Игра морали

После нашей интимной близости с Чимином, я представляла себе скачок в сближении на несколько ступеней вперёд. Но его не произошло. Учитывая, как быстро он собрался и ушёл из собственной спальни, оставляя меня наедине с собой. До этого момента я грезила о новом этапе, собственном ощущении удовлетворённости, но увы. Всего этого я не получила. Да, физическую удовлетворённость сполна, а вот душевной — нет. Наш секс был наполнен страстью, но не чувствами. Обычно, к моменту интимной близости с парнями, на которых я положила глаз, уже зарождалось хоть что-то, и это чувствовалось. С Паком же всё намного сложнее. Во-первых, не стоило забывать, что по своей профессии он уже давно научился скрывать свои истинные чувства, и это могло послужить первой причиной — его неуверенность во мне. О втором варианте даже не хотелось думать, ведь он означал их действительное отсутствие, и близость со мной, как просто одна из составляющих вечеринки. Ничего более. Меня это мало волновало. Ведь начало положено, и я не собиралась отступать от своей цели. Эти безудержные чувства, желание быть с ним вместе, застилали мне взор. И если до этого вечера все советы окружающих уже успели посеять во мне зерно сомнений, то сейчас оно утонуло где-то в подсознании, с большим сомнением на проростки. Как бы там не было, теперь мне хотелось проявить больше разумности. Поэтому я ушла из спальни Чимина через какое-то время, чтобы не порождать ещё больше сплетен и не укоренять их. Конечно, мне совершенно не хотелось этого делать. Но я была, просто, обязана показать ему, что тоже умею мыслить здраво. И стала более серьёзно относиться к нашей связи, не желая подставлять ни его, ни себя. Когда же вернулась Суа, я не знаю. Голоса и музыка из гостиной доносились ещё на протяжении нескольких часов, пока я терзала себя в размышлениях на счёт связи с Чимином и чередовала это с воспоминанием его горячих губ на своих. Боролась с желанием вновь спуститься к остальным. Раньше, я бы так и поступила, в попытках выискать подтверждение истинной симпатии Чимина. Но Джиу права, это не обычный парень, с которым можно было действовать подобными методами и пытаться привлечь напором. Утром Суа уже была на месте. Тихо спала на своей половине кровати и сразу закопошилась под звон будильника, отключая его. Времени на болтовню не было, и, быстро собравшись, мы продолжили свои рабочие задачи по сбору остальных принадлежностей и уборке гостиной, дабы оставить после съёмок идеально чистый дом. — Доброе утро, — сонно пробубнил Чонгук, втискиваясь в дверь и пытаясь привести взъерошенные волосы в порядок. — Доброе, ты чего так рано? — обернулась я, отвлекаясь от мыться посуды. — Не знаю. — Вы же, вроде, поздно разошлись? — Да, похоже на то, — протёр глаза Чон и, взяв бутылку с водой, сел на стол, устало вздыхая. — Много выпил? — усмехнулась я. — Думаю, меньше, чем остальные. Те, кто пил. — И больше меня, — кивнула я и принялась намыливать тарелку, продолжая стоять в полоборота, чтобы лучше видеть парня. Он открутил крышку бутылки и сделал несколько крупных глотков. — Пытаешься искоренить образ тусовщицы? — усмехнулся он. — Ничего я не пытаюсь. — Да ладно, — протяжно проговорил Чон и засмеялся. — Давай помогу. — Не надо, — шуганулась я, замечая, как резко поднимается Чонгук. — Это не твоя обязанность. — А твои рабочие обязанности должны были закончиться ещё вчера. Так что не возмущайся. Чонгук взял полотенце и начал вытирать уже вымытую посуду, и я сглотнула. С каких-то пор во мне возродилась новая борьба между комфортом и дискомфортом рядом с Чоном. А понять, от чего она взялась и зависела, мне не удавалось. Иногда мне чудилось, что с ним теплее и интереснее, чем со всеми моими знакомыми вместе взятыми. В другой же момент, во мне бунтовали противоречивые чувства с желанием поскорее улизнуть от него. — Но… — Никаких но. Чонгук замолчал, монотонно забирая вымытые тарелки со стола, и принялся вытирать их. И с каждой минутой моё напряжение спадало, уступая место комфорту. Ещё ни разу я не мыла ни с кем посуду. Ранее и поверить не могла, что первым, кто подарит мне подобный опыт, станет Чон Чонгук. И до сих пор не верилось, хотя с каждым днём я всё меньше начинала воспринимать его как кумира, открывая всё больше его личных качеств и привыкая, как к обычному парню. Иногда даже забывая, что он мировая звезда. Быть может, будь он моим биасом, как Юнги, от восторга, что рядом с тобой стоит кумир было бы тяжелее отделаться. Не знаю. Шуга со мной рядом находился не так часто. — Надеюсь, я не обидел тебя ничем? — А чем ты мог меня обидеть? — передала ему очередную тарелку я. — Не знаю, я иногда вижу, что при наших разговорах ты начинаешь злится. — Я сама не знаю, на что злюсь. — На то, что я лезу в твою жизнь? — прикусил губу Чонгук. — Нет, не думаю. Скорее на то, что слышу какую-то правдивость в твоих словах. — Но если ты ощущаешь, что они правдивы, — тут же просиял Чонгук и осёкся. — Нет. Давай по-другому. Если ты однажды захочешь поговорить о личном, знай, что я только за. — В друзья набиваешься? — усмехнулась я, стараясь скрыть потрясение от его слов и теплоты во взгляде. — Может и так, — засмеялся он. — Я закончила с игровой, — крикнула Суа, протискиваясь в дверь спиной, удерживая в руках какую-то коробку, и обернулась. — Ой, Чонгук, доброе утро. — Доброе. Тебе помочь? — Нет. Она лёгкая, — просияла Суа, ставя коробку на пол. — Давай я тебя сменю, тебя там вроде Джин искал. — Серьёзно? — Чон положил на столешницу полотенце и улыбнулся мне. — Пойду узнаю, что он хотел. Чонгук скрылся за дверью, из которой недавно появилась Суа, и моя коллега заговорчески улыбнулась. — Первый раз вижу, чтобы он помогал с посудой. Не ребятам. — Он, просто, очень вежлив, — цокнула я. — Если тебе хочется так думать, то окей, — толкнула меня бедром Суа, вставая рядом. — Давай помогу. Ближе к обеду мы управились со всеми своими задачами, и это совпало и с пробуждением, и с готовностью отъезда всех ребят. Я вышла на крыльцо и вздохнула, подпирая плечом стену. Оглядывая место, которое подарило мне уйму интересных событий и впечатление, изменившее многое и сблизившее с некоторыми людьми всего за несколько дней. — Хорошее тут место, да? — проговорил Чимин, встав рядом со мной. — Да, красивое, — подтвердила я, ощущая трепет. — Значит, тебе и природа нравится? — А ты думала в моих предпочтениях только клубы и алкоголь? — рассмеялся Пак. — Ну, судя по тому, с каким восхищением ты рассказывал о своих тусовках, и как ты любишь расслабляться — да. — Ну, получается, мы мало чем отличаемся, — подмигнул он после своей неоднозначной фразы. — Было здорово. — Звучит, как будто ты решил прекратить наше общение, — фыркнула я, почувствовав обиду. — С чего ты взяла? — вновь рассмеялся Чимин. — Мне нравится наше, — прочистил горло он, замечая приближающегося Хосока, — времяпрепровождение. — Так ты это называешь? — засмеялась уже я и получила улыбку в ответ. Сама же ликуя внутри, что он желает продолжения нашего общения, и я зря напридумывала себе возможность его безразличия. Как ни крути, какой-то интерес в Чимине есть, а значит у меня ещё больше шансов попытаться его увеличить. Ребята начали рассаживаться по своим машинам, а стафф по своим. Мы с Суа заняли свои места в минивэне для персонала вместе с ребятами, которые составляли нам компанию вечером. И, взглянув в переднее стекло автомобиля, я заметила, как машины с ребятами трогаются с места. Грусть накатывала волнами, очень не хотелось так быстро прощаться с этим уединённым местом, где мы уже ощущали себя прекрасной слаженной командой. Где мы были ближе. Теперь же нам предстояло вернуться обратно в компанию. Где заправляла Юджин, где между нами вставало плотное расписание, огромное внимание с ребятами и возрастание моих романтических терзаний. Поэтому всю дорогу я молчала, включив музыку в наушниках, наблюдая за людьми за окном, вспоминая всё, что произошло за эти четыре дня. В здании компании значительно прибавилось сотрудников, а значит ранее его пустующие стены были связаны лишь с туром и активной работой других артистов. Теперь мне стоило заново привыкать к этим заполненным коридорам. И нет, не скажу, что там невозможно было протиснутся. Но парочка-тройка сотрудников обязательно встречалась мне на пути. Мы с Суа поместили оставшуюся после съемок технику на нужный этаж и выдохнули, радуясь окончанию небольшой командировки. И если Суа, возможно, и правда была этому рада, меня преследовали двоякие чувства. С одной стороны, было приятно погрузиться в свою привычную атмосферу. А с другой на съемках всё было проще: близость к ребятам, активное общение и никакого пристального внимания от Юджин, которое преследовало меня в компании. Смс с требованием явиться в её кабинет пришло почти сразу после того, как мы расправились с остатками имущества компании. — Видимо, наша Мегера и сегодня не в духе, — хохотнула я, и показала Суа смс, пока мы шли к лифтам. — Вроде, она была нормальная. Я ей отчитывалась о нашей проделанной работе. — Ей все, что ли, отчитываются? — Почти да. Ей же нужно держать всё под контролем. Как ни крути, ответственности на ней много. — Ну, по сути да, — откинув всю свою неприязнь, согласилась я. — Ты на какой этаж? — Я на второй, там комнаты стаффа. — Хорошо, тогда увидимся позже. Я зашла в лифт и засунула телефон в карман, нервозно постукивая ногой по полу. Как ни крути, общение с начальницей, которая заведомо не испытывала к тебе особой любви, и не набралась её в процессе сотрудничества, волновало. И даже если я могла дать отпор ей при собеседовании и первом контакте, понимая, что не сделала ничего не положенного. То теперь же у неё было множество поводов для серьёзных разговоров и угроз, а особенно слухи, просочившиеся про нас с Чимином. Но мне хотелось верить в лучшее. Дверь кабинета Юджин оказалась закрытой. Я занесла руку, чтобы постучать, но замешкалась, подаваясь сомнениям. Понимание содеянного за первые недели стажировки тяжким грузом упало мне на плечи, подкашивая уверенность, заселяя страх разделения с Чимином. Учитывая его график, моё увольнение может стать приличной проблемой нашему сближению, и в этом есть мои вина и несдержанность. Сделав шаг назад, я выдохнула, протёрла лицо руками и снова занесла руку, стуча костяшками пальцев по деревянной двери. И, услышав за ней разрешение войти, потянула ручку вниз, переступая порог. Юджин печатала что-то на клавиатуре и мельком бросила на меня взгляд, но, видимо, осознав личность своего «любимого» посетителя, оторвалась от экрана. Упёрлась локтями в стол, сцепляя пальцы и укладывая на них голову. Она молчала. А взгляд карих глаз пропитанных злостью говорил сам за себя. Ещё чуть-чуть и от неё полетят искры, но я не сдавалась, продолжая этот зрительный контакт, пытаясь не сломиться. — Тебе есть что мне сказать? — пошла в атаку Юджин и я вскинула брови, мысленно перебирая ситуации, за которые мне может прилететь от начальницы. — Съемки прошли хорошо, ребята остались довольны, а у съёмочной группы не возникало особых проблем. Мы с Суа… — Прекрати этот цирк, — перебила она, оставаясь на своём месте, и тут я сглотнула. — Когда Зико замолвил за тебя словечко… — встала Юджин, забирая телефон со стола. — Я думала, что есть вероятность твоей разумности. Ну, не будет же он так рисковать. — Я хорошо выполняю свои работу. — Да, когда не отклоняешься от неё. Ты забываешь где находишься, тут даже у стен есть уши, и вопрос только в том, до какого момента распространятся слухи. Я мысленно чертыхнулась, пытаясь перебрать всех сотрудников, кто находился на съемках и мог уже донести начальнице о наших взаимоотношениях с Чимином. Но отмела эту идею ещё на третьем. В тот момент это было не так уж и важно. Другой момент — попытаться выкрутиться. — Я сделала что-то не так? — Ты же говорила, что не фанатка. — Я не фанатка. — Тогда, что это? — Юджин повернула экран своего телефона ко мне, и я прикусила губу. На фото был запечатлён тот самый вечер нашего первого сближения с Чимином. Но вот только не поцелуй. Пак на фото стоял поодаль, копаясь в телефоне, а я же как раз вышла из-за угла и, завидев его, решила посмотреть на свой внешний вид через камеру телефона. Только вот со стороны это выглядело, будто я подкараулила звезду для удачного личного фото. Я вздохнула и прищурилась, делая вид, что пытаюсь разглядеть фото получше. Сама же пыталась придумать более-менее толковое оправдание. Не могла же я сказать, что прихорашивалась перед общением с Паком, тем самым подкинув Юджин ещё больше сомнений и рычагов давления. — Я просто фоткалась, — в попытке изобразить безразличие, я пожала плечами. — То есть селфи? Покажи. — Что? — Глаза округлились в изумлении, я не верила своим ушам. Юджин переходила все рамки дозволенного с такой уверенностью и правотой в глазах, что у меня терялись слова. — Покажи селфи. Или ты выложила его в сеть? — Я его не сделала. — Ну, конечно, — развела руками Юджин, заблокировав телефон. — Что же тебе помешало? — Я заметила Чимина и поняла, что это будет не уместно, — стараясь сохранить остатки спокойствия, готовые в любую секунду улизнуть от меня, проговорила я. — Ну, конечно, Чимин. Поговорим о слухах? — Это просто слухи, — тут же запротестовала я. — Просто нет доказательств, — скрестила руки на груди Юджин. — Значит так, Хёна. Если ты сделала фото Чимина там и выложишь его без согласия — вылетишь. Если учинишь скандал — тоже. — Я поняла. — Нет, ты не поняла. Твой выходной отменяется. Ты поедешь помогать на следующей фотосессии Чимина, чтобы ничего не могла вычудить. А я, пока что, подумаю, что мне с тобой делать. Я испуганно сделала шаг назад и нахмурилась: — Что Вы имеете в виду? — А ты думала, что я закрою на такое глаза? — Уволите меня? — А ты считаешь, что должна? — Вы же тут решаете, — тут же парировала я. — Вот и чудно. Всё, иди. Потом пришлю тебе смс с адресом и временем, — резко отвернулась Юджин, красноречиво давая понять, что более не настроена продолжать диалог. Я надула щёки, задерживая дыхание, и медленно выдохнула. — Я не фотографировала его, — бросила я и вышла из кабинета. Как бы не хотелось хлопнуть дверью, пришлось закрыть её аккуратно, дабы не злить начальницу ещё больше. Моя работа зависела лишь от её решения. Своей любовью к авантюрам и несдержанностью я сама подвела к таким проблемам, и теперь некого было винить. Возможность увольнения пугала неимоверно, как и мысль о том, что я подставлю Зико тем, что даже не продержалась испытательный срок. Да и возможность вылета из-за слухов, которые, надеюсь, останутся в стенах компании, раздражала. Я понятия не имела, стоит ли пойти поговорить с Чихо или подождать решения Юджин. Я запуталась. — Ты чего здесь? — раздался голос Хосока, и он сократил расстояние между нами, склоняя голову и заглядывая в лицо. — Отчитали, что ли? — Типо того. А ты куда? — В студию к Шуге. Пошли со мной. — Ты же сказал, что не будешь больше мне помогать? — А я и не помогаю, — пожал плечами Хосок. — Пошли. Мы молча дошли до лифта и поднялись на этаж со студиями. Мне вовсе не представлялось, зачем Хо повёл меня за собой. Что он хотел? Я терялась в какой-то прострации с грузом ожидания решения Юджин. И резко выдохнула. В любом случае — повлиять на её решение не представлялось возможным. Не в тех мы отношениях. Тогда был ли смысл так сильно переживать? — Так, зачем я тебе? — Забрать несколько кабелей, которые мы одалживали у стаффа. — А, тогда всё ясно. Хосок открыл тяжёлую дверь и пропустил меня внутрь пустующей студии. Студия Юнги, из которой однажды вышел Чонгук, сильно отличалась от той, в которой изредка работал Зико. Эта же было выдержана в тёмных тонах и содержала намного больше мониторов и аппаратуры. — Ничего себе, — огляделась я. — Круто, правда? — Хосок вытащил несколько проводов из-под стола. — Очень. — Что, — усмехнулся он, встав и положив кабели на стол, — отчитали за Чимина? — С чего ты взял? И до тебя слухи дошли? — уныло цокнула я. — Какие слухи? — свёл брови Хо и пожал плечами, присаживаясь в главное кресло. — Мне они не нужны, чтобы понять, что творится между вами. — И что же между нами творится? — выделила последнее слово я и по-хозяйски плюхнулась на диван у стены. — Наверно, ты влюблена, — Хосок взял карандаш и начал прокручивать его в пальцах, приобретая больше уверенности. — Но это не моё дело. — Но получается, ты за этим следишь, — фыркнула я, скрещивая руки. — Знаешь, — вздохнул он и прищурил один глаз, — есть люди, любящие драйв. Такие как ты, такие как он. Которые от чего-то бегут. — Где-то я уже слышала подобное, — вспомнила я разговор с Чонгуком. — А есть противоположные. С которыми комфортно и надёжно. — И к чему ты это? — К тому, что все эти игры не всегда имеют подлинность, — Хосок развернулся на стуле и включил компьютер, снова разворачиваясь. — Тут главное слово «игры». А судя по тому, как ты рванула за Чимином в тот клуб, ты их любишь. — А может, мне нравится Чимин? — вскинула головой я. — Может, я не играю? — Почему? — Что? — Почему нравится? Вы много общались? — Нет, — сглотнула я. — Просто нравится. — Ты его фанатка? — Да нет же, — цокнула я. — Почему ты так уверен, что это игра? — Есть такие люди, — задумчиво потёр подбородок Хосок. — Они проверяют тебя, прощупывают, но не подпускают близко. Сначала они делают что-то удивительное, что выбивает из колеи, заставляя решать здесь и сейчас. Я тут же вспомнила нашу первую вылазку в клуб, когда после неожиданного предложения даже не успела поразмыслить над целесообразностью этой идеи. — И? — А потом делают вид, что ничего не было. Затем снова притягивают. Тут мне вспомнился наш танец, и я сглотнула. — А потом бац, — вскинул руками Хосок, — и безразличие. За которым следует лёгкий телесный контакт, и вот тогда ещё остается шанс бежать, а дальше… — И что же если произошло это «дальше»? — как завороженная проговорила я, словно Хосок мне даст все ответы на вопросы. — А дальше ты проиграла. Я в неверии открыла рот, ловя воздух как рыба, и огляделась. Такой расклад не хотел приживаться в моём понимании. Мне чудилось, что это всё бред. Такого просто не может быть. — А что если игра пошла не по плану? Да, по схеме, но что если там замешаны чувства? — А они замешаны? Я раздражённо выдохнула, сама не зная ответ на этот вопрос. Дверь в студию распахнулась, являя перед нами Шугу, и он поджал губы оглядывая меня. — У нас гости, — кивнул в мою сторону Хосок. — Я вижу, — кивнул Юнги. — Дай я сяду за свой стул. Хосок пересел на соседнее кресло и вновь развернулся ко мне. — Так они замешаны? — Да. — Ну, хорошо, — с неверием усмехнулся Хосок. — Это глупый разговор. Слишком сложная схема эмоциональных качелей, — встала я. — Отнюдь, — пожал плечами Шуга, щёлкая мышкой. Я вздохнула. Складывалось стойкое ощущение, что все вокруг знают что-то, чего не знаю я, и пытаются это скрыть. При этом аккуратно навести меня на решения, по их мнению, «правильные». Всё навалилось снежным комом, с каждым часом увеличивая его. Моя авантюра, к которой я не относилась серьёзно, принимала совершенно противоположное положение. И мне уже не представилось, как во всём этом разобраться. В любом случае, хотелось поговорить с Чимином, чтобы ответить себе на вопрос, замешаны ли всё же реальные чувства или же это игра.