, Аарон видит, тот раздражен, и раздражение граничит с злостью. — Послушай, — начал было Хилл. — Оставь, — махнул рукой, посмотрел на спящего брата, — Увидимся. Уже у самого выхода, Аарон тихо позвал старого друга: — Вишня, позвони Рейчел, скажи, чтобы не переживала. Тот лишь кивнул и вышел. Аарон прекрасно понимает его, он вернулся и все то, что хранил и строил заново Вишня, все это время — идет к черту. Все связи, контакты, все доверие. Медсестра вошла в палату, записала в карту показатели с датчиков к которым был подключен Аарон и не громко спросила: — Жалобы есть? Он прислушался к себе, бок болел, ныл, зудел, больше его ничего не беспокоило. — Все нормально. — Тебе нужно сменить повязку, утром возьмем кровь на анализ, посмотрим в динамике — нет ли заражения, — закончив говорить, медсестра очень деликатно приступила к работе. Хилл, терпя не самую приятную процедуру спросил: — Как Итан? Медсестра не прерываясь ответила: — Легкое сотрясение, чуть рассек затылок, поставили скобы, два треснутых ребра, завтра после обеда выпишем. Пациент с огнестрелом кивнул — А с ней что? Медсестра закончила с перевязкой: — Порезы, разной степени тяжести. На один наложили 3 шва. Травма ноги, не сильная, но потребуется восстановление. Мужчина сомкнул челюсть, это было на грани абсурда, только сегодня утром он озвучил что рядом с ним небезопасно, и вот каких-то 6 часов спустя, девушка, которая согласилась остаться рядом с ним, лежит в больнице, травмированная. — Мистер Хилл, — медсестра нарушила ход его мыслей, — Вы должны поесть, — она указала рукой на одноразовый контейнер, навскидку там был бульон, — У вас есть 20 минут на прием пищи, я ввела вам обезболивающее и снотворное, вам положен отдых. Хилл проглотил суп, не ощущая вкуса, он все думал, кто расстрелял магазин? Кто-то из его «коллег» по Аттике или Никсон прав, и это тот кто упек его за решетку. Только сейчас вся ситуация начала складываться в картину у него в голове. В картину без автора. В них стреляли. В него, в Вишню, Сару, Итана. Они чудом выжили, чудом не получили сильных травм, и даже его зашитый бок меркнет с тем, что могло бы быть с каждым из них. Перед глазами заплясали краски, всполохи света, яркие и темные пятна. Рыжие волосы, веснушки, ямочка на щеке. Застывшие в ужасе глаза, кровь. Теряя связь с реальностью, перед тем как провалиться в бездну, Хилл слабо прошептал: — Адель… прости… Девушка, лежащая на соседней койке, широко распахнула голубые глаза.

***

Хилл проснулся от шуршания листов бумаги, Сара полулежа читала журнал, и судя по дате, не самый свежий. Аарон посмотрел на часы, было почти три ночи. — Ты чего не спишь? — тихо, чтобы не разбудить Итана, спросил мужчина. Блондинка вздрогнула и отложила журнал, и чуть сузив глаза, прошептала: — Позвать врача? Аарон лишь мотнул головой, Сара внимательно его осмотрела и только тогда ответила на вопрос: — Все болит, — она кивнула головой на ногу и кисти в бинтах, и с болью продолжила и глухо произнесла, — Я бывшая наркоманка, врачи переживают, не дают мне ничего сильнее аспирина, — и заметив недоумевающий взгляд Хилла пояснила, — Я сама попросила, они свяжутся с моим наркологом и тот даст рекомендации, и только тогда мне назначат более сильные препараты, но это будет завтра, так что пока терплю. Аарон протянул ей свободную от катетера руку, Сара улыбаясь сквозь боль, вложила свою маленькую ладошку в его огромную, мужчина слега потянул ее на себя: — Иди ко мне, — он чуть отодвинулся и О’Нил смущенно улыбаясь, аккуратно спустилась с постели и нырнула к нему под бок, тут же оказавшись в крепких объятиях. Сара положила голову ему на плечо, прижимаясь всем телом к нему, Аарон прислонился губами к ее светлой макушке и выдохнул: — Прости меня…. только сегодня утром сказал, что рядом со мной небезопасно, и через пару часов мы все оказались под пулями. О’Нил лишь переплела их пальцы: — Брось, твоей вины нет. — Да, только мишень во всю спину, — зло прошептал Хилл. Печально улыбнувшись, девушка прошептала: — Мне стало так страшно, когда я увидела кровь на твоем боку… Очень. Аарон, ты знаешь кто это мог сделать? Он ответил не задумываясь: — Сейчас в этом городе, врагов у меня больше чем друзей. Сару разрывало на части. Вопрос, крутился у нее в голове, жег язык. Она стиснула зубы, чтобы не вылить на Хилла очередной поток вопросов. Девушка прикрыла глаза и тихо произнесла: — Я держала тебя за руку, пока не приехала скорая, я не чувствовала боли, сидела там, среди осколков и молилась, что бы ты выжил… Хилл улыбнулся, было в этом признании, что-то теплое, что-то дающее надежду на будущее: — Уверен, твоя молитва дошла до адресата, — он поцеловал Сару в висок, нос и оставил легкий поцелуй на губах. — Что будет с магазином? Он нахмурил брови: — Не знаю, подумаю об этом завтра, а сейчас спать. — Аарон еще раз поцеловал ее и прикрыл веки.

***

— Может не стоит его будить? — хмуря брови спросила Сара, переводя взгляд с шерифа на Аарона и обратно. Девушка уже была готова к выписке, заботливый Вишня съездил к ней домой и передал в больницу пакет с чистой одеждой и средствами личной гигиены. Чувствовала она себя сносно, порезы давали о себе знать резкими вспышками боли, нога просто ныла. Сара изо всех сил старалась игнорировать боль в теле, и приняла для себя решение — пить таблетки не четыре раза в день, как велел доктор, а три, и по возможности снизить дозировку, она не знала, (или знала?) насколько сильно уязвим ее организм и сознание к препаратам. — Я уже не сплю, — хрипло подал голос Хилл, открывая глаза. Его тело, как и Сары, на любое движение отзывалось болью. — Где Итан? — осмотрев палату узнал Хилл. — Забрали на рентген, — улыбнулась О’Нил, и не решаясь поцеловать Аарона при шерифе, лишь сжала его руку и произнесла: — Зайду вечером, отдыхай. Хилл серьезно посмотрел в ее голубые глаза и произнес как можно красноречивей: — Будь осторожна и береги себя. Сара кивнула, бросила взгляд на Джонатана и вышла, оставляя их наедине. — Какие новости? — почесывая голову, спросил Аарон, окончательно проснувшись. Никсон сел на пустую кровать, поглубже вдохнул: — Даже не знаю, считается ли отсутствие новостей — новостью или нет. Машину нашли на другом конце города, на пустыре, сожжённую, оружие засветилось при ограблении банка пять лет назад во Фредерике. Это нам ничего не дает. Хилл кивнул: — А что драконы? — Они либо рады твоему возвращению, либо им до лампочки. — Да, много лет прошло, парни уже не те, что были раньше. Что будешь делать? — Дело открыто, только толку от этого… буду пробивать через своих информаторов, но только не понимаю в какую сторону двигаться… тебе бы пока не возвращаться домой, найдешь где пожить после выписки? Аарон не задумываясь кивнул и задал вопрос, который вовсе не собирался озвучивать: — Может мне уехать из города? Его темные глаза как всегда полны решимости, Никсон всегда помнил Хилла именно таким. Спокойным, решительным, твердым. Но годы проведенные в неволе добавили в его взгляд страх с примесью отчаяния. — Исключено, тут тебе есть кому прикрыть спину. — Или схлопотать пулю за меня, — кривя лицо, бросил мужчина. Джонатан встал с кровати и протягивая руку произнес: — Обещаю, я найду того, кто это устроил и во всем разберусь. Аарон пожал его руку и с благодарностью улыбнулся. Никсон пожелал выздоровления и ушел, а пациент провалился в сон, не дожидаясь возвращения Итана. Вечером того же дня, брата Вишни выписали и Хилл остался в больничной палате наедине со своими мыслями, догадками и страхами. Утром, хромая, пришла Сара, рассказала, что была в доме Тернеров, ей хотелось лично успокоить Рейчел и сказать, что все хорошо. Мама Майкла собрала домашней еды, в таком количестве, что можно было накормить все неотложное отделение. Их беседа была легкой и непринужденной, Сара кормила его ягодным пирогом, мило улыбаясь и давая Хиллу душевный покой. Рядом с девушкой он забывал обо всем, о всех проблемах, о всех опасностях, которые могли угрожать ему. Все ушло на второй план, была только Сара и ее скромная, чарующая улыбка. Аарон ловил себя на мысли, что сейчас он счастлив. Уходя, О’Нил дала понять, что после выписки, в целях безопасности, Хилл может пожить с ней. Спорить он не стал. Три больничных дня были похожи друг на друга, перевязки, капельницы, Сара и сон. Сон под препаратами. Без сновидений. Хилл отсыпался за долгие годы без сна в Аттике. И если пулевое ранение причина его нормального сна, пусть в него выпустят еще пару пуль. — Хорошо, — кивнул хирург, осматривая шов Аарона в день выписки, — Заживление идет отлично, продолжайте принимать антибиотики, в ближайшую неделю — избежать физических нагрузок, переедания и стресса. — В меня стреляли, и все это время охраняла полиция, как тут не стрессовать? — излишне безразлично спросил Хилл. — Мммм… да, — растерялся доктор и чтобы не смотреть в глаза Аарона, продолжил, обращаясь к Никсону, — Через два дня нужно будет подойти для перевязки, рецепт на медикаменты я выписал. Аарон сел на кушетку, тупо уставившись в стену. Никсон нервно переступал с ноги на ногу: — Доктор, его точно можно выписывать? — Можно и даже нужно, — кивнул тот, не поднимая глаз от бумаг. — Шериф города обеспокоен моим состоянием больше чем врач, — иронично заметил Хилл. Джонатон бросил на него мимолетный, но красноречивый взгляд: — А Итан Шепард как? — обратился он к медику. — На больничном, ему тоже прописан покой и прогулки на свежем воздухе. — Не для всех они полезны, — как бы между делом бросил Аарон. Никсон начинал закипать. Ситуация не из приятных, на Хилла было совершено покушение, кому и зачем это было нужно — не понятно. Вопросов с каждым днем добавлялось все больше и больше, а ответов не было как и 8 лет назад. Открытое уголовное дело, так и осталось открытой папкой с файлами на его столе, ни зацепок, ни имен. Он чувствовал беспомощность, он шериф целого города. Это злило: — Будешь параноить, отправлю к психологу! Аарон поднял руки в примирительном жесте, поблагодарил доктора и вышел из палаты. У стойки регистрации его ждала Сара, на ее лице все еще виднелись следы от порезов, пальцы рук были в пластырях, на ноге специальная лангетка. Девушка нежно улыбнулась, увидев его: — Привет. Хилл без лишних слов обнял блондинку, крепко прижимая к себе, он был до ужаса рад ее видеть. Да, О’Нил навещала его каждый день, каждый день они болтали, целовались и обсуждали не самое далекое, но будущее. Рядом с ней как будто было собрано все спокойствие мира, она могла быть его тихой гавонью, и Хилл этого хотел. — Поехали домой, — просто попросил он. — Да, нужно дождаться Джонатана и поедем, Вишня отвезет нас ко мне, так безопасней. Безопасность… как давно Аарон не ощущал ее.