Сокровище Короля под Горой

      Девушка сказала: «Войдите», но дверь осталась закрытой, и ответа не последовало. Пожав плечами, Гермиона открыла дверь, но там никого не было. И тут её взгляд упал на небольшую корзинку, стоявшую на пороге. Гермиона забрала её в комнату и, уже ничему не удивляясь, принялась смотреть содержимое. В корзинке лежал небольшой лимонный пирог, коробочка с какими то травами и записка. Гермиона развернула послание и прочитала: «Уважаемая Гермиона, я знаю, что с вами случилось много всего и захотел поднять вам настроение. Полумна сказала, что вы любите лимонный пирог, а в коробке лежат травы для чая — он вкусный и хорошо успокаивает. Если захотите поговорить, я буду ждать вас на западном балконе дворца после вечерней трапезы. Торин» Несколько минут после прочтения Гермиона просто смотрела на записку и странно улыбалась, но потом стряхнула с себя задумчивость, приняла серьёзный вид и отрезала лимонный пирог. Он оказался невероятно вкусным — прямо как у миссис Уизли. Она часто готовила его Гермионе, когда та приходила в гости. «Интересно, откуда Полумна знает рецепт?» — подумала Гермиона, наслаждаясь пирогом, и вновь перечитывая записку.       Поев и выпив чай, который действительно хорошо успокоил нервы, девушка решила прогуляться по лесу и найти свой амулет. Пусть у неё теперь и были новые магические способности, но она не решилась вновь идти одна: Гермиона позвала с собой Кили. Однако гном заупрямился и не захотел идти без Фили, поэтому пришлось брать обоих братьев. За разговором с гномами девушка немного отвлеклась от всех своих проблем. С Фили и Кили было легко: у братьев был замечательный характер и они были легки на подъём.       Придя на ту самую поляну, где утром сидела Гермиона, девушка и гномы принялись искать амулет. Эти поиски в конечном итоге оказались безрезультатнными. Гермиона решила не расстраиваться и отнестись к этому проще.       — Ну ничего, когда — нибудь он найдётся. Всё к лучшему… Пойдёмте лучше ко мне, я угощу вас лимоннным пирогом, — сказала Гермиона гномам.       — Это прекрасная идея! Я после этих поисков страшно проголодался! — с улыбкой ответил Кили.       — Да ты всё время есть хочешь. И как в тебя убирается только? — усмехнулся Фили. Девушка рассмеялась, а Кили надулся.       Могла ли Гермиона подумать ещё несколько недель назад, что скоро будет сидеть в замке эльфов и пить чай с гномами? Жизнь — довольно непредсказуемая штука, как и судьба. Девушка убедилась в этом на личном опыте.       — Вот это да! Я ничего вкуснее в жизни не ел! Откуда у тебя этот пирог? — воскликнул Кили, пробуя выпечку.       — Сегодня ко мне постучались в дверь и оставили корзинку с пирогом и чаем на пороге… — запинаясь, проговорила Гермиона, опустив взгляд и увлечённо начав рассматривать ковёр в комнате.       — Хм… Понятно… — задумчиво протянул Кили, переглянувшись с братом, — А ты не могла бы заварить тот чай? Очень уж стало интересно…       — Конечно, сейчас, — сказала Гермиона, и быстро ушла, обрадовавшись возможности не продолжать этот разговор: ей очень хотелось сохранить в тайне то, что корзинку ей принёс Торин, потому что волшебнице было очень неловко.       — А вот и чай! — вернувшись в комнату, сказала гномам Гермиона. Кили взял кружку. Он попробовал напиток и вдруг, выпучив глаза, посмотрел на брата и воскликнул:       — А ну — ка попробуй! Фили взял кружку и отпил. Его лицо поразило изумление: как будто он что — то внезапно осознал.       — Не может быть… Ты думаешь, это он принёс? Но зачем? Или… — Фили не успел закончить, как Кили закрыл ему рот рукой и зашипел:       — Не говори! Не говори при ней…       Гермиона недоумевающие посмотрела на гномов, и вдруг осознала: они поняли, что это был Торин. И, кажется, поняли что — то ещё… А может, это была просто догадка, не имеющая ничего общего с правдой… В любом случае, Гермиона стремительно зарделась, да так, что даже её уши порозовели. Гномы, заметив это, заулыбались, а потом хитро переглянулись — Гермионе иногда казалось, что они умеют как — то общаться без слов — и заторопились уходить, ссылаясь на важные дела.       Вечером, незадолго до ужина, Гермиона решила потренироваться в использовании новых способностей. Девушка решила изучить контроль не над огнём, а над какой — нибудь другой стихией, ведь в бою могут пригодиться самые разные навыки. Волшебница, немного подумав, взяла кувшин и налила немного воды в стакан. Она решила начать с малого: попытаться с помощью своих сил поднять воду и переместить её из стакана обратно в кувшин. Гермиона сделала глубокий вдох, затем выдох. Закрыв глаза, она представила поток воды, ощутила, как сливается с ним, как будто она сама — и есть вода. В пальцах опять появилось знакомое покалывание. Гермиона вытянула руки, затем медленно начала поднимать их, так же медленно, с напряжением сжимая пальцы и… ничего не произошло. Девушка вздохнула, с досадой отставив стакан в сторону. Опять разболелась голова. «Видимо, я ещё не восстановилась после той «вспышки огненного гнева». Нужно дать себе время» — успокаивая себя, думала Гермиона. Близилось время ужина, но волшебнице не хотелось есть, и она решила не выходить из комнаты. О приглашении Торина встретиться на балконе девушка почему — то боялась думать и усиленно отгоняла от себя мысли о короле. Но сердце ведь не обманешь — каждый раз, вспоминая о гноме, в ней будто всё замирало, и что — то щемило в груди от отчаянной и сладкой тоски. Девушка решила лечь спать, пусть и было ещё рано — тогда она сможет завтра сказать Торину, что уснула и потому не смогла прийти.       Когда Гермиона проснулась, к её большому сожалению, было ещё не утро. Судя по тому, что небо уже было тёмным и мерцало тысячами сверкающих звёзд, время было ночное — возможно, около полуночи. «Наверное, Торин уже ушёл. Не может же он так долго ждать…» — подумала Гермиона. Ей вдруг ужасно захотелось увидеть Торина и узнать, ждёт ли он её сейчас. Ни о чём больше не думая, Гермиона вышла из комнаты и направилась к балкону в западном крыле дворца.       Дойдя до места, девушка зашла за угол и, когда она выглянула, сердце её пропустило удар: на балконе стоял Торин, устремив свой взор на прекрасное ночное небо. Гермиона пыталась себя остановить, пыталась заставить не идти, однако ноги, по всей видимости, сейчас ей не подчинялись. Она, словно во сне, пошла прямо к Торину. Услышав шаги, гном обернулся, и лицо его просветлело: он не улыбался, ни один мускул ни дрогнул на его лице, но в глазах Торина будто загорелись маленькие искры. А может, Гермионе просто показалось, и это были лишь отблески лунного света.       — Ты всё же пришла. Я очень рад, — первым прервал молчание Торин.       — Да… Торин, спасибо за ту корзинку. Я очень ценю твою поддержку, — улыбнувшись, мельком взглянула на гнома Гермиона: долго смотреть в глаза Торину она была не в силах, потому что боялась, что он прочтёт в её глазах всё, что девушка так тщательно скрывает от себя и окружающих, — Я не знала, что Луна знает рецепт моего любимого пирога, и уж тем более мне было невдомёк, что она умеет готовить.       — Насчёт рецепта мне неизвестно но…почему ты решила, что пирог готовила именно она? Кажется, за последнюю неделю Гермиона побила все рекорды по количеству смущения. Помолчав, она спросила:       — Его…его готовил ты?       — Да. Даже у королей есть хобби. Например, я люблю готовить или проводить время в кузне в недолгие часы отдыха, — ответил Торин и, слегка подвинув руку, которой опирался о перила, как бы невзначай коснулся пальцами руки Гермионы.       — Да нет, я просто…не ожидала. А я очень люблю книги и танцевать, — сказала девушка. Внезапно у неё появилось такое чувство, будто в этот миг она не может быть нигде больше, кроме как с Торином, что быть и разговаривать сейчас с ним — самое правильное, что она делала в своей жизни.       — О, да… Танцуешь ты весьма неплохо… Я бы даже сказал, прекрасно. Иногда говорят, что от волнения в животе порхают бабочки, у Гермионы же внутри будто появились гигантские стрекозы с огромными крыльями. Вспомнив, что Торин наблюдал за тем, как она танцует, девушка ракраснелась не на шутку. Увидев это, гном кашлянул и сказал:       — Недавно я был в лесу, и нашёл там кое — что. Гэндальф сказал, что это принадлежит тебе. Торин протянул Гермионе её амулет.       — Спасибо, я как раз его потеряла… Я, наверное, пойду… — промямлила Гермиона, окончательно потерявшись в своём волнении.       — Я же тебя не съем, что ты так волнуешься? — тихо усмехнулся Торин, но через мгновение вновь стал серьёзным, — Тебя ведь сейчас многое тревожит. Ты не хотела бы поделиться? Я не мастер слова, зато отличный слушатель. Гермиона кивнула и облегченно улыбнулась. У девушки и гнома завязался долгий, душевный разговор. Гермионе давно не было так хорошо и спокойно. Она будто почувствовала себя дома. Так бывает, когда две, на первый взгляд разные души, вдруг встречаются друг с другом и, несмотря ни на что, не могут противиться тому загадочному притяжению между ними. Гермиона и Торин долго стояли на балконе и разговаривали. Лишь когда небо зарумянилось нежным рассветом, и солнце начало посылать на землю свои ласковые утренние лучи, они разошлись по своим комнатам.