Сокровище Короля под Горой

      Зайдя в комнату, Гермиона ощутила приятное тепло: в камине потрескивал огонь, который хорошо прогревал помещение. Девушка огляделась: вот красное плюшевое кресло Гвен около камина, слева простой деревянный стол и несколько стульев, большой старый шкаф с разными склянками, пузырьками, снадобьями и прочими ведьмиными атрибутами, травы и какие — то странные грибы, висящие над каминной полкой, большой котёл в углу — это место стало для Гермионы вторым домом. «Вот только интересно, где же всё — таки первый…» — печально улыбнувшись подумала она.       Когда все уселись за столом, Гвендолин, скептически выгнув бровь спросила.       — Ну и что за срочное дело такое, ради которого вы привели его сюда? Ведьма вновь недоверчиво покосилась на неожиданно притихшего и опустившего глаза в пол колдуна, который, по всей видимости, изо всех сил старался придать себе максимально невинный и покорный вид.       — Мы встретили Мортиса в замке, и он узнал меня. Ребёнком я была пленницей Гриндевальда — это вы уже знаете. Дело близилось к ночи, вот мы и пришли домой, чтобы рассказать ему о наших с Торином бедах и попросить помощи, — терпеливо объяснила Гермиона. Кажется, это не помогло: лицо ведьмы осталось суровым. Однако она, вздохнув, всё же проворчала:       — Ладно, обсуждайте, что надо. Но Торин, ты за этим старым хитрецом следи: мало ли, чего ему вздумается вытворить? Украдет ещё что… Знаем мы этих плешивых псов Повелителя. В общем, завтра чтобы духу его здесь не было. С этими словами Гвендолин встала и направилась в спальню: время было уже за полночь.       — И не слуга я вовсе теперь Гриндевальду, — пробурчал Мортис, провожая ведьму каким — то странным взглядом, полным сожаления и…чего — то ещё. Гермиона, с удивлением заметив это, тактично решила перевести тему:       — Итак, Мортис, ты готов нас выслушать?       Спустя некоторое время колдун сидел и в задумчивости перебирал пальцами бороду, размышляя обо всём, что ему рассказали: Торин и Гермиона поведали Мортису о том, как девушка попала в Средиземье, о путешествии в Ривенделл и о битве с Гриндевальдом.       — Как там сейчас наши друзья… — вздохнула Гермиона, прервав затянувшуюся паузу.       — Война — дело серьёзное. Тяжко им сейчас приходится. Не только нашим — всему Средиземью. Мы… — Торин не успел закончить, потому что Мортис вдруг вскочил на ноги и воскликнул:       — Знаю! Знаю, знаю… Но это…это опасно… — он опять медленно опустила на стул и продолжил мозговой штурм. Гермиона и Торин переглянулись и пожали плечами. Кажется, былое напряжение между ними куда — то улетучилось. Возможно, этому поспособствовал… «Так, не время сейчас…» — одернула себя эллет и, вновь поймав на себе изучающий и лукавый взгляд Торина, залилась краской. И как он умудрялся показывать эмоции одними глазами, в то время как лицо его оставалось абсолютно невозмутимым... Мортис, прервав момент, снова вскочил:       — Да, я придумал! Мы должны… — Гермиона и Торин дружно шикнули на него, кивая в сторону спальни ведьмы: та уже, вероятно, спала. Мортис кивнул и прошептал, — Как известно, единственный способ выбраться отсюда — использовать Ключ Измерений. Однако в Междумирье их не осталось… Точнее, я думал, что не осталось, думал, что все они у Гриндевальда. Но вдруг кое — что вспомнилось…       И Мортис рассказал Гермионе и Торину, что далеко на севере, в Белых Горах, есть пещеры, называемые Пещерами Бесконечности. Это чрезвычайно опасное место: из этих пещер почти никто не выбирался живым, ведь многие попросту не находили обратную дорогу, плутая в каменных коридорах до самой смерти: пещеры сами постоянно закрывают свои проходы и создают новые. Ещё там обитают неведомые твари, о которых в Немире ходит немало легенд, но самое главное, в Пещерах Бесконечности живёт некий Древний Ужас, который охраняет древнюю сокровищницу. Говорят, что это существо может менять обличье и встреча с ним всегда несёт путнику неминуемую гибель: Древний Ужас не просто убивает жертву — перед этим он долго мучает несчастного страшными видениями, отравляет сознание и запутывает мысли, заставляя сойти с ума.       Междумирье было создано Валар как некое подобие Средиземья тысячи веков назад, и по легенде, в день его создания, они создали Ключи Измерений, чтобы сохранить возможность перемещаться в другие миры. Каждому волшебнику, колдуну или ведьме было выдано по ключу, чтобы они могли путешествовать по разным измерениям. Но это было стражайшим секретом: волшебники не имели права рассказывать непосвящённым о том, что они из другого мира и с помощью чего они перемещаются во время своих путешествий — это каралось смертью и Валар тщательно следили за исполнением правила. Незамедлительная кара в лице смерти от богов мгновенно настигала нарушителей.       Прошло время, и в Междумирье появился беловолосый маг с душой чёрнее, чем самая тёмная ночь. Гриндевальд выкрал все Ключи Измерений у колдунов и ведьм Междумирья и сверг Короля Немира, объявив себя новым полноправным правителем. Он был настоящим тираном, и жители его ненавидели, даже желали смерти. Некоторые смельчаки пытались убить или хотя бы пленить Гриндевальда, но эта затея ничем хорошим никогда не кончалась.       Злой волшебник даже бросил вызов Валар, и тогда вмешался сам Эру Илуватар: он заключил с Гриндевальдом сделку. Бог создал ещё один Ключ Измерений и сказал магу надёжно спрятать его в Междумирье, чтобы ни одна живая душа не смогла найти. Если бы кто — то смог завладеть ключом и отнести его в Тайное Хранилище Ривенделла, то магу пришлось бы отправиться в Валинор и принять вечные страдания в наказание за все свои ужасные деяния. Если же Ключ Измерений никто не найдёт, Гриндевальду будет разрешено остаться в Междумирье. Колдун понимал, что если он спрячет ключ в Междумирье, то его в скором времени с помощью любого простейшего заклинания найдёт любой более менее толковый волшебник. Это и был план Илуватара: он понимал, что Гриндевальд не сможет надёжно спрятать ключ и тем самым проиграет. Но колдун решил схитрить: он создал такое место, в котором не работала никакая магия, и которое нельзя было найти с помощью заклинаний. Гриндевальд создал Пещеры Бесконечности, которые населили самые жуткие твари Междумирья, также созданные злым волшебником. Говорят, с тех пор тот Ключ Измерений до сих пор надёжно спрятан где — то в глубинах пещер, и ещё никому не удавалось не только найти его, но и выбраться оттуда живым.       — Был у нас в Немире один маг. Только ему удалось выбраться из Пещер Бесконечности, но он заплатил за спасение слишком высокую цену: всю его семью проклял Великий Ужас, а сам он до конца своих дней мучался от головных болей и страшных видений. В конце концов он сошёл с ума и покончил жизнь самоубийством, — рассказал Мортис.       — Так, одну минуту. Вы хотите сказать, что наш единственный шанс на то, чтобы отсюда выбраться, находится в ужасных пещерах, из которых ещё никто не выбирался живым, а если и выбирался, то сходил с ума? — Торин посмотрел на колдуна как на полоумного.       — Да, но больше идей у меня нет. Если хотите, оставайтесь здесь, — пожал плечами Мортис. Тут Гермиона вскочила со стула:       — Нет! Мы просто обязаны попробовать! Лучше умереть, но хотя бы попытаться выбраться и спасти Средиземье и наших друзей, чем выжить и остаться здесь! Мы отправимся туда и найдём ключ! Теперь уже Торин и Мортис зашикали на девушку, кивая в сторону двери в комнату спящей Гвендолин.       — Ладно, если ты что — то решила, тебя уже ни за что не отговорить, я знаю. Значит, отправляемся в путь через три дня. А до этого времени нужно будет подготовиться к походу, — кивнув, ответил девушке Торин. На том и порешили. Мортис отправился домой, в свою хижину на окраине Немира, а Гермиона и Торин пошли спать — время было позднее.       Гермиона проснулась на рассвете: на небе едва занималась заря. Девушка почувствовала что — то на лице и, проведя пальцем под носом, взглянула на руку: там была кровь. Гермиона также заметила алые разводы на подушке. Недоумённо пожав плечами, она поднялась с кровати и направилась было к умывальнику, как вдруг в висках застучало, и голову эллет пронзила резкая боль. В глазах у Гермионы потемнело, и она осела на пол, чуть не ударившись о прикроватную тумбочку. Девушке казалось, что голова сейчас раколется. В ушах зазвенело. Чтобы не потерять сознание, Гермиона похлопала себя трясущимися руками по щекам и медленно, с трудом поднявшись на ноги, вернулась в кровать. В висках всё ещё стучало.       — Убей… Убей их… Убей их всех! — раздался голос. Гермиона в тревоге начала осматриваться по сторонам: в комнате, как ни странно, никого кроме неё не было. Кажется, этот голос звучал у девушки в голове. «Ну и дела, кажется, я схожу с ума…» — только и успела подумать до смерти напуганная Гермиона, как её сознание затуманилось. Внутри у девушки начала закипать… ярость? Неизвестно откуда взявшийся гнев нужно было незамедлительно выплеснуть, она это чувствовала, и самое страшное, что Гермиона не контролировала себя. Ноги сами понесли её в соседнюю комнату. В этой комнате спал Торин.       — Убить… Убить! — шёпот Гермионы стремительно перерастал в дикий крик. Голос, который звучал в её голове, приказывал убить. Убить всех, кто ей дорог. Гермиона схватила меч, лежавший возле кровати гнома, и замахнулась над спящим, но руки её вместе с мечом так и застыли в воздухе: девушка была не в силах опустить оружие. Обезумев от ярости она издала нечеловеческий вопль. Кровь прилила к голове, ноги и руки сильно дрожали. В висках пульсировало, перед глазами стояла красная пелена, а голос в голове вновь и вновь приказывал убить.       — Гермиона! Что с тобой? — раздался голос позади. К кровати в ужасе подбежал Мортис, всё ещё направляя на девушку свою палочку и удерживая меч в воздухе. От криков проснулся Торин и с непониманиением смотрел ещё мутным со сна взглядом то на кричащую от боли и безумия Гермиону, которая стояла, замахнувшись на него его же мечом, то на до смерти перепуганного Мортиса, выбежавшего в спальню.       — Что тут происходит? — Торин вскочил с кровати и попытался забрать у Гермионы меч. Та лишь громче завопила и снова попыталась замахнуться мечом на гнома, но не смогла и, неудачно схватившись за острое лезвие, сильно порезалась: с ладони на пол закапала кровь. Торин силой вырвал оружие у неё из рук, чтобы никто больше не пострадал, и, схватив эллет за плечи, всмотрелся в её глаза. Гном ужаснулся: глаза Гермионы были налиты кровью, а зрачки расширились до размеров радужной оболочки так, что полностью её закрыли.       — Гермиона! Ты слышишь меня? Что с тобой? — Торин слегка встряхнул девушку. — Ну же, очнись!       — Нужно отвести её к Гвендолин, она должна знать, что делать! — крикнул Мортис. Последние его слова утонули в воплях Гермионы, которая уже перешла на визг, но суть фразы Торин понял, и они вдвоём потащили обезумевшую эллет к ведьме.