Брошенные.

- То есть, - Володя тут же изменился в лице и побледнел. Николай был рядом и стоял неподвижно, но было ясно, что его эта новость ничуть не обрадовала. - То есть, нас… разгоняют? Настасья Семеновна, как же так?.. За что?.. Он обернулся и растерянно поглядел на меня. В его глазах читался шок. - Вот и я не знаю, Володенька! Зачем ему понадобилось нас распускать? - еще пуще зарыдала Настасья Семеновна. - Ему - это кому же? - Сергею Павловичу, кому еще. Нет, я так не могу! - она бросилась обратно на крыльцо, распахнула двери и вбежала внутрь дома. Повисла гробовая тишина. Только легкий беззаботный ветер колыхал колоски, и они едва слышно шуршали. В небе пролетела веселая птаха. Что-то чирикнув эдакое, она, прокружившись над нами в последний раз, упорхнула и скрылась из нашего виду. Я боялся прервать эту тишь. Мне было отчего-то страшно. Все здесь было странным и неясным мне. - Так и знал, - Николай взглянул на распахнутые двери дома, скривился и со всей злостью швырнул старую палку. Он хотел было еще что-то сделать, но сдержался и вместо этого просто посмотрел на меня. Без зависти. Без нескрываемой неприязни. Посмотрел спокойно и как-то устало. - Кто такой этот Сергей Павлович? - Губернатор наш, вот он кто. Сволочь редкая. Поганая человеческая вошь. Как бы я ему… всыпал хорошенько! Володя все стоял неподвижно и глядел в одну точку. Он лишь судорожно сжимал в руках свою черную шапку. Наконец, и он прервал молчание: - Ты, Андрей, может быть, не до конца все понял… - Все он понял! Не глупый же, в самом деле, - тотчас прервал его Николай. Володя пропустил эти слова, будто не услышал их и продолжал: - Я расскажу все как есть. А если что и забуду, так мой друг напомнит. Видишь ли, мы … мы жили в этом доме. Это было единственное место, где нам были рады, где было спокойно. Мы всегда знали, что у нас, даже у нас, есть и будет крыша над головой и пропитание, и не придется ночевать в закоулках на улице в холод, дождь или снег. А теперь… нас выгоняют. Здание снесут, построят что-то ненужное никому, но выглядящее лучше, чем прежний дом на этом месте. - Не что-то, а сотый дворец губернатора, если я не сбился со счету, - вставил Николай. - И то верно, - Володя быстро кивнул и почему-то опустил глаза. - Просто мы… мы… - Брошенные мы, вот кто. И чего ты так этого стесняешься? Сам всегда говоришь, что наше положение вынужденное, и ничего с этим поделать нельзя, - Николай прямо посмотрел на меня. - Нас бросили. Родители, оные люди, да кто угодно. И сдали сюда. Где нам и так было хорошо. Если бы не этот… - Не ругайся, прошу тебя, - Володя умоляюще взглянул на друга. Вздохнув, он посерьезнел. - И теперь мы не знаем, куда нам идти. И что делать. Я промолчал. Если бы у меня было жилище здесь, тут же привел бы их к себе, напоил чаем, угостил бы чем-нибудь. Не бросил бы. Но я был в почти что таком же положении, что и они. - Что вы предлагаете? - Не знаю, - тихо произнес Володя. - Понятия не имею. Погоди… Коля! Приведи срочно сюда Аню и Машу, прошу тебя! Николай, даже не глядя на друга, быстро помчался к злополучному крыльцу, взбежал по ступенькам и был таков. - Маша - это сестра моя младшая, ей всего лет одиннадцать, - торопливо стал объяснять мой новый знакомый. - А Аня… она… она хорошая. И добрая. Иногда на гитаре старой играю, где-то давно подобрал ее, ну и… Смутно слушал я его. Во мне все пуще бушевала тревога. К ней добавлялся страх. И всю эту кашу завершал ужас. Такая сборная солянка, право, мне совсем не нравилась, но что уж поделать. Судьба бывает жестокой. - Все, они на месте, как и просили, - запыхавшийся Николай вел за руку двух девочек. Помладше, скорее всего, Маша, была поразительно похожа на Володю. Одно лицо почти что! А вот другая была уже старше ее на года три - четыре точно. Ее русые волосы спадали с плеч и в кончиках завивались в маленькие локоны. Одеты обе, как и мальчики, были весьма и весьма просто. Понятно же, почему. И у всех у них не было с собой вещей. Ни одной рубахи даже. Все было на них самих. - Познакомься, Андрей - это, - Володя указал на младшую. - Маша, она самая младшая в нашей… в нашей компании. А это - Аня. Аня, Маша, познакомьтесь - это наш новый друг Андрей. - Очень приятно, - я чуть поклонился им, словно высокопочтенным дамам. Было приятно вести себя именно так - это разряжало обстановку и на минуту заволакивало все произошедшее в некий туман в голове. - Взаимно, - обе улыбнулись мне и тоже присели в реверансе. Я рассеянно кивнул и внимательно посмотрел на Володю. Похоже, он считался за главного, но мои догадки могли быть и ошибочными. - Ну? - Николай вопросительно глянул в небесные глаза друга. - Что? - Что делать будем, вот что. - Пока без единого понятия. - Вот это тот ответ, который я и ожидал услышать, - кивнул Коля и невесело усмехнулся. - Никто ничего не знает. Как и обычно. - А что прикажешь делать? - Володя решительно подошел ближе к нему. - Ничего не прикажу, я же не помещик и не барин какой. Обычный мальчуган. Мы помолчали. Девочки стояли рядышком с нами и все глядели куда-то вдаль. Задумчиво так. И ко всему прочему в волнении сжимали края своих бедных платьишек, приглаживали их тут же и принимались снова. Тишина царила вокруг и объединяла нас сейчас. Может, мы были все совершенно разными, но этот момент, это несчастье, соединили нас и сплотили. Наконец, Аня шумно вздохнула, привлекая к себе внимание. Все обернулись. - Я вот какую идею предлагаю, - начала она, говоря торопливо и мелко, чтобы не упустить самую важную мысль. - Чего вы все так раскисли? Надо нам всем собраться вместе, придумать эдакую компанию и либо уговорить кого-нибудь отдать нам комнаты две - мы уплатим за них, либо же найти один дом непримечательный и поселиться там. Как вам? - Да никак, - фыркнул Николай. - Во-первых, никто нам так просто комнаты не сдаст, а ежели и сдаст, так за высокую плату, кою мы никак не раздобудем. А искать дом… может, идея и хорошая, но трудно выполнимая на мой взгляд. - Ну, это только лишь на твой взгляд, - возразила Аня. - Я тут все дома в округе знаю, и живые, и мертвые… - Какие? - я удивленно посмотрел на нее. - Живые и мертвые, - так же удивленно она глянула на меня в ответ. - У нас тут принято называть жилые дома „живыми”, а те, где нет никого - „мертвыми”. Теперь понятно-то? - Понятно. - Ну так к делу. Заработать мы всегда сможем, а вот снять комнаты… дело и правда трудноватое, соглашусь с Колькой. - Я не Колька тебе! А Николай! Сколько раз нужно повторять? - последовало в ответ. Все лишь снисходительно улыбнулись и продолжали беседу: - Хорошо, хорошо, Николай. Как Вам будет угодно. Ну так дальше. Найти мертвый дом еще куда годится. Но вот где… вопрос уже посложнее. Николай, ты вроде бы знаешь все жилища в округе? Тот кивнул. - Отлично. С тебя найти нам подходящий мертвый дом, куда точно никто уже не заедет. Насчет комнат… я слышала давно еще, что булочник не против был сдать пару - тройку комнат за низкую оплату, но время прошло, и все могло измениться. Володя, - она оценивающе посмотрела на него. Спустя секунды три кивнула и стала рассказывать дальше. - Ты, Володя, как самый культурный из нас и самый обаятельный, - при этих словах Николай прыснул и попытался не засмеяться. Но никто не обратил на это внимание. - Пойдешь к булочнику и разузнаешь там все, что нам надо - готов ли он сдать нам две комнаты, за сколько, на сколько дней. Вроде бы все, что хотела сказать. Все согласны, или же есть возражения? - Возражений нет, - мы согласно кивнули. - Вот и отлично! Сегодня - завтра приступим к делу. Так, глядишь, и проживем! Спустя пять минут мы шагали по песчаной дороге в самое сердце городка. Было людно, шумно и одновременно ветрено. Непонятно, почему, но мне стало как-то неуютно. Может, это все из-за внешнего вида жителей? Вдруг меня будто осенило, и я встал как вкопанный. И не двигался с места. Володя, с которым я шел даже не рядом, тут же обернулся: - Ты чего? Все в порядке? - Я вспомнил! - говорил сбивчиво, пытаясь сохранить в голове всю суть идеи. - Тот самый дом, где давно жили Гдановы… - Ни слова больше, мой друг, ни слова! - Аня кивнула мне и обратилась к остальным. - Точно, как же мы раньше-то не подумали! Этот дом уже сколько дет мертв. И не надо платить за съем комнат! Гениально, Андрей! Будет намного легче обустраиваться, и (может быть!) там будут некие вещи и продукты. - Пфф, ты надеешься, что мы найдем там что-то? - Николай насмешливо и снисходительно посмотрел на нее, как на маленького ничего не понимающего ребенка. - Ну хорошо, хорошо, вещи - это хотя бы реально. Но продукты! Позволь заметить, что даже если мы их и найдем, то в каком состоянии они будут. Нет, если ты хочешь потравиться - травись на здоровье, как твоей душе угодно. - Не опять, а снова ерничаешь. - А ты как и обычно городишь ерунду. - Может хватит уже? Как младенцы, честное слово! Все разом обернулись. Оказывается, это Маша прервала нашу перепалку, и теперь стояла серьезнее некуда, подбоченившись. Я удивился - всего одиннадцать лет, а заткнуть может любого! - Согласен с Машей, - это уже сказал Володя. - Зачем вы спорите? Лучше бы дошли быстрее нас до дома, разведали бы все и доложили нам о результате. - А почему бы… - Я пойду, - это прозвучало с моей стороны, и было это не вопросом, а утверждением. - И буду ждать вас всех там. - Не убежишь? - Маша улыбнулась мне. Сразу было видно - копия Володи. Только младше. И в облике приятной милой девочки. - Не убегу, - улыбнулся ей в ответ. - Ну, раз так - с Богом, - Володя перекрестил меня на удачу. Николай почему-то тихо фыркнул и закатил глаза при виде этого „ритуала”. - Вся надежда на тебя, наш новый друг! Ребята, попрощавшись со мной, медленно двинулись в путь, но почему-то обходной дорогой. Я же напротив пошел прямо, ускоряя постепенно шаг. Впереди была неизвестность, от которой становилось и страшно, и в то же время радостно. Нас ждало что-то: но вот хорошим ли было оно?