Летние каникулы у Сириуса Блэка

      «3 июля 1997, 2 день       Мама не была права. Здесь ужасно. Нимфадора разбудила меня, включив громкую музыку в своей комнате.       Потом она пыталась самостоятельно приготовить завтрак. Сковородка загорелась и пламя достало до висящего над плитой кухонного шкафа. Подпалила стену, вся плита была черная. Жаль, она не подпалила свои волосы.       Сириус чуть не надорвал живот. Смех у него странный, лающий, словно смеется собака».       — Драко! — крикнул Сириус с первого этажа, заставляя Малфоя вздрогнуть и с громким выдохом закатить глаза, — вылезай из своей конуры! Мы идем гулять, и на тебя это тоже распространяется!       Драко не отзывался. Он положил перо, посмотрел на скудное количество новых записей. Постарался досчитать до десяти, но в момент гробовой тишины ворвался Сириус, громко распахнув дверь.       Драко резко дернулся, захлопывая тетрадь и пряча ее под стопкой книг, лежавших под локтем. От осознания, что кто-то мог увидеть его писанину, сердце забилось в испуганном, быстром темпе. Краска норовила вылиться на его лицо.       — Ну же, тебя сюда привезли не для того, чтобы ты тут прохлаждался на сквозняке, — Сириус подошёл к окну, оперся о стол, за которым сидел Драко, и, с ухмылкой, взглянул в серо-голубые глаза, — Весь в мать, этот взгляд... От него надо избавиться, пока ты здесь. Давай, поднимайся.       Сириус схватил племянника за плечи, поражаясь худобе юноши не менее, чем Нарцисса — Драко понял это по вздоху, так похожий на вздох матери. Драко бы не сдвинулся с места, стоял бы, как многотонная каменная плита, если бы Сириус намеренно не подталкивал его, крепко держа за плечо, будто Малфой может ускользнуть из его рук и испариться.       Дорога была не такой долгой, но Драко устал. Не столько от самого пути, сколько от бесконечной болтовни Нимфадоры. Всю их небольшую пешую прогулку до города он пялился либо себе под ноги, либо на ее спину. Розовая копна волос с голубыми прядками, спрятавшимися между ними, развевалась при редких порывах ветра. Всю дорогу она поправляла свою новую прическу и галдела о школьных приключениях, накопившихся за целый год.       Невольно Драко прислушивался, потому что в своих собственных мыслях, которые он обычно предпочитал всему остальному, не осталось ничего, кроме тупой злобы на всё окружающее.       Конечно, нельзя было поспорить и выкинуть, что у Нимфадоры скучная жизнь. После взрывов ее хохота, историй о ее хитроумных проказах, выдумках, шумных праздниках, громких вечеринках, проводимых во время учебы, у Драко были сомнения, действительно ли они учатся в одной школе. Но всему приходит конец, и когда они вышли на оживленные улицы, началось новое, не менее неприятное приключение.       Яркие прилавки магазинов рябили в глазах. Отовсюду на Драко глядели палаточные магазинчики и зоркие глаза продавцов, казалось, были нацелены именно на него. Количество летней одежды, бессмысленных побрякушек, свисающих с вешалок, мимо которых они проходили, поражало.       — Эй, Драко, смотри! — Нимфадора дернула его за рукав, заставляя резко остановиться, — смотри, сколько красоты!       Она развела руками между яркой россыпью каких-то предметов. Драко не разделил ее восторга, лишь смотрел на разноцветное месиво с чистейшим непониманием. Нимфадора порылась в этой куче, и, только потом, когда она поднесла к носу Драко находку, он понял, что это обыкновенный браслет.       — Это фенечки, — пояснила она, сияя.       — Решила устроить мне урок магловедения? — пренебрежительно прыснул Драко, отводя руку Тонкс.       — Это будет полноценный недельный курс погружения в магловскую жизнь, так что ты почти что угадал, — засмеялась она, продолжая рыться в ящиках. Драко, хоть и закатил глаза при ее словах, не мог избавиться от соблазна подглядывать, что делает кузина.       Нимфадора же доставала один браслет за другим, перебирая, примеряя их на свои руки, и без того увешанные этими побрякушками, смотря с восхищением и восторгаясь всем, что попадало ей в руки.       — Как тебе? — спросила она воодушевлённо, показывая на руке желто-черный браслет из бисера, — прямо под цвет факультета.       — Отвратительно, — буркнул Драко, Нимфадора раздражённо вздохнула.       — Здесь есть зелено-черный, — она подняла его, — Этот точно должен тебе понравиться, как настоящему Блэку, ведь весь древний род держится на том, что все поступают на Слизерин и ходят с надменными лицами, — под конец фразы она состроила смешное лицо, гримасу, напоминавшую выражение лица их бабушки, Друэллы Блэк.       Драко вновь закатил глаза, вызывая в очередной раз переливы смеха Нимфадоры. Он отвернулся от прилавка, окидывая взглядом толпу. Вдалеке показались странные плюшевые фигуры, в два раза больше обычного человека, ком страха внезапно встал в горле у Малфоя.       Два непонятных существа шли по центральной улице, размахивая листовками и выкрикивая какие-то неразборчивые слова. Лица их оставались неизменчивыми, замерли, словно их ударили конфундусом, но они продолжали идти и издавать какие-то звуки.       — Тебе реально понравились эти мужики с листовками, переодетые в дешевые костюмы? — из-за спины послышался насмешливый голос, Драко резко обернулся, замечая на лице Нимфадоры нескрываемое упоение. Поняв свою глупость, он в очередной раз обернулся, чтобы убедиться, что это действительно обыкновенные костюмы.       — Я не на них смотрел, — безразлично ответил Драко.       — Ну-ну, — пропела она. На ее руках Драко заметил увеличившееся количество браслетов, — Драко, смотри! Эй, Сириус!       Этот звонкий голос когда-нибудь пробьет ушные перепонки, подумал Драко, но не успел даже возмутиться, как чужая рука взяла его и потащила куда-то вперед, без зазрения совести протискиваясь сквозь толпу. Нимфадора мастерски лавировала между людьми, в то время как Драко то и дело наступал на чужие ноги, бормоча извинения себе под нос, молясь всем богам, чтобы это поскорее закончилось.       Сириус, наблюдавший за сценой около передвижного магазина и все это время следовавший по пятам за племянниками, для Драко появился словно из-под земли. Как говорят, из ниоткуда, не хило напугав и без того зашуганного магловской суетой Малфоя.       — Это фотобудка, — она обвела рукой огромную разукрашенную коробку, пошарилась в карманах, в поисках монет, — нам просто необходимы фотографии на память, правда, Сириус?       — О, я повешу их себе на холодильник. Драко возьмёт домой, Цисси будет в восторге, — он похлопал Драко по плечу, но тот раздраженно дернулся. Его ухо зацепилось за странное слово, куда Сириус собрался клеить их фотографии, и теперь он совершенно точно не хотел залезать в коробку, знаменуемую «фотобудкой»       Нимфадора потащила Драко за рукав в только что освободившуюся фотобудку.       — Я туда не пойду, даже не пытайся! — он вырвал руку, оказавшись сильнее кузины, но забыл, что за его спиной стоял Сириус, который лишь подтолкнул его вперед, буквально запихивая в тесную коробку.       — Не обижай свою кузину, Драко, тем более, мама просила рассказывать, как ты проводишь время. Все же, я должен доказать, что я присматриваю за вами, фотография лишь подтвердит мои обещания, — Сириус деловито и ловко запрыгнул в будку, закрывая за собой темно-фиолетовую шторку.       — Мама увидит, что мы целы, как минимум до пояса. — она звонко рассмеялась своей собственной штуке.       Драко закатил глаза, и в этот момент раздалась вспышка.       Зажмурился.       Еще одна.       Сириус, стоящий справа от него, чихнул. Драко вздрогнул от неожиданности.       Вспышка.       Нимфадора разразилась хохотом.       Снова вспышка.       — Наконец-то, у нас есть семейное фото, без этих глупых нарядов и без движения, — она поднесла к глазам Драко фотографии, но он ничего не видел, потому что перед глазами все еще мелькали белые пятна.       — Дора, не показывай эту, убери, я там чихнул, — сказал Сириус, посмеиваясь, пытаясь вырвать фотографию из рук Нимфадоры, но она лишь рассмеялась, пряча стопку свежих фото в карман.       Ее вниманием уже завладел новый прилавок.