Скажи, что тебе жаль

      Малфой передал ключ Грейнджер, чтобы она его внимательно рассмотрела, а сам достал из конверта сложенный листок бумаги, а в нём был ещё один, он развернул его и стал читать.

Драко

       Не знаю, что за задание приготовил для тебя Тёмный Лорд, но вряд ли ты сможешь его выполнить. Я только надеюсь, что тебе хватит мозгов убежать и спрятаться.        Полагаю, как только ты открыл конверт, то нашёл ключ, он от ячейки в банке маглов. Ты должен пойти в банк Barclays в главный офис в Лондоне, там ты сможешь открыть этим ключом ячейку под номером двести пятнадцать. Так же покажи одному из сотрудников номер счёта, который записан на втором листе, что лежит в конверте. Тебя проводят к твоей ячейке, там ты найдёшь документы и ещё одно письмо.        Если место, где ты будешь скрываться безопасное, то оставайся там, если нет, то переезжай, а ещё лучше покинь страну. Но не уезжай во Францию, там тебя будет легко найти, лучше отправляйся дальше, можно на восток. Поселись там в волшебном мире и старайся следить за тем, что происходит дома.        Надеюсь, что мы с тобой ещё увидимся, но если нет, то думаю, ты чувствовал, что я всегда относился к тебе как к сыну. Я заботился и оберегал тебя по мере моих возможностей. Мне жаль, что я не смог многое рассказать тебе о себе, есть вещи, которые ты обо мне не знаешь и даже представить не можешь. Я очень хочу сам тебе обо всём поведать, но если не смогу, то в ячейке ты найдёшь ещё одно моё письмо, вскрой его после моей смерти.

Твой крёстный.

       Малфою потребовалось дважды перечитать письмо, прежде чем он понял весь его смысл. — Всё так плохо? — поинтересовалась Гермиона. Она сидела в кресле и внимательно наблюдала за эмоциями, которые сменялись на лице слизеринца во время чтения. — Даже не знаю, — честно ответил Драко, посмотрев на неё. — Тебе известен банк Barclays? — Да, это один из самых крупных банков в Британии, — ответила гриффиндорка и перевела взгляд на ключ, который положила на кровать. — Ячейка находится в этом банке? — Да, в Лондоне. Крёстный написал, чтобы я сходил туда, он оставил мне там деньги, — блондин задумался, может там есть ещё что-то кроме письма и наличных? — Ты пока подумай обо всём, а я пойду, закончу готовить завтрак, — Гермиона встала и посмотрела на дверь. — Я не буду накладывать чары, если ты пообещаешь, что не встанешь с постели. — У меня и мысли такой не было, да и вряд ли я смогу пройти больше трёх шагов, — Малфой чувствовал себя совершенно измотанным. — Я очень устал.        Грейнджер кивнула и вышла в коридор.        Драко слышал, как она спустилась на первый этаж, зажгла плиту, стала доставать посуду, он ощутил запах хлеба, похоже она его режет. Завтрак обещает быть вкусным.        Малфой взял письмо Северуса и медленно прочитал его в третий раз. Он был рад, что крёстный оставил для него деньги, они были нужны ему, элементарно, чтобы купить продуктов. А ведь в его комнате в тайнике под полом лежит изрядная сумма денег, он любил потратиться и угостить друзей, но и копить тоже умел, к тому же его дед и бабка пока не умерли, почти всегда дарили ему галеоны, а не подарки. Они считали, что это правильно, внук сам купит то, что считает нужным. Благодаря этому у него скопилось двести галеонов, было на двадцать больше, но он взял их первого сентября, когда поехал в Хогвартс. В данный момент всё это казалось таким далёким, будто прошло не несколько недель, а как минимум месяцев, а может и год.        Теперь у него ничего не осталось, кроме этого ключа от крёстного, Драко усмехнулся, у него даже одежды не было, её порвал Фенрир. Волшебную палочку забрала Грейнджер, он надеялся, что потом она вернёт её, когда поймёт, что он ничего ей не сделает. Он действительно не собирался причинять ей зла, ведь он стал таким же беглецом, как и она со своими друзьями. Северус был прав, он не справился с заданием, и Тёмный Лорд приговорил его к смерти, второй раз он не был к нему так снисходителен, как в первый.        Получить Круцио от Лорда было самым ужасным в его жизни, поправка, до того момента, как его укусил Фенрир, и теперь его раны болезненно заживают. Но в тот момент, пятнадцать минут пыток показались ему длинными часами, если не сутками. Он лежал на полу кричал, плакал и умолял остановиться. А самое ужасное, что в помещении находился его отец, который к тому моменту уже сбежал из тюрьмы, его ненормальная тётка с мужем и ещё несколько Пожирателей. Он узнал некоторых Псов по голосу, хотя их лица и скрывали маски, но там точно были Роули и Яксли. После случившегося он навсегда запомнил их смех, как они глумились над его мучениями, ненормальные садисты, такие же как и их хозяин. Так же он почти не сомневался, что в гостиной присутствовали и молодые Пожиратели, которые ещё не так давно учились в школе в Слизерине, но были на несколько лет старше его, раньше он слышал их голоса в гостиной факультета.        Когда он думал, что всё уже закончилось, и его сейчас отпустят, то Тёмный Лорд объяснил, что поскольку он молод, то он проявил для него милосердие, и дал ему небольшой перерыв, из пятнадцати минут пыток прошло всего десять. Стоило Повелителю произнести это, как Пожиратели смерти разразились дружным хохотом. Драко в тот момент почувствовал себя так, словно он и Тёмный Лорд актёры в театре, которые веселят зрителей. И тут мужчина с противным скрипучим голосом, который точно принадлежал Яксли, сказал, что теперь младший Малфой должен просить прощения за свои неудачи и благодарить Лорда зато, что он проявил к нему понимание. Драко почувствовал себя совершенно уничтоженным, когда лёжа на полу, стал просить Повелителя простить его, Реддл посмотрел на него своими красными глазами и сказал, что не верит в его искренность. Тогда Малфою пришлось умолять его, просто упрашивать довести наказание до конца прямо сейчас, а не завтра и не через неделю. Этим он должен был показать свою полную покорность и принятие Повелителя, как своего господина до конца его жизни.        Через пять долгих минут всё закончилось, и Драко, наконец, смог кое-как подняться на ноги и покинуть гостиную собственного поместья, в тот момент он чувствовал себя самым несчастным и униженным человеком на свете. Он прошёл по коридору и медленно побрёл к лестнице, он наделся увидеть Нарциссу, но она не спустилась вниз, а видимо находилась в спальне, а может в какой-то другой комнате в поместье. Главное, что она не пришла к нему, чтобы сразу поддержать сына. Малфой надеялся, что его матери запретили прийти к нему, а не она сама так решила.        Драко с огромным трудом поднялся по лестнице и дошёл до своей комнаты, стоило ему войти, как он сразу сполз по двери на пол и долго сидел приходя в себя после пыток. Всё его тело болело, кости скрипели, словно у старика, а в ушах до сих пор звенел собственный крик. На помощь Малфою пришла эльфийка Лейла, она помогла ему подняться и довела его до кровати. Служанка раздела хозяина и принесла ему восстанавливающее зелье. Драко выпил лекарство и крепко заснул.        Когда он проснулся, было уже темно, он сходил в ванную, велел Лейле принести ему поесть, и только спустя ещё час к нему пришла Нарцисса. Она посочувствовала сыну, но не проявила того участия, которого он от неё ожидал. Он знал, что его мать взяла с Северуса непреложный обет, и видимо посчитала, что этого достаточно, ведь крёстный уже довёл его дело до конца — убил директора, потому что он сам не смог. Малфой не стал жаловаться матери, он давно всё понял про свою семью — никаких нежностей, даже в собственном доме строжайшая дисциплина.        Нет, он больше не хотел об этом думать и вспоминать тот ужасный день, сейчас лучше сосредоточится на вкусном запахе еды. Похоже, всё было готово, он услышал шаги, Грейнджер несла ему завтрак.        Открылась дверь, и сначала он увидел спину гриффиндорки, затем она повернулась и он сразу переключился на поднос в её руках. Гермиона подошла к кровати и поставила на неё поднос, там стояли тарелки: одна с яичницей и беконом, другая с бутербродами с колбасой, порезанными свежими огурцами и двумя яблоками. Так же на подносе стояли две кружки: одна с кофе другая с чаем. — Я не знала, пьёшь ли ты кофе, поэтому на всякий случай принесла чай, — объяснила она. — Я люблю кофе, спасибо, — поблагодарил её Драко. — И хорошо, что без молока. — Что-то не так? — спросила Грейнджер, заметив взгляд Малфоя, когда он осматривал еду. — Нет… просто я когда болею, обычно мало ем, а тут столько еды, — Драко был уверен, что так много он не съест. — Да, у тебя была температура, но твоя болезнь совсем другая — это не простуда, — терпеливо разъяснила Гермиона. — Если ты что-то не доешь, я потом унесу и уберу еду в холодильник. — Хорошо, спасибо, — повторил слизеринец. — Я пойду тоже поем, мой завтрак на кухне, — Грейнджер улыбнулась и поспешила вниз.        Сев за стол она усмехнулась, Гермиона не сомневалась, что Малфой точно съест всё. Она видела, какой аппетит стал у Билла, раньше она думала, что так много может есть только Рон, но после укуса Фенрира, у его старшего брата проснулся по-настоящему волчий аппетит.        Сама Гермиона не спеша съела свою яичницу, она оставила себе порцию в два раза меньше, чем отнесла Малфою. Затем с наслаждением выпила кофе, она всегда любила крепкий, ей нравился именно горький вкус, сахара она добавляла только ложку, и никаких сливок и тем более молока.        Помыв посуду, Грейнджер пошла обратно наверх, когда она вошла в комнату, Малфой всё так же сидел на кровати, поднос с пустыми тарелками стоял около него. — Я всё съел, — доложил он. — Я вижу, — кивнула Гермиона, вглядываясь в лицо слизеринца, она надеялась, что после завтрака он будет немного повеселее, хотя бы чуть расслабленнее, но блондин был всё так же хмур и мрачен. — Что-то не так с едой? — осторожно поинтересовалась она. — Она показалась тебе не вкусной? — Нет-нет, мне всё понравилось, спасибо, — заверил её Драко. — У тебя болит бок? — забеспокоилась Грейнджер. — Уже нет, мазь помогла, — ответил слизеринец. — Тогда что с тобой? — не могла понять гриффиндорка. — Ничего, — жёстко произнёс Малфой, глядя её в глаза. — Чего ты от меня хочешь? Я поблагодарил тебя за еду, ну что ты пристала ко мне? — разозлился он. — Почему ты такая любопытная? — Ну, извини, что спрашиваю, — съязвила Гермиона. Она взяла поднос и направилась к двери. — Грейнджер, — Драко остановил её. Он не мог себе объяснить, почему позвал её, но точно знал, что не хочет сейчас оставаться один. — Дело не в тебе, и уж тем более не в еде, она, правда, вкусная, — гриффиндорка полностью повернулась и выразительно посмотрела на него, показывая, чтобы он продолжал. — Просто ещё до того, как ты принесла еду, я кое-что вспомнил, и… это было неприятно, — он нахмурился. — Я понимаю, что не все воспоминания радостные и весёлые, есть грустные и печальные, но я была бы признательно тебе, если бы ты не срывал на мне своё плохое настроение, — тоном учительницы заговорила Гермиона. — Малфой, насколько ты знаешь историю наших взаимоотношений, у меня не было ни одной причины помогать тебе. Я прекрасно помню, как ты обзывал меня в школе, — она поморщилась. — Но я всё равно оказала тебе помощь, но лишь по доброте душевной. Я ведь могла бросить тебя в лесу и уйти домой, тогда ты бы просто истёк кровью около того дерева и умер. Или я могла бы сразу добить тебя, а потом похоронить где-нибудь всё в том же лесу, и твои родители никогда бы не нашли твои останки. Но я этого не сделала, я отложила все наши разногласия и решила помочь твоей неблагодарной заднице.        Ты же чистокровный аристократ, вернее был им, но всё равно тебя воспитывали именно так, и куда делись твои хорошие манеры? — с вызовом спросила гриффиндорка. — Почему ты не можешь ввести со мной нормальный диалог. Просто говорить, пожалуйста, и спасибо за всё то, что я делаю для тебя. Неужели для тебя это так трудно?        Драко почувствовал прилив гнева и смущения, он был ошеломлён заявлением подружки Поттера. Конечно, он умеет вести светские беседы, его этому обучали. Малфой уже хотел открыть рот, чтобы высказать ей это, но вовремя прикусил себе язык, вспомнив, что сейчас он полностью зависит от Грейнджер, ему некуда идти, у него нет денег и даже одежды нет. — Я уже поблагодарил тебя за еду, — напомнил Драко, тщательно подбирая слова. — Но ты права, я не должен быть с тобой резким и грубым. Просто мои эмоции, я будто не могу держать их под контролем, хотя на самом деле я умею это делать, но сейчас я чувствую себя таким раздражительным. Я не понимаю, что со мной? — он пожал плечами. — А я ещё остро реагирую на запахи и звуки, я хорошо слышу, что проходит на улице, — он посмотрел в окно. — У Билла было так же, ты к этому привыкнешь и научишься себя контролировать, — ободряюще произнесла Гермиона. — Может, ты ещё что-нибудь хочешь? — Вообще-то, я бы ещё что-нибудь съел, — признался Малфой. — К обеду я хотела приготовить нам рис с курицей, но у меня ещё остались хлеб и колбаса, — Грейнджер мысленно пробежала глазами по полкам в холодильнике. — Я съем это, — тут же сказал слизеринец. — Хорошо, я сейчас принесу, — Грейнджер развернулась и ушла.        Драко постарался вспомнить, когда последний раз у него был такой зверский аппетит, и быстро понял, что обычно он всегда ограничивался лёгким завтраком, а тут ему захотелось добавки. Всё это было для него очень странно и непривычно.        Через пять минут в комнату вернулась гриффиндорка с подносом, там стояла кружка с чаем и тарелка с четырьмя бутербродами. Как только она поставила поднос на постель, Драко тут же накинулся на еду, через полминуты он заметил поражённый взгляд своей спасительницы, ему тут же стало стыдно, что он так набросился на бутерброд, будто голодающий из Африки. — Извини, я… — он даже не смог подобрать слова. — Всё в порядке, — приподняла уголки губ Гермиона, удобно устроившись в кресле. — Ты так хочешь есть, ещё и потому, что потерял много крови, тебе нужно её восстановить, к тому же ты три дня только спал и вообще не ел. А у меня осталось лишь немного курицы и бекон для яичницы, я должна как можно скорее купить говядину, она лучше всего восстанавливает кровь в организме. Но у меня достаточно колбасы, я как обычно купила больше чем нужно, привыкла рассчитывать на троих, но… — она замолчала и её лицо упало. — Постой, я правильно понимаю: Поттера и Уизли в этом доме нет? — Малфой был искренне поражен. Он не сомневался, что эти двое рядом, просто они не заходят к нему, потому что днём занимаются какими-то делами. И ещё их подруга запретила им это делать, чтобы они не поругались и ему не стало хуже. — Нет, мы потеряли друг друга, — вздрогнула Грейнджер и её глаза стали печальными. — Что случилось? — поинтересовался Драко. — Ну… во время спора Гарри назвал… его по имени, — Гермиона прикрыла глаза вспомнив этот момент. — Оказалось, что этого нельзя делать, и все наши защитные чары тут же рухнули. — Поттер вечно героя из себя строит, — фыркнул Малфой и взял ещё один бутерброд. — Это вышло случайно, — вступилась за друга гриффиндорка. — У них с Роном возник некоторый спор и Гарри сказал не подумав. Мы едва вышли из палатки, как появились Пожиратели смерти. Мы стали отбиваться и побежали, я была уверена, что они идут за мной, но вскоре поняла, что мы разделились и они помчались в другую сторону. Меня преследовал один мужчина, я справилась с ним и уже хотела вернуться обратно, но услышала из-за деревьев незнакомые голоса и поняла, что мне нужно трансгрессировать оттуда, чтобы меня не схватили.        Сначала я оказалась в Лондоне, походила там по улицам, а потом сняла номер в отеле, и оттуда отправила им Патронус. Я получила ответ, что они тоже в порядке, но не могут прийти ко мне. Олень Гарри попросил меня затаиться на пару месяцев и не посылать им больше сообщений. Я догадалась, что в том месте, где они находятся, не совсем безопасно.        Я провела в отеле ночь, а утром решила не оставаться в Лондоне и перенеслась в Суонси. Я нашла в газете объявление и сняла этот дом на два месяца, надеялась спокойно прожить здесь несколько недель. Всё шло нормально, пока в лесу я не встретила тебя. — Понимаю, я не самый желанный гость, — усмехнулся слизеринец. — Ты сказала, что отправила им Патронус и от них тоже получила. То, что Поттер может его вызывать я не удивлён, и ты, понятно, тоже, но Уизли, что, правда, он умеет это делать? — он посмотрел на неё с недоверием. — Да, Рон может вызывать Патронус, — самодовольным видом завила Грейнджер. — Гарри научил нас в ОД, который мы основали на пяток курсе. А сам он научился вызывать его ещё на третьем курсе, его обучил профессор Люпин и он с радостью поделился этим со всеми, кто входил в ОД. — Это одна из вещей, которой я никогда не пытался учиться, — медленно произнёс Драко. — Думаю, для тебя это было бы крайне сложно, даже если бы ты попытался, — сказала Гермиона. — Что? Это ещё почему? — брови блондина недовольно взметнулись вверх. — Грейнджер, ты забыла, что по многим предметам я был вторым после тебя в классе. Так что если даже твой нищеброд Уизли смог… — Не смей оскорблять семью Рона, — Гермиона испепелила блондина убийственным взглядом. — Извини, я не хотела обижать твоего парня, — примирительно произнёс слизеринец. — Рон не мой парень, мы не встречаемся, он мой друг, я люблю всю его семью, и никому не позволю их оскорблять. Я ясно выразилась? — строго спросила она, её глаза горели. — Да, я понял, — кивнул Малфой, он на самом деле испугался подружки Поттера и Уизли, последний раз она смотрела на него так, когда ударила его на третьем курсе, и он не сомневался, что она может это повторить. — Так как там вызывать Патронус? — он вернулся к нужной для себя теме. — Тут дело не в мозгах, — объяснила Грейнджер. — В смысле не в мозгах? — удивился Драко. — А в чём же тогда? Ты можешь нормально объяснить? — Чтобы вызывать патронус нужна светлая магия и чистая радость, — она тяжело вздохнула. — А ты… ну у тебя есть метка, так что не думаю, что ты сможешь, — неловко закончила гриффиндорка, она старалась не смотреть на метку на его руке, но всё равно это сделала. — Понятно, — протянул Малфой, проследив за её взглядом. Он доел последний бутерброд и допил чай, — спасибо, всё было вкусно. — Хорошо, — кивнула Гермиона. — А что с тобой случилось? — поинтересовалась она. — Это долгая история, — насупился слизеринец. — Я тебе свою рассказала, — напомнила хозяйка дома. — Ну… если вкратце, то я не справился с заданием и Он приговорил меня к смерти, — ответил Драко и побледнел так сильно, что стал похож на покойника.