Prince of Flour

      Рано утром Ёсан поднял Сонхва и взял с собой после того, как ночью корабль достиг берега.       На палубе было призрачно тихо. Капитан и несколько других пиратов ушли ещё раньше, чтобы выполнить кое-какие поручения, поэтому Сонхва не упустил возможности насладиться мирным спокойствием вместе с бывшим принцем. Ёсан провёл его по всему кораблю и рассказал о жизни на борту, называя имена и функции различных вещей, о которых Сонхва никогда прежде не знал.       — Теперь ты знаешь, что такое квартердек, разницу между правым бортом и бакбортом и названия каждой из кают и мачт. Паруса – это та часть, которую запомнить просто невозможно. Я сам вчера пересмотрел информацию о них на некоторых рисунках.       Сонхва тихо хихикнул. Ёсан оказался великолепным собеседником. У него было чувство юмора; он разбрасывался шутками направо и налево с каменным выражением лица, которое иногда ломалось, когда он начинал смеяться сам с себя. Он уделил особое внимание названию помещений и направлений, чтобы Сонхва мог исполнять простейшие приказы.       Он всё ещё не понимал, что и как делать на борту, но, присоединившись к Юнхо в камбузе (он выучил!), оказалось, что это ему и не нужно.       — Юджин, возможно, займёт тебя чисткой пушек. Или ты будешь чистить что-то другое. Ты не моряк, и раз уж мы постоянно пренебрегаем уборкой, то именно ты можешь быть в этом полезен.       Сонхва не возражал против уборки. Это было тем, что у него хорошо и правильно получалось. И не нужно Хонджуну заставлять его это делать.       Юнхо предложил им двоим завтрак, пока они находились у него на кухне. Он расплылся в широкой улыбке, заметив теперь чёрные, как сама ночь, волосы Сонхва, и сказал, как ему идёт новый цвет.       — Присоединишься к нам вечером, Ё? Я слыхивал, в городе можно заняться многими весёлыми делишками.       Ёсан нахмурился, медленно потягивая чай.       — Ни за что. Но Чонхо будет с вами. Ему нужно присматривать за нашим гостем.       После этих слов Юнхо казался очень воодушевлённым. Он вскочил на свои длинные ноги и умотал донимать выше названного Чонхо.       Не совсем понимая, что для пиратов означает высадка на сушу, Сонхва склонил голову в сторону Ёсана. Пока что он не слышал, чтобы они планировали резню или кражу в мирном морском порту.       — Обычно Чонхо остаётся на борту и охраняет корабль, пока остальные предаются разгулу. Сегодня он присоединится к вам, ребята, а Юджин и ещё некоторые останутся тут. Вот почему они ушли настолько рано утром, — объяснения Ёсана были простыми, без всяких хождений вокруг да около.       Сонхва кивнул. Он не знал, что ему делать на суше, кроме как искать спасения и, может быть, насладиться землёй. Его стихией. Возможно, пираты тоже время от времени ценили под ногами твёрдую почву.       Они сидели вместе и разговаривали о разных вещах, пока Сонхва заканчивал свой завтрак. Ёсан испытал его новые знания и разбрасывался случайными фактами о пиратах. Сонхва также выучил слово «добыча», которое они использовали, чтобы называть так найденные сокровища. Сонхва очень долго пристально смотрел на Ёсана, когда впервые услышал об этом, потому что у пиратов это слово означало не то же самое, что имели в виду мальчишки из его деревни.       Когда солнце погрузилось в океанскую воду, разбрызгивая повсюду блестящие оранжевые лучи, — зрелище, которое никогда не надоест Сонхва, даже если его окружение сейчас слегка сомнительно — и городские жители один за одним стали зажигать в своих домах лампы, пришло время идти. Он пообещал Ёсану снова поболтать с ним, довольствуясь его добродушно-весёлым характером. После того, как штурман пожелал ему хорошего вечера, Сонхва вышел на палубу, чтобы встретиться с Юнхо.       Повар был взволнован и рад покинуть корабль. Он мелко подпрыгивал и кричал имя Минги, пока тот наконец не выглянул из грузового трюма. Сильные руки красноволосого были загружены едой и книгами, которые он раскладывал по местам. Он нырнул обратно вглубь корабля, чтобы распределить всё это, в то время как Юнхо созывал остальных, кто должен был присоединиться к их прогулке по суше.       По-видимому, Сан тоже входил в их группу, что значительно подняло настроение Сонхва. Он всё ещё немного побаивался Юнхо и Минги, да и этот Чонхо не внушал доверия, но Сан был приятным и симпатичным. Сан и Ёсан могли бы быть сетями для ловли рассудка Сонхва, если он вдруг сойдёт с ума от непонимания и ненависти к капитану и его издёвкам. Его маска принца пока что оберегала его. Никто не прикасался к нему с целью убить, но Сонхва не мог вынести мысли, что его будут окунать в воду ещё многие-многие месяцы.       Сан ступил на палубу, неся в руках какое-то оружие. Несколько небольших кинжалов и пистолет свисали с пояса вокруг его бёдер. С ним рядом шел парень с ослепительно белыми волосами и ещё большим количеством пистолетов на теле. Третий не был вооружён, но Сонхва помнил его широкую фигуру, которую видел несколько дней назад. Он выглядел злым. Одним его взглядом можно было убивать людей.       Скоро к ним присоединился и Минги, без какой-либо защиты с собой. Сонхва задавался вопросом, есть ли в странных мешочках Юнхо какое-нибудь секретное оружие, способное спасти их всех. Они с Минги всё время держались вместе.       Что касается его самого, Сонхва умел замешивать тесто, на этом всё. Он надеялся, что при случае его смогут защитить. Даже если ему не нравилось, что именно его спутники – это те, кто будут пугать мирных горожан.       — Раз-два, выдвигаемся! — прокричал светловолосый. Его голос был высоким и писклявым, ломающимся в конце. Сан улыбнулся, явив миру милые ямочки на щеках, и взъерошил его спутанные волосы. Этот жест открытой привязанности заставил Сонхва нервно переступать с ноги на ногу. Ему совсем не нравилась их двойная смесь доброты между собой и жестокости к незнакомцам. Это значило, что насилие было их сознательным выбором, а не прихотью их чёрных душ.       — Притормози, приятель. Ты ещё не познакомился с нашим новым сокровищем. Вернее, он не успел ещё встретиться с тобой. Сонхва, это Уён, наш вперёдсмотрящий. А это – Чонхо.       Сонхва подумал, что это мило, что Сан спросил и даже запомнил его имя. Он не был уверен, знал ли его капитан.       Однако, Чонхо тоже был не из добрых. Всё, что слышал о нём Сонхва до этого времени, имело смысл.       — Принцесса Сваб, мы зовём его принцессой Сваб, Санни.       Сонхва сузил глаза, поймав уже во второй раз, как его называют принцессой. Они так часто издевались над его полом, потому что видели в нём женщину?       — Что значит сваб?       — Чёртов немощный пират, — ответил Минги одновременно с Уёном, воскликнувшим «драить!». Сонхва переводил взгляд с одного на второго в растерянности.       — И то, и другое. Поздравляю с новым прозвищем, — кивнул Чонхо Сонхва, который в ответ только моргнул.       — Рад познакомиться в любом случае, пойдёмте! — Уён повёл их всех к трапу, больше ни разу не взглянув на Сонхва. Его плечо прилипло к боку Сана, когда они распределились по парам. Сонхва неохотно последовал за ними вместе с Чонхо, а двое других возвышались сзади, как большие тёмные тени.       — Кто придумал это прозвище?       Чонхо весело посмотрел на него, его глаза были окружены тёмными кругами.       — Юджин, конечно же. Дружище, мы пираты, рассекающие океан на наших кораблях. Ты не должен запрещать нам наслаждаться мелочами. Например, ромом, — после этих слов Чонхо достал бутыль буквально из ниоткуда, сделав смачный глоток. Он покачал пыльной зелёной бутылкой перед лицом Сонхва, который в ответ скривился и дёрнул головой.       — Не пьёшь грог? Всё в порядке, мы научим, — Чонхо радостно повернулся вперёд, пока Сонхва обдумывал значение последних сказанных предложений. Ему очень нужен был словарь. Если бы он только умел читать.       — Уже выпиваешь? Дамам это не понравится, приятель, — Юнхо закинул одну руку на плечо Сонхва. Его глаза поблёскивали предвкушением, когда он украл глоток из бутылки Чонхо.       Отвлечённый разговором, Сонхва не заметил, как они спустились на землю, и от неожиданной твёрдой поверхности под ногами пошатнулся. Прежде чем он успел упасть на Сана, Чонхо поймал его за руку и подмигнул.       — Ты быстро приобрёл морские ноги, но потерял наземные. Ты станешь славным джентльменом удачи в будущем. Юнхо, я здесь не для того, чтобы разбить чайную чашку Дженни.       Ещё одна странная фраза.       Сан засмеялся над озадаченным выражением лица Сонхва. У него никогда не было друзей, поэтому прогулка с пятью парнями-шутниками была новым опытом. Быть слабым звеном в этой компании досаждало ему, даже если он на самом деле предпочитал быть заложником, а не пиратом.       Они оказались на оживлённой улице, кишащей людьми. Запахи и звуки обрушились на Сонхва, как ледяной дождь, оставляя его полностью дезориентированным в пространстве. Этот городок был похож на тот, который знал Сонхва, но всё-таки каждое здание и улица выглядели иначе. Мимо него проносились головы пиратов, купцов и обычных горожан, поэтому он не успевал рассмотреть всех и каждого.       Сан развязно приобнял Сонхва за плечо. Его глаза шаловливо сверкали в освещённой факелами темноте, а губы изгибались в ухмылке, пока он говорил. Сонхва подозревал, что его держали так, чтобы их принц не ускользнул с пролетавшей мимо толпой.       — Ты знаешь, что это значит?       Сонхва отрицательно покачал головой. На другой стороне улицы он заметил женщину в пёстром платье. Когда их взгляды встретились, она подмигнула ему, заставив его снова обернуться ближе к Сану, чтобы спрятать свой румянец. Пират пах алкоголем и недельным по́том с грязью.       — О, утопи меня! Друзья, мы заполучили самое настоящее сокровище! — рассмеялся Сан. Он пригладил волосы Сонхва, пока Уён пробирался через толпу людей, расчищая путь для них всех. Несмотря на незнакомые прикосновения Сана, Сонхва позволил ему продолжать, лишь бы не слишком выделяться.       — Что? Правда что-ли? Ты смеёшься над нами, глянь на него, — Уён звучал взволнованно. Оказавшись в центре всеобщего внимания, Сонхва посмотрел на пиратов так же внимательно, как и они на него. К этому времени дикая смесь новых ощущений и пиратского говора настолько вскружили ему голову, что он едва мог понимать, что происходит вокруг.       — Ну, он же принц, так ведь? Сегодня вас ждёт великий вечер, принцесса. Выбрось из головы всю эту чушь про политику и просто наслаждайся, — Сан по-товарищески похлопал Сонхва по плечу. Он легонько подпрыгнул, снова возвращаясь к Уёну, чтобы прошептать что-то ему на ухо.       — О чём он говорил? — Сонхва повернулся к Чонхо, неловко отступая в сторону от дороги, где прошёл какой-то большой парень с огромным топором на плече.       — Ты не знаешь? Чёрт возьми, даже я знаю, хотя и не интересуюсь этим.       Сонхва стоял перед Чонхо, оскорблённый этим обвинением. У него были некоторые подозрения.       — Это связано… — он понизил свой голос и склонился ближе к Чонхо, чтобы прошептать запретные слова ему на ухо, — с поцелуями?       Когда Сонхва отступил, его щёки покраснели таким оттенком красного, что его можно было принять за помидор. Громкий смех Чонхо привлёк внимание нескольких незнакомцев. Они завернули за угол, а лицо Сонхва горело в темноте пуще факела, пока они шли по задворкам.        — Увидишь, принцесса. Чёрт возьми, мне нравится это, — Чонхо сделал ещё один глоток странного напитка, прежде чем кивнуть женщине, которая вышла из красиво освещённого здания перед ними, чтобы поприветствовать их. Сан грациозно подплыл к ней и поцеловал её кисть, после чего придвинул ближе к себе и что-то прошептал на ухо. Сонхва видел, как трепетали её ресницы, а аккуратные кончики пальцев лежали на широких плечах Сана. Он вежливо отвёл взгляд, разглядывая тёмный сад и считая окна.       Чонхо хихикнул над бутылкой.       В конце концов женщина кивнула, завершив этим их едва уловимую беседу. Она не отрывалась от Сана всё остальное время, помахав остальным в направлении входа в дом.       Первой поразившей Сонхва вещью был запах. Внутри так сильно пахло цветами, что этот аромат затуманил ему разум и заставил почувствовать подступающую к горлу тошноту. Душная жара усилила это вдвое. Тем не менее, он продолжал держать глаза открытыми, чтобы рассмотреть новое окружение.       И, боже, тут было на что посмотреть.       Комната была большой и красиво украшенной разноцветными лентами и прозрачными тканями, свисающими с потолка и стен. Вокруг были в основном ярко-розовые и оранжевые тона. Вазы, гирлянды и перила, ведущие на второй этаж, были забиты благоухающими цветами. Позади теплился уютный камин, согревающий всех здесь находящихся.       Множество людей беспорядочно кружили по комнате. Большинство из них были женщинами.       Они были одеты намного скуднее, чем любая женщина, которую Сонхва когда-либо видел раньше. Обольстительные локоны завивались вокруг обнажённых плеч и изящные украшения на их запястьях и шеях переливались на свету. Выставленная на показ кожа их бёдер, животов и декольте заставила кровь прилить к лицу Сонхва, потому что он не знал, куда ему можно смотреть.       Он видел совершенно разных женщин: и стройных и пышных, и высоких и низких, и все они были великолепны.       И все они окружили вошедших пиратов, как рой голодных пчёл.       Сонхва стоял столбом, когда две из них подошли к нему. Они шептали ему на уши сладкие обещания, которые он не смог услышать из-за громкого стука собственного сердца, и прижимались своими мягкими телами к его бокам. Он запаниковал, высматривая Чонхо в толпе. Пират сидел на скамье неподалёку, вовсе не интересуясь людьми вокруг, а просто потягивая напиток.       — Этот ещё совсем мальчишка. Голубушки помогут ему повзрослеть? — Сан тоже заговорил на пиратском, мягко вытягивая гласные бархатным голосом. Он усмехнулся Сонхва, стоя в окружении нескольких женщин. Сонхва заметил, как Уён в одиночку уводил куда-то трёх из них.       Перегруженный всем происходящим и слишком вежливый, чтобы небрежно сбросить изящные руки, ласкающие его грудь, Сонхва пребывал в полном хаосе и непонимании. Его неуверенный взгляд прыгал по комнате, пока он стоял ровно, как доска.       Женщины затрещали после вопроса Сана. Они обсуждали, кого стоит выбрать, чтобы послать с Сонхва, и что с ним сделать, а бедный Сонхва всё ещё абсолютно не понимал, что тут происходит.       Он чувствовал, как кружится его голова, приторных запахов и нежных звуков, доносящихся, казалось, почти отовсюду, было слишком много, чтобы его мозг успевал с этим справиться.       — На самом деле, — неожиданного даже для самого себя вскрикнул он, ловя взгляд глаз Чонхо, — я думаю, сегодня пропущу всё. Извините меня, дамы, я не очень хорошо себя чувствую.       В ответ ему послышалось много разочарованных стонов и хныканий, улыбка Сана в этот момент была дьявольски широка. Сонхва бессильно пытался успокоить их, медленно поднимая и опуская руки. Чонхо встал со своего места с усмешкой.       — Я отведу его на борт. Увидимся позже.       Сонхва был очень благодарен Чонхо за то, что они быстро вышли. Он вытащил его из толпы, которая не желала с ним расставаться, в считаные секунды. Они покинули яркий дом и четверых членов команды, выйдя обратно на холодную улицу. Сонхва сразу заскучал по приятному теплу, но ощущение полных грудей, прижимающихся к его рукам, было намного более мучительно, чем прохладный ветерок. Дрожа, он шёл по улице рядом с Чонхо.       — Весёлое представление было там. Я заплачу тебе, лишь бы снова понаблюдать за таким, — Чонхо лыбился от уха до уха, не обращая внимания, как Сонхва отчаянно нахмурил брови.       — Пожалуйста, не издевайся. Я знаю, что они там целуются, но это было слишком внезапно для меня! Я умею целоваться! Я делал это раньше!       Он правда целовался! И потом убежал домой в слезах, потому что думал, что забеременел. Но он целовался!       — Да, я уверен в этом. Скажи Сану, если захочешь присоединиться к их разгульным ночам. У них часто появляется настроение целоваться, — они прошли мимо забегаловок со смеющимися людьми. Большинство из них быстро скрылись, как только увидели Чонхо.       — Эм… Я подумаю об этом, наверное. Не сейчас, — Сонхва было трудно целовать незнакомых ему людей. Свой первый (и единственный) поцелуй он разделил с милой девушкой, продающей фрукты на рынке, и они оба покраснели и захихикали после него (прежде чем он убежал). Всё остальное время после этого они намеренно избегали друг друга.       Двое парней вернулись на корабль. Без грязных пиратов вокруг и зажжённых на мачтах ламп, вид принёс Сонхва мирное спокойствие. К этому окружению можно было бы привыкнуть, если бы он не знал людей, плавающих на этом судне. Если бы он не скучал по своей матери так сильно.       Несмотря на тишину, откуда-то слева послышались голоса.       — Стоять там! Чонхо, ты что-ли? Вы опять забыли Минги?       — Нет, капитан. Милашка захотел вернуться пораньше, — ответил Чонхо.       Наконец, глаза Сонхва привыкли к темноте, и он смог увидеть капитана с женщиной перед его каютой. Он прижимал её тело к себе одной рукой так, будто они были давно знакомы друг с другом. Свободные пальцы играли с её длинными волосами, обнажая тонкую шею, сияющую в свете небольшой лампы. Голая кожа её верхней части тела прижималась к торсу Хонджуна, чья рубашка сейчас не скрывала практически ничего. Обеспокоенная тем, что их прервали, женщина надула пухлые губы и недовольно посмотрела на новоприбывших.       Сонхва шокировано отвёл взгляд, стараясь не смотреть на то, как её одежда была спущена ниже груди, будто её безжалостно стянули для лучшего доступа.       — Вернуться? Сейчас?       Капитан ухмыльнулся своей зубастой улыбкой, открывая дверь своей каюты одной рукой, чтобы проводить женщину внутрь. Её волосы накрыли его плечо, когда она, вновь занятая мужчиной, наклонилась к его шее.       — Тогда спокойной ночи. Сладких снов, принц, — Хонджун бросил последний тёмный взгляд на Сонхва через плечо, прежде чем толкнул дверь ногой и закрыл её, оставляя себя и свою пару в уединении.       — Они будут целоваться, — подвёл итог Чонхо. Его смех эхом разносился по пустой палубе, пока он уходил, чтобы вздремнуть.       Сонхва оставалось только гадать.