Первая любовь

      День начался крайне приятно для девушки. Несмотря на потерю телефона, она чувствовала себя намного лучше, чем в прошедшие дни. Джессика встала на удивление рано — в двенадцать утра. Девушка суетилась, готовила завтрак, периодически поглядывая в спальню, наблюдала за спящим парнем и ловила себя на мыслях — сейчас она фрик, следящий за другими. Ей показалось это забавным. Джонсон переживала из-за самочувствия нового знакомого и надеялась на лучшее, пока тот тихо постанывал от боли во сне. За время своего бодрствования она успела привести себя в порядок, поставить вариться бульон и нарезать все ингредиенты на тосты, специально для перекуса после пробуждения Джека. Посмотрев на парня в пятый раз к девушке начало приходить спокойствие. Джессика почти привыкла к странной внешности Джека, по крайней мере к его коже. Интерес всё ещё бегал по её телу, но более это не пугало. «Мило…» — подумала Джонсон, увидев как Джек прижал к себе одеяло.       К четырём часам дня парень проснулся, пришёл на кухню, где его с нетерпением ждала рыжеволосая. — Доброе утречко. — улыбнулась девушка. — Доброе… день? Сколько сейчас время? — голос Джека ещё был слегка потерянным, но до сих пор обдавал дрожью тело зеленоглазой. — Четыре часа. Ты долго валялся, надеюсь хорошо отдохнул.       Джессика словно в танце кружилась у гарнитура, создавая почти шедевр кулинарного искусства. Готовить для гостей она умела и любила, а потому вложила все силы в завтрак. Что-то диетическое, но богатое всем необходимым для утоления голода и восстановления организма после такого ранения. — Хозяйничаешь, мило. — Да, я решила, что это лишь малая часть того, что я могу тебе предложить, — Джонсон поставила аппетитные тосты с красной рыбой, авокадо, самостоятельно приготовленным соусом и зеленью на стол, — Чай? Кофе? Тебе ведь можно кофе? — Не стоит, я скоро уйду. — Чего? Мне не послышалось? — Я ухожу. — Ну уж нет, мистер. Вы никуда не уйдёте, пока полностью не выздоровеете.       Джессика угрожающе и шуточно направила кухонный шеф-нож в сторону парня, давая понять, что она серьёзно настроена. Это моментально вызвало улыбку у раненного. — Ладно-ладно, только не убивай, — парень поднял руки, словно говоря: «он сдаётся.» — Тогда мне кофе, без сахара, без молока и прочей бурды. — Хорошо. — кукольные ручки принялись за работу, достали турку и молотые кофейные зёрна, — Так, что с тобой произошло вчера? Да и в целом, ты так долго не заходил, не писал… — Ты волнуешься обо мне? Забавно. — С чего это забавно? — Ну же. Я ведь странно выглядящий сталкер, от которого ты так тряслась, а сейчас ты даёшь мне надежду. Всё из-за одного свидания. Это забавно. — Меня не смущает всё это. Теперь. Наверное… Не уходи от вопроса. — Я просто повздорил кое с кем. Знаешь, не ношу с собой огнестрел, а вот реальные придурки носят. Один обкуренный доебался, слово за слово и вот результат. — Ужасно. И часто у тебя так? — горячая кружка с кофе встала рядом с парнем, тот сделал аккуратный глоток. — Удивишься насколько. Я мало кому нравлюсь. Не удивительно, да? — Да нет, — глаза девушки пристально смотрели на Джека, — Ты не ешь рыбу? — Я вообще мало что ем. — И чем же ты тогда питаешься? — Ну… — улыбка скользнула по лицу парня, в его мыслях роились кровавые сцены недавней охоты, душа затрепетала. — В основном мясом. Человеческим к примеру.       От услышанного Джессика поперхнулась своим чаем, после рассмеялась, не громко, но слишком сладко, чтобы Джек не обратил на это внимание. — Смешно. Когда-нибудь я привыкну к таким резким шуткам. — Знаешь в каждой шутке есть доля правды. — В любом случае, пока ты у меня, тебе придётся что-нибудь есть, так что если ты против тостов ладно, но вот куриный бульончик обязан будешь съесть и отмазы тут не помогут. — Как скажешь.       Молчание озарило комнату. Джонсон не хотела показаться слишком навязчивой, но скользящие взгляды говорили за неё. Парень не спешил продолжать разговор, лишь смотрел в ответ, смотрел так пристально, что почти вынуждал рыжеволосую сдаться. — Ты ведь не просто так исчез, да? — тонкие пальцы смущённо теребили ручку кружки, стараясь не выдавать тревожные мысли о всеобщей ненужности хозяйки. — Я был немного занят. Пришлось долго успокаиваться после того свидания. — Свидания? — Ты покраснела. –спокойно констатировал Джек, вогнав тем самым Джессику в ещё большую краску. — Ты… — Знаешь, я не самый хороший человек, и я не хочу чтобы ты меня боялась, так что решил — успокоиться будет лучшей идеей, я ведь не хочу, чтобы ты как-то пострадала от моих рук… Но да, у меня просто были дела. Расслабься. Прости, что не написал об этом. — Да ладно… Я всё понимаю. — Хочешь спросить про глаза? Про кожу или… — Нет. На удивление не хочу. Разницы всё равно нет. — Ты и вправду необычная.       Пара ещё долго сидела, болтая о недавних событиях, после «перекуса» девушка показала все свои работы за последнее время. Она бы не стала просто так хвалиться подобным, но Джек попросил, а Джонсон просто не могла отказать. Парень выглядел достаточно бодрым, но иногда становилось видно какой дискомфорт ему причиняет рана.       Впервые за долгое время Джек смог принять полноценный душ, не волнуясь о времени. В обыкновении он чувствовал давящую необходимость всё контролировать, лишь иногда позволяя себе передохнуть от этого. В те дни он совершал много безрассудных поступков, такими стали действия прошлой охоты. «Этого не повториться.» — заключил он, смотря на себя в зеркало. Душевая, ещё пылающая паром от достаточно горячей воды, затуманивала поверхности. Наслаждаясь минутной тишиной и одиночеством, парень продумывал свой план. Она уже рада ему. Слишком рано, но ведь это только на руку. Мысли хаотично сплетались друг с другом, выстраиваясь в логическую цепочку, к потоку прилипали омерзительные образы. Парень старался гнать их прочь. Не сейчас. Он не мог выпустить монстра слишком рано.       Стук в дверь заставил Джессику оторваться от рисования. На пороге стояла знакомая шатенка. Кэтрин бесцеремонно обняла подругу и зашла в дом. Девушка что-то лепетала, без остановки, что-то про последние дни в школе, про вечеринку по случаю наступающих каникул. Внезапная встреча была как никогда не кстати для Джонсон. — Стой, Кэт… Какого хера ты не позвонила? Да чёрт с этим звонком, могла бы написать! — Так я писала и вообще-то звонила, но ты видимо совсем зазналась, раз не включаешь телефон уже минимум как четыре часа.       Осознание ударило в голову. — Дура… — корила себя Джесс, — Я его потеряла где-то в квартире… Слушай, тебе надо уйти. — Я добиралась до тебя целый час, никуда я не уйду. Как минимум без фильма. — Ладно, давай хотя бы выйдем на улицу, я…       Дверь ванной комнаты распахнулась. Пар клочьями перешагнул порог, за ним последовал Джек с оголённым торсом. — Блять. — шёпотом выпалил парень.       Лицо шатенки исказилось в удивлении и тотальном непонимании. Её взгляд метался по сталкеру без маски, перебегал на Джессику, стоящую в лёгком смущении. — Джесс…это… — Вдохни поглубже, — голос рыжеволосой с трепетом принялся успокаивать подругу, — Выдохни и… присядь пожалуйста на диван.       Тьма глаз парня до ужаса пугала шатенку. Она судорожно вспоминала холодный скальпель у своего горла и старалась не сорваться с места, ведь… он точно догонит, поймает, вонзит лезвие в её хрупкое тело. Кэтрин неохотно и слегка сжато села на указанное место в ожидании объяснений. — Джек, мне кажется это отличный момент, чтобы извиниться перед Кэт.       Парень уверенно подошёл к девушкам, окинул их взглядом. Лицо выражало некое дружелюбие, но в голове… — Кэтрин, да? — девушка судорожно затрепетала головой в знак согласия, —Прости уж, я был слишком резок с тобой тогда. В своё оправдание скажу, я ведь не убил тебя, так чего же трясёшься? — скрыть хищную улыбку не получилось.       Шатенка тяжело сглотнула слюну, скопившуюся в горле, смотрела на подругу и ждала возможности уйти, как можно быстрее, из этого проклятого дома, желательно вместе с зеленоглазой. — Да ладно тебе, я ведь говорила — он хороший. По крайней мере лучше твоего Эвана. — слегка возмущённо сказала Джессика. — Я… прощаю тебя, Джек? — Вот и отлично.       Кэтрин осталась ещё на какое-то время вместе с источником своего страха. Джонсон не хотела, чтобы шатенка просто так ушла, продолжая думать, что её теперешний любовный интерес какой-то там фрик с садистскими наклонностями. Так троица провела ближайшие полтора часа, за кружечкой чая и странными, скомканными разговорами. В основном конечно общались подруги, Джек просто сидел рядом и внимательно слушал всё о чём лепечут дамы, цепляясь только за информацию о Джессике. В один момент Джонсон отошла в свою комнату, чтобы принести от туда пару кружек, которые она собиралась помыть вместе с остальной накопившейся массой посуды. Джек перевёл свой пристальный взгляд на Кэтрин. — Ч-чего?.. — заикнувшись спросила шатенка. — Да так. Думаю вот о всяком. — О чём… — Как часто ты проверяешь новости? — Не очень часто. — Это хорошо, — задумчиво проговорил Джек, откинувшись на спинку стула, его вообще не волновал испуганный, потерянный взгляд собеседницы, — Не дрожи ты так. Ну подумаешь припугнул, подумаешь странный, подумаешь жалею, что не заткнул тебя навсегда в ту ночь, — агрессия в голосе накатывала, но после легко отступила, будто её и не было вовсе, — Мелочи. — Это же просто шутки, да? — Шутки конечно. Если бы я хотел, убил бы тебя прямо сейчас, — резкое движение Джека в сторону шатенки, сильно испугало, сдавленный писк тотчас сорвался с губ, за ним послышался приглушённый смех, — Вы все такие забавные.       Пришедшая на звук Джессика завершила их разговор. Троица просидела за кухонным столом ещё минут десять прежде чем у Кэтрин окончательно сдали нервы. Атмосфера рядом с черноглазым сильно давила на даму, так что та выпалила очередную причину уйти домой. На этот раз Джонсон отпустила её. — Мне кажется, тебя надо перебинтовать. — подметила Джессика, после ухода подруги. — Да, надо бы.       Пара сидела в гостиной, рядом валялись салфетки, которыми недавно девушка протирала рану, ватные диски, вымоченные в обеззараживающей жидкости и чистые бинты. — Почему она постоянно приходит к тебе? — Ты про Кэт? У меня часто не хватает мотивации ехать аж до Маркони-авеню, просто чтобы повидать её. — Мы проезжали его когда ехали в парк, да? — Да, она живёт рядом с КФСи, на пересечении с Истерн-авеню, чуть ближе к Парку Истерн Ок. — Вот как. Да, путь не близкий. — Вот вот. Вообще не понимаю зачем она ко мне катается на час-полтора, это же глупо. — Наверно ради разнообразия однажды мы должны приехать к ней вот так вот, без приглашения. — Ну не знаю. Она так тебя боится… Думаю она и на милю тебя рядом со своим домом почувствовала бы. — Ну да, оправдывайся. Ты наверняка просто не помнишь ни номер дома, ни квартиры. — Вообще-то помню. — Удивительно, ты ведь до сих пор не вспомнила, куда засунула телефон. — Сорок два двадцать четыре по Бун-лейн. — Удивляешь меня с каждым днём всё больше и больше. — Хоть я и была у неё в гостях всего раз… десять? Но у меня не такая плохая память, чтобы забыть дом, у которого я встречала её на протяжении двух лет перед школой.       Тоненькие пальцы завязали аккуратный бантик из бинта — провозглашая окончание перевязки. — А теперь я пожалуй пойду порисую, а ты поешь пожалуйся и убери это…       Джессика быстрыми шагами направилась в родную комнату, оставив довольного парня одно со своими мыслями.       Рыжеволосая привычно водила по бумаге грифелем карандаша, подчёркивая очередную кружку с фото постановки. Оставалось всего четыре работы. Ещё чуть-чуть и она закончит этот ад, последние рывки, последние нескончаемые и нудные часы принудительного рисования. Радовало только то, что теперь в перерывах она могла отвлечься на приятную компанию Джека. Парень периодически заглядывал к Джесс, проходился пристальным взглядом по телу зеленоглазой, останавливаясь то на груди, то на талии. С каждым таким визитом его напряжение росло. Он уже почти готов был отказаться от собственно придуманного квеста, почти готов был сорваться. Но блуждающие мысли нашли выход. В комнате, где Джеку выделили койку место, он подметил шкаф с алкоголем. Вероятно отец Джонсон коллекционировал в нём дорогую выпивку — частое явление для вечно кайфующей калифорнии. Улыбка отражалась в оранжеватой жидкости, скрытой за прозрачным, резным стеклом бутылки. Джек видел усталость в глазах художницы, начал из далека с небольшого массажа плеч. Девушка сидела за своим местом, краснея всё сильнее и сильнее. Его уверенные движения расслабляли, разминая затёкшие мышцы. — Тебе раньше никто не делал массаж вот так, да? — Нет. Спасибо, это… очень приятно. — А знаешь что ещё приятней? — Джек слегка огладил шею девушки и прильнул к уху, — Выпить после усердной работы.       Джонсон чуть не вскочила от неожиданности. По спине прошёлся табун мурашек. Пульс стучал в сердце, разгоняя горячую, от грязных мыслей, кровь. Джессика не являлась большой фанаткой алкоголя, она не пила ни на вечеринках, ни оставаясь в кругу Кэтрин и знакомых, но соблазняющий взгляд Джека заставил согласиться. В конце концов она и правда устала, рутина бесила, а тревожные мысли о родителях долбили в голову с дикой силой. Парень уверял — алкоголь хорошо помогает забыться, говорил что она сможет отдохнуть. По итогу пара расположилась в гостиной. Они включили негромкую музыку через телевизор, разлили крепкую жидкость по стаканам. — Только смотри, не улети раньше чем меня хотя бы немного тронет, тут всё-таки сорок градусов. — с предвкушением проговорил парень, взяв свой стакан с виски. — Тогда ты меня контролируй, я ведь не пила такое раньше… — Вообще? А как же все эти тусовки подростков в старшей школе, литры выпивки и придерживание волос у туалета? — Не было у меня такого. Меня звали, но разве приятно пить в компании малолетних идиотов со спермотоксикозом? — А со мной приятно? — улыбнулся парень, сделав объёмный глоток. — Ну…скоро узнаем, — девушка немного пригубила напиток и тут же сморщилась в диком отвращении, — Фу…как ты вообще можешь пить это как воду?! –– ответом стал сдержанный смех. — Ко всему привыкаешь. Могу разбавить тебе. — А раньше предложить? Я же не знаю как это вообще пьют. — Мне было интересно увидеть, как сильно тебя скривит. — издевательски посмеялся парень, направившись к холодильнику. — Придурок. — хмыкнула Джессика.       Джек намешал импровизированный коктейль, добавив в виски энергетик. Они выпивали около часа. Языки развязало у обоих. Пара мило общалась, перепрыгивая с темы на тему. Говорили сначала про учёбу, Джонсон что-то рассказывала про свои уроки и смешные ситуации, где выставляла одноклассников идиотами, после болтали про религию и не заметно для парня перешли к не самой приятной для него теме. — Слава богу мать моя адекватная. Типо знаешь, слушаю все эти истории про родителей где-то в интернете или по слухам и понимаю, насколько мне повезло. Я.соскучилась по ним. Наверное они бы знатно наорали на меня за всю эту попойку. — Забей, — сдержанно выпалил Джек, —Уже ведь нет разницы, что они бы сказали. Типо…они ведь не узнают. — Да, но… Не знаю, просто я правда скучаю по ним. Ты вот давно не живёшь со своими, разве ты не чувствуешь это, скребящее в сердце, чувство тоски? — Нет. — кратко ответил парень, с силой успокаивая дикое желание вырвать собеседнице язык. — Это странно… Ты странный, — Джессика неуклюже ткнула парня в плечо, — Мне нравиться это. — улыбка озарила её лицо.       Сказать что девушку уже накрыло — ничего не сказать. Её голова приятно кружилась, движения стали неуклюжими и неконтролируемыми. Джека веселило то, в каком состоянии находиться Джессика. Его толерантность к алкоголю была выше среднего, так что половина выпитой бутылки лишь слегка подняла настроение и разговорила. — Тебе нравятся мои странности или я в целом?       Пара сидела на диване близко друг к другу. Джек аккуратно положил свою ладонь поверх руки рыжеволосой, заставив ту смутиться. — Ты в целом… — девушка отвернулась, отвела взгляд, удерживаясь от желание посмотреть в глубину тьмы, что заполняла глаза парня — боялась утонуть в той тьме. Джек коснулся её распущенных полос, заправил прядь за ухо и скользнул рукой по тонкой шее. Как же сильно его манила эта шея. Хотелось схватить девушку, без разрешения касаться её кожи, до тех пор пока чёртово напряжение не уйдёт, но он не мог себе позволить подобного. Вероятно, после такого она бы его возненавидела, а это не входит в планы. — Что ты делаешь. — смущённо спросила зеленоглазая, слегка отстраняясь от прикосновения. — Ничего такого. Ты такая…красивая, скромная, домашняя. — Я… — Надеюсь это правда, что в тихом омуте черти водятся.       В голове девушки снова всплыли сцены из снов, в ушах прозвучали пошлые фразы и образы, собственный стон, коий раздавался, придавая дрёме немыслимую сладость. Джессика закрыла руками лицо, пытаясь выкинуть назойливые мысли. Парень улыбался, с интересом наблюдая за этими четными попытками. — Ты знаешь, что у тебя всё на лице написано? — Джек специально доводил зеленоглазую, издевался, смотрел за прелестной реакцией на его слова. Девушка не ответила, лишь завертела головой, — У тебя ведь не было парня прежде, да? — Не было… То есть.Я не знаю была ли то влюблённость или простая симпатия, но он меня грубо отшил, присыпав издёвками напоследок, так что до отношений не дошло. — И… Ты никогда не целовалась? — провокации выходили на новый уровень, заставляя Джонсон ещё больше волноваться. — Нет… — Хочешь, чтобы я взял всё в свои руки? — слова парня были как последний гвоздь, вбитый в крышку гроба.       Он знал насколько Джесс потеряна, видел, что она готова на любые его действия и не стал больше медлить. Джек по хозяйски притянул девушку к себе, так, что та стала слишком близко к нему. Её мысли трепетали, смешивались, запинались сами о себя, снова и снова твердя: «не смотри в глаза, не смотри…» Но она не смогла. Парень вальяжно взял её за подбородок, приподнял взгляд, тот устремился прямо во тьму. Девушка окончательно растаяла. Губы парня нежно прикоснулись к ней. Она робко и неумело отвечала на поцелуй. Все размышления в миг исчезли, оставив рыжеволосую наедине с обжигающим сплетением губ, сначала невинным, но после становившимся всё напористей. Джесс едва уловила момент, когда по её коже разлились горячие поцелуи, переходящие с губ к шее, а затем к ключице. Жар окутал тело. От уверенных действий парня кружило голову пуще чем от алкоголя. Руки приятно скользили по груди, бёдрам, но не позволяли себе снять одежду с девушки, не заходили слишком далеко. Но желание медленно перетягивало самоконтроль и вот руки уже оглаживают внутреннюю сторону бедра, подходя к самому сокравеному. Обычно Джеку не нужно было разрешение, когда похоть била по разуму — он просто брал желаемое, но сейчас ему не позволено подобное. Джинсы, в которых он ходил по дому стесняли, напоминая о том насколько он омерзителен. — С…стой. Пожалуйста. — губы рыжеволосой вновь обдало горячим поцелуем, заставив на миг замолчать, — Нет, Джек… Не надо… пожалуйста, я не.я не готова… Парень не услышал, даже скорее проигнорировал по привычке. Лёгкие едва ощутимые стоны Джессики будоражили разгорячённую кровь. Ему хотелось слышать её голос ещё больше, громче, хотелось разодрать её горло своими движеньями. — Отстань, пожалуйста… Джек, не надо, я не хочу! — умоляла Джесс, на глазах блеснула прозрачная жидкость, голос дрожал, ожидая взрыва эмоций и истерики.       Только тогда его больной разум соприкоснулся с последними человеческими мыслями. Парень неохотно остановился. На отступление ушло много сил, ведь где-то в уме, на заднем плане уже звучали громкие стоны, виднелась кровь стекающая из множества поверхностных ран. —Чёрт. — сорвалось с его губ. — Прости, Джесс.Я слишком сильно увлёкся.       Потихоньку понимание начало приходить к обоим. Рыжеволосая пыталась отдышаться и взять себя в руки, парень же слишком чётко понял — ему срочно надо уйти. Ещё немного и он бы уже не смог остановиться и тогда все шаги, пройденные ранее, канули бы в лету. Нет, он не мог позволить спонтанному желанию испортить игру. — Я.наверное пойду к себе. Прости за это. — Джессика быстрыми и неловкими шагами ушла в свою комнату, оставив парня одного.       Межкомнатная дверь со скрипом закрылась. Зеленоглазая упала на кровать в полном смятении от пережитого. Всё происходит слишком быстро. Она не была готова даже к простому поцелую, что уж говорить о продолжении. Джонсон ещё около двадцати минут вертелась в кровати, пытаясь упокоить сердцебиение. Она не понимала что чувствовать, оправдывала парня и почему-то мельком винила себя за излишнюю скромность, за то, что расстроила его, опять всё испортила. После её окутал сон, столь сильно разящий алкоголем. …       Ночь. Свет от фонарного столба слегка пробивался в девичью комнату. Из карих глаз струились солёные слёзы. Девушка бы ревела навзрыд, ощущая противные, липкие столь грубые движения внутри, но она не могла издать ни звука из-за плотно впихнутого куска ткани. По началу девушка брыкалась, пыталась бороться, осознавая насколько была права, однако всё четно… Боль распространялась по телу всё сильнее с каждым толчком. На идеальной когда-то коже проступали новые синяки и раны от острия скальпеля. Кровь марала простыни…       Где-то на первом этаже лежало тело сорока пяти летней женщины с прорезанной сонной артерией, а на верху испускала свой последний вдох семнадцати летняя шатенка. Кожаные перчатки достали из пачки привычную сигарету. Горделивое ощущение превосходства над другими волнами накатывало на парня. Напряжение ушло, а вместе с ним ушла и надоедливая проблема.       Входная дверь старого дома отворилась только к пяти часам утра.